Конец эпохи доминирования Том 3 глава 8: Развилка в три пути

Конец эпохи доминирования Том 3: Скованное льдом благородство и величие

Автор оригинального китайского текста: 御我 (Yu Wo)


Глава №8: Развилка в три пути – перевод EliSan; редактура Akili

Настороженные и раненые, мы одним махом преодолели весь путь обратно и благополучно вернулись в лагерь беженцев. По дороге мы даже вновь наткнулись на Ву Яоджина. Стоило нам встретиться, как все вояки тут же разом набросились на него, словно волки, жаждая крови и отмщения. Что же до меня, то я не сочла нужным препятствовать им.

После недавней переклички все мы сейчас пребывали в крайне мрачном расположении духа, так как после тщательного подсчёта всех павших и раненых выяснилось, что число выживших солдат не дотягивает даже до трети. Но всё же самым жестоким ударом для вояк стала подтвердившаяся гибель лейтенанта и Гуо Хонга. По всей видимости, они оба погибли в последней яростной атаке Асуры да так основательно, что даже тел их отыскать не удалось. Учитывая всё вышесказанное, разве ж можно винить солдат за их желание к чертям разорвать всех здешних исследователей?

– Если убьёте меня, через двое суток столкнётесь с серьёзными проблемами, – принялся спокойно анализировать ситуацию парень несмотря на то, что его собственная жизнь сейчас висела на волоске. – Ранее мы удерживали прочих иных на расстоянии от лагеря полагаясь на запах Мамаши. Однако теперь её здесь больше нет…

Оп-па, он уже перенял у меня термин «иные». Теперь это название наверняка станет общепринятым куда быстрее, чем раньше.

Услышав слова учёного, А-Нуо невольно нахмурился.

– Так те монстры скоро тоже придут сюда?

На что Ву Яоджин ответил утвердительным кивком головы. Лица вояк тот час же помрачнели ещё больше, а в глазах некоторых даже промелькнула толика отчаянья и смирения.

Заметив это, я спешно спросила:

– Но раз ты говоришь, что «ЕСЛИ убьём тебя, столкнёмся с проблемами», выходит, у тебя есть какое-то решение, так?

– Ага, – признал Ву Яоджин, окинув взглядом всех присутствующих, но раскрывать подробности своего плана явно не торопился. Было очевидно, что молодой учёный намерен использовать его как козырь для обеспечения собственной безопасности. Он не станет нам ничего рассказывать.

Я опустила взгляд на Цзянг Сяотиана гадая, есть ли у него какие-нибудь идеи на сей счёт. Но самого Сяотиана этот вопрос, похоже, не сильно беспокоил.

– Идём быстрей наверх, – спокойно бросил он. – Тринадцатый, скорей всего, направился на восток, так как именно в той стороне находится его будущая вотчина, но наверняка пока сказать не могу. Кто знает, какой крюк он решит сделать и сколько ещё городов посетит прежде, чем окончательно обоснуется в том мегаполисе.

На восток?.. Я застыла, словно громом поражённая. Даге и остальные тоже движутся на восток, а территорией Тринадцатого в прошлом мире, если правильно помню, был крупный город. Только не говорите мне, что это Лан?!

Увидев резкую перемену на моём лице, брови Цзянг Сяотиана озадачено приподнялись, но не успела я даже приступить к объяснению, как он сам всё понял и с явной тревогой в голосе выпалил:

– Шуюн в опасности!

Вообще, если уж на чистоту, непосредственно сиюминутной опасности эта новость для них не представляет. Даге и остальные планируют обосноваться в городке рядом с Лан, а не в самом Лан. К тому же мир огромен. Каков шанс, что они столкнуться с… Стоп, с везучестью Цзянгов, такое действительно возможно! В смысле, я же на Тринадцатого наткнулась!

Нам стоит поспешить. Теперь я и в самом деле забеспокоилась.

В этот момент Чен Янксинг внезапно с явно обеспокоенным видом сделал несколько шагов в мою сторону. Он выглядел сейчас точь-в-точь как несчастный муж, что переживает, как бы его возлюбленная не ушла от него прочь… Вернее, как… как… простите, но я действительно не знаю, как ещё это можно описать!

Тем не менее, я прекрасно понимаю причину его обеспокоенности. В моей прошлой жизни многие желали держаться как можно ближе к сильным. Даже такая мелкая сошка как Ксиа Зенгу имела немало последователей. Ни у кого попросту не оставалось иного выбора, так как банальное выживание перед лицом иных, голода и радикальных изменений в климате стало непосильной задачей для простых людей. А продвижение вперёд в тени кого-то сильного дарило какое-никакое, но всё же чувство защищённости, и ради этой защищённости люди готовы были продавать как самих себя, так и собственных детей.

По тому, как мы с Цзянг Сяотианом ведём себя, мы, вероятно, предстали в их глазах эдакими могущественными мастерами, что всё да обо всём знают. В подобных обстоятельствах кто в здравом уме откажется от шанса последовать за такими людьми? Хотя Чен Янксинг и без этой причины довольно приставуч…

Однако Ву Яоджин в этот момент резво нырнул за мою спину, и, вцепившись мне в плечи, выпалил:

– Пообещайте, что не убьёте меня. Тогда я помогу вам разрешить эту проблему.

После этих слов учённого, жажда крови вояк лишь ещё больше возросла и даже я со своими наклонностями святоши не испытывала ни малейшего желания его спасать. Ты дебил? По-твоему, прятки за моей спиной могут хоть в чём-то тебе помочь?

Сорвав его руки со своих плеч, я равнодушно отступила в сторону, намереваясь позволить ему в полной мере вкусить ярость и негодование солдат.

Заметив это, Ву Яоджин вздохнул.

– Моё убийство не принесёт вам ничего, кроме негативных последствий, – подметил он. – Пусть сейчас и создаётся впечатление, будто нынешний мир благоволит лишь физически сильным, в будущем вам всё равно потребуются искатели истин, вроде меня, для разрешения глобальных проблем. Ведь, уверен, никто из вас не желает вечно жить в страхе перед иными, нет ведь?

Среди солдат повисла гробовая тишина. И я прекрасно понимаю их неоднозначные чувства. Пусть некоторые люди и стали в этом мире буквально одержимы силой, и атмосферу апокалипсиса в целом можно назвать более захватывающей, чем былые унылые будни, большинство людей по-прежнему предпочтёт вернуться назад. Назад к тому времени, когда даже слабые могли выжить, вместо того, чтобы жить подобной захватывающей жизнью, в которой всего один неловко сделанный шаг может означать смерть.

Однако почему всё-таки мир внезапно стал таким? Был ли тот алый метеоритный дождь лишь занятным совпадением или же одной из причин? И что из себя вообще представляет этот чертовски странный чёрный туман, что будет наведываться к нам строго каждый год?

И что же всё-таки случилось на десятом году апокалипсиса, в тот самый год, когда я умерла?

Помнится, тогда ни с того ни с сего поднялась большая шумиха и со всех сторон стали раздаваться громкие взрывы… Что это было? Признаться, мои воспоминания о тех событиях весьма туманны; помню лишь, что все без исключения куда-то бежали, отчаянно пытаясь оторваться от того нечто, что настойчиво преследовало нас и, по всей видимости, было решительно настроено уничтожить всех без исключения.

Выбрав направление, я взяла с собой несколько человек, с которыми была близка, и повела их по безопасному пути без врагов, но засранец Ксиа Зенгу таки нагнал нас. И он не только привлёк опасность в нашу сторону, он даже атаковал нас, рассчитывая тем самым замедлить врагов. Он ударил меня, да с такой силой, что я отлетела на пару метров назад. А когда подняла взгляд, передо мной уже был рой… рой похожих на жуков иных… Ва-а, гадость-то какая!

– Что с тобой, Шую?

Вернувшись в реальность, я обнаружила себя сидящей на корточках и сжимающей свою голову в тисках. Подняв взгляд, я увидела перед собой обеспокоенно глядящего на меня Сяотиана.

– Просто голова болит. Скорей всего, остаточные явления той ментальной атаки Тринадцатого.

Как разберёмся с этими военными, думаю, мне всё же стоит расспросить Цзянг Сяотиана о том, что произошло на десятом году апокалипсиса. Он наверняка знает, что стало причиной той шумихи, если только его путешествие сквозь пространство и время не произошло раньше смерти Гуан Веюн. Но я почти уверена, что это не тот случай. По крайней мере, слуха о гибели одного из элит человечества до меня точно не доходило.

И пока остальные солдаты пребывали в нерешительности, А-Нуо внезапно заговорил:

– Мы не тронем тебя. Но взамен ты сделаешь то, что должен сделать, и быстро. Мы не знаем, как обстоят дела снаружи. Если лагерь беженцев окончательно падёт, от тебя тоже более не будет проку, и тогда, будь уверен, мы без промедления тебя убьём!

Я согласно кивнула. Это было верное решение. Если к нашему возвращению лагерь беженцев уже будет разрушен, А-Нуо и ребята просто покинут эту военную базу, и им более не будет грозить массовое нападение иных со всех сторон. И в тоже время, если учёный действительно знает некий способ держать иных на расстоянии, все захотят заполучить его в свои руки! Я тоже хочу. Было бы крайне расточительно просто взять и уничтожить его!

– В этом деле нам поможет взятые из тела Мамаши образцы крови. С их помощью мы сможем обезопасить лагерь ещё минимум дней на семь, не меньше. Ну а с тем, как быть дальше, сообразим уже по ходу дела. Если повезёт, к тому времени к нам подоспеет подмога из других исследовательских центров.

– Тогда поспеши и достань их уже! – теряя терпение рявкнул А-Нуо.

Но Ву Яоджин лишь отрицательно помотал головой.

– Не нужно. Чуть ранее я уже сходил и взял несколько образцов с собой. Мы можем идти.

– … – полагаю, в этот момент не только меня, но и всех солдат посетило жгучее желание забить этого треклятого козерога до смерти.

Когда мы вновь вернулись на поверхность, нас приветствовала картина полнейшего хаоса. Те немногие солдаты, которым посчастливилось выжить, были не в силах взять ситуацию под контроль. От них я узнала, что когда Тринадцатый и его шайка оказались на поверхности, те без труда схватили несколько людей, вероятно, в качестве закуски на дорогу, и ушли. Даже отчаянная попытка военных остановить их плотным огонём не увенчалась успехом, так как два бронированных медведя с лёгкостью отразили все летящие в них пули. Увидевшие это солдаты настолько перепугались, что уже даже было с жизнями успели распрощаться. Но, к их изумлению, группа иных лишь прошествовала мимо, прихватив с собой незадачливые «закуски».

– Что ты сказал? Те иные ушли на юг? Ты точно уверен, что они ушли на юг? – с напором потребовала ответа я, боясь, что солдат что-то напутал. В смысле, разве Тринадцатый не должен был сейчас пойти на восток, чтобы основать свой лагерь? Что он на юге забыл?

Солдат в ответ живо закивал головой и ткнул пальцев в ту сторону.

– Если не веришь мне, можешь сам пойти и взглянуть. Оставшиеся после них следы и слизь по-прежнему там. Никто не рискнул даже прикоснуться к ним.

После этих слов Цзянг Сяотиан и в самом деле сорвался с места и побежал взглянуть на следы. Я тоже собиралась последовать за ним, но как раз в этот момент солдаты начали один за другим отчитываться перед А-Нуо, и я решила остаться и послушать. Да и, помимо этого, Чен Янксинг… нет, не только он, несколько других вояк подле него тоже глядели на меня боготворящими глазами. Если попробую сейчас куда-то уйти, за мной почти наверняка увяжется целый табун, что будет лишь под ногами мешаться. Лучше уж пусть Цзянг Сяотиан сам туда сбегает.

К слову, неужто это тот самый флаг1, когда я могу основать мой собственный гарем? Нет уж, спасибо. Не хочу я становиться вторым Ксиа Зенгу. Все вы можете просто свалить в туман!

Тем временем другие солдаты продолжали информировать А-Нуо:

– Многие люди убежали прочь из лагеря, но, полагаю, они всё равно где-то поблизости. В конце концов, им попросту некуда больше бежать. Как только ситуация на базе стабилизируется, уверен, они вернутся назад.

По мне, так лучше бы они и не возвращались!

Во-первых, с их приходом вновь увеличится потребление и без того не резиновых запасов еды. Во-вторых, учитывая резко поредевший состав военных сил базы, если вояки продолжат как и раньше организовывать вылазки в город за продуктами, оставшаяся позади ничтожная кучка солдат вскоре попросту не сможет удержать людей под контролем. Когда этот момент настанет, люди начнут в открытую сражаться между собой за еду и оружие и даже убивать друг друга.

Никогда не смейте недооценивать обычных гражданских. Как только испытываемый ими голод достигнет определённой отметки, первое, что окажется съеденным, будет их собственная человечность.

А-Нуо, определённо, тоже это понимает. Его брови плотно сжались на переносице в глубокой задумчивости. Однако уже в следующее мгновение, подняв голову и встретившись со мною взглядом, его брови вновь расслабились, словно я обладала силой всё вмиг исправить.

…Это что же получается, я теперь непременно обязана взять этих армейских под своё крыло?

– Шую!

Я обернулась на звук голоса. Ко мне резво подбежал милашка Цзянг Сяотиан и, ехидно ухмыляясь, сообщил:

– Шую, нам действительно стоит поспешить! Похоже, Тринадцатый исчерпал свои силы и более не может контролировать других иных. Потому-то он и сдался так просто там, внизу. Судя по тому, как расходятся следы, он уже отпустил всех прочих иных в свободное плаванье. С ним остались лишь Асура и Мамаша, но оба сильно ранены, особенно Мамаша. Какое-то время они будут лишь обременять Тринадцатого. Да и к тому же Мамаша оставила после себя густой вонючий след из слизи, так что отследить их продвижение не составит никакого труда.

Боже, да это же просто шанс один на тысячу! Даже лучше того, что представился мне в исследовательском центре. Если воспользуемся этой уникальной возможностью и разделаемся с Тринадцатым, разве ж это не облегчит жизнь всех людей в мире в будущем?

– Хорошо, – кивнула я. – Поспешим же.

Стоило мне это произнести, и лицо Чен Янксинга тот час же исказилось.

– Пого––

– Я обязан последовать за ним! – обернувшись назад, твёрдо выпалила я. – Лидер тех иных далеко не обычный монстр. Если оставим его в живых, это обернётся настоящей катастрофой для всего человечества!

Но прежде чем Чен Янксинг успел хотя бы рот открыть в ответ, в разговор внезапно встрял А-Нуо.

– Вот уже какое-то время вы с этим ребёнком говорите о вещах, которые я совершенно не понимаю. Но, похоже, вам двоим и в самом деле известно о происходящем куда больше, чем нам. А раз так, мы не вправе игнорировать бо́льшую угрозу ради решения наших сравнительно мелких проблем. А-Ксинг, оставь попытки их остановить. Они пытаются решить глобальную проблему, так что мы должны их отпустить.

– Я-я всего лишь хотел сказать, что тот профессор из исследовательского центра куда-то испарился! – покраснев от стыда, запинаясь выпалил Чен Янкинг.

Услышав слова товарища, А-Нуо тут же напрягся и принялся озираться по сторона, но Ву Яоджина рядом с нами и в самом деле уже не было. Осознав это, лидер вояк громко выругался:

– Твою ж мать!

– Но зачем он вообще решил сбежать? Разве ж мы уже не пообещали сохранить ему жизнь? – совершенно искренне изумилась я.

Все мы прекрасно понимали, что для побега сейчас, мягко говоря, не самое подходящее время. Учитывая, сколь много иных сейчас бродят вблизи базы, разгуливать снаружи в одиночку всё равно, что подать себя иным на блюдечке с голубой каёмочкой. Потому-то мысль, что Ву Яоджин может попытаться бежать, мне даже в голову не приходила.

– Все, живо на его поиски! – отдал приказ А-Нуо, после чего, с яростным видом расхаживая взад-вперёд по площадке, проревел мне в ответ. – Должно быть, у этого парня и не было никакого способа остановить вторжение иных. Он просто развёл нас!

– Нет, что-то у него определённо есть, иначе его побег от нас был бы не более чем самоубийством, – возразил Цзянг Сяотиан. Подумав немного, он предположил. – Скорей всего, этот метод защиты действует лишь на ограниченном пространстве и на весь лагерь его бы не хватило, иначе он бы остался. Более того, учитывая довольно опасную область их исследования, у ИЦМО наверняка имеется убежище где-то неподалёку. Подобные инциденты, как сегодня, в их работе отнюдь не редкость. Потерять один-два исследовательских центра для ИЦМО не проблема, а вот смерть даже одного учёного является для них существенной утратой, особенно если это ведущие учёные, непосредственно ответственные за проводимые эксперименты. Их ИЦМО не может позволить себе потерять, так что для топовых учёных наверняка предусмотрен какой-то особый потайной путь для экстренной эвакуации.

Услышав слова Цзянг Сяоитана, А-Нуо резко остановился, словно вспомнив что-то.

– Помнится, в поступившем сверху приказе говорилось, что мы должны не только обеспечить безопасность профессора Ву, но и следовать его дальнейшим указаниям.

Я понимающе кивнула.

– Ву Яоджин уже упоминал ранее, что является младшим братом покойного профессора Ву. Так что нет ничего удивительно в том, что ему также известно местоположение этого «потайного пути». Велик шанс того, что он решил проследовать по нему сам.

– Но если есть такой путь, почему он нам о нём ничего не сказал? – озадаченно пробормотал Чен Янксинг. – Мы могли бы проводить его. Это по-любому было бы куда безопаснее, чем шастать чёрте где в гордом одиночестве.

– Ну, во-первых, его, вероятно, тревожила мысль о том, что из-за ваших ранних разногласий вы можете вновь попытаться его убить, как только попадёте в полностью защищённое и безопасное место, – равнодушно выпалил Цзянг Сяотиан. – Вторая же причина является лишь моей догадкой, но я думаю, что этим так называемым «потайным путём» может воспользоваться лишь ограниченное число людей. Не знаю насчёт вас, но всех этих гражданский снаружи он точно не потянет. Скорее всего, он не желал в пустую терять здесь своё время, пока вы силитесь принять хоть какое-то решение, и предпочёл просто удрать в одиночку.

– Этот чёртов ублюдок! – взревел А-Нуо. – Нам следовало сразу его прикончить!

Какой смысл лить слёзы над пролитым молоком! Подумай лучше, что делать дальше, потому как позади нас находятся несколько тысяч людей, что вот-вот станут пиром для всех слоняющихся в округе иных! Если ничего не предпринять, их вскоре всех подчистую сожрут…

В этот момент Цзянг Сяотиан схватил меня за руку.

– Идём скорее за Тринадцатым. Быстренько разберёмся с ним, а потом уже продолжишь свой путь домой. Я немного волнуюсь о том, что Тринадцатый может уметь заметать следы. По крайней мере, он уж точно не позволит Мамаше вечно оставлять за собой густой кровавый след. Как только эта очевидная подсказка исчезнет, могут возникнуть сложности с поиском.

Услышав его слова, я сделала глубокий вдох, изо всех сил сдерживая порыв плюнуть на всё и пойти домой. «Всё нормально, – принялась мысленно убеждать себя я. – Только разберусь с этой проблемой и смогу вновь увидеть Даге и сяо-мэй». Да, верно, от меня всего-то требуется немного в салочки поиграть да три башки расквасить. Делов то! Я мигом с этим справлюсь!

Цзянг Сяотиан прав. Чем дольше я тяну с отбытием, тем больше времени потом уйдёт на то, чтобы нагнать Тринадцатого. В двое, а то и в десять раз больше, разве нет? Мне следовало броситься вдогонку сразу же. Тогда бы к этому моменту я, вполне возможно, уже успела бы выбить из головы Тринадцатого все его дурные мозги. Какой прокол с моей стороны!

Придя к этому выводу, я тут же развернулась, намереваясь уйти, но стоило мне это сделать, как со спины вновь раздался оклик Чен Янксинга:

– Сяо Ю!

Обернувшись, я увидела, что на этот раз взгляды всех без исключения солдат были направлены на меня, и в этих глазах читалось изумление, словно они поверить не могли, что я могу вот так вот запросто встать и просто уйти.

Я вздохнула. Ну да, непросто быть мастером…

– Раз нет больше никакого способа предотвратить нападение иных, будет лучше эвакуировать гражданских, а затем поскорее унести отсюда ноги. В нынешних обстоятельствах держаться вместе такой огромной толпой – не самая лучшая идея.

– Эвакуировать? – не веря собственным ушам, рыкнул А-Нуо. – Куда эвакуировать? Без нас они все просто передохнут как мухи!

Верно. У А-Нуо и остальных хотя бы имеется какая-никакая военная подготовка. А вот у находящихся снаружи гражданских нет ничего, чем бы они смогли себя уберечь, да и находящийся поблизости мегаполис – не то место, куда они могут свободно войти. Без продовольствия они скоро умрут. И даже если решат попытать счастье в каком-нибудь более маленьком городке, реально добраться до него смогут немногие.

– Ты что, действительно собрался просто спокойно стоять и смотреть, как несколько тысяч людей гибнут у тебя на глазах?

Несколько тысяч? Слова вояк меня настолько разъярили, что я едва не взорвалась от гнева. Сосунок, да за все прожитые мною годы на моих глазах погибло куда больше людей, чем просто «несколько тысяч»!

– Иного, за которым я сейчас собираюсь пойти, зовут Тринадцатый. Через пару лет он станет одним из самых опасных и могущественных иных на планете. Число человеческих жизней, которых он лично или же косвенно отнимет, перевалит за десять миллионов2, и это ещё лишь приблизительная оценка!

От моих слов глаза всех присутствующих солдат тотчас же округлились. Должно быть, всех их шокировала озвученная мной поистине заоблачная цифра. Но в тоже время, похоже, их мысли наполнились скепсисом и сомнениями.

– Откуда ты знаешь о том, что случится много лет спустя? – спросил А-Нуо после недолгого колебания.

– Разве ты сам недавно не говорил, что мне известно об этом апокалипсисе куда больше, чем вам? – теряя терпение, выпалила я. – Мой Сяотиан может много чего предвидеть.

Верно, я могу просто спихнуть всё на Цзянг Сяотиана. В конце концов, уже ни для кого не секрет, что этот ребёнок однозначно непрост, потому даже новость о том, что он обладает какой-то шокирующей способностью, не будет звучать дико.

Все вояки дружно перевели взгляды на стоящего подле меня ребёнка. Сам же ребёнок к этому моменту уже не просто сердито глядел на всех исподлобья от нетерпения, а стал неосознанно испускать волны холодного воздуха. Если сейчас же не бросимся в погоню за Тринадцатым, боюсь, он побежит за ним сам, не дожидаясь меня.

– Можешь сперва помочь нам, а потом мы поможем тебе разобраться с тем иным. – предложил А-Нуо. Похоже, парень действительно отчаянно нуждался в поддержке, иначе такой гордый человек, как он, уж точно не стал бы молить о помощи восемнадцатилетнего юнца да трёхлетнего ребёнка.

Уверена, если захочу, я смогу развернуться и уйти отсюда вместе с Сяотианом, даже если вояки не пожелают нас отпустить. Не думаю, что они ещё что-либо выкинут, однако хладнокровно махнуть на них рукой мне совесть не позволяет. Они ведь не о себе беспокоятся, а о беженцах; а ведь легко могут просто плюнуть на них и, собрав всё оружие и еду, кинуть беженцев на произвол судьбы. И ничего им за это не будет.

– Вообще-то, – аккуратно начала я, – моя семья сейчас находится к востоку от этой базы. Мой Даге – лидер отряда наёмников, и у нас имеются как боеприпасы, так и еда. А ещё моя мэй-мэй, словно обезумевшая, каждый день доводит себя до изнеможения жестокими тренировками, потому что винит себя в моей гибели. Так что, если уж быть совсем откровенным, больше всего на свете мне сейчас хочется со всех ног рвануть именно что на восток. Чёрт, да я безумно этого желаю!

Цзянг Сяотиан поднял на меня взгляд, явно сдерживая рвущиеся наружу слова. Но я его полностью проигнорировала. Очевидно, что он хочет убедить меня последовать зову сердца и пойти на восток, в то время как сам пойдёт за Тринадцатым. Этого гадёныша совершенно не волнует, чем это может для него аукнуться. Даже если эта стычка будет стоить ему жизни, он наверняка воспримет это как возможность наконец воссоединиться со своими погибшими родственниками из другого мира.

От этой мысли у меня аж сердце в груди сжалось. Все те смутные тревожные чувства, что так долго не давали мне покоя, внезапно обрели смысл. Так причина, почему Цзянг Сяотиан никогда даже не упоминал о параллельных мирах, в том, что он…

Я резко подняла свою голову и тут же вновь увидела перед собой мрачные лица солдат. Ну как тут можно просто отвернуться и уйти. Вот же ж, блин! Похоже, мне и вовек от комплекса Матери Терезы не избавиться!

Сделав глубокий вдох, чтобы успокоиться, я продолжила свои объяснения:

– Мне всего восемнадцать лет. Я далеко не так силён, как вы все думаете. И я уж точно не являюсь мастером боевых искусств или чего-то в этом роде. Я всего лишь, благодаря Сяотиану, знаю о некоторых тонкостях нынешнего апокалипсиса, только и всего. И благодаря этому, я знаю, что ублюдок Тринадцатый в будущем убьёт целую тучу людей. Если я сейчас позволю ему сбежать, то потом, вновь и вновь слыша рассказы о его бесчинствах, как прикажете мне с этим жить?!

Все солдаты слушали мою речь молча. Похоже, их хорошо намуштровали в армии. Если такие люди, как они, захотят пойти со мной, я буду рада принять так много, как только смогу. Но в то же время, если ради этого они в итоге примут решение бросить беззащитных беженцев, то уж лучше пусть здесь остаются. Что за дилемма!

– Понимаете? Я не убегаю и мне не наплевать на жизни тысяч здешних людей. Но я просто обязан последовать за Тринадцатым, будущим элитным воином иных, так как его путь в будущем будет пролегать по трупам бессчётного множества людей!

И стоило мне проорать эти слова, как А-Нуо тут же со звонким стуком каблуков отдал мне честь, напугав меня этим внезапным действием до чёртиков. Понятия не имею, как мне на это реагировать.

– Прошу, убей то чудовище, – спокойно и уверенно выпалил А-Нуо. – Я, А-Нуо, благодарю тебя от лица всех здесь присутствующих.

Услышав слова своего лидера, все остальные солдаты также последовали примеру А-Нуо и отдали мне честь.

Если бы меня здесь не оказалось, все эти люди, вероятно, погибли бы? Когда я добрался до них в той комнате, они уже готовились совершить двойное самоубийство с Мамашей, но у будущего Тринадцатого из моих воспоминаний союзник в лице Мамаши по-прежнему имелся… Ах, да! В моём прошлом младший лейтенант наверняка так и не смог организовать спасательный отряд, а без него А-Нуо и остальные, скорей всего, даже не дожили бы до того момента, когда смогли бы утянуть Мамашу за собой в иной мир.

Надеюсь, теперь они смогут прожить гораздо дольше! Подумала я, и, не сдержавшись, выпалила:

– Те, кого вы называете монстрами и чудовищами, я предпочитаю звать «иными». Чтобы убить их, нужно уничтожить их мозг… но это, полагаю, вам уже известно.

Вояки переглянулись между собой и дружно кивнули.

– Каждый раз убивая иного вскрывайте его грудную клетку. В районе сердца вы найдёте твёрдое образование. Разбив его, вы получите вот это.

Я наклонила фляжку и из её недр мне на ладонь тут же выкатились несколько кристаллов эволюции. Как только взгляды солдат сфокусировались на них, все вояки инстинктивно глотнули слюну.

– Поедая их, вы сможете не только укрепить своё тело физически, но и усилить ваши индивидуальные способности. Какая именно у вас способность не так важно. Главное не забрасывать их. Сейчас все они может и кажутся вам бесполезными, но в будущем они станут тем единственным, что никогда и не при каких обстоятельствах вас не подведёт!

Глаза солдат тут же заблестели.

– То есть мы даже такими же сильными, как ты, сможем стать?

– Определённо, – уверенно выпалила я. – У вас у всех хорошая базовая подготовка, так что достичь моего уровня для вас не составит никаких проблем.

Сейчас я всего лишь на втором ранге, а уже к середине апокалипсиса второй ранг будет встречаться повсеместно… в смысле, даже уличные шавки к тому моменту уже достигнут второго ранга! Помнится, все собако-люди к пятому году апокалипсиса не только успели эволюционировать до второго-третьего ранга, но ещё и стали передвигаться исключительно стаями, так что все люди, лишь завидев их на горизонте, тут же бросались в рассыпную кто куда.

Заметив забрезжившую на лицах солдат надежду, я почувствовала себя чуточку лучше. До тех пор, пока жива надежда, человек всегда найдёт стимул двигаться вперёд и жить дальше. А то я уже действительно начала беспокоиться, что эти вояки, испытав на себе ужас иных, не смогут здраво оценить ситуацию и останутся здесь, что неизбежно приведёт к их скорой гибели от рук голодных иных.

– Распустите беженцев, и, если считаете, что сделали для них недостаточно, отдайте им большую часть припасов. Вы все опытные бойцы, так что сможете раздобыть себе еды самостоятельно. Иные снаружи не такие уж и сильные… ну, вернее, большая часть иных снаружи на порядок слабее чем те, с которыми вам пришлось сразиться сегодня. Вы уже дрались со львами, так что не говорите мне, что не сможете избить парочку дворняжек.

Солдаты тут же захмыкали мне в ответ, слегка ухмыляясь.

Я тоже улыбнулась им в ответ. Хорошо, что они всё ещё способны смеяться. Подумала я, но быстро вновь посуровела и выпалила твёрдым голосом:

– В экстренных ситуациях, прежде чем кому бы то ни было помогать, сперва обеспечивайте собственную безопасность. Я понимаю, что для солдата бросить в беде гражданского кощунству подобно, но помните, что в этом постапокалиптическом мире человечество больше всего нуждается в сильных людях.

Особенно в сильных людях с чистыми сердцами. Что же касается тех извращённых уродов, что грязны как снаружи, так и изнутри, то те во имя блага всего человечества должны просто пойти, выкопать себе ямку и закопаться в ней раз и навсегда.

– Вы всё запомнили? – слегка встревожено переспросила я. Я искренне надеюсь, что мои слова смогут помочь большему количеству хороших людей уцелеть в этом мире.

Все в ответ дружно кивнули мне головами.

– Славно, – заключила я, и, повернувшись лицом к А-Нуо, потребовала, – а теперь руки вперёд, ладошки ковшиком, быстро!

А-Нуо, будучи, по всей видимости, пойман врасплох, застыл на прежнем месте в недоумении, но более опытный в этом деле Чен Янксинг выставил вперёд свою пару рук вместо него. Перевернув фляжку, я разом вывалила на его ладони все хранящиеся внутри кристаллы. На самом деле, их осталось не так уж то и много. Если делить поровну на всех, то, боюсь, некоторым солдатом даже одного не достанется.

– Рекомендую разделить их все между двумя-тремя людьми, не больше. Выберете тех, чьи способности особо полезны, либо тех, чей боевой потенциал выше остальных, потому как эффект от всего одного кристалла эволюции слишком мал. Лучше не делить их поровну между всеми, иначе толку от них будет с гулькин нос.

Услышав мои слова, А-Нуо озадаченно нахмурился.

В этот момент Цзянг Сяотиан внезапно ткнул пальцем в А-Нуо и Чен Янксинга и выдал:

– Ты и ты, просто поделите кристаллы поровну между собой и слопайте их. Отряд военных без хорошего лидера всё равно, что курица без головы. Остальные смогут выжить, только если вы двое уцелеете.

Однако оба парня лишь застыли в нерешительности и даже пару раз покосились на своих товарищей по оружию. Но прежде чем они успели хоть что-то сказать, Цзянг Сяотиан внезапно рявкнул:

– Ешьте! Если не проглотите их в течение пяти секунд, мы заберём их все обратно. Пять, четыре…

Услышав отсчёт, Чен Янксинг вздрогнул, быстро отсыпал половину А-Нуо и тут же проглотил оставшееся. К тому же моменту, как А-Нуо получил свою долю, счёт уже опустился до «единицы» и Цзянг Сяотиан рванул вперёд к руке А-Нуо, но тот, заметив его приближение, недолго думая закинул кристаллы себе в рот.

Я же тем временем проводила Цзянг Сяотиана восхищённым взглядом. Это был просто превосходный способ быстро и эффективно решить проблему на корню. После нашего ухода А-Нуо мог бы с лёгкостью, вопреки нашему совету, раздать кристаллы эволюции всем солдатам поровну. Или ещё хуже, он мог бы последовать нашему совету и поделиться кристаллами лишь с Чен Янксингом, что, вероятнее всего, зародило бы в сердцах остальных солдат скрытое чувство недовольства. И всё же, именно этот вариант делёжки наиболее верный.

Однако теперь, так как Цзянг Сяотиан своими словами «либо вы двое, либо никто» фактически вынудил их проглотить кристаллы. Даже если это не пришлось по душе остальным солдатам, затаить злобу на А-Нуо и Чен Янксинга они уже не смогут.

– Идём, Шую, – снова принялся поторапливать меня Сяотиан. – Чем позже мы выдвинемся в путь, тем сложнее нам будет нагнать Тринадцатого.

Я кивнула и последовала за малышом, но пройдя несколько шагов остановилась, развернулась и, метнувшись назад, быстро приобняла Чен Янксинга, лихорадочно вспоминая, как принято обниматься на прощание среди мужчин… Хей, вы, сторонние наблюдатели, а ну хватит таращиться на нас такими странными взглядами. Это дружба между двумя мужчинами!

Я зыркнула на остальных вояк грозным взглядом, и те в ответ, притворяясь, что ничего не видели, принялись внимательно разглядывать небо на головой, землю под ногами и одним лишь им видимых муравьёв. Идиоты! Как вы можете до сих пор вести себя как полные кретины, притом что на дворе уже апокалипсис в полном разгаре?

Решив просто проигнорировать эту кучку глупцов, я незаметно для остальных прошептала близ уха Чен Янксинга:

– Я буду в городке Старая Ностальгия, что близ Лан. Никому кроме А-Нуо об этом не говори. Только вы двое можете привести туда своих людей, ты меня понял?

Чен Янксинг застыл в моих объятиях, словно каменная статуя.

– Эм, хо-хорошо, – пролепетал он, запинаясь. – только вот твой… твой ребёнок…

Я спешно обернулась. Ох, чёрт. Цзянг Сяотиан выглядит настолько разъярённым, что едва огнём изо рта не пышет. Хей, ты же Ледяной Император, а не Огненный Король!

Я спешно подхватила Цзянг Сяотиана на руки и пулей умчалась прочь, опасаясь что иначе Чен Янксинг может умереть от руки Ледяного Императора прежде, чем погибнет от рук какого-нибудь иного. Хоть смерть от руки одного из элит человечества и можно назвать своего рода достижением, остаться в живых будет всё же предпочтительнее.

Пробегая через ворота базы, до моих ушей вновь долетела привычная фраза «никакой щенячьей любви», а снаружи базы меня встретила так хорошо знакомая мне по прошлой жизни картина.

Лагерь беженцев лежал в руинах, а люди прятались под различными предметами, как бы желая убежать прочь, но не смея даже голову наружу высунуться. Всё вокруг окутала гнетущая давящая тишина. Любого, кто посмеет издать хотя бы мельчайший звук, тут же безжалостно избивали. Вместо того чтобы позволить страдальцам своими причитаниями и стонами привлечь внимание иных, люди вокруг были готовы собственной рукой отправить их прямо в ад, чтобы те смогли в волю выплакаться уже на том свете.

– Сяо Ю!

И стоило мне лишь подумать об этом, как кто-то осмелился подать свой голос. Подбегая ко мне, она то и дело спотыкалась, привлекая к себе множество гневных взглядов. Я спешно зажала ей рот и послала угрожающий взгляд всем недовольным беженцам вокруг.

– Тётушка Чен, прошу, не плачьте, – прошептала я. – Я скоро покину это место. Если продолжите так истошно рыдать, люди начнут вас обижать.

После моего предостережения, хоть слёзы и продолжили ручьём литься по её щекам, подвывать она всё же перестала, потому я убрала руку от её рта.

– Да плевать, будут меня обежать после этого, или нет! – тут же выпалила тётушка Чен, всхлипывая. – Бей-бей больше нет со мной, так что и мне в пору умереть!

– Что? – воскликнула я от шока. – Как такое могло произойти?

Но стоило мне лишь озвучить этот вопрос вслух, как моё лицо тот час же помрачнело от гнева. Неужели её тоже забрали с собой иные в качестве «закуски»? Но Бей-бей ведь ещё совсем крошка, а в лагере беженцев полным-полно других сочных мясистых взрослых мужчин и женщин. Зачем вместо них было забирать хрупкую маленькую девочку? Да её даже на одну трапезу не хватит.

– Я думала, он человек! Внезапно откуда ни возьмись по всему лагерю объявились монстры, а мой муж куда-то запропастился. Без понятия, куда. С Бей-бей на руках бежать быстро я не могла. А тут прямо рядом с нами чудовища начали выхватывать людей пачками и пробегать мимо!

Тётушка Чен сейчас о первой волне сбежавших иных говорит или о группе Тринадцатого?

– Как раз тогда я и заметила стоящего рядом и пристально глядящего на Бей-бей мужчину. Я подумала, что он помочь хочет, потому и сунула ему в руки Бей-бей, моля бежать прочь вместе с ней, но монстры окружили нас. И когда я уже было подумала, что нам всем пришёл конец, этот самый мужчина внезапно заговорил с окружающими нас монстрами. Лишь тогда я и заметила, что у этого мужчины есть хвост, – на этих словах тётушка Чен вновь приглушённо взвыла, после чего, словно каясь в собственном грехе, продолжила. – Я хотела взмолиться, что бы он вернул мне Бей-бей, но так и не смогла ничего произнести. Ну почему? Почему я не смогла в тот момент даже звука из себя выдавить?!

Вас просто-напросто сковал звериный страх. Как раз это я прекрасно понимаю.

– Он забрал Бей-бей?

Тётушка Чен сквозь слёзы кивнула мне в ответ.

Тринадцатый забрал с собой Бей-бей? Как-то это немного странно. Неужто из-за его худого телосложения, аппетит у Тринадцатого тоже скромный, потому-то маленькой девочки в качестве закуски для него и достаточно? Я нахмурилась.

– Тётушка Чен, я как раз за ним сейчас и направляюсь, – сообщила я. – Потому, прошу, берегите себя. Не расхаживайте больше по лагерю с зарёванным лицом, ладно?

Стоило ей услышать мои слова, и на её лице тут же загорелась надежда. Стерев с лица слёзы, она опустила взгляд на Цзянг Сяотиана и из самых лучших побуждений предложила:

– Давай тогда, пока ты занят, я за твоим малышом присмотрю.

Но я лишь отрицательно помотала головой.

– Тётушка Чен, я ухожу немедля. Будьте осторожны. Если сможете, уходите вместе с военными, даже если ваш супруг будет против. Вы меня поняли?

– Я останусь тут до тех пор, пока ты не вернёшься назад с Бей-бей, – тут же отчеканила тётушка Чен.

Я нахмурилась.

– Я тоже потом присоединюсь к военным. Просто ступайте вслед за ними.

Лишь после этих слов тётушка Чен согласно кивнула мне в ответ головой.

Подобрав Цзянг Сяотиана, я развернулась и снова устремилась прочь. Уж не знаю, из-за ледяного копья в моей руке, или же нет, но никто более даже не пытался меня остановить. Вот так вот просто я и покинула пределы лагеря беженцев.

– Шую, любишь же ты рассюсюкиваться да мыслью по древу растекаться, ну прям как баба, – недовольно отчитал меня Цзянг Сяотиан. – Тебе стоит это исправить. Будь более решительным. Мы столько времени уже тут впустую потеряли, что теперь я даже предположить не берусь, сколько времени у нас уйдёт на поиски Тринадцатого. Если дадим ему достаточно времени на отдых и позволим восстановить свою способность контролировать иных, его убийство уже перестанет быть такой уж простой задачей.

Думаешь, я этого не знаю? Если бы не апокалипсис, Гуан Веюн, скорей всего, стала бы матерью даже раньше, чем вышла бы замуж. И партнёром, вероятнее всего, был бы всё тот же Ксиа Зенгу. Кто знает, быть может, я бы даже сыграла в старую добрую игру «законная жена vs любовница», ха-ха.

– Даге, и всё же зачем Тринадцатый утащил с собой Бей-бей?

– А какая теперь уже разница? Как говорится, песенка этой девочки уже, скорей всего, спета.

От слов Даге моё лицо побледнело. Вспоминая милую мордашку Бей-бей и думая о её горькой судьбе, у меня сердце кровью обливается.

– Если хочешь её спасти, сосредоточься. Чем быстрее мы их нагоним, тем больше шансов, что она всё ещё будет жива.

И не поспоришь. Собравшись с мыслями, я продолжила бежать по следам Тринадцатого и его шайки. Вот только отпечатков лап на земле было довольно много, и все они шли в разные стороны. Толпа сбежавших из лаборатории иных успела немало наследить, так что с ходу определить в какую сторону пошёл Тринадцатый, оказалось сложнее, как я думала.

К счастью, как и говорил Цзянг Сяотиан, Мамаша оставила после себя довольно-таки устойчивый характерный запах, не говоря уже о подтеках крови, что слегка отдавали материнским молоком.

А спустя ещё какое-то время на своём пути я обнаружила весьма неожиданную, но определённо приятную находку.

– Хей, разве это не мой мотоцикл?! – я была очень тронута. Не думала, что снова встречу моего красавчика тут. А ведь я так расстроилась, когда мне пришлось сесть на автобус и бросить его на дороге!

– Раз ты можешь таскать чужие вещи, логично, что и другие люди способны красть твои, – спокойно подметил Цзянг Сяотиан. – К тому же ты же его прямо на обочине припарковал, так что нет ничего удивительного в том, что кто-то взял его и доехал на нём сюда. Вот только бензина в нём уже, скорей всего, не осталось. Нужно перелить топливо из баков других машин. Тебя научить?

Шутишь что ли?! Такая простолюдинка, как я, что всё делает своими руками, уж точно умеет переливать бензин лучше, чем Ледяной Император, за которого подобные приземлённые вещи всегда делали другие!

– Хм-м, этот мотоцикл ездит на 95 неэтилированном бензине. Смотри, не перепутай.

Даге, какая к чёрту разница 95 там бензин, 98 или даже 100?! Мы в апокалипсисе! Когда тебе нужно топливо, даже чистая нефть сойдёт! Прокричала про себя я, глядя на то, как Цзянг Сяотиан на полном серьёзе расхаживает среди машин, ища ту, что заправлена 95 неэтилированным бензином. Вот что значит жить без забот даже в апокалипсисе. Сравнивать себя с ним попросту нереально!

Сноски

1. Флаг : это игровой сленг, который последнее время частенько мелькает в ранобэ и аниме. При прохождении цепочки квестов, пройденные этапы чаще всего помечаются флажком. Некоторые из таких «флажков» открывают доступ к новым территориям, умениям, событиям и т.д. в зависимости от игры

2. Миллионов : вообще в анлейте тут говорится опять о «тысячах», но десять тысяч в масштабах планеты да за десять-то лет апокалипсиса звучит совсем не «заоблачно» (следующий абзац), потому предположила, что это, вероятно, описка автора

Конец эпохи доминирования Том 3 глава 7: Тринадцатый

Конец эпохи доминирования Том 3: Скованное льдом благородство и величие

Автор оригинального китайского текста: 御我 (Yu Wo)


Глава №7: Тринадцатый – перевод EliSan; редактура Akili

Цзянг Сяотиан тут же нахмурился и зыркнул на меня грозным взглядом. Судя по хмурому выражению на его крохотном личике, он определённо собирается выпалить строгое «нет», и чтобы не дать ему такой возможности, я спешно продолжила:

– Дай своему младшему братишке шанс попрактиковаться. Если не справлюсь, ты всегда сможешь меня заменить. По-моему, весьма приемлемый компромисс, ты так не думаешь?

Услышав мои слова, Цзянг Сяотиан ненадолго притих, колеблясь, но в итоге всё же согласно кивнул.

Тринадцатый же всё это время молча за нами наблюдал. Пусть оба похожих на медведя иных и находились в боевой готовности, нападать они на нас пока явно не намеревались. Думаю, мы заинтересовали Тринадцатого, потому-то он и не торопится нас убивать.

И это отнюдь не было хорошим знаком. Вероятно, Тринадцатый может позволить себе столь спокойно разглядывать своих врагов именно потому, что разделаться с нами он может в любой момент. А это значит, что группы А-Нуо и лейтенанта, скорей всего, находятся не в самом лучшем положении… ну или по крайней мере не представляют угрозы для Тринадцатого. Могу лишь надеяться, что они ещё не полностью перебиты.

Если вошедший сюда ранее элитный отряд полностью уничтожат, то и пришедшая следом подмога вскоре последует за ними. И пусть снаружи башни всё ещё есть другие солдаты, они не являются элитными воинами и не обладают достаточной смелостью, чтобы спуститься сюда. Разве ж стоит многого ожидать от подобных трусов? Этому лагерю беженцев однозначно пришёл конец. В худшем случае он превратится в охотничьи угодья для подчинённых Тринадцатого.

Успев добавить лишь ещё один слой бриллиантового льда, я подняла копьё наизготовку. Внешнее веко у этих медведей, возможно, и непробиваемое, но мигательная перепонка однозначно всё же уязвима. Вот только им это известно ничуть не хуже, чем мне. Будет непросто найти возможность нанести удар по этой слабой точке. Обездвижить их льдом как ранее паучков тоже, скорей всего, не получится, так как эти двое чувствуют себя абсолютно спокойно, стоя на моём льду…

Стоп, быть может, Тринадцатый стоит на теле Черныша именно потому, что не может стерпеть исходящий от пола холод?

Это вполне возможно, но, с другой стороны, Тринадцатый просто не может быть слабее этих бронированных медведей… В обществе иных сила значит уважение, в то время как интеллект ценится не больше грязи под ногами. Особенно на ранних стадиях апокалипсиса. Именно поэтому в будущем среди иных останется настолько мало умных особей, что лишь самые сильные иные смогут заиметь их в свои ряды… Именно так, даже на поздних этапах интеллектуальные иные не смогут править самостоятельно и будут вынуждены полагаться на защиту и покровительство бойцов. Покорять и завоёвывать других можно лишь грубой силой.

Однако не все иные хорошо переносят холод.

Что если я проигнорирую медведей и атакую сразу Тринадцатого? Он ведь в любом случае не станет молча смотреть на то, как я расправляюсь с его подчинёнными прямо у него на глазах. Если мне всё равно придётся сражаться со всеми тремя разом, почему бы не выбрать заранее своей первой целью того, кто, по всей видимости, обладает из них наибольшей чувствительностью к моему холоду? Если смогу быстро вывести его из строя, с оставшимися бронированными медведями будет куда проще разделаться.

И когда я уже принялась анализировать внешний вид Тринадцатого, гадая в чём могут заключаться его сильные и слабые стороны, воздух внезапно пронзили громкие скорбные женские вопли боли. И несмотря на то, что источник этих криков, по всей видимости, находился на приличном расстоянии от нас, они с лёгкостью проходили сквозь толстые стены этого исследовательского центра, достигая наших ушей. Ну а сразу же за женскими криками раздался пронзительный детский плач. Уже через мгновение оба визга смешались воедино, породив вместе настолько мерзкий звук, что аж волосы по всему телу дыбом встали. Возможно ли, что это и есть тот самый плачущий младенец, что мы слышали в самом начале? Так это Мамаша?

Я прислушалась. Этот крик звучал не совсем обычно, словно с нотками отчаянья в голосе. Возможно, положение военных не столь плачевно, как я думала ранее. Быть может, они даже смогут сами без моей помощи завалить Мамашу. Если бы мы сейчас находились в будущем, то убийство одного из генералов Тринадцатого в миг сделало бы их всемирно известными героями!

После этого крика лицо Тринадцатого внезапно изменилось. Нахмурившись, его брови настолько плотно сошлись на переносице, что аж кожа буграми пошла. Выражение его лица теперь походило на беспощадную гримасу самого дьявола. А как же образ офисного работника, что едва не заработал разрыв печени от количества переработанных часов? Окружающая его аура полностью изменилась; теперь всего один его взгляд моментально вселял в сердце страх и понимание, что с этим существом шутки плохи.

Но несмотря на эти внезапные перемены в его образе, он, к моему величайшему изумлению, потерял к моей персоне всякий интерес. Развернувшись, он двинулся в противоположную от нас сторону, и даже два медведя последовали за ним следом.

Хей! А вот это уже грубо!

Но прежде чем я успела даже разозлиться на его пофигистское поведение, Цзянг Сяотиан подле меня уже взорвался от гнева и с рёвом «СТОЯТЬ!» рванул следом за удаляющейся группой иных.

В тот же миг Тринадцатый резко обернулся и взглянул на нас своими огромными, словно блюдца, глазами. Стоило нашим взглядам пересечся, как моё сознание тут же словно пеленой заволокло. Не в силах пошевелиться, я могла лишь безвольно глядеть в его бездонную пару угольно-чёрных глаз. Затем же мою голову внезапно пронзила настолько резкая жгучая боль, что даже колени подкосились. Скрючившись на полу, я не могла ничего, кроме как, обняв голову руками, терпеть эту непереносимую боль.

– Эрге!

Юн-юн? Я повернула голову и взглянула на неё. Какая же моя младшая сестрёнка всё-таки милашка… Стоп! Не в этом сейчас дело! Я опять вижу сон, так? Значит, я потеряла сознание? Чёрт, да что сейчас происходит там, снаружи? Мне нужно поскорее проснуться!

– Эрге, твой лоб просто горит! – с тревогой пробормотала Юн-юн, приложив ладонь к моему лбу. – Тебе не жарко?

– Так у меня температура поднялась? Отойди, Юн-юн, не хватало ещё, чтобы и ты от меня заразилась, – произнесла «я» хриплым голосом. Похоже, я сильно простудилась.

– Нет! – упёрто выпалила Юн-юн. – Я хочу остаться подле Эрге.

– Будь послушной девочкой, Юн-юн, и слушайся Эрге. Твой Эрге уже слёг. Что мы будем делать, если ещё и ты заболеешь?

Но Юн-юн даже не подумала уходить и вместо этого, схватив с прикроватного столика графин, предложила:

– Может, водички хочешь попить?

Мне оставалось лишь беспомощно вздохнуть.

– Сколько сейчас времени?

– Десять часов.

– Тогда почему ты до сих пор не в школе? – нахмурился я. Пусть голова у меня и трещала по швам, я всё ещё помнил, что сегодня однозначно ещё не конец недели.

– Я не пойду туда сегодня! – надув щёчки, выпалила Юн-юн. – Обычно Эрге встаёт по утрам первым и будит меня, но сегодня я проснулась сама, а ты к тому моменту всё ещё дрых. Лишь тогда, проснувшись, я узнала от Лин-бо, что ты заболел. Он хотел отвезти меня в школу, а затем заехать за доктором по пути назад. Сказал, что ему не хочется оставлять тебя дома одного без присмотра, но и отпускать меня в школу на такси тоже не правильно. Потому я решила, что просто останусь с Эрге дома. Лин-бо уже позвонил в школу и предупредил, что меня сегодня не будет.

Да уж, похоже, в доме и в самом деле не хватает людей. Не хорошо заставлять Лин-бо одного бегать взад-вперёд по различным поручениям. Наверно, стоит всё-таки нанять горничную с почасовой оплатой. Главное, чтоб она не с нами жила, а приезжала в определённое время.

Но всё равно мне до чёртиков не хочется впускать в наше семейное пространство посторонних людей. Я задумался, но вскоре голова вновь начала сильно болеть, так что я решил отложить этот вопрос в сторону, пока не поправлюсь. Всё равно не к спеху.

Взяв предложенный Юн-юн стакан с водой, я сделал несколько небольших аккуратных глотков, что в мгновение ока освежили моё сухое горло, и с гордостью улыбнулся. Моя милая младшая сестрёнка такая заботливая девочка! Как можно такую не любить?!

– Где Лин-бо?

– Поехал за доктором.

Я криво улыбнулся. Мог бы просто дождаться моего пробуждения и свозить меня самого к доктору. Зачем столько сложностей?

Раньше, когда мама с папой были ещё живы, в нашем доме постоянно кипела жизнь. Если сложить всех наших горничных, садовников, поваров и прочих получилось бы не менее десяти человек. Был даже личный семейный доктор, что приезжал по первому звонку. Лин-бо любит время от времени вспоминать те прекрасные деньки, но теперь мы лишь крохотное едва богатое семейство.

Даге научился весьма искусно добывать для нас деньги, но и расходы у него немалые. Поддерживать свой собственный отряд наёмников не такая уж простая задача, не говоря уже о том, что с каждым днём их территория всё больше и больше разрастается. Нам надо экономить! Надо бы не забыть потом отчитать Лин-бо за лишние растраты.

– Ты ведь не сообщила Даге, верно?

Это всего лишь жар. Я совсем не хочу, чтобы он шёл в бой, обременённый тревожными мыслями обо мне. Если Даге совершит ошибку в ходе миссии, это может стоит жизни как ему самому, так и его подчинённым! В его голове, мы, его ди-ди и мей-мей, всегда должны быть здоровы и никогда не болеть!

– Нет, потому как разницы от того, знает он или нет, всё равно никакой, – недовольно пробурчала Юн-юн.

Оп-па! Это что, жалоба? Я поднял на Юн-юн взгляд.

– На Даге лежит очень тяжёлая обязанность по поддержанию всей нашей семьи.

– Я знаю, – опустив свою маленькую голову, пробормотала Юн-юн. – Прости…

– Ничего страшного. Я тоже думаю, что наш с тобой Даге настолько редко возвращается домой, что однажды вполне может забыть, где он вообще находится.

Юн-юн тут же согласно кивнула. Если бы Даге когда-либо увидел это возмущённое выражение лица, он в тот же миг незамедлительно покаялся бы в своих грехах, коря себя за провинность. Но даже так в итоге он всё равно не изменился бы, так что и смысла видеть ему это никакого нет.

Я вытянул вперёд руку, желая погладить её по голове, что в моей лежачей позе оказалось сделать непросто. Я и оглянуться не успел, как эта маленькая девочка уже успела настолько подрасти. Как было бы здорово, если бы она и дальше смогла спокойно взрослеть, чтобы однажды стать прекрасной взрослой леди. Она определённо будет одарена как природной красотой, так и мудростью, и станет просто превосходной женщиной!

Однажды, какой-то чертовски везучий засранец женится на моей сяо-мей, после чего на свет появятся новые милейшие карапузы. Я представил себе нескольких бегающих вокруг меня и зовущих меня «дядя» миниатюрных версий Юн-юн и невольно расплылся в улыбке. Как же жаль, что будущее редко складывается так, как мы того хотим… Чёрт, о чём я вообще думаю?!

Что значит, редко складывается, как мы того хотим?! Тьфу-тьфу-тьфу! Надеюсь, я своими бреднями не сглазил свою мей-мей! Моя Юн-юн однозначно станет любимой фортуной счастливой принцессой. Это всё вина моих больных мозгов. Это из-за них мне в голову всякая ахинея лезет.

– Эрге, я собираюсь подогреть тебе молока и приготовить парных булочек. Лин-бо сказал, что ты непременно должен что-нибудь да поесть, – с серьёзным взрослым видом посоветовала мне Юн-юн. – Если что понадобиться, позвони на кухню по внутренней линии. Я мигом прибегу.

– Ладно-ладно, – не сдержав смешок, отозвался я. – Будь осторожна с духовкой.

Юн-юн резво кивнула в ответ и тут же ускакала прочь.

Лишь когда дверь за ней закрылась я смог облегчённо выдохнуть. Моя голова раскалывалась так, словно в ней кто-то кувыркается, а веки были настолько тяжёлыми, что мне едва удавалось держать глаза открытыми. Пожалуй, вздремну немного, пока еда готовится. Это ведь ничего…

– Веюн-джей, ты уже слышала о том, что Ксиа Зенгу опять привёл с собой женщин?

Я уже начал было дремать, но эта внезапно раздавшаяся подле меня фраза вынудила меня резко пробудиться. Подле моей кровати стояла девушка, на вид которой было около двадцати лет от роду. Или, возможно, немного побольше? Не уверен. У неё были утончённые привлекательные черты лица и в целом она выглядела смутно знакомой, но я явно не был с ней знаком.

Но, невзирая на всё вышесказанное, «я» в ответ на её реплику презрительно усмехнулся:

– Позови, если он хотя бы раз вернётся назад без новых женщин. Вот тогда я действительно удивлюсь.

Что? Почему я это говорю? И ещё, мой голос, он… женский? Что со мной происходит?

– Нет, ты не поняла! – покусывая нижнюю губу от гнева, выпалила девушка. – Он привёл пару из матери и дочери. Девочке на вид ещё даже пятнадцати нет. Если бы не всё это, она бы сейчас всё ещё в среднюю школу ходила!

Так, а вот это уже и в самом деле явный перебор. Ну а из того, что я знаю о Ксиа Зенгу, реальная ситуация может быть даже более абсурдной, чем я думаю.

– Мать, она красива?

Девушка моргнула, после чего утвердительно кивнула головой.

– Раз у неё такая взрослая дочь, ей должно быть около тридцати с хвостом лет. Но сейчас все люди выглядят моложе своего реального возраста, так что ей на вид можно дать от силы двадцать с лишним. Да и, ко всему прочему, у неё довольно пышная грудь. Как раз в его вкусе.

Я тут же помрачнела. Неужели Ксиа Зенгу хочет забрать к себе сразу и мать, и дочь? Чёрт, надеюсь, в этот раз я ошибаюсь, и он не задумал устроит себе весёлую ночь с матерью и дочерью разом! Хренов ублюдок!

– Пойду, найду его. Попытаюсь вызволить девочку из его лап.

Девушка вновь согласно кивнула и последовала за мной.

– Сяо Ки, не иди за мной.

Я беспокоилась, что наш с Ксиа Зенгу конфликт может затронуть и её. В последнее время этот парень стал ещё более бессердечным, чем раньше. Ранее я успешно раздобыла и вырастила ряд съедобных растений и животных, благодаря чему голод нашей группе больше не грозит, но именно поэтому теперь я более не представляю для него существенной ценности.

Пусть у меня и больше опыта в нахождении съестных растений и их культивировании, чем у кого бы то ни было, Ксиа Зенгу не станет брать это в расчёт, так как у него есть много других женщин, что могут помочь ему с прополкой полей и прочим. Его вообще не заботит, насколько много еды может подарить всего один акр земли, ведь сам он в любом случае голодным не останется.

Если бы только Ксиа Зенгу продумывал свои действия хотя бы немного больше, наша коммуна процветала бы в разы лучше!

Тем временем та девушка, Сяо Ки, настойчиво продолжила следовать за мной. Мне оставалось лишь тяжело вздохнуть. Подумать только, нынче даже бывшие любовницы моего парня проявляют большую преданность, чем сам парень.

Когда же я отыскала Ксиа Зенгу, он, как и ожидалось, отказался отдать мне девочку. В таком случае, я решила попытать удачу со вторым вариантом:

– Тогда, позволь мне забрать её мать. Для ухода за всеми полями у меня не хватает рук.

– В этот раз я вернулся с целой уймой народу. Можешь забрать из них кого угодно, но мать и дочь мои, – нетерпеливо выпалил он.

Хо-о, так ты ни одну из них отдавать не желаешь. Похоже, моё опасение всё же подтвердилось. Этот сукин сын и в самом деле собрался стать партнёром сразу и для матери, и для дочери. Ничтожество!

– Ксиа Зенгу, трахнуть одну лишь мать тебе мало? Ты не способен сдержаться, чтобы не наложить ручки даже на чью-то несовершеннолетнюю дочь? Ублюдок, да ты вообще человек ещё?

– «Наложить ручки»? Это они ко мне ластились. Если бы я их не принял, они бы даже выжить в одиночку не смогли, знаешь ли! У тебя что, уже совсем сострадания к другим людям не осталось? Только и знаешь, что ревновать!

Ревновать? Я была настолько в гневе, что не сумела сдержаться и в голос рассмеялась. Да какая женщина всё ещё будет ревновать после того, как её парень собрал вокруг себя десятки, нет, сотни любовниц? Покажите мне такую, я хочу выказать ей своё искреннее уважение.

– Если бы ты сам не намекнул ей на свою заинтересованность, ни одна мать добровольно не сделала бы свою собственную дочь мужской подстилкой! Отдай мне девочку и внятно объясни её матери, что её дочь забрали ухаживать за посевами! Что у девочки будет еда и вода. Тогда и посмотрим, будет ли её мать по-прежнему желать запихнуть свою дочь в твою комнату! Или же ты считаешь себя каким-то мега-горячим парнем, от одного лишь взгляда которого любая девушка тут же захочет заползти тебе в постель?!

Лицо Ксия Зенгу напряглось, и он холодно выпалил:

– Гуан Веюн, ты с каждым днём становишься всё более и более вульгарной. Иди и спрячься в своей теплице, чтобы люди тебя не видели. Ты позоришь меня!

– Ебали всю твою семью вдоль и поперёк. Так достаточно вульгарно? – сорвалась я. – Как ни посмотри, но мои слова в сто раз более цивилизованные, чем то, что ты собрался сделать! Ты вообще специализируешься на грязных низменных поступках, которые ни один уважающий себя человек не стал бы делать, и при этом у тебя всё равно хватает наглости звать меня вульгарной?

– Ты! – вырвалось из уст разъярённого Ксиа Зенгу. Его лицо исказилось так, что от прежнего образа сидящего на коне и благородно одёргивающего меня за вульгарность «джентльмена» не осталось и следа.

Я спешно сделала шаг назад, но всё равно оказалась недостаточно быстра. Ксиа Зенгу уже успел схватить меня за шею. Про́пасть между нашей с ним силой теперь была настолько велика, что даже побег теперь был невозможен. Чёрт. Если бы только тогда я не опустила руки и не сдалась. Если бы только стала хотя бы чуточку сильнее…

Моё горло пронзила острая сдавливающая боль. Не могу дышать, но и молить о пощаде тоже не стану. Если этому ублюдку Ксиа Зенгу удастся хотя бы раз заставить меня взмолиться и склонить голову, то с того самого дня он более никогда не станет воспринимать меня всерьёз. Ни за что ему не поддамся, даже если это будет стоить мне жизни!

– Отпусти Веюн-джей! – отчаянно воскликнула Сяо Ки, дёргая Ксиа Зенгу за правую руку, но откуда у неё, медика, взяться силе перебороть мужчину? В результате её всего одним лёгким движением отбросило в стену, да с такой силой, что она едва смогла остаться в сознании. Не став делать других тщетных попыток, она открыла рот и закричала что есть мочи:

– Помогите! На помощь! Веюн-джей сейчас убьют!

Её голос был настолько звонким, что даже я, жертва, едва смогла его стерпеть! И когда моё сознание уже начало постепенно мутнеть, в комнату один за другим начали вбегать люди. Увидев лица этих людей, я моментально расслабилась. К счастью, ими оказались не разношёрстная коллекция ублюдков, что Ксиа собрал на более поздних этапах апокалипсиса.

То были наши более ранние товарищи. Пусть в живых их осталось и немного, но каждый из них является сильным бойцом, и они далеко не всегда и не во всём соглашаются с Ксиа Зенгу. Славно, они пришли. Теперь, у меня появился шанс выжить. Нужно лишь поведать им о сумасшедшей затее Ксиа Зенгу. Тогда, возможно, они согласятся помочь мне уберечь девочку… Сяо Ки, помощь уже подоспела. Не плачь, а то голова раскалывается…

– Эрге! Эрге! Хнык-хнык…

Открыв глаза, я увидел перед собой зарёванную физиономию маленькой девочки. И когда я уже собрался было выпалить «Ты кто?», я резко опомнился, и вместо этого произнёс «Шуюн». Что со мной не так? Как я мог, пусть даже и всего на секунду, не узнать свою собственную младшую сестрёнку?!

– Эрге, тебе очень больно, да? – заливаясь слезами, спросила Юн-юн. – Только что ты выглядел так, будто тебе было очень больно. Я пыталась тебя разбудить, но ты всё не просыпался. Я так испугалась…

Я выдавил из себя улыбку и уже хотел было заверить её: «Я в порядке, не волнуйся», – как мою голову вновь пронзила резкая острая боль. Спазм был настолько сильным, что мне оставалось лишь, прикусив губу, закрыть глаза и терпеть, пока волна боли не пройдёт. Даже звука выдавить не могу. Это ещё больше напугает Юн-юн!

Лишь когда волна головной боли отступила, я позволил себе облегчённо выдохнуть и открыть глаза. И когда я уже собрался было открыть рот, чтобы утешить свою милую мей-мей, перед собой я увидев не её юное личико, а ещё более юное личико маленького ребёнка. Что происходит?

Я был озадачен.

Сон во сне. Пробуждение за пробуждением. Так что в итоге: проснулся я или ещё сплю?

– Шую! Шую, ты как? – паническим голосом спросил у меня малыш. – Скажи же хоть что-нибудь, Шую!

Переведя на ребёнка свой взгляд, я наконец-то пришёл в себя и, открыв рот, произнёс настолько хриплым голосом, что даже я сам был удивлён:

– Голова дико раскалывается. Его психическая способность просто зверски сильна. Даге, боюсь в этом временном континууме Тринадцатый может и не быть бойцом физического типа, как ты полагал.

В этом я теперь была почти уверена, особенно глядя на то, как он не смог выдержать холод моего ледяного пола, но при этом легко манипулировал другими иными.

Но Цзянг Сяотиана это сейчас, похоже, волновало в последнюю очередь.

– С тобой всё в порядке? – всё ещё обеспокоенно хмуря брови, уточнил он.

Да как после такого я могу быть в порядке? Волны боли продолжали то и дело вновь накатывать на меня, но уже не так сильно, как прежде. По крайней мере, теперь я уже не лишалась возможности говорить.

Куда больше меня сейчас беспокоил мой недавний сон, что оказался даже более путанным, чем обычно. По мере возвращения ко мне былых воспоминаний Шую, я всё больше и больше приближалась к заветному ответу, но в то же время не могла найти в себе решимости заглянуть в истину происходящего слишком глубоко. Разумеется, я была бы просто счастлива, окажись я действительно… Но, с другой стороны, это тоже немного…

Я не осмелилась дальше думать в этом направлении. Мне стоило немалых усилий заставить себя не отвернуться и не отвести взгляда от Цзянг Сяотиана.

– Сяо Ю, – раздался взволнованный голос Чен Янксинга, – у тебя глаза кровью налиты, да и лицо всё ещё очень бледное, как мел.

Тогда понятно почему Цзянг Сяотиан не бросился в погоню за Тринадцатым. Небось, за меня переживал.

– Я в порядке, – помотала головой я. – Нужно скорее двигаться дальше. Что-то случилось с Мамашей, и, скорей всего, это работа твоих товарищей-солдат. Если не поспешим и позволим Тринадцатому вмешаться, они могут и не выстоять до нашего прихода.

Мои слова ещё больше взбудоражили Чен Янксинга.

– Тогда идём быстрее.

Подобрав с пола своё копьё, я поднялась на ноги. Пройдя по ледяному коридору, я подошла к всё ещё лежащему лицом вниз Чернышу, чьё тело к этому моменту уже почти полностью покрылось коркой льда.

Присев рядом с Чернышом на корточки, я направила острый конец своего копья ему в голову, после чего подняла вопросительный взгляд на Чен Янксинга. Заметив мой взгляд, парень напрягся и выпалил сухим голосом:

– Позволь мне.

Я согласно кивнула. И, к моему удивлению, Чен Янксинг тут же шагнул вперёд и, не колеблясь ни секунды, всадил падшему товарищу пулю в затылок.

– Идёмте дальше.

Ничего в его облике, кроме разве что слегка трясущихся рук, не выдавало его внутреннего дискомфорта.

– Не стоит за него переживать, – успокоил меня Цзянг Сяотиан с ноткой восхищения в голосе. – До тех пор, пока есть хотя бы один ждущий его помощи товарищ, он не сломается. Этот парень и в самом деле очень даже неплох.

Я снова согласно кивнула. Видишь? Потому-то меня и нельзя винить за желание увести его с собой. Когда ты видишь перед собой талантливого человека, вполне естественно захотеть прибрать его к рукам. Жалко, что Черныш… ух!

– Но я запрещаю тебе влюбляться до тех пор, пока ты не будешь полностью готов, вне зависимости от качества партнёра!

…Даге, даже спустя десять лет жизни в апокалипсисе, когда женщины уже стали похожи на мускулистых мужчин, а мужчины на монстров, когда люди уже перестали даже париться о том, чтобы соблюдать гигиену, когда сам род человека по большому счёту уже перестал иметь какого-либо значения, ты по-прежнему продолжаешь беспокоиться о том, что твоего ненаглядного ди-ди могут умыкнуть прочь просто потому, что на его пути появился человек! Я до сих пор даже не определилась, какой именно пол мне больше нравится, так что расслабься, не собираюсь я ни в кого влюбляться!

– Не выбирай себе в партнёры мужчину, – внезапно встрял в разговор Ву Яоджин. – С твоей-то силой, любой рождённый ребёнок станет огромным вкладом для всего человечества. Не недооценивай силу генетики!

– Да, дети – это хорошо, – согласно кивнул головой Цзянг Сяотиан, но тут же яростно продолжил, – но я никогда не позволю детям моей семьи быть расцененными как вклад в человечество. Можешь не сомневаться, любой, кто хотя бы попытается их так спозиционировать, умрёт на месте смертью храброго!

– …

Шаги идущего впереди меня А-Ксинга стали немного скованными.

Один прожил десять лет в апокалипсисе и успел повидать немало горестей, у другого же синдром Аспергера. Даже находясь в окружении стольких трупов, они оба продолжают спокойно рассуждать о любви и щенячьей любви, а также стоит ли выбирать своим партнёром парня или девушку. От этих двоих у меня уже голова идёт кругом. Даге, прошу, ты можешь оставить после себя более благоприятное впечатление А-Ксингу? Я всё ещё надеюсь переманить этого парня на нашу территорию семьи Цзянг!

Внезапно откуда-то издалека раздались звуки выстрелов. Они звучали приглушённо, так как доносились из-за стен, но всё равно были отчётливо слышны. Должно быть, они близко. Чен Янксинг тут же рванул по направлению к источнику звука, а я последовала за ним. Оглянувшись на бегу, я приметила, что и тот парниша не отстаёт. Ву Яоджин… если честно, я была бы не против, если бы ты отстал и желательно насовсем. Это бы освободило меня от необходимости решать, прибить ли тебя, чтобы излить свою злость, или же оставить живым.

Когда же мы прибыли на место, откуда были слышны выстрелы, вокруг оказалось на удивление тихо, словно и нет здесь никого. Их ведь не успели всех перебить, нет ведь? Я в спешке повернула голову, желая как можно скорее оценить ситуацию внутри комнаты, и невольно застыла, поражённая увиденной сценой.

Пространство внутри было поделено чётко надвое. С одной стороны в самом углу комнаты находилась кучка солдат. Недалеко от неё ближе к центру я приметила некое круглое существо, что было взято в кольцо другой кучкой вояк. Я не сразу даже поняла, где у этой странной твари что. Лишь приглядевшись я смогла различить её тонюсенькие ножки и голову.

Мамаша оказалась куда крупнее, чем я её себе представляла, особенно её громадный живот. Думаю, даже вдвоём полностью обхватить её не удалось бы. Живот Мамаши был широко разинут, и из его недр торчали множество окровавленных детских ручек и ножек. Некоторые из них были настолько длинными, что аж до пола доставали. Мамаша была уже настолько изранена, что, похоже, совершено не могла более двигаться, потому и оказалась в оцеплении.

Из солдат к этому моменту в живых осталось не более двадцати. Младший лейтенант, что привёл с собой вторую волну вояк, также был сейчас здесь и выглядел куда более бравым, чем ранее. Он и ещё несколько бойцов с налитыми кровью глазами и в равной степени красными и бледными лицами стояли впереди с винтовками в руках. Они выглядели как боги смерти. Как боги смерти в последние минуты своих жизней.

Но больше всего меня поразили сидящие вокруг Мамаши раненные солдаты. В их руках не было штурмовых винтовок; лишь гранаты и прочие схожие взрывчатые виды вооружения. С твёрдыми решительными взглядами, все они крепко держались за кольца, готовые в любой момент выдернуть чеку. И я ничуть не сомневалась в том, что, если такой приказ действительно будет дан, они с готовностью подорвут себя.

С другой стороны комнаты напротив солдат была кучка иных. Не очень большая. Приблизительно столько же, сколько и солдат. Впереди остальных своих сородичей, если не ошибаюсь, стоял никто иной, как Асура. Он выглядел почти также, как и на фотографиях базы данных, однако лишь встретившись с ним в живую я смогла в полной мере ощутить, насколько давящее воздействие он проецирует своим аномально высоким ростом. Однако сейчас он уже был в изрядной степени побит и изранен, а левая нога так и вовсе была разорвана до неузнаваемости.

Но чтобы добиться подобного результата, вояки тоже заплатили немалую цену. Весь пол между двумя враждующими сторонами был усыпан разорванными фрагментами тел, и пусть некоторые из них и принадлежали иным, большинство всё же были останками павших солдат.

Понимая, что обречены, эти бравые солдаты не желали погибать в одиночестве. Они были твёрдо намеренны пустить свои гранаты в ход. Даже понимая, что их мощи скорей всего не хватит для того, чтобы убить таких сильных иных как Тринадцатый или же Асура, хотя бы раненую Мамашу солдаты точно планировали утянуть за собою прямо в ад. Не будь их решимость и воля столь сильны, Тринадцатый не выглядел бы сейчас таким напряжённым и мрачным. Он даже принудительно заставил своих сородичей прекратить атаку. И это притом, что все десять с небольшим находящихся подле него иных выглядят весьма внушительно, потому, стоит только захотеть, и с полной зачисткой солдат у них не возникнет абсолютно никаких проблем.

– А-Нуо! – окликнул своего товарища Чен Янксинг. – Что случилось с лейтенантом и Гуо Хонгом?

– С какого ты сюда припёрся, придурок! – рявкнул в ответ А-Нуо, бросив на того яростный взгляд. – Пошёл вон, пока можешь!

От этих слов Чен Янксинг невольно вздрогнул на месте, после чего с мольбой во взгляде обернулся на меня.

Я тоже хотела бы быть достаточно сильной, чтобы одолеть Тринадцатого и его десять с небольшим подопечных, но всё отнюдь не так просто. На деле даже убийство одного лишь Тринадцатого уже вполне можно будет назвать крупной удачей, не говоря уже об остальных иных.

– Я их явно недооценил, – подметил Цзянг Сяотиан. – Не думал, что им удастся настолько сильно ранить Асуру и Мамашу. С этим, у тебя теперь действительно есть шанс одолеть Тринадцатого. Просто оставь солдат разбираться с остальными иными, а сам займись прицельно Тринадцатым.

Но если я так сделаю, выживших в итоге солдат можно будет пересчитать по пальцам одной руки. Их и так уже изрядно потрепало, да и держатся они из последних сил. Я уже почти что могу видеть нависшую над их головами тень мрачного жнеца.

Судя по тому, что я видела, судьба Мамаши Тринадцатому по какой-то причине небезразлична. Возможно, мне удастся обеспечить безопасность этим загнанным солдатам, если возьму её в заложники и тем самым заставлю Тринадцатого отступить.

Признаться, меня очень впечатлила стойкость этих ребят и их воля биться до последнего вздоха. Даже перед лицом смерти они остаются самоотверженными. Выходит, в начале апокалипсиса действительно существовали не только коррумпированные до мозга костей солдаты, но и такие вот благочестивые ребята, как эти. Скорей всего, большинство славных вояк просто-напросто не дожили до более поздних этапов апокалипсиса.

Хорошие люди долго не живут; ублюдки живут вечно. Как по мне, так этот закон жизни просто омерзителен, и сейчас всё, чего я желаю, так это помочь стоящим передо мной хорошим людям выбраться из этой передряги живыми. Ну же!

– Даге, я не хочу жертвовать этими солдатами.

Стоило мне это произнести, как Чен Янксинг тот час же вылупился на меня.

– Я знаю, о чём ты думаешь. Ты ни меня не желаешь в бой пускать, ни жертвовать стоящими перед тобой людьми. Уж больно многого ты «не желаешь», Шую, – холодно произнёс Цзянг Сяотиан. – Ты ведь прекрасно знаешь, что если Тринадцатый сейчас сбежит, то в будущем от его рук погибнет куда больше людей, чем эта горстка солдат. Твоё нынешнее решение людей не спасёт. Ты лишь обменяешь жизнь десятка на жизни десятков тысяч!

Знаю. Я это понимаю! Более того, на деле общее число павших от рук Тринадцатого во много раз больше нескольких десятков тысяч. Принимая это в расчёт, не то что солдатами, даже если ради его убийства придётся пожертвовать жизнями всех людей в лагере беженцев, это всё равно будет стоить того… Ага, щас!

Жизни людей вам не числа на бумажке, чтобы вот так просто их считать! Серьёзно, для меня жизнь Юн-юн стоит больше жизней десятков миллионов прочих незнакомцев! Да, это лицемерие чистой воды, но и что с того? Я знать не знаю всех этих десятков тысяч людей, что умрут от рук Тринадцатого, если он сбежит, а вот этих солдат, что из последних сил яростно сражаются прямо у меня на глазах, я знаю и искренне ими восхищаюсь!

– И всё равно, Даге, я хочу, чтобы они жили, – едва слышно заканючила я жалостливым голосом. – Помоги мне.

К моему удивлению Цзянг Сяотиан в ответ на эти слова не разозлился, а напротив расплылся в ехидной ухмылке.

– Знаешь, Шую, до этого момента я всегда думал, что твой образ мыслей уж больно взвешенный и расчётливый. Совсем не такой, какой должен быть у человека, что лишь недавно вступил в эпоху апокалипсиса, и уж тем более не такой, какой мог бы быть у восемнадцатилетнего юнца. Лишь теперь ты наконец-то зазвучал как настоящий подросток.

Это потому, что в душе я тридцатипятилетняя тётка, что прожила в апокалипсисе добрых десять лет. Я испытала на своей шкуре приблизительно столько же времени в апокалипсисе, сколько и сам Сяотиан. Разница лишь в том, что я в какой-то момент отчаялась и опустила руки. Возглавив сборище брошенных и смирившихся со своей участью любовниц, я с головой ушла в земледелие, отрезав себя от остального внешнего мира. Все сражения последних лет благополучно прошли мимо меня.

– Валяй. Делай что хочешь, – равнодушно бросил Цзянг Сяотиан. – Даже если сейчас позволишь ему уйти, мы вполне сможем нагнать его вновь позднее.

То есть как ни крути, а убить Тринадцатого мне всё равно придётся, так? Я горько вздохнула. Ладно, так уж и быть. Иначе я буду чувствовать угрызения совести каждый раз, как до меня будут доходить слухи об очередных зверствованиях Тринадцатого.

– Тринадцатый, отпусти их, – громко крикнула я.

Услышав мой оклик, Тринадцатый повернул голову в нашу сторону, при этом окружающая его аура и выражение лица ещё больше обострились, намекая на то, что он без колебания готов закончить эту конфронтацию полным взаимным уничтожением.

Невольно сглотнув, я попыталась придать себе как можно более грозный вид и яростно взревела:

– Забирай своих прихвостней и проваливай отсюда. Однако если настаиваешь на том, чтобы закончить дело дракой, ты её получишь!

После этих моих слов глаза Тринадцатого слегка сощурились. Однако уже через секунду его взгляд резко переметнулся на Цзянг Сяотиана, и в его глазах тот час же мелькнула тень страха. Хорошее чутьё! Он смог с ходу определить, что именно Сяотиан среди нас самый опасный. Что и следовало ожидать от будущего короля иных!

– Её тоже? – спросил он, бросив равнодушный взгляд на Мамашу. Хоть он и старался не подавать виду, но уже потому, что он бросился Мамаше на выручку, стоило ей лишь раз вскрикнуть, и потому, как крепко были сжаты сейчас его кулаки, было ясно видно, что этот иной для него действительно важен.

Более того, Цзянг Сяотиан уже упоминал ранее, что даже десять лет спустя Асура и Мамаша так и останутся генералами Тринадцатого. Скорей всего, он готов хладнокровно пожертвовать любым количеством прочих иных из этого исследовательского центра, лишь бы только уберечь Асуру и Мамашу.

– Нет! – внезапно рявкнул А-Нуо. – Если отпустим эту тварь, они точно объединятся и вместе сотрут нас в порошок!

Однако Цзянг Сяотиан его полностью проигнорировал и вместо этого, глядя Тринадцатому прямо в глаза, ответил:

– Только если пообещаешь немедленно уйти, не тронув этих солдат. Только тогда мы позволим тебе забрать Мамашу.

Солдаты один за другим с абсолютно очумелым видом перевели свои взгляды на маленького ребёнка, словно не могли поверить собственным ушам и глазам.

Я же просто опустила взгляд на Сяотиана. Недоверие А-Нуо было абсолютно понятно и небезосновательно. Стоит нам отдать ему Мамашу, и ничто уже не сможет гарантировать, что Тринадцатый действительно последует договору и послушно уйдёт прочь.

– Тринадцатый широко известен тем, что всегда чтит своё слово, – пробормотал Цзянг Сяотиан, как видимо почувствовав на себе мой взгляд. – Ради соблюдения данного обещания он однажды даже добровольно покинул уже фактически выигранное сражение. В тот раз он в одночасье потерял несколько десятков тысяч своих сторонников и при этом ничего не получил взамен.

Ух, даже люди не обладают настолько подавляющим чувством собственного достоинства. Теперь я даже не могу стоять перед ним с высоко поднятой головой!

– Мамаша?.. Лучше чем 005, – кивнул Тринадцатый, неожиданно легко приняв новое обращение, и прямо заявил. – Хорошо. Мамаша отдать мне. Мы уйти. Солдаты не трогать.

Услышав ответ Тринадцатого, солдаты ошарашено застыли, но во взглядах так и читался скепсис и недоверие.

– А-Нуо, делай так, как велит Сяо Ю, – крикнул Чен Янксинг. – Он и этот ребёнок – не обычные люди.

Но А-Нуо так и не отозвался. Его лицо было холодным и безэмоциональным. По сравнению с тем живчиком, каким он был в нашу первую встречу, сейчас он казался совершенно другим человеком.

– Чувак, просто доверься мне! – взволнованно продолжил убеждать товарища Чен Янксинг. – Мы достаточно братьев уже за сегодня потеряли. Пусть хотя бы оставшиеся уцелеют. Там, снаружи, всё ещё полно людей, что по-прежнему нуждаются в нас. Этому исследовательскому центру уже пришёл конец, а блуждающие по округе монстры могут напасть в любой момент. Мы не можем позволить себе умереть!

– По-твоему, я не хочу выжить?! – рявкнул в ответ А-Нуо. – Разумеется, хочу! Но если отпустим этих чудовищ на свободу, ни у нас, ни у остальных снаружи не будет и шанса на выживание. Думаешь, монстр станет держать своё слово? Да ты, должно быть, шутишь!

– Если он нарушит своё обещание, – встряла в разговор я, – я жизнь свою на кон поставлю ради вашей защиты.

– …Ты-ы? – протянул А-Нуо и истерически рассмеялся.

Не дожидаясь новых грубых реплик с его стороны, я приподняла своё ледяное копьё и с силой стукнула им об пол. В тот же миг всё пространство вокруг меня разом покрылось толстой ледяной коркой. Сразу же за этим я создала на своих ступнях ледяные лезвия. Немного поразмыслив, я пришла к выводу, что всё это по-прежнему выглядит недостаточно внушительно. А раз так, я могу заморозить всю свою ногу вплоть до щиколотки, создав тем самым своего рода ледяные ботинки. Разумеется, я также не забыла приделать к ним устрашающего вида ледяные лезвия. Так должно выглядеть более внушительно.

– Да, я!

К этому моменту взгляды всех в комнате были сосредоточены на мне. Я молча подняла своё копьё и, ткнув им на Асуру, приказала командным тоном:

– Асура, подойди поближе и помоги Мамаше.

Однако Асура в ответ лишь оскалил на меня свои зубы. Не похоже было, что он понимает человеческую речь.

– Асура? – повторил за мной Тринадцатый, словно пробуя слово на вкус. – Неплохо.

Только не говорите мне, что до этого момента у них ещё не было этих имён? Хотя, если припомнить, Ву Яоджин всё это время называл их исключительно как 005, 013 и 042. В смысле, будучи всё ещё запертыми в стеклянных цилиндрах, им навряд ли бы пришло в голову начать давать друг другу имена. А раз они только-только сбежали, то откуда бы они так быстро взялись?

Я только что сама того не осознавая даровала имена трём довольно значимым иным. Это… ведь несильно изменит ход истории, нет ведь?

С самого своего пробуждения я то и дело побуждаю разного рода изменения в этом мире, наиболее существенным из которых, разумеется, является возвращение Даге из Глассии домой. Но учитывая значимость личности Ледяного Императора для всего человечества, одно лишь это изменение настолько повлияло на мир, что я даже предположить не берусь, к каким последствиям это в итоге приведёт. В будущем мне стоит тщательнее обдумывать свои шаги и действия. С этого момента, принимая решения, мне не стоит полагаться лишь на память Гуан Веюн.

Тринадцатый метнул в Асуру взгляд, и тот, по всей видимости, сразу же понял, чего от него ждут. Он и в самом деле иной психического типа. Получив указания, Асура медленно и осторожно двинулся в сторону солдат. Тринадцатый же тем временем озвучил свой приказ вслух:

– Ты идти поддержать Мамаша.

Услышав слова Тринадцатого, Асура с озадаченным видом обернулся назад, словно спрашивая, зачем нужно было повторять приказ, но всё равно продолжил выполнять порученную ему задачу.

Но стоило Асуре всего на пару шагов приблизиться к воякам, как те недолго думая направили на него дула своих автоматов. Не имея возможности подойти ближе, Асура угрожающе оскалился на них, после чего оглянулся и зыркнул на Тринадцатого. Этот его взгляд был очень красноречивым и выражал вовсе не злость или же ярость, а скорее жалобу. Что-то вроде «Вот видишь! Не дадут они мне забрать Мамашу».

Тринадцатый покосился на меня многозначительным взглядом.

Мне же оставалось лишь свирепо уставиться на своих союзников-солдат за их разочаровывающее поведение и уверенным шагом двинуться к ним. Проходя на своём пути мимо группы иных, я приметила мелькнувшую на лицах вояк обеспокоенность и мысленно вздохнула от облегчения, радуясь тому, что не зря трачу здесь своё время, спасая их жизни.

Некоторые из иных при моём приближении действительно выглядели так, словно желали на меня наброситься, но я глянула на них ледяным взглядом… действительно «ледяным». Всплеск морозного воздуха вынудил ближайших ко мне иных отступить на несколько шагов назад, моментально их усмирив. Иные всегда будут чтить и бояться сильных.

Дойдя до оборонительной линии солдат, я подошла к А-Нуо. Опустив рукой дуло его пистолета, я произнесла твёрдым командным тоном:

– Все, отойдите в сторону.

Но солдаты даже с места не сдвинулись, лишь дружно перевели взгляды на А-Нуо. Как и думала, с таким лицом и телосложением крайне тяжело управлять массами. Пусть моя демонстрация способности контроля льда и вселила в их сердца толику страха и уважения ко мне, это вовсе не значит, что солдаты тот час же с готовностью побегут исполнять мои указания.

– Если эти монстры нарушат своё слово, ты продолжишь стоять перед нами и защищать нас, даже если это убьёт тебя, – опустив на меня взгляд, рыкнул А-Нуо. – Уверен, что сможешь так?

– Если они действительно нарушат своё обещание… – тихо произнесла я и ухмыльнулась, – я позволю им умереть у вас на глазах. На это я более чем способен.

Опешив на пару секунд от моих слов, А-Нуо затем усмехнулся и, обернувшись назад, махнул рукой в сторону.

– Слыхали, ребят? Расступитесь и дайте дорогу нашему бравому Сяо Ю. Иначе, если дадим ему шанс в одиночку выкосить всех тварей, лишимся последней толики гордости!

Услышав слова командира, солдаты также заухмылялись в ответ, притом что лица их так и остались искривлены гримасами боли. Некоторые отступили назад, таща за собой раненых товарищей, и сразу же приступили к перевязке. Для многих из них это действительно сейчас было жизненно необходимо. Стоило напряжению немного спасть, как их лица тут же мёртвенно побледнели. Казалось, они уже были одной ногой в могиле.

Тем временем Асура подобрал с пола Мамашу, что, сказать по правде, выглядело со стороны очень странно. Представьте фрикадельку, в которую воткнули четыре зубочистки, нанизали на две палочки для еды и полили сверху кетчупом. Возвращаясь к своим, они предпочли обогнуть меня по широкой дуге; похоже, исходящий от меня морозный воздух им очень не нравился.

И как только Асура добрался до Тринадцатого, те и в самом деле тут же развернулись, желая уйти, но Цзянг Сяотиан и Чен Янксинг по-прежнему стояли в дверном проёме, преграждая им путь. Цзянг Сяотиан сделал это явно нарочно, а вот Чен Янксинг, скорей всего, просто не сориентировался вовремя и пропустил момент, когда стоило отойти. Что же касается Ву Яоджина, то он попросту исчез. Хм, стоит ли мне вообще объяснять? Уверена, он заметил, что ситуация складывается не в его пользу, и быстренько сбежал прочь.

Я глянула на Цзянг Сяотиана, немного опасаясь того, что он не позволит им просто уйти. Ранее он сказал, что Тринадцатый всегда держит своё слово, но вот о том, держит ли он сам своё слово, Сяотиан не сказал. Но, всё же, Даге должен быть из тех людей, что верны своим обещаниям, так ведь?

Если человек нарушит своё слово, в то время как даже иной сдержал обещание, то получится крайне ироничная ситуация. Я не хочу подобное видеть. Это заставит меня почувствовать себя ниже иного. И, кроме того, Цзянг Сяотиану запрещено использовать свою способность!

К счастью, мои худшие опасения не подтвердились. Цзянг Сяотиан спокойно глянул на меня, по всей видимости догадываясь, о чём я сейчас думаю. Потянув Чен Янксинга за рукав, они оба отошли в сторону и встали вдоль стены.

– Так они что же действительно собираются сдержать своё слово? – боясь поверить собственным глазам, пробормотал А-Нуо.

– Погоди, – Внезапно выпалил Тринадцатый и обернулся, до такой степени напугав этим движением вояк, что те едва вновь не подняли на изготовку свои ружья. Но Тринадцатый даже внимания на них не обратил. Его взгляд был устремлён лишь на меня. – Ты нас знать? Мамаша. Асура. Моё имя как?

– Нет, я вас не знаю. Тебя зовут просто Тринадцатый, – честно ответила я. Гуан Веюн не была настолько невезучим человеком при жизни, чтобы познакомиться с тобой лично, но вот с Цзянг Сяотианом тебя связывает ничем неутолимая вражда. Причём настолько ярая, что Цзянг Сяотиан жаждет искромсать тебя на кусочки, а затем переловить твоих подчинённых и, попересажав их в клетки, сделать из них своих питомцев.

Асуру ещё можно поставить где-нибудь снаружи дома в качестве скульптуры, но вот Мамаша попросту слишком уродлива. Даже если Цзянг Сяотиан, наплевав на гордость и честь Ледяного Императора, начнёт, катаясь по полу, плакать крокодильими слезами, я всё равно буду категорически против этого! Что если она до смерти напугает мою Юн-юн?!

– Тринадцатый? – с явным недовольством повторил собственное имя Тринадцатый.

Блин, если бы я знала, что до этого дойдёт, назвала бы его «Истинус Злодейнус». Тогда, каждый раз произнося своё имя вслух, он с ходу бы лишался половины своей внушительной ауры. Даже жаль немного, что я упустила такую возможность. Быть можешь, ещё не поздно что-то подправить?

Тринадцатый, пусть и не был особо рад своему имени, но всё же принял его, мотнув головой, и взглянул на меня.

– Твоё имя?

Раскрыть своё имя будущему королю иных? Это представляется мне крайне опасной затеей… но такой заманчивой!

– Я – Цзянг Шую, – представилась я, едва сдержавшись, чтобы не продолжить своё представление словами «и я тот, кто в будущем станет Ледяным Императором». К счастью, у меня всё же хватило скромности на то, чтобы не произнести подобную избитую фразу вслух.

– Цзянг Шую, – повторил моё имя Тринадцатый, после чего, следуя своему обещанию, развернулся и вместе с прочими иными проследовал к выходу из комнаты.

Лишь после того, как последний странно выглядящий иной скрылся из виду, солдаты позволили себе нарушить царившее прежде гробовое молчание. Воздух наполнился перешёптываниями, восклицаниями, плачем и смехом… словно они до сих пор не могли поверить в то, что сумели выжить.

Солдаты одновременно рыдали и хохотали. Все они были настолько счастливы, что бросились радостно обниматься друг с другом, совершенно не обращая внимания на то, какими потными вонючими и грязными они все сейчас были.

– Мы и в самом деле не умерли!

Конец эпохи доминирования Том 3 глава 6: Центральная комната управления

Конец эпохи доминирования Том 3: Скованное льдом благородство и величие

Автор оригинального китайского текста: 御我 (Yu Wo)


Глава №6: Центральная комната управления – перевод EliSan; редактура Akili

Бах, бах, бах!

В последний момент я успела отвести дуло пистолета в сторону. Поверить не могу! Мой преданный слуга посмел в меня выстрелить! Среагируй я на долю секунды позднее, и пули напрямую пронзили бы мой мозг, лишив даже возможности обратиться в иного!

Факт того, что я едва не погибла самым что ни на есть абсурдным образом, не на шутку меня взбесил. Врезав Чен Янксинга разок по морде кулаком, я схватила его за шкирку и принялась с остервенением лупасить по щекам без остановки!

Черныш же, почувствовав мою ярость, уже сделал было шаг в мою сторону, как видимо с намереньем остановить меня, но поняв, что я лишь раздаю парню пощёчины, неловко застыл на прежнем месте.

Лишь после пары десятков шлепков, я, наконец, соизволила остановиться.

– Чен Янксинг, а ну быстро в себя пришёл! – рявкнула я. – Козлина ты эдакая! Как бы ты потом расплачивался со мной, повреди ты моё драгоценное лицо?!

После этих моих слов все дружно повернули головы и взглянули на «драгоценное лицо».

Чен Янксинг также с несколько секунд молча таращился на «драгоценное лицо» в ступоре, но затем, словно резко придя в себя, воскликнул:

– Сяо Ю? Что ты тут делаешь? Тебя что, поймали?

Я раздражённо схватила парня за голову одной рукой, приподняла его над полом и даже выпустила немного энергии льда из ладоней для пущей убедительности.

– «Поймали»? Да аж десять раз! – рыкнула я. – Уж теперь-то тебе достаточно «свежо», или мне стоит посильнее тебя подморозить, чтоб ты наконец проснулся?!

Затем же, разжав хватку, я позволила Чен Янксингу мешком упасть обратно на пол. Парень тут же закашлялся, выплёвывая из рта кристаллики льда. Лишь через какое-то время, вытерев лицо, он тихо пробормотал:

– Такое ощущение, словно я всё ещё во сне нахожусь.

Тем не менее, несмотря на его собственный слова, вид он уже имел весьма бодрый.

– Где остальные? Живее, расскажи мне всё, что с вами тут приключилось, иначе можешь даже не надеется увидеть своих товарищей снова живыми!

Чен Янксинг бросил быстрый взгляд на Черныша, но никаких вопросов задавать не стал и сразу же приступил к пересказу событий:

– Спустившись вниз на лифте, мы сразу же разделились на две группы. Одна команда под командованием А-Нуо устремилась к центральной комнате управления, в то время как лейтенант и Гуо Хонг повели вторую команду в другую сторону. По пути на нас то и дело нападали разного рода твари, из-за чего многие получили ранения или даже погибли. Почувствовав неладное, мы попытались было отступить обратно к лифтовому холлу, но дорога назад уже была отрезана, так что у нас не осталось иного выхода, кроме как идти вперёд. К тому же моменту, как мы добрались сюда, мы уже лишились половины нашего состава. До того, как меня вырубило, А-Нуо был ещё жив, однако что произошло дальше, не знаю.

Рассказ Чен Янксинга был очень кратким и по делу. Не удивительно, что Черныш в прошлом оценил его как «даже А-Ксинг сойдёт». Он сумел сохранить спокойствие и ясность ума, даже будучи с ног до головы покрыт плотью и кровью своих товарищей. Не видь я перед собой эту пару красных от переживания за товарищей глаз, трясущихся рук и стоящих торчком от налипшего инея волос, точно бы поверила, что произнёсший эти слова солдат находится в состоянии абсолютного душевного покоя. Признаю, я его недооценила.

– Из сказанного можно заключить, что Тринадцатый, по всей видимости, уже захватил центральную комнату управления, – нахмурившись, прокомментировал Цзянг Сяотиан. – Ну а раз наша группа напротив не встретила почти никакого сопротивления со стороны иных, рискну предположить, что враг специально заманивает нас в своё логово.

– Хочешь сказать, что их интеллект настолько развит? – это меня немало удивило. Да как могут иные на столь раннем этапе апокалипсиса быть настолько умны? Что это долбанное ИЦМО с ними сотворило?! Подумала я и спешно уточнила. – А-Ксинг, встречал ли ты по пути сюда говорящих иных?

– Нет, – помотал головой вояка, – те, что попадались нам, не сильно-то отличались от монстров снаружи. Стоило им заметить нас, они тут же набрасывались, словно мы были для них ходячим угощением. Сдерживать их удавалось лишь огневой мощью. Однако некий командир у этих монстров наверняка есть. Как только мы впервые столкнулись с их явно скоординированными атаками, Ан Нуо сразу почуял неладное и попытался отступить, чтобы вновь воссоединиться с группой лейтенанта и перегруппироваться. Однако к тому моменту было уже слишком поздно. Все наши пути отхода оказались заблокированы. Такое было бы попросту невозможно организовать без лидера.

Теперь у меня в голове уже имелась довольно ясная картина происходящего. Похоже, здешние подопытные не пробудили в себе человеческое сознание, как верят учёные, а попросту эволюционировали немного быстрее, чем их сородичи снаружи. Какое «человеческое сознание» стало бы оголтело набрасываться на других людей с намереньем сожрать?!

Но Тринадцатый является исключением из общей картины. Лидерские качества требуют не только развитого интеллекта, но и опыта. Так что вот он, вероятно, действительно обладает человеческим сознанием, однако заслуги ИЦМО в этом нет. Скорее, это просто его уникальная отличительная черта, а вовсе не прорыв учёных в их исследованиях по возвращению разума иным.

– А-Ксинг, как считаешь, следует ли нам пойти дальше и попытаться догнать А-Нуо, или же вернуться назад за лейтенантом? – взволнованно спросил Черныш.

На что Чен Янксинг отозвался встречным вопросом:

– Сколько времени прошло с тех пор, как наша поисковая группа вошла сюда?

– Сорок минут, – взглянув на часы, ответил Черныш.

– Всего сорок минут… – на долю секунды лицо Чен Янксинга исказила гримаса боли, но уже в следующее мгновение он мотнул головой и, вернув себе самообладание, с волнением сообщил. – Этой точки мы достигли приблизительно спустя двадцать пять минут после спуска. К тому моменту А-Нуо уже вёл отряд на предельно возможной скорости, рассчитывая прорваться сквозь оборону врага. Я находился в хвосте строя и приглядывал за тылом, однако меня вырубили раньше, чем я успел хотя бы заметить приближение атаки. С тех пор прошло не так уж много времени, так что шанс нагнать отряд у нас всё ещё есть!

Услышав эти слова, я опустила взгляд на Цзянг Сяотиана. Он ведь всего пару минут назад настоятельно рекомендовал нам отправиться в центральную комнату управления, чтобы убить Тринадцатого, и теперь когда А-Ксинг предложил последовать за группой А-Нуо, Цзянг Сяотиан вполне может воспротивиться.

Однако Цзянг Сяотиан, заметив мой взгляд, лишь равнодушно подметил:

– Если Тринадцатый действительно сейчас находится в центральной комнате управления и командует оттуда иными, думаете у нас действительно есть выбор, куда идти?

Все присутствующие тут же помрачнели. Лишь я одна несогласно замотала головой.

– Возможно, и есть, ведь Тринадцатого может попросту не заботить, куда мы направляемся. По сравнению с другими находящимися сейчас в исследовательском центре группами людей, наша до смешного малочисленна. Стал бы ты на его месте подбирать крошки с пола, если бы у тебя перед носом всё ещё лежал ароматный кусок хлеба?

Сейчас ещё не то время, когда всего один элитный воин мог бы противостоять целой армии врагов в тысячу бойцов. На данном этапе исход боя всё ещё сильно зависит от численности и огневой мощи, так что человеческий разум Тринадцатого навряд ли сочтёт нас за угрозу. Эх! Впрочем, пожалуй, я действительно не настолько сильна, как отряд под командованием лейтенанта с их-то пистолетами и автоматами, так что не так уж он и не прав в своём суждении.

Цзянг Сяотиан призадумался немного над моими словами, после чего согласно кивнул.

– Тут ты, скорей всего, прав. На ранней стадии апокалипсиса, если бы я приметил крупную шайку иных, то, вероятно, просто проигнорировал бы разбросанных по округе одиночек. В настоящий момент численное превосходство всё ещё значит куда больше, чем индивидуальные способности бойцов.

Даге, прошу, не сравнивай людей с иными!

– Ты… – вырвалось из уст ошарашено глядящего на Цзянг Сяотиана Чен Янксинга.

Но я предпочла проигнорировать его замешательство и спокойно приказала:

– Веди нас. Давайте догоним А-Нуо и остальных.

Похоже, у парня всё ещё было полно вопросов к нам, однако он проглотил обратно все свои подозрения и ткнул дулом пистолета в проход.

– Нам сюда, – буркнул он и сразу же затопал в указанном направлении, уже на ходу выпалив. – Черныш, на тебе тыл. Будь предельно бдителен.

– Нет, за тылом присмотрю я, – тут же парировала его приказ я. Если поставим Черныша в конец строя, он не только не сможет вовремя предупредить нас о возможной опасности, но и сам вполне может исчезнуть раньше, чем мы сможем это заметить.

Услышав моё возражение, Чен Янксинг резко затормозил и, оглянувшись, уставился на меня.

Заметив возникшую напряжённую паузу, Черныш поспешил объяснить:

– Сяо Ю очень силён. Он метко стреляет, ловко двигается и обладает какой-то странной способностью управлять льдом. Это он спас нас там снаружи.

Поразмыслив над этой информацией ещё с несколько секунд, Чен Янксинг утвердительно кивнул и вновь возобновил своё движение. По ходу, EQ1 у этого парня просто заоблачное. Солдаты элитного отряда действительно радикально отличаются от остальных обычных вояк.

Начав движение, мы всего за несколько минут преодолели довольно внушительное расстояние. Чен Янксинг шёл вперёд предельно быстрым шагом, очевидно из-за растущего беспокойства за своих братьев по оружию. Исключения составляли лишь резкие повороты коридоров да редкие разгромленные комнаты на нашем пути. В этих случаях Чен Янксингу волей-неволей приходилось затормаживать, чтобы проверить, не затаилась ли где угроза, и лишь потом вновь возобновлять свой шаг. Такими темпами, тот Ву Яоджин вскоре вконец от нас отстанет.

Время от времени на своём пути мы находили трупы вояк, каждый из которых был лишён той или иной части тела. Уже лишь глядя на это, было очевидно, что отряду А-Нуо приходится ой как несладко, из-за чего выражения лиц Чен Янксинга и Черныша с каждой минутой становились всё мрачнее, но, к счастью, лидера группы, А-Нуо, среди павших не было. Иначе, боюсь, эти два парня попросту не выдержали бы и потеряли всякую волю двигаться дальше.

– А-Ксинг, – внезапно насторожившись, окликнул Черныш, – если продолжим идти этим путём, мы скоро достигнем центральной комнаты управления. Зачем вы выбрали этот путь, если знали, что там поджидает враг?

– У нас не было выбора! – рявкнул Чен Янксинг в ответ. – Они наседали на нас со спины, так что нам приходилось идти вперёд, хоть мы и понимали, что это ловушка!

Я вновь бросила взгляд на Цзянг Сяотиана. Теперь понятно, почему он не стал возражать против затеи последовать за отрядом А-Нуо. Должно быть, он с самого начала знал, куда приведёт нас этот путь.

Ещё один поворот, и мы окажемся уже совсем близко от центральной комнаты управления. Добравшись до поворота, Чен Янксинг остановился. На лице его отражалась гремучая смесь злости и тревоги. Сделав глубокий вдох, он взглянул на Черныша.

– Готов?

Однако тот прежде чем ответить сперва покосился на меня. Лишь после того, как я кивнула, Черныш отозвался:

– Да.

Чен Янксинг опустив взгляд на Цзянг Сяотиана. Его лицо невольно дернулось, но он сдержался от комментариев и вместо этого выпалил:

– Тогда с этого момента готовьтесь встретить что угодно.

Выпалив эти слова, Чен Янксинг поднял своё оружие и резко завернул за угол, но в тот же миг его с силой отбросило назад. Отлетев аж на пару метров назад, он рухнул на пол, лицом вниз.

Я тут же бросилась к Чен Янксингу, оттолкнув в сторону шокированного Черныша, и обнаружила на лице парня громадного… паука? С расстояния я приняла существо за паука, однако при ближайшем рассмотрении стало заметно, что его округлое тельце слегка поблёскивает от отражённого света, и покрыто какой-то вязкой жижей. В общем, по своей сути он напоминал скорее крупного морского гада, что закрепился на лице у парня, обвив его голову двумя щупальцами. Сколько бы Чен Янксинг не скрёб его ногтями, содрать эту тварь с лица у него никак не получалось.

Я спешно присела рядом, но стоило мне прикоснуться к парню, как тот тут же вздрогнул и принялся в страхе отползать от меня назад.

– Это я. Не шевелись.

Чен Янксинг тут же застыл на месте. Похоже, тварь на лице не мешала ему слышать мой голос. Его тело то и дело содрогалось, но он изо всех сил старался не двигаться.

Я же тем временем положила руку на существо, но покрывающая его слизь мешала как следует ухватиться за его тельце. Из-за большого количества тонких лапок, эта тварь с виду напоминала паука, но кожа была точь-в-точь как у морского обитателя. Скорей всего, проще всего содрать это существо получилось бы с помощью огня, однако всего одно неловкое движение, и Чен Янксинг уже никогда не смог бы показать своё лицо на людях.

– Возможно, будет немного холодно, но ты терпи.

Я аккуратно заморозила склизкое существо, и сразу же обломила обвивающие голову парня длинные щупальца. И когда я уже собралась было внимательно осмотреть разделяющую тварь и лицо Чен Янксинга щель, чтобы ненароком не содрать с парня ещё и кожу, тот уже, похоже, не мог более терпеть. Оторвав от себя гада, Чен Янксинг выплюнул изо рта нечто длинное и мягкое и, спешно сделав глубокий вдох, тут же принялся блевать.

– И всё же это паук, – осмотрев существо, заключила я. Скорей всего, это был рождённый из трупа паука иной, который в ходе эволюции приобрёл склизкое, как у морского огурца, покрытие, что предавало ему сходство с морским обитателем. Любой обычный человек, к лицу которого прицепится подобная хрень, почти наверняка не жилец.

По состоянию Чен Янксинга было вполне очевидно, что до недавнего момента парню явно нечем было дышать. На то, чтобы спасти подвергшегося этой атаке человека, у прочих людей есть от силы минуты две, однако эта штука обвивает свою добычу очень крепко, да и щупальца у неё на удивления прочные. Поэтому, чтобы успеть вписаться во временной лимит, бедняга должен либо сразу же очутиться на хирургическом столе, либо сподручно иметь подле себя товарища с развитой способностью контроля льда. Чёрт, Чен Янксинг, да ты просто адски везучий парень!

– С-спаси их, быстрее… – неожиданно прохрипел сквозь кашель Чен Янксинг. Его лицо всё ещё было красным от резкого прилива крови к голове, но он заставил себя махнуть рукой в сторону лежащего за поворотом коридора.

Я тот час же подскочила и спешно завернула за угол. В тот же миг передо мной открылась белоснежно-белая картина; весь коридор впереди был сплошь покрыт склизкой и липкой белой паутиной. В ней, подвешенными над полом, я приметила немало застрявших и обездвиженных солдат. И у каждого из этих бедняг на лице имелось по пауку-моллюску.

Так, на тех, кто уже перестал двигаться, стоит забить, тех, чьи тела слегка подёргиваются, стоит спасать во вторую очередь. В приоритете те, кто всё ещё активно сопротивляются. Вытянув вперёд руку, я ухватилась за паука, заморозила и тут же сорвала его в лица. Одного за другим, я отрывала и отрывала пауков с лиц вояк и в итоге даже сняла их с лиц тех солдат, что уже совсем не двигались в надежде, что их всё ещё возможно будет откачать…

– Чен Янксинг, Черныш, помогите… – произнесла было я, содрав последнего восьмого паука, но, оглянувшись назад, поперхнулась собственными словами, увидев синюшно-фиолетовые лица подвешенных солдат. Похоже, даже те, что слегка подрагивали ранее, двигались не по собственной воле, а под воздействием пауков на их лицах. Но я отчётливо помню, что самый первый явно активно сопротивлялся…

Ещё раз оглядев солдат, я не увидела среди них ни единого живого человека и на секунду даже усомнилась в своей памяти.

Подоспевшие ко мне Черныш и Чен Янксинг с белыми, как мел, лицами уставились на подвешенные тела своих убитых товарищей. Похоже, шок от увиденного оказался для парней слишком велик, так как оба просто безвольно замерли, глядя на перекошенные в агонии лица своих трагически погибших братьев по оружию.

Я ещё раз внимательно осмотрела лица почивших, но А-Нуо среди них так и не обнаружила. Очевидно, что не весь отряд нашёл свою смерть в этой паутине, что не могло не радовать. До тех пор, пока нам есть, кого спасать, Черныш и Чен Янксинг смогут вновь взять себя в руки.

Но прежде чем я успела хоть что-то сказать, Чен Янксинг рванул к одному из подвешенных тел.

– Сяо Ю, помоги-ка мне его снять. Он только что пошевелился. Я видел!

Оу? Тот, что больше всего сопротивлялся? Я оглянулась и тут же побледнела.

– А-Ксинг, в сторону!

В следующую же секунду тело за его спиной внезапно взорвалось, и из его недр вылезли липкие гладкие, похожие на тентакли, щупальца, что сразу же попытались обвить собой Чен Янксинга с ног до головы. Я спешно метнула в щупальца два ледяных кинжала, рассчитывая, что исходящая от них энергия льда сможет хотя бы немного замедлить эту тварь, и, проскользив вперёд, дернула Чен Янксинга вниз, вынудив того упасть на пол.

Защитив парня от непосредственной угрозы, я со всей силы мотнула рукой вверх и обрубила одно из потянувшихся в нашу сторону щупалец. Это, к слову, было для меня весьма неожиданно; изначально я расчитывала обрубить как минимум три щупальца, но силы удара хватило лишь на один. Более того, я даже почувствовала определённое сопротивление. Если бы участок, на который пришёлся мой удар, не был уже подморожен моей предыдущей атакой, мне, возможно, и вовсе не удалось бы перерубить ни один из них. Эти штукенции оказались не столько прочными, сколько плотными; гораздо более плотными, чем щупальца маленьких обвивающих головы пауков.

Вылезший из тела новый тип иного ростом не дотягивал даже до пояса, но в длину был не меньше роста взрослого человека. В общем и целом, тварь была довольно внушительных размеров. Я без понятия, как она вообще умудрилась впихнуться ранее в тело человека. Не удивительно, что конечности у того бедолаги настолько сильно дрыгались.

– Шую, – внезапно заорал Цзянг Сяотиан, – быстрее разберись с ним! К нам ещё идут!

Услышав его слова, кровь в моих жилах тот час же похолодела, и я спешно замахнулась кинжалом, целясь в голову паука. Паук же в свою очередь попытался пронзить меня одним из своих тентаклеподобных щупалец, да с такой скоростью, что порывом воздуха с пола даже пыль подняло; эти щупальца явно были куда более грозными орудиями, чем выглядели на первый взгляд. К несчастью для него, я смогла перехватить атакующее щупальце на лету. Если бы на моём месте был кто-то другой, то ему, скорей всего, не удалось бы поймать это гладкое щупальце из-за покрывающей его слизи, но мой холод способен обратить даже самую скользкую жижу в ледышку… Стоп, разве его диаметр и длина не идеальны?

Всадив кинжал в мозг паука, я начала отпрыгивать назад, распрямляя удерживаемое мной щупальце до тех пор, пока оно не оказалось идеально вытянуто. Затем, я активировала свою способность на полную катушку и разом заморозила всю длину щупальца от кончика в моих руках и до самого основания. Затем же, прыгнув назад, я отсекла щупальце, в результате чего в моих руках остался весьма неплохой созданный на ходу импровизированный шест. Ну а так как один из его концов получился заострённым, он вполне может сгодиться даже как копьё!

Пусть времени укреплять его бриллиантовым льдом у меня и нет, щупальце паука уже само по себе было довольно прочным и плотным, а мой лёд помогает ему сохранять прямую форму шеста, так что в качестве экстренного оружия на скорую руку вполне сгодится.

И стоило мне закончить создание этого ледяного копья, как предостережение Цзянг Сяотиана обратилось в явь, и с потолка посыпалось бессчётное множество паучков самых разных размеров. Однако я успела заметить их лишь краем глаза, так как уже в следующее мгновение воздух сотрясся от нескончаемых выстрелов. Это Чен Янксинг принялся осыпать потолок градом из пуль, а когда Черныш наконец опомнился и тоже присоединился к стрельбе, тот моментально сменил свой подход, начав отстреливать пауков по одиночке. И, что удивительно, каждая выпущенная им пуля попадала ровно пауку в голову. На то, чтобы убить маленького членистоногого, у него уходило максимум две пули.

А вот с большими пауками приходилось куда сложнее. Их плотный покрытый густой слизью каркас прекрасно защищал их мозг, не позволяя пулям пробиться. Большинство свинцовых снарядов просто отлетали от него, тем не менее, для меня сейчас «плотность» представляла гораздо меньше проблем, чем «прочность». Моё нынешнее на спех созданное копьё не смогло бы посоперничать в прочности, а вот с плотностью совладать оно вполне сможет, ведь если подморозить этих склизких паучков, они уже не будут такими склизкими, так ведь?

И когда я уже собралась было приступить к масштабной резне, начиная с самой ближайшей ко мне твари, меня остановил звонкий детский голосок Цзянг Сяотиана.

– Шую, заморозь их всех разом, а зачистку оставь уже этим двоим.

А сработает ли? Заморозить определённую площадь для меня не проблема, но и эти паучки отнюдь не безвольные сашими, а вполне себе крепкие иные. Полностью проморозить их до самых костей будет непросто. Но через несколько секунд колебания, я внезапно припомнила, что недавно успела перейти на второй ранг, и мне тут же захотелось опробовать свои силы на практике.

Тем временем на меня напрыгнул один из крупных паучков, и я довольно мощным ударом копья по флангу отбросила его в сторону. Однако тот тут же подскочил обратно на лапки, очевидно не понеся никаких существенных повреждений. Уже по одному лишь этому эпизоду стало понятно, что физические атаки против них бесполезны.

Ещё раз врезав по пауку копьём, я отшвырнула его куда подальше, после чего отступила за спину Чен Янксинга и Черныша.

– Продолжайте стрелять. Мне нужно пару секунд на подготовку.

– Долго мы их сдерживать не сможем, – отозвался Чен Янксинг. – Слишком мало патронов.

В основном, парень старался стрелять по паукам прицельно, однако когда те нападали слишком большой сворой, невольно переходил на ковровую стрельбу. Пусть и не так быстро, как у Черныша, но его запас амуниции тоже истощался с ужасающей скоростью.

Я решительно передала оба подаренных мне Джин Фенг пистолета Цзянг Сяотиану, чтобы не допустить ситуации, в которой ему пришлось бы воспользоваться своей способностью для самозащиты.

И под эту нескончаемую какофонию выстреливающих снаряды оружий я сосредоточилась и принялась собирать энергию своей способности, в результате чего совсем скоро пространство вокруг меня начало стрекотать. Прямо в воздухе словно из ниоткуда стали появляться небольшие льдинки и, продолжая парить над полом, слегка дребезжать от переизбытка энергии. От ног же моих во все стороны побежали ледяные узоры. Жаль, влаги в этих коридорах маловато…

Я застыла. Влаги? А ведь точно, как я вообще умудряюсь создавать лёд, без воды? Если я способна кристаллизовать влагу в воздухе, значит ли это, что я могу управлять и водой тоже?

– Шую, сконцентрируйся! – рявкнул Цзянг Сяоитан, одновременно с этим выстреливая из пистолета по приближающимся паукам. Вид стреляющего из оружия маленького ребёнка невольно пробуждал во мне импульс выхватить у того опасную игрушку.

Не желая более позволить своим мыслям растечься по древу, я отодвинула эту навязчивую идею в глубину сознания и сосредоточилась на моей нынешней задаче. И, если честно, это сделать оказалось куда проще, чем я думала. Если бы я не отвлеклась ранее, я бы уже давно собрала необходимые для всплеска силы. В будущем, после определённой практики, я вполне смогу проделывать этот трюк и без предварительной подготовки.

– Хо-холодрыга… – невольно постукивая зубами, пробормотал Черныш.

– Ты там скоро ещё, Сяо Ю? – поинтересовался Чен Янксинг с дрожащими от холода коленками. – Мои пальцы уже настолько окоченели, что я скоро не смогу больше стрелять.

Я сделала глубокий вдох и решительно выпалила:

– С дороги!

Оба вояки тут же с готовностью отступили назад, обогнув меня с обеих стороны, и облегчённо вздохнули. Но прежде чем они успели даже выдохнуть весь воздух, по коридору пронеслась резкая взрывная волна холодного морозного воздуха, и их выдохи моментально превратились в два белых облачка, как в зимнее время года.

Впрочем, это не было так уж далеко от истины. Весь коридор постепенно всё больше и больше замерзал. Обледенение сначала покрыло пол, а затем начало подыматься вверх по стенам. Поначалу пауки не обращали на него внимание, но как только холод стал медленно но верно сковывать движения их щупалец, сразу же осознали, что дело плохо. Однако к тому времени некоторые уже оказались намертво приморожены к полу, да и тех, что вовремя подпрыгнули, морозный воздух отпускать не намеревался и последовал за ними.

Когда же всё закончилось, коридор окончательно превратился в ледяной тоннель с вмороженными в него пауками. Будь они чуть-чуть посимпатичнее, были бы похожи на ледяные скульптуры. Честно признаться, не думала, что мне это удастся настолько просто. Быть может, я действительно стала сильнее, чем думала?

Оба солдата от увиденного аж рты пораскрывали и уставились на меня с тенью страха в глазах.

– Чего вылупились? – раздражённо выпалила я. – Если не поторопитесь, они успеют оттаять и вот тогда нам мало не покажется. Я, знаете ли, второй раз повторить такое не смогу!

На самом деле, это было не совсем так; на ещё один подобный всплеск холода у меня сил вполне хватит, но сейчас для меня важнее не правду говорить, а избавиться от зародившегося в их сердцах страха по отношению ко мне.

И, как и ожидалось, после моего заявления обуревающий их ужас в значительной степени поутих. Черныш так и вовсе вылупился на меня с таким обожествлением, что мне с огромным трудом удалось сохранить прежнее спокойное выражение лица, не позволив себе расплыться в горделивой улыбке. Мне пришлось напомнить самой себе, что здешний Тринадцатый к этому моменту уже успел целую исследовательскую лабораторию с ног на голову перевернуть, так что по сравнению с ним мои успехи просто смехотворны.

– Сперва разберитесь с крупными. Стреляйте только в головы. Не тратьте пули в пустую на беглый огонь, используйте прицельную стрельбу!

На что Черныш с кислой миной отозвался:

– Я не А-Ксинг.

– Тогда я сам, – выпалил Чен Янксинг и без колебания принялся отстреливать пауков поодиночке, и каждая его пуля без исключения попадала точно в цель. Его навыки стрельбы действительно были феноменальны, так что, даже если способность у него аховая, я всё равно готова забрать его с собой.

Взяв свои пистолеты из рук Цзянг Сяотиана, я хотела было помочь с зачисткой, но, заметив как быстро Чен Янксинг расправляется с пауками и что ни один из оставшихся не подаёт признаков оттаивания, я не стала присоединяться к стрельбе. Подаренные мне Джин Фенг пистолеты обладали куда большей пробивной мощью, и мне не хотелось тратить их на добивание жалких паучков. Амуниция у меня в рюкзаке отнюдь не безгранична. Нетрудно догадаться, что пули Фенг имеют какой-то свой секрет, так что после замены их на обычные, огневая мощь оружия неизбежно упадёт. Не исключено даже, что пистолеты и вовсе не смогут стрелять другими пулями и станут полностью бесполезны.

– Всё, они все мертвы, – сообщил Чен Янксинг и повернулся ко мне. По какой-то причине его лицо выглядело мрачным. – Мы можем идти дальше?

И когда я уже было собралась поинтересоваться, чего это он такую хмурую мину скорчил, стоящий рядом Черныш воскликнул:

– Мать вашу, как же ж холодно!!! – он обнял себя обеими руками и со стучащими зубами выпалил. – Идёмте скорее в центральную комнату управления, ну, или искать А-Нуо, или за лейтенантом, да всё равно куда, лишь бы идти! Давайте же. Я сейчас в ледышку превращусь.

Выходит, лицо Чен Янксинга не мрачное, а просто подмороженное.

– Ладно, идём, – немного смущённо пробормотала я. Увы и ах, но таков уж основной недостаток способности к контролю льда; до того момента, как люди обретут достаточную стойкость в ходе эволюции, низкие температуры будут негативно сказываться в том числе и на моих собственных союзниках, стоящих рядом. При обледенении небольшого участка земли эффект не так существенен, но когда дело доходит до массового покрытия, как сейчас, дела принимают скверный оборот. Если задержимся здесь надолго, боюсь, А-Ксинг и Черныш заработают себе такое обморожение конечностей, что больше уже не смогут из оружия стрелять.

– Поторопимся же в центральную комнату управления. Она должна быть уже близко, – сказал Цзянг Сяотиан и покосился за спину. – Этот парень должен знать её точное местоположение. Уточни у него.

Лишь теперь я осознала, что Ву Яоджин стоял у нас прямо за спиной. Он глядел на меня широко открытыми глазами, что разве что не блестели от переполнявшего его восторга. Если бы у него сейчас был выбор, бьюсь об заклад, он определённо сунул бы меня в один из стеклянных цилиндров, чтобы вдоль и поперёк меня поисследовать.

Этот его взгляд меня жутко взбесил. И когда я уже собралась было рявкнуть на него ледяным тоном, чтобы как следует припугнуть, его и без того широко раскрытые глаза внезапно распахнулись ещё больше, следом за которым тут же раздался пронзительный панический вскрик парня.

И в тот же миг почти одновременно с криком парня раздались звук выстрелов и громкий звериный рёв. Когда же я повернула голову обратно, лежащий передо мною мир успел полностью перемениться. Посреди коридора теперь стояла одинокая фигура, от которой так и веяло уверенностью в себе и гордостью. На первый взгляд ничего особенного в этой персоне не было. Лишь при более внимательном рассмотрении можно было заметить за его спиной толстый чешуйчатый хвост, кончик которого то и дело легонько чиркал по полу из стороны в сторону.

Он стоял на спине распластанного на полу человека, и так как тело того было плотно прижато ко льду, его фигура стала тоже медленно но верно обмерзать. Даже если он не погиб ещё под ногами иного, арктического холода от ледяного пола более чем достаточно, чтобы уже сейчас загнать его одной ногой в могилу. Вот только парень совершенно не сопротивлялся и не двигался, так что, скорей всего, он уже…

Я невольно пошатнулась, не желая осознавать картину передо мной, но уже в следующую секунду мне в голову разом хлынули все те горькие годы, что я прожила в апокалипсисе.

Верно, такова была жизнь в апокалипсисе. Жизнь человека здесь абсолютно ничего не стоит; товарищ, с которым ты мирно беседовал минуту назад, может за считанные мгновения превратиться в окровавленный труп, и смерть людей могла принимать самые разные леденящие душу формы.

Поэтому-то даже сражающиеся на одной стороне и доверяющие друг другу свои жизни люди предпочитали вне боя помалкивать и не сближаться слишком сильно. Ведь никто не знает, будет ли стоящий рядом человек всё ещё жив к рассвету следующего дня. Уж лучше сохранить дистанцию и избавить своё сердце от этой боли.

С ростом числа убитых, моё сердце начало постепенно деревенеть. За исключением тех немногих близких мне людей, смерть прочих перестала вызывать во мне каких-либо эмоций. Да и даже когда погибали мои друзья, зачастую у меня не было времени даже слезу проронить, так как необходимо было скорее убегать.

Ну а после побега сил на оплакивание почившего товарища уже не оставалось. Ведь даже моё собственное выживание не более, чем удачное стечение обстоятельств. Да, таково настоящее лицо апокалипсиса, где даже скорбь стала роскошью, которую обычный человек не может себе позволить.

– Черныш! – отчаянным голосом взвыл Чен Янксинг и принялся без остановки выстреливать пулями, словно они ничего не стоили. Но оппонент оказался к этому готов и, сдёрнув свисающие с потолка трупы замороженных пауков, заблокировал выстрелы их телами. В тот же миг из-за его спины на нас хлынул целый поток иных, и по одному лишь их виду можно было без труда сказать, что все они обладали непробиваемой шкурой.

Сбоку я обнаружила распахнутую дверь в центральную комнату управления. До недавнего момента она была тщательно затянута паутиной, потому-то мы её и не заметили ранее. Скорей всего, это было сделано нарочно.

Схватив Чен Янксинга за шкирку, Цзянг Сяотиан дёрнул парня назад и отступил за мою спину. Пусть он внешне и выглядел как трёхлетний ребёнок, силы ему было не занимать. Ему без труда удалось утянуть за собой порядком слетевшего с катушек Чен Янксинга. Тот же, будучи столь резко опрокинут назад, не смог вовремя прекратить огонь и в итоге прошёлся чередой выстрелов по потолку коридора.

Придя в себя, Чен Янксинг попытался было вновь подняться на ноги, но я надавила на его плечо. Почувствовав моё сдерживающее прикосновение, он уставился на меня совершенно обезумевшим, как у дикого зверя, глазами, а я посмотрела на него твёрдым взглядом, не давая слабины и не отводя взгляд в сторону. После нескольких мгновений этого противостояния, я разжала ладонь и ободряюще хлопнула парня по спине.

В следующее же мгновение лицо парня перекосилось, голова наклонилась, а из горла вырвался едва уловимый всхлип.

Цзянг Сяотиан же тем временем выдавил сквозь стиснутые зубы:

– Тринадцатый.

Услышав это имя, я не сумела сдержать восторженного вздоха. Ведь это был воистину исторический момент встречи элиты иных с элитой человечества. Пусть даже один из них и скукожился до состояния трёхлетнего ребёнка, а другой лишь начал свой путь к величию и пока всё ещё выглядел как перетрудившийся сверх меры офисный работник. Откровенно говоря, ни один из них сейчас не выглядел устрашающе; даже те большие пауки ранее смотрелись повнушительнее.

Хвостатый иной перед нами выглядел даже более неоднозначно, чем на фотографии в документах. Ребят, вы серьёзно говорите мне, что вот это и есть элитный иной, что выкосил целый континент? Вы ведь шутите, правда?

– Так за этими событиями и впрямь стоит Тринадцатый? – удивлённо пробормотал Ву Яоджин, словно всё ещё силясь в это поверить, и в этот раз я была с ним полностью солидарна. Уж больно обманчив был его внешний вид.

– Ты… – произнёс Тринадцатый с явным замешательством разглядывая лёд вокруг. Всё это время он даже не пытался нас атаковать. Закончив осматривать обледеневшие стены, он перевёл взгляд на меня и наконец поинтересовался. – Они? Мы?

Уровень его интеллекта был настолько высок, что даже позволял ему говорить; что тут скажешь, настоящий уникум. Сила моей способности контролировать лёд, как видимо, немного запутала его, не дав с ходу определить враг я или же товарищ, но в данных обстоятельствах, думаю, даже сознательные люди не смогли бы с уверенностью определить, кем именно я являюсь. В конце концов, прямо перед нами стоит живой пример говорящего иного, так что с точки зрения обычного человека я тоже вполне могу быть одним из монстров. Люди пока мало что понимают в способностях.

Притвориться одним из иных и атаковать, как только они ослабят бдительность, было бы просто идеально. К несчастью, рядом со мной находятся Чен Янксинг и Ву Яоджин. На судьбу последнего мне было глубоко начхать, но вот первого я была настроена спасти самым что ни на есть решительным образом!

Всего один поворот головы стоил мне жизни Черныша. Разве ж я могу себе позволить потерять ещё и А-Ксинга? Я уже не та привыкшая к смертям окружающих Гуан Веюн. Как Цзянг Шую, я не желаю свыкаться с потерями близких мне людей!

– Немедленно убери свои ноги с Черныша! – рявкнула я. – Иначе я сейчас же отправлю тебя повидаться с твоими дружками-паучками!

Чен Янксин к этому моменту тоже поднялся. Былое безумие прошло, оставив лишь бурлящую в груди неутолимую ярость.

Услышав мою реплику, выражение лица Тринадцатого помрачнело.

– Ты «они», – равнодушно заключил он.

И стоило ему это произнести, как два иных, что внешне напоминали бронированных медведей, разинули свои пасти, но вместо звериного рыка из их глоток вырвался совсем иной звук. Больше всего он наминал писклявый звук шарика, из которого просачивается воздух, только в несколько раз более громкий, что аж ушам больно стало.

– Осторожно, у этих двух экземпляров очень толстая шкура, – прошептал из-за спины Ву Яоджин. – Даже глаза у них крепкие. У этого вида есть прозрачная мигательная перепонка, что значит их глаза всегда защищены. Пусть эти перепонки и не такие крепкие, как внешние веки, но одну-две пули выдержать смогут без проблем.

Чего? Одну-две пули? Нафига вы вообще создали нечто столь опасное? Но пусть эти два иных и выглядели внешне как пара медведей гризли, при ближайшем рассмотрении становилось видно, что пропорции тела у них всё же человеческие. Их задние лапы были куда длиннее, чем у обычных медведей, да и большую часть времени они проводили стоя вертикально, а не на четвереньках. Потому рискну предположить, что они оба перевоплотились в иных из трупов людей, а не зверей. Если их тела полностью защищены вплоть до глазниц, как же тогда мне с ними сражаться?!

За ту небольшую передышку, что возникла с момента появления Тринадцатого на поле боя, я успела тайком облачить своё импровизированное копьё лишь двумя тонкими слоями бриллиантового льда, так что проломить их защиту банальной грубой силой не получится. Если продолжим болтать и тянуть время, я, конечно, успею наложить на копьё ещё с несколько слоёв, но молча глядеть на то, как Тринадцатый топчет тело Черныша, просто невыносимо!

Убери с него свои грязные ноги, сукин ты сын! Иначе я их обе… нет, я отрежу все три твои нижние конечности, включая хвост!

Внезапно я ощутила возле себя новый мощный всплеск энергии, и тут же с тревогой заозиралась по сторонам, опасаясь, что в этот раз неосознанно потеряла теперь ещё и А-Ксинга. Но, к счастью, Чен Янксинг по-прежнему стоял подле меня… вот только из-за всплеска энергии его губы заметно посинели от холода.

– Отойди назад. Не позволяй себе окоченеть настолько, чтобы лишиться возможности стрелять.

Сперва Чен Янксинг недовольно нахмурился, но услышав слова «лишиться возможности стрелять» послушно отступил за мою спину и занял позицию возле Ву Яоджина. Этот засранец, к слову, уже давно успел ретироваться на добрый десяток шагов назад.

Разобравшись с Чен Янксингом, я бросила взгляд на Цзянг Сяотиана и тихо, но строго прошептала:

– Не смей активировать свою способность!

Вокруг Сяотиана так и кружили маленькие льдинки, в то время как его тело источало чуть ли не такое же ужасающее количество энергии льда, что и я сама. Именно эта энергия и вынудила Чен Янксинга посинеть ох холода.

– Я его убью!

Неудивительно, что Цзянг Сяотиан ни разу не задавался вопросом, сможет ли его младший брат справиться с Тринадцатым и не окажется ли эта конфронтация слишком опасной для меня. С самого начала он собирался разделаться с ним лично, мстя тем самым за убийство Сяо Ша того мира. Было очевидно, что Ледяного Императора совершено не заботит состояние собственного тела.

Заметив это, я глубоко вдохнула и решительно выпалила:

– Позволь мне это сделать.

Сноски

1. EQ : с англ. «эмоциональный коэффициент», числовое отображение способности человека выдерживать эмоциональные нагрузки. Если говорить простым языком, то человек с низким EQ легко впадает в панику и «теряет себя», в то время как человек с высоким EQ сохраняет ясность ума даже в экстремальных ситуациях

Конец эпохи доминирования Том 3 глава 5: Эти номера

Конец эпохи доминирования Том 3: Скованное льдом благородство и величие

Автор оригинального китайского текста: 御我 (Yu Wo)


Глава №5: Эти номера – перевод EliSan; редактура Akili

– В-вы что, с ума посходили, что ли? О чём вы вообще говорите?

Окружающая ситуация настолько выбила Черныша из колеи, что у него никак не получалось унять стук своих зубов, а на Сяотиана он пялился с таким испуганным видом, словно смотрел на иного.

Видя перед собой это крайне раздражающее выражение лица, я выпалила ледяным тоном:

– Весь мир и так уже сошёл с ума, так что от ещё одной парочки свихнувшихся людей ситуация особо не изменится. Топай давай. Тебе вообще следовало бы обрадоваться, ведь теперь я не просто помогу вам, а разделаюсь непосредственно с боссом взбунтовавшихся подопытных. Вам же останется лишь разобраться с его подчинёнными. Да вы просто везунчики!

Однако Черныш, по ходу, не чувствовал себя таким уж везунчиком. Хотя, возможно, он даже прав. Быть может, все эти ребята связаны каким-нибудь дальним родством с семейством Цзянг, раз уж они умудрились на столь раннем этапе апокалипсиса наткнуться на будущего элитного воина иных.

Идя по лаборатории, я одновременно наносила слои спрессованного льда на кинжал. Разумеется, толщина получилась незначительная, но недостаток прочности льда с лихвой компенсировался качеством самого кинжала. Подаренные Джин Фенг ножи не шли ни в какое сравнение с теми, что мы откопали в магазине. Насколько я могла судить, они были сделаны из весьма прочной стали, хотя, с другой стороны, кинжалу и необязательно быть идеально прочным, ведь мой стиль боя прежде всего основывается на атаке слабых мест врагов, а не пробивании брони.

Цзянг Сяотиан тем временем принялся на ходу осматривать все имеющиеся в комнате мониторы над цилиндрами.

– Ну-ка посмотрим, какие из его последователей также родом из этого места… О, это же Асура, приближённый генерал Тринадцатого. Выходит, он был подчинённым Тринадцатого с самого начала. Хм! В этот раз я заставлю Тринадцатого на собственной шкуре испытать какого это, когда одного из твоих людей превращают в питомца!

Даге, у меня нет ни малейшего желания заводить питомца-иного. Даже если схватишь его, на меня в этом деле не рассчитывай!

К счастью, на оставшемся отрезке пути до конца ведущего через лабораторию длинного коридора Цзянг Сяотиан больше не произнёс ни одного имени.

– Получается, только Асура? – Сяотиан задумался ненадолго, после чего внезапно выпалил. – Чёрт, тот плачь младенца, что мы слышали в самом начале, скорей всего исходил от Мамаши1. Иные и в самом деле захватили полный контроль над исследовательским центром, а теперь заманивают людей внутрь, чтобы убить.

– А какие у этих трёх иных отличительные черты? – спокойно поинтересовалась я, за что заработала похвальный взгляд со стороны Цзянг Сяотиана. Распираемая от уверенности в себе, я горделиво выпятила вперёд грудь до такой степени, что та стала напоминать бюст первого размера.

– Асура – просто военный генерал. Он сражается двумя клинками и обладает способностью выращивать новые клинки из любой части своего тела.

Хэй, ну и в каком месте это «просто генерал»? То, что ты описал, больше похоже на самого настоящего дикобраза!

– Тринадцатый тоже боец. По слухам, он не пользуется каким-либо оружием, предпочитая сражаться лишь своими когтями и хвостом. Также он способен использовать адское пламя2 и владеет какого-то рода психической способностью, но подробностей не знаю, так как сам с ним ни разу не пересекался.

Что и следовало ожидать от элиты… Его способность настолько разносторонняя, что это пугает. Ты точно уверен, что он не читерит?

– Ну а что касается Мамаши… – Цзянг Сяотиан нахмурился, – признаться, о её способности мне вообще слышать не доводилось. Знаю лишь о том, что как-то раз её сильно переклинило, и она, не различая врагов от союзников, выкосила целый город… Шую.

– Хм? – я внимательно слушала рассказ Сяотиана, посему этот внезапный оклик немного выбил меня из колеи.

– Схвати-ка парня, что прячется вон за тем столом, – равнодушно приказал он, ткнув пальцем в один из крупных лабораторных столов. На нём лежала целая куча мёртвых тел, а вокруг было разбросано множество фрагментов тел и обглоданных костей. Похоже, иные успели переквалифицировали этот лабораторный стол в обеденный.

Что ж, раз Цзянг Сяотиан сказал, что там кто-то есть, значит там точно кто-то есть! Однако не успела я сделать и шагу в сторону стола, как человек уже сам подскочил на ноги. Им оказался перепачканный с ног до головы в крови и ошмётках мужчина. Тем не менее, его движения были быстрыми и точными, так что сам он ранен, похоже, не был. Как видимо, вся кровь на его теле принадлежала другим людям.

– К-как вы узнали о 013 и 042? – тут же поинтересовался он, держа руки над головой. – И ещё эта Мамаша… быть может 005? Этот экземпляр на деле состоит из двух тел! Когда женщина на седьмом месяце беременности скончалась, и она сама, и её ребёнок оба перевоплотились. Они как сиамские близнецы! Крайне любопытный экземпляр!

Чёрт, да ты их даже по номерам всех помнишь!

Вероятно, заметив моё перекосившееся выражение лица, мужчина без лишних слов принялся объяснять:

– 005 и 042 – уникальные образцы и являются основными объектами наших исследований, так что все здешние учёные знают о них.

– Хочешь сказать, 013 к их числу не относится? – удивилась я. Это странно. В конце концов, Тринадцатый из них наиболее опасный.

– В нём нет ничего особенного, – продолжил свои объяснения мужчина. – По крайней мере, до этого инцидента он всегда вёл себя крайне спокойно, да и единственное, что он получил в ходе эволюции – это усиление физических возможностей тела путём обрастания некоторых частей его тела и хвоста твёрдой чешуёй. Подобных ему экземпляров в лаборатории полно. Что же касается упомянутых вами адского пламени и психических способностей, у него их нет, – тут он резко притих, после чего с усмешкой добавил, – ну, по крайней мере, перед нами он их не проявлял.

Так как мы трое продолжили молча таращиться на него, у мужчины не оставалось выбора кроме как неловко представиться:

– Меня зовут Ву Яоджин. В-вы же подмога, что была отправлена спасти меня, так ведь?

– Хочешь сказать, ты и есть тот самый профессор Ву? – скептически окинув взглядом мужчину, пробормотал Черныш, ни капельки не скрывая своего отвращения к упомянутой персоне. – Сверху нам приказали во что бы то ни стало спасти профессора Ву, однако ты для профессора выглядишь уж слишком молодо. Ты правда он?

Боже, да на подобно поставленный вопрос любой ответит, что он тот самый профессор Ву!

– Это мой ге, но он, вероятно, был первым, кого растерзал 013. Он всегда настаивал, что что-то в этом экземпляре было нечисто, однако никто к его словам не прислушивался. Поэтому ге переместил 013 в свою личную лабораторию. Вы, скорей всего, прошли мимо неё на своём пути сюда… та, что напичкана самой передовой аппаратурой, – сообщил Ву Яоджин, после чего подавленно поинтересовался. – Вы случайно не видели моего ге? Хоть его лаборатория и недалеко, я всё не мог собраться с духом вылезти и приблизиться к ней.

Ладно, признаю, я оскорбляю чистосердечных людей тем, что проецирую на них своё собственное однобокое суждение. Я приложила руку ко лбу, гадая то ли это я уже составила у себя в голове самый худший из возможных образов учёных, то ли это они настолько наисследовались, что напрочь лишились способности видеть мир рационально?

Изначально я думала, что все учёные этого исследовательского центра – сплошь жестокие и хладнокровные люди, однако теперь вместо этого они мне кажутся немного глупенькими! Интересно, это он от страха лишился ясности ума или же у парня его изначально не было?

– В той лаборатории мы обнаружили лишь человеческие ошмётки, – равнодушно заявил Черныш. Было очевидно, что он не испытывает и толики сочувствия по отношению к профессору этой лаборатории.

Лицо Ву Яоджина тот час посерело, и когда в моём сердце уже было мелькнула толика сочувствия к парню, он внезапно горько вздохнул.

– Ге был во главе стольких исследований, что должны были вот-вот дать плоды. Поверить не могу, что все данные вот так вот в одночасье исчезли.

Должно бы у этих учёных понятие семьи напрочь атрофировалось…

– Я опять что-то не то сказал? – заметя наши перекосившиеся выражения лиц, спросил Ву Яоджин. – Простите, если так. Понимаете, у меня синдром Аспергера, так что моё восприятие мира немного отличается от обычных людей. Прошу, поймите.

Какой-какой синдром? Моё лицо слегка дёрнулось. Я ни хрена не поняла…

Тем временем Цзянг Сяотиан, потеряв, как видимо, терпение перешёл сразу к делу:

– Что именно здесь произошло?

Однако Ву Яоджин в ответ лишь помотал головой.

– Я тоже этого не знаю. Внезапно откуда ни возьмись раздался звериный рёв, затем почти сразу завыла сирена, ну а потом ни с того ни с сего весь свет вырубился. Через несколько минут освещение правда восстановилось, но к тому времени тут уже был полный хаос. Заметив, что в лаборатории творится неладное, я тут же нырнул под стол, не смея больше даже носа оттуда высунуть. Чуть позднее моего ассистента разорвали и бросили его останки рядом со столом, так что я покрыл себя его кровью и плотью, после чего лёг на полу без движения. Я даже зажал скальпель в ладони думая, что в случае если один из подопытных меня всё же обнаружит, я смогу сразу же вонзить его ему в сердце, – на этой ноте молодой человек неловко усмехнулся. – Это всё, что я знаю. Я понятия не имею, что именно произошло, а о причастности 005, 013 и 042 к этим событиям я узнал, лишь подслушав ваш разговор. Хотя, если честно, мне кажется, что вы и сами понимаете ситуацию превратно. 013 вовсе не такой страшный, как вы говорите… Если бы вы хоть раз его видели, вы бы поняли, о чём я. 013 очень тихий, совсем не такой, как остальные подопытные.

– Скорей всего, он вёл себя так, чтобы ослабить вашу бдительность, – выпалил Цзянг Сяотиан. – Все новорождённые иные без исключения ведут себя, как дети. Они активные и импульсивные. Тихое поведение уже само по себе аномально. Уже лишь по этому вам следовало бы понять, что что-то с ним не чисто.

Усиленные физические способности, адское пламя и психические способности. Уже с самого начала апокалипсиса он владеет высоким интеллектом, а уже к середине успеет зачистить целый континент и обосноваться в одном из крупнейших мегаполисов, окончательно превратив его в город иных. На поздних же этапах апокалипсиса он станет считаться одним из элит. Звучит так, словно именно Тринадцатый является главным героем истории! Неужели такие мелкие сошки, как мы, действительно собираемся бросить ему вызов?!

– Иные? – озадаченно переспросил Ву Яоджин.

Хоть это и не я допустила оговорку, сам Сяотиан, похоже, не имел ни малейшего желания отвечать учёному, так что пришлось объяснять самой.

– Так мы называем тех монстров.

Ву Яоджин спокойно кивнул в знак понимания, после чего печально поинтересовался:

– Можете проводить меня в лабораторию моего ге? Я знаю его пароль, так что если компьютеры там всё ещё работают смогу достать всю имеющуюся информацию о 005, 013 и 042. Эти трое действительно крайне любопытные экземпляры. Будет очень обидно утратить эти данные.

Цзянг Сяотиан угрожающе сощурил глаза. Сейчас даже я не могла с уверенностью сказать, хочет ли он вернуться в ту лабораторию за информацией, или же разорвать ублюдка, что создал таких опасных типов как Тринадцатый, и швырнуть его останки на съедение другим иным.

В результате он через силу выдавил из себя всего одно слово:

– Идём.

Изначально я хотела было возразить, что, мол, дальнейшее промедление подставит под угрозу жизни солдат, но, поразмыслив над этим ещё немного, осознала, что если не разберёмся с пронумерованными иными, жизни абсолютно всех людей окажутся под угрозой. Так что будет лучше разузнать о способностях этих трёх иных заранее, чтобы потом было проще с ними сражаться.

Мы вернулись в ту просторную лабораторию. Ву Яождин огляделся по сторонам, но никаких следов своего брата так и не увидел… ну или, вернее, не смог опознать, какая из кучек плоти является его братом. Увидав лежащие вокруг останки, его лицо побледнело и болезненно исказилось, так что, похоже, какие-то братские чувства в нём всё же сохранились. Как видимо, этот его синдром всё же не сделал его абсолютно бесчувственным.

– Доставай информацию! Сейчас же! – рявкнул Цзянг Сяотиан. Как и Черныш, он явно не питал к молодому человеку тёплых чувств. И малыш, и взрослый вояка оба таращились на паренька такими яростными взглядами, что казалось чудом уже то, что они всё ещё не угрожают ему оружием.

Однако Ву Яоджин в ответ на слова Цзянг Сяотиана лишь с любопытством уставился на малыша.

– Так раскрывшемся в тебе потенциалом является интеллект?

Раскрывшемся потенциалом? Я застыла. Это он о способностях?

– Именно, а твой какой? – с угрожающим прищуром поинтересовался Сяотианг.

Ву Яоджин улыбнулся и махнул рукой. В тот же миг весь покрывающий рабочий стол мелкий мусор в одночасье смело, хоть он к нему и не прикасался.

– Это всё, что я могу, – сообщил он, опуская руку. – На данный момент я могу переместить предмет весом максимум в один килограмм, и то лишь при условии, что я полностью сосредоточусь на процессе. Ну а после подобного перемещения я чувствую просто ужасную усталость, словно пробежал марафон длиной в пять километров. Мои силы даже рядом не стоят с удивительными навыками подопытных.

Поколебавшись немного, я всё же решила не спрашивать, знает ли он о кристаллах эволюции. Тот факт, что мы отыскали его именно здесь, немного настораживал меня, да и на обстановку он в целом реагировал слишком спокойно. Нужно ещё немного за ним понаблюдать.

Ву Яоджин подошёл к компьютеру и вскоре действительно сумел получить доступ к файлам, благодаря чему уже через несколько секунд информация об интересующих нас иных уже красовалась на мониторах.

Иной под номером 005, которого Цзянг Сяотиан назвал «Мамашей», выглядел просто ужасно. Даже имея у себя за плечами почти десять лет жизни в апокалипсисе, у меня всё равно мурашки по спине пробежали от её вида.

Она словно являлась ходячим воплощением горьких слёз и печали; уголки её глаз и губ были гипертрофированно опущены вниз, словно наглядно иллюстрируя отчаянье матери в момент, когда она теряет своего ребёнка. Вот только в её случае этот момент запечатлелся у неё на лице навсегда.

Её живот был пугающе раздут до такой степени, что собственные конечности Мамаши в сравнении выглядели щупленькими тростиночками. Если бы меня попросили описать её вид, то я бы, скорей всего, сравнила бы её облик с фрикаделькой, в которую воткнули четыре зубочистки. Однако больше всего меня пугал зигзагообразный, словно зубья пилы, разрез, что тянулся поперёк этой самой фрикадельки. Выглядело так, словно этот разрез мог распахиваться. Рядом на экране был даже расположен рентгеновский снимок, на котором было отчётливо видно, что внутри живота Мамаши находится непонятный сгусток детских ручек и ножек, но так как щель до этого момента ни разу в действительности не распахивалась, никто точно не знает, как они двигаются.

042, он же Асура, на первый взгляд показался мне обычным худощавым мужчиной, однако одного лишь мимолётного взгляда на характеристики хватило, чтобы изменить своё мнение. Как оказалось, на деле его рост составлял 2.9 метра. Он вовсе не худощавый; напротив, всё его тело покрыто развитыми мышцами, просто аномально высокий рост делает его внешне похожим на вытянутого бумажного человечка. Но всё это лишь видимостью!

013, Тринадцатый, по сравнению с предыдущими двумя выглядел абсолютно обычным. Внешне он выглядел как ничем не примечательный спокойный тридцатилетний мужчина. Однако его лицо было нетипично бледного для человека оттенка, а между бровей залегла складка, что придавала его лицу уставший вид… если подытожить, он похож на типичного перетрудившегося сверх меры офисного работника. Исключение составляют разве что кончики пальцев, что заканчиваются острыми словно бритва когтями. Также у него имеется хвост, и некоторые участки тела у него защищены чешуёй. Не удивительно, что сотрудники лаборатории не сочли нужным акцентировать на нём внимание.

Так вот как выглядит парень, что выкосит всю Азию… Ой, вернее, в этом мире всю Мессию. Хотите сказать, что вот этот вот перетрудившийся сверх меры офисный работник устроит настоящую резню в Мессии и станет известен как самый ярый ненавистник людей среди всех элит?

Нет, я, конечно, знаю, что не стоит судить книжку по её обложке, но это уже немного чересчур, не находите?

Тем не менее, в целом предоставленная в этих документах информация была для нас абсолютно бесполезна.

– Выведи на экран данные об их способностях, – нахмурившись, приказала я. – В частности об их боевых навыках.

Но ответ Ву Яоджина меня откровенно разочаровал:

– На Асуру у нас есть лишь такая информация. Что же касается умения, то всё именно так, как и сказал этот ребёнок ранее. Он умеет выращивать шипы из любой части тела, что, как полагаю, и являются теми самыми «мечами», о которых вы говорили. Что же касается Мамаши, то у неё, увы, интеллект младенца, и человеческую речь она не понимает, да и капризничает частенько. В общем, заставить её выполнять приказы попросту не представляется возможным, не говоря уже о чём-то столь сложном как «бой». Ну а Тринадцатый и вовсе не должен был быть в нашем исследовательском центре. Его перевезли сюда лишь потому, что город, в котором находится один из наших других исследовательских центров, пал, и тамошнюю лабораторию было решено забросить.

– Как вы его перевозили? – удивлённо поинтересовалась я. Подобная операция казалась мне совершенно немыслимой. На то, чтобы перевезти оборудование из одной лаборатории в другую, должна была уйти масса усилий, не говоря уже о том, что с таким объёмом тяжёлого груза незаметно прошмыгнуть мимо иных просто невозможно. Сколько же людей они, должно быть, мобилизовали, чтобы успешно провернуть такую операцию?

И тут я внезапно вспомнила слова вояк о том, что, чтобы в ходе вылазок в город отогнать иных подальше, требовалось лишь выехать на предоставленной лабораторией машине, и поспешила уточнить свой вопрос:

– Как вы вынудили иных не приближаться к вам?

– С помощью Мамаши. Большинство подопытных отказываются находиться с ней рядом, и даже оставленный ею запах имеет подобный эффект, хоть и краткосрочный. Прежде чем отправить армейских за ворота в город, мы всегда заставляем Мамашу просидеть на автомобиле полные сутки и лишь после этого передаём машину в руки военных.

– Когда вы начали эти исследования? – ледяным тоном спросил Цзянг Сяотиан.

– Разумеется, после 21-ого июня, – удивлённо отозвался Ву Яоджин. – Где бы мы раздобыли подобных подопытных раньше?

– Хочешь сказать, что раньше в этих цилиндрах бабушки овощи на зиму мариновали? – фыркнула в ответ я.

– Изначально здесь проводили эксперименты на людях, но они… – Ву Яоджин резко притих, после чего смущённо продолжил. – В общем, тут проводились нелегальные эксперименты по клонированию человека, но, увы, безрезультатные. Ну а потом пришёл чёрный туман, и мы лишились немалого количества исследовательских центров. У руководства ушло несколько месяцев на то, чтобы спасти всё, что ещё можно было спасти, и снова наладить процесс, так что сами исследования были возобновлены совсем недавно. Также целью наших исследований теперь является не клонирование, а эксперименты с различными мутациями. К слову, многие из наших нынешних подопытных в прошлом были сотрудниками нашего же исследовательского центра.

– Враньё, – тут же выпалила я. – Многие беженцы из тех, что были пущены на территорию военной базы, бесследно исчезли… разве это не ваших рук дело? Кто ещё это мог бы быть?

– Правда? – нахмурился Ву Яоджин. – Впервые об этом слышу.

– Нет, ты знаешь об этом, – жёстко выпалил Цзянг Сяотиан. – В жизни не поверю, что твоему светлому учёному уму никогда не приходил в голову вопрос, откуда берётся еда для всего этого вашего безумного количества подопытных!

Стоило мне услышать эти слова, как моё сознание тут же отключилось. Лишь теперь я наконец-то поняла, что людей снаружи они отлавливали не для того, чтобы сделать из них подопытных, а в качестве еды!

Иные эволюционируют, поедая плоть, что не подверглась мутациям. И чтобы способствовать этой эволюции, учённым необходимо было обеспечить иных подобной едой. И вместо того чтобы собирать растения да отыскивать уцелевших животных, куда удобнее и проще для них было воспользоваться «людьми», что столь удачно столпились прямо под дверью лаборатории.

И на этот раз Ву Яоджин предпочёл промолчать, не подтвердив предположение Сяотиана, но и не опровергнув его.

В тот же миг, не в силах больше терпеть, Черныш рванул вперёд и, схватив Ву Яоджина за шкирку, взревел:

– Столько народу уже полегло, а вы, ублюдки, продолжаете скармливать людей монстрам!? Вы больные, что ли!?

– Если мы не будем этого делать, как мы сможешь лучше понять этих подопытных? – вздохнув, спокойно отозвался Ву Яоджин. – Разве ж тебе самому не хочется знать, почему люди вообще вдруг стали превращаться в монстров? Или возможно ли пробудить в обратившихся былые человеческие воспоминания? Найдя ответы на эти вопросы, разве мы не сможем тогда решить основную проблему этого апокалипсиса?

Услышав слова учённого, Черныш тот час же застыл. Да и я была удивлена не меньше. По-вашему, мы и в самом деле можем вернуть человеческое самосознание тем пожирающим человеческую плоть тварям?

– И знаете, мы уже достигли в этой связи определённых результатов! У многих подопытных был отмечен значительный рост интеллекта, а к некоторым уже даже вернулись отрывки их человеческих воспоминаний. Если мы продолжим исследование, вполне вероятно, к ним постепенно вернётся и разум!

Черныш, тяжело и глубоко дыша, много раз открывал и закрывал свой рот, но так и не нашёлся что сказать. И я прекрасно понимала его чувства… С эмоциональной точки зрения, скармливать людей иным было очень жестоко и аморально, но с рациональной стороны мы прекрасно понимали, что простыми гуманными способами решить подобный кризис вряд ли удастся.

– Они уже не те, кем были раньше!!! – ни с того ни с сего, словно с цепи сорвавшись, закричал Цзянг Сяотиан. – Абсолютно точно, нет!!! Воспоминания, о которых ты говоришь, всего лишь остаточные образы, что уцелели в их мозгу. Да, некоторые иные в итоге вспомнят отрывки из своих прежних жизней, но прежними людьми им уже никогда не стать! Люди обращаются в иных лишь после смерти, а раз они мертвы, как они вообще могут быть одними и теми же людьми?!

– Если они обладают одинаковыми воспоминаниями, то с чего бы им не быть теми же людьми? – непонимающе парировал учёный. – Эго человека формирует его жизненный опыт, иными словами память о прожитых им годах.

Этот парень и в самом деле, должно быть, болен этим его хреновым синдромом. Как бы иначе он смог продолжать спокойно вести рациональную беседу будучи всё ещё подвешенным за грудки?

Что-то с этим парнем было явно не так, но то же можно было сказать и о Цзянг Сяотиане. Он был слишком уж на взводе… Было больно даже просто смотреть на его перекошенное в едва сдерживаемой ярости детское личико и маленькие кулачки, что он сжал настолько крепко, что аж костяшки пальцев побелели. Казалось, что если Ву Яоджин и дальше продолжит настаивать на том, что иных возможно превратить обратно в людей, Сяотиан собственными руками превратит его самого в иного чтобы проверить, сможет ли тот вновь стать обратно человеком.

– Похоже, что пробудившийся в тебе потенциал всё же не интеллект, а нечто другое, – внезапно произнёс Ву Яоджин, с интересом уставившись на Цзянг Сяотиана. Он совершенно не замечал общего напряжения и, как всегда, обращал внимание на неправильные вещи.

Я спешно приобняла Цзянг Сяотиана. Всё его тело было напряжено, словно камень.

– Так, завязывайте с болтовнёй! Ты раздобыл необходимую информацию или нет? – резко выпалила я. – Черныш, поставь его обратно на землю. Мы спешим. Задерживаясь здесь, мы лишь помогаем большему числу твоих товарищей упаковаться в мешки для тел.

Черныш тут же выпустил учёного из своей хватки.

Ву Яоджин же, облегчённо выдохнув, тут же совершил несколько дополнительных манипуляций с компьютером и вытащил флэшку.

– Готово.

– Тогда идём дальше.

Подхватив Цзянг Сяотиана на руки, я тут же вышла из лаборатории. В этот раз я шла куда быстрее, абсолютно не заботясь о том, поспевают за мной двое других, или же нет. Всё верно, я хотела немного оторваться от них.

– Даге, не верь ты ему, – едва слышно прошептала я. – То, что к иным может вновь вернуться человеческий разум, – это полная хрень!

После этих слов, маленькое тельце у меня на руках заметно расслабилось.

– Однако то, что некоторые иные действительно помнят обрывки из своих человеческих жизней, – всё же правда, – с недовольным видом нехотя признал Сяотиан.

– Ну и что? Они всего лишь используют человеческий мозг и тело, словно воришки, что проникли в чужой дом. То, что они способны описать внутренний интерьер, ещё не значит, что они хозяева этого дома!

И тут я резко притихла.

Верно, даже если ко мне в итоге вернутся все воспоминания Цзянг Шую, разве ж это сделает меня самим Цзянг Шую?

Нет, нельзя об этом сейчас думать! Но…

– Шую? – окликнул меня Сяотиан, озадаченно подняв голову. – Что-то не так?

Я опустила на него взгляд и с натянутой улыбкой объяснила:

– Да так, ничего особенного. Просто ты же в курсе моей ситуации. Я потерял память и прожил десять лет в апокалипсисе в качестве другого человека, так что иногда это меня немного путает.

Цзянг Сяотиан молча уставился на меня. От этого его пристального взгляда мне стало немного не по себе. Не он ли частенько повторял, что я веду себя не как Шую?..

Однако в итоге он лишь ободряюще похлопал меня по плечу.

– Не парься ты так по этому поводу. Сейчас куда важнее раз и навсегда разделаться с Тринадцатым. Ну а пока опусти меня, а то с занятыми руками ты можешь не успеть вовремя отреагировать, случись что внезапное.

– Ладно, – отозвалась я и тут же опустила его на землю.

Одновременно с этим двое остальных наконец-то догнали нас, тяжело дыша и хрипя от быстрого бега.

– Ты что, хотел бросить нас там? – раздражённо поинтересовался Черныш.

– Если бы я хотел вас бросить, у вас бы не было сейчас возможно стоять тут и разговаривать со мной.

Черныш слегка нахмурился, явно задетый моими словами.

Таким образом, оставаясь в дурном расположении духа, мы проделали дальнейший путь в гробовом молчании. И чем ближе мы подходили к центральной комнате управления, тем больше находили трупов.

И теперь, помимо наёмников из частной армии исследовательского центра, Черныш с горечью узнавал в некоторых останках своих. Пусть их тела и были разорваны и понадкусаны, он был в состоянии опознать их по одной лишь униформе и обмундированию. Его глаза покраснели, и более его уже не заботило, были ли мы с Цзянг Сяотианом сумасшедшими или нет, ибо и сам он уже был на полпути там.

– А! – внезапно воскликнул он и, едва сдерживая слёзы, пробормотал. – Толстячок, почему даже ты…

Я посмотрела в ту же сторону, что и он. У самой стены, облокотившись на неё, лежал труп мужчины – того самого пухлого улыбчивого вояки, что просил меня звать его Толстячком-ге – вот только тело его теперь было обглодано до костей, так что толстым он уже совсем не казался. Тем не менее, по какой-то причине половина его лица осталась невредима, из-за чего опознать его было несложно.

Глядя на останки своего товарища, Черныш более не смог сдерживаться и расплакался. Однако в голос реветь он себе не позволил, лишь пару раз сдавленно всхлипнул. Тем не менее, это не делало зрелище менее трагичным. Я не знала, как мне быть. Следует ли мне сказать ему что-нибудь сочувственное?

И стоило мне об этом подумать, как рядом раздался детский голосом Цзянг Сяотиана:

– Живее. Впереди всё ещё много твоих братьев, которые ждут спасения. Лейтенант, А-Нуо, Старик Гуо, А-Ксинг – все они ждут нас. Нет у нас времени слёзы лить.

Черныш тут же протёр рукавом лицо. Слёзы тот час же испарились, однако глаза стали даже краснее, чем прежде.

– Ты прав. Идёмте дальше.

Вместо того, чтобы соболезновать ему, почему бы не указать парню на куда более важную цель впереди? Я с восхищением покосилась на Цзянг Сяотиана. Что и следовало ожидать от босса отряда наёмников. Мне предстояло ещё многому у него научиться, но я не слишком-то волновалась по этому поводу. С двумя-то Даге, разве у меня ещё не представится масса возможностей для этого?

Память Черныша оказалась весьма впечатляющей. Всего одного недавнего взгляда на карту ему хватило, чтобы безошибочно провести нас через весь исследовательский центр до центральной комнаты управления. Более того, он даже ни разу не притормозил, чтобы определить правильное направление. Без сомнения, он был весьма талантливым, но, к несчастью, он, похоже, был твёрдо настроен следовать лишь за своим Лейтенантом. Забрать его с собой будет сложновато… Так, когда я успела превратиться в дяденьку-извращенца, что строит зловещие планы по похищению людей?

Помотав головой, чтобы избавиться от ненужных мыслей, я сосредоточилась и продолжила создавать всё новые слои льда на ноже, не забывая при этом приглядывать и за окружающей обстановкой тоже. Достигнув второго ранга, я не почувствовала в себе существенных изменений, однако создавать кристаллы льда всё же стало значительно проще. Да и тело в целом ощущалось более лёгкими и крепким.

Насколько я помню, когда будучи Гуан Веюн я достигла второго ранга, я не испытала никакой особой радости или же восторга по этому поводу. В то время понятие «ранг» ещё не было чётко определено, так что с моей точки зрения это были лишь незначительные улучшения моего физического тела и зрения, и не более того. Тем не менее, я была очень благодарна этим улучшениям, ведь благодаря им я обрела возможность как замечать иных с большего расстояния, чем прежде, так и быстрее от них улепётывать.

А ведь если подумать, этот трусливый образ жизни, в котором я становилась сильнее лишь для того, чтобы быстрее убегать от врагов… всё это было моим «настоящим» всего пять месяцев назад. Полагаю, я успела немало измениться за это время, не так ли?

И действительно, я сильно изменилась. За этот короткий промежуток времени из добычи я полностью перевоплотилась в охотника. Подобные радикальные изменения – нормальны ли они? Это смерть изменила мой образ мышления или же на меня влияет эхо личности Цзянг Шую?

Чем больше эпизодов из прошлого этого юноши я вспоминаю, чем больше запутываюсь в том, кто я. Да, я по-прежнему больше всего на свете надеюсь на то, что являюсь Цзянг Шую, однако из-за этого возвращения к самому началу апокалипсиса я стала вспоминать многие эпизоды из моей прежней жизни, и, благодаря этому, лишь теперь смогла осознать, что вечно убегающая от врагов Гуан Веюн, которую я всегда считала слабачкой, на самом деле сделала и добилась весьма многого. Ей доверяли и на неё полагались многие люди… даже этот её бестолковый парень и его любовницы не были исключением. Доверие всех этих людей чего-то да стоило!

– Шую, твой нож скоро превратится в палку если не начнёшь спрессовывать кристаллы льда в бриллиантовый лёд.

Оставив свои думы и вернувшись в реальность, я приметила, что Цзянг Сяотиан, нахмурив брови, пристально уставился на мою руку. Следуя его примеру, я также опустила голову и взглянула на руку… Ого, сравнив моё творение всего лишь с «палкой», он явно проявил тактичность. Это куда больше похоже на примороженную к моей руке глыбу льда… Стоп, он только что сказал «бриллиантовый лёд»?

Так спрессованный лёд действительно называется бриллиантовым льдом? Ну ладно, даже Ксиа Зенгу порой бывает на удивление проницателен. Хотя, возможно, это я просто не понимаю мужскую логику? Я думала, только девушкам нравятся бриллианты, но, как видимо, мужчины в этом плане от нас мало отличаются!

Продолжая спрессовывать кристаллы льда и попутно смахивая лишние остатки, я выслушивала лекцию Цзянг Сяотиана на тему «как правильно создать себе оружие».

– Ты недостаточно сильно спрессовываешь лёд. После всего одного уплотнения лёд все ещё слишком хрупок для боя. Нужно сдавить кристаллическую решётку раза в три сильнее, а лучше в пять.

Услышав его слова, я едва не расплакалась. Похоже, мне действительно придётся работать над созданием оружия порядка десяти лет. Даге, сколько у тебя ушло времени на создание твоего ледяного меча? Должно быть, когда я застала тебя за сражением с этим клинком в руках, ты лишь недавно закончил его создание, так ведь? Верно же, да?

– В будущем же тебе непременно нужно будет сделать себе священное оружие, что будет целиком и полностью создано из чистейшего бриллиантового льда. Простого накладывания слоёв на уже существующее оружие недостаточно. С хрупкой основой и оружие получится хрупким.

Ну, об этом я уже в курсе. Разве моё предыдущее копьё не сломалось всего после одного боя с птичкой?

– Я знаю, – слегка понуро пробормотала я. – Я уже пытался раньше сделать себе копьё и кинжал, и даже создал себе подобное примитивное оружие изо льда использовав ручку швабры и нож в качестве основ. Изначально я полагал, что их мне с лихвой хватит минимум на год, а то и два, а я тем временем не торопясь подготовлю себе новое более качественное оружие на смену, но, к сожалению, оба моих творения сломались в бою с цветущим падальщиком.

– Копьё и кинжал? – повторил Сяотиан и одобрительно кивнул. – Неплохой выбор. Ты быстрый и ловкий. Подобное оружие тебе подходит.

– Эм… – внезапно подал голос Черныш с явной неуверенностью в голосе. – Эти ваши… способности, так? Вы же так называете вашу силу?

– Ага. К слову, а у тебя какая способность? – поинтересовалась я, решив, что узнать об этом заранее будет не лишним. Пусть он и не ел кристаллы эволюции и не тренировал свою способность, из-за чего она, вероятнее всего, бесполезна для боя, нельзя отрицать возможности того, что он может обладать какой-то уникальной способностью.

Черныш притих, задумавшись, но после недолгого колебания всё же ответил:

– Когда я сосредотачиваюсь, могу видеть некоторые предметы насквозь. Вернее, не столько «видеть», сколько чувствовать положение вещей за какой-то определённой преградой. Этот навык весьма полезен. Помогает не заблудиться в незнакомой обстановке и для починки техники тоже весьма удобна. Благодаря ей я могу даже без диагностики с лёгкостью определить причину поломки и точечно её устранить. Проблема лишь в том, что я не могу использовать этот навык долго. Обычно меня хватает максимум секунд на десять, не больше.

Однозначно забираю его с собой!

От услышанного у меня резко поднялось настроение. Не удивительно, что он сумел так быстро починить компьютер в лифтовом холе и так хорошо ориентируется в незнаком ему пространстве сейчас. Будь его способность хорошо прокачена, он, скорей всего, даже всю эту лабораторию целиком смог бы охватить. Ну а если к его способности прибавить ещё способность тёти ощущать живые объекты… чёрт, да в таком случае даже штурм сверх защищённых зданий станет для нас обычной пешей прогулкой. Мы сможем беспрепятственно войти внутрь, и так же беспрепятственно выйти. Нам даже сражаться не придётся!

Цзянг Сяотиан тоже оценивающе оглядел Черныша с ног до головы, отчего того сразу же заметно передёрнуло.

– О, я понял! – внезапно воскликнул Ву Яоджин. – Этот ребёнок знает о том, что произойдёт в будущем, верно? Выходит, существуют даже такие любопытные способности? Определённо, она куда более полезная, чем моя.

Упс, неужто мы слишком много разболтали? Всё это время мы, не таясь, открыто беседовали друг с другом в присутствии остальных двух. Я ведь даже о кристаллах эволюции им рассказывать не планировала, а теперь они и о моём оружии знают.

Я осторожно покосилась на Цзянг Сяотиана, но его, похоже, эта ситуация нисколечко не волновала. Что и следовало ожидать от Ледяного Императора, ему абсолютно всё равно на то, что могут ненароком услышать подобные мелкие сошки. И стоило мне об этом подумать, как Цзянг Сяотиан метнул в Ву Яоджина ещё более холодный взгляд, чем прежде. Он явно не намеревался ему отвечать.

О, поняла! Его не волнует, услышат они или нет его слова потому, что одного из них он в любом случае собирается забрать с собой, а второго планирует в скором времени убить, так ведь? Отлично! Я обеими руками «за»!

Тем не менее, самого Ву Яоджина источаемый Сяотианом холод ничуть не задевал. Вместо этого он продолжал с интересом наблюдать за малышом, словно тот был превосходным экземпляром для исследования.

И этот его взгляд крайне действовал мне на нервы. Таких вот персон, что людей за людей не считают, нужно убивать сразу, не задумываясь. Я уже молчу о том, что эти ребята своими экспериментами породили одного из элит иных, который в итоге унесёт жизни сотен тысяч людей. Да за такое преступление перед всем человечеством их тысячу раз убить будет мало!

Положив руку на голову Цзянг Сяотиана, я легонько погладила его по макушке, тем самым напоминая, чтобы до поры до времени держал свою жажду крови под контролем! Даге, ты слишком привык демонстрировать всем свою удаль. В прошлом, любой навлекший на себя гнев Ледяного Императора человек, вероятно, сам с готовностью перерезал себе глотку. Ну а если отказывался сделать это сам, находилась целая толпа других людей, что, спотыкаясь друг об друга, спешили убить его, так что самому Ледяному Императору, уверена, почти никогда не приходилось брать подобные дела в свои собственные руки. Потому-то и нужды скрывать свои эмоции и намеренья у него не было.

– Угх…

Внезапно услышали мы чей-то сдавленный голос из угла комнаты. Я тот час же, готовясь встретить врага, резко подняла пистолет на изготовку и покрепче перехватила кинжал в руках, однако стоявший до этого подле меня Черныш, вместо подготовки к бою, рванул вперёд и выудил из кучи окровавленных человеческих останков… вполне себе целого человека!

– А-Ксинг! – окликнул Черныш. – Ну же, очнись, А-Ксинг!

Приглядевшись, я действительно опознала в этом с головы до ног окровавленном парне Чен Янксинга. Спешно отложив в сторону оружие, я приблизилась, чтобы осмотреть его раны и тут же невольно изумилась. К моему удивлению, на его теле не было видно совершенно никаких шибко серьёзных увечий. Разумеется, синяков и царапин в подобных обстоятельствах было не избежать. Не исключено, что у него даже имелось где-нибудь пару трещин в костях, но даже так ему определённо повезло куда больше, чем той несчастной кучке человеческих останков, под которой он до недавнего времени был погребён. Аж завидно!

Весь в крови и кусочках плоти, А-Ксинг лежал у самой стены. Скорей всего, он потерял сознание от удара об стену после того, как нечто отшвырнуло его в сторону, и в итоге его тело оказалось закамуфлировано кровью его собственных товарищей, что продолжили сражение с тем неведомым врагом. По сути, он выжил тем же способом, что и Ву Яоджин. Разница лишь в том, что один из них осознано воспользовался этим методом выживания, в то время как второй был, можно сказать, благословлён свыше.

Медленно приходя в себя, Чен Янксинг приподнял свою голову, и когда я уже было хотела спросить у него о его самочувствии, в глазах парня внезапно мелькнул какой-то дикий блеск. В следующую же секунду, воздух сотряс нечеловеческий рёв, словно последний яростный крик загнанного зверя…

– РА-А-А-А-А-А––

Резко подняв свой пистолет, он направил его чёрное дуло прямо мне в лоб.

Сноски

1. Мамаша : в оригинале её имя состоит из двух слов «мать/материнство» и «малыш/младенец», однако мне не удалось придумать удобоваримый аналог на русском языке, чтобы ещё и в женском роде был

2. Адское пламя : под этим словом подразумевается не чёрное пламя, а посмертные огоньки (те, что частенько рисуют вокруг привидений в манге). Иными словами, способность Тринадцатого, по всей видимости, связана непосредственно с душой. Однако как его способность будет обыграна на деле не знаю, так что пока оставлю прямой перевод

Конец эпохи доминирования Том 3 глава 4: Лаборатория

Конец эпохи доминирования Том 3: Скованное льдом благородство и величие

Автор оригинального китайского текста: 御我 (Yu Wo)


Глава №4: Лаборатория – перевод EliSan; редактура Akili

Пока створки лифта расходились в стороны, со стороны послышался едва уловимый звук сжимаемого покрепче оружия. В открывшемся нашему взору холле было темно, верхнее освещение изредка мерцало то тут, то там. Тем не менее, это помещение выглядело куда менее разгромленным, чем холл на верхнем этаже, откуда приехали мы. Похоже, тот взрыв, который мы услышали не так давно, прогремел не здесь, а где-то дальше. В этом плане нам, можно сказать, даже повезло, ведь в ином случае лифт бы непременно пострадал и более не смог бы функционировать.

Разделившись на две группы, разведчики быстро прочесали всю комнату. Убедившись, что никакой опасности нет, они подали сигнал «чисто», и лишь тогда основная группа, покинув лифт, последовала за ними.

Сама я находилась в самом центре основной группы. Оглядевшись по сторонам, я обнаружила себя просто в нереально огромном холле, что не может не настораживать. Ведь если даже простой холл имеет столь несусветно гигантский размер, тот какого же размера должна быть сама лаборатория? Это не только значит, что нам придётся приложить куда больше усилий для поиска выживших, но и то, что самих подопытных тут, вероятно, куда больше, чем я изначально предполагала.

Тщательно осмотрев холл без каких-либо происшествий, вояки принялись распределять между собой обязанности. Некоторые встали на стрёме у проходов в другие помещения, в то время как другие отправились искать основной рубильник. Чернышу же поручили взглянуть на компьютеры и по возможности извлечь из них какую-нибудь полезную для нас информацию.

– Ну? Сможешь раскопать карту этого места? – нетерпеливо поинтересовался младший лейтенант.

– Ещё минуту. На это нужно время, – не отрывая пристального взгляда от экрана, отозвался Черныш. К слову, монитор этот был размером с большой телевизор.

Стоя рядом, я с интересом наблюдала за его действиями. Честно признаться, не ожидала, что эту обязанность доверят именно Чернышу.

– Чёрт, – яростно выпалил младший лейтенант, – ну почему здесь так тихо!? Как нам спасать их, если мы даже не знаем, в каком направлении двигаться?

– Тише ты! – шикнула на него я, на что младший лейтенант ответил раздражённым взглядом. – У подобной тишины может быть лишь два объяснения, и одно из них, что все уже мертвы, – лица вояк резко помрачнели. – Второе же возможное объяснение заключается в том, что нечто вынуждает их хранить молчание, – я окинула вояк холодным взглядом. – Есть ли среди вас желающие приманить сюда это «нечто»? Кто-нибудь из нас может сравниться по силе с А-Ксингом и прочими ребятами из спасательного отряда?

Младший лейтенант тут же побледнел и спешно замотал головой.

– Нет. Лейтенант забрал с собой самых сильных из нас.

Иными словами, вы, ребята, оставшиеся позади слабачки? Будущие перспективы нашей вылазки теперь представились мне в куда менее радужном свете.

– Если даже лейтенант и остальные не смогли справиться, т-то что же мы сможем с этим сделать, – нервозно пробормотал один из солдат.

Чёрт, ещё не хватало, чтобы они дёру от страха дали.

– Многие подопытные уже успели выбраться наружу, так что обстановка внутри уже, вероятно, не столь опасна, как раньше, – нарочито спокойным голосом заявила я. – Вполне вероятно, что у ваших товарищей слишком много раненных, чтобы покинуть это место собственными силами. В любом случае, в каком бы положении они ни были, нам для безопасности следует вести себя как можно тише!

Младший лейтенант согласно кивнул. Уж не знаю действительно ли он купился на мои слова или же просто не пожелал со мной припираться, будучи всё ещё в обиде за то, что одёрнула его ранее. Впрочем, это сейчас и не самое главное. Всё пучком до тех пор, пока он прислушивается к моим советам.

Цзянг Сяотиан же на протяжении всего этого диалога преспокойненько попивал своё ультрапастеризованное молоко. От одной лишь мысли, что это Ледяной Император – один из тех самых восхваляемых двенадцати мировых элит – моё лицо невольно дёрнулось. Даге, прошу, перестань уже испытывать мои актёрские способности на прочность. Ты же понимаешь, как непросто сохранять видимость уверенного в себе главного ге… Хотя, возможно, он действительно этого не понимает. Подавляющая аура истинного лидера была дарована моему Даге ещё при рождении, однако за то время, что мы провели вместе, я успела заметить, что, несмотря на весь свой врождённый потенциал, он частенько совершает глупые ошибки и ведёт себя как идиот. Это, к слову, вполне объясняет, как он умудрился собрать вокруг себя целый отряд в равной степени талантливых и чудаковатых наёмников.

В этот момент я почувствовала, как мой внутренний ментальный образ «Ледяного Императора» раскололся на части. Правильно люди говорят, что расстояние порождает красоту. Сейчас, когда я без особых проблем могу использовать Ледяного Императора как персональную подушку-обнимашку, я не могу думать о нём никак иначе, кроме как о невероятно миленьком малыше.

– Есть! – внезапно воскликнул Черныш. – Я нашёл карту!

– …

Мне оставалось лишь беспомощно шмякнуть себя ладонью по лбу.

Несколько вояк тут же подскочили к Чернышу и спешно заткнули ему рот. Тот же, явно не понимая, в чём проблема, попытался было вырваться, но не смог. Дёрнувшись ещё пару раз, он окинул всех присутствующих вопросительным взглядом.

Я же тем временем, уставившись на экран компьютера, невольно нахмурилась, ибо моё дурное предчувствие, к сожалению, подтвердилось. Это место просто огромно! За прошедшие с начала апокалипсиса четыре месяца построить подобное было бы просто нереально. Похоже, это место являлось тайной исследовательской лабораторией ещё до прихода апокалипсиса.

Цзянг Сяотиан нетерпеливо дёрнул меня за штанину, и я спешно подхватила его на руки, давая возможность получше рассмотреть план лаборатории. Быстро окинув карту взглядом, он, недолго думая, ткнул пальцем в определённую точку на мониторе, и я тут же понимающе кивнула.

– Я пойду разведаю ведущий к лаборатории коридор.

– Все здешние монстры, скорей всего, явились как раз из лаборатории. Лейтенант и остальные просто не могут быть там, – запротестовал младший лейтенант.

– Есть там кто или нет, не важно. Лишь посетив лабораторию, мы сможем выяснить, откуда взялись столь аномальные монстры. До того, как попасть сюда, я немало монстров перебил, но ни один из них не был столь же умён, как монстры из этой лаборатории, – я обернулась и с замешательством поинтересовалась у вояк. – Вы же тоже совершали вылазки в город за припасами. Неужели не заметили, что эти монстры полностью отличаются от тех, что снаружи?

Ответом мне была гробовая тишина.

Лишь через несколько секунд младший лейтенант неловко заговорил:

– Сотрудники этого исследовательского центра дали нам особую машину. Не знаю, что именно находится внутри, но почти все монстры предпочитают держаться в стороне от нее. В ходе наших вылазок в город твари на нас редко нападают, да и те не более чем мелкие сошки. Быстренько разделавшись с ними с помощью оружия с глушителями, мы загружаем припасы в машину и возвращаемся назад на базу. По этой причине мы, можно сказать, никогда и не сталкивались с монстрами всерьёз.

Не мудрено. Имея в своём распоряжении нечто подобное, становится понятно, почему эта база смогла столь долгое время прожить в мире и благополучии, несмотря на огромное скопление людей внутри. Однако ИЦМО обладает чем-то столь удивительным? Никогда о подобном не слышала. Опустив взгляд, я покосилась на Цзянг Сяотиана. Он стоял нахмуренным, но не произнёс ни слова. Тем не менее сказать, находился ли он до этой поры, как и я, в неведенье об этом изобретении или же знал, но просто не желал обсуждать этот вопрос в присутствии посторонних людей, я не могла.

– С начала апокалипсиса прошло всего-то четыре месяца, – принялась в притворной задумчивости бормотать себе под нос я. – За такое короткое время невозможно построить столь огромный исследовательский центр для исследования этих монстров. Но если так, что же в таком случае они исследовали тут раньше? Мало того, что лаборатория расположена столь глубоко под землёй, так ещё и план помещений совсем не похож на таковой в центре по разработке какого-либо оружия.

От этих слов лица стоящих вокруг военных резко изменились, дав просочиться тлеющему в их сердцах подозрению.

– Только не говорите мне… что тот чёрный туман тоже дело рук ИЦМО? – едва слышно пробормотал кто-то из толпы.

Братишка, да у тебя просто шикарная дедукция. Должно быть, А-Ксинг руку приложил! Мысленно поставив ему «лайк», я, тем не менее, не произнесла и слова в ответ, оставив всё на их собственное воображение. Извратить образ ИЦМО, превратив его в подобие финального босса, для меня крайне выгодно, так как в таком случае мне, возможно, и не придётся уничтожать эту организацию лично.

– Я собираюсь осмотреть то место. Пойдёте вы со мной или же нет, меня не колышет.

Дорогу до лаборатории я уже запомнила. Чтобы добраться туда, придётся миновать большую часть исследовательского центра. Если по пути я случайно наткнусь на Чен Янксинга или же ещё кого-нибудь из его группы, я сделаю всё, что в моих силах, чтобы их спасти. Если же нет… то они уже всё равно мертвы. В конце концов, из этого центра ведёт лишь один выход, и он позади нас. Если подопытные вынудили их отступить в противоположном направлении, то они сейчас реально в заднице находятся… во всех смыслах.

– У тебя и в самом деле ни следа дисциплины, – раздражённо выпалил младший лейтенант. – В групповых миссиях самое главное следовать приказам. Ты не можешь свободно ходить, куда тебе вздумается!

– Я никогда не был одним из вас, так с какого перепугу я должен следовать вашим приказам? – ледяным тоном поинтересовалась я. – Я выбрался из города собственными силами и собственными же силами выживал всё это время с ребёнком на руках. Хм! Чем довериться вам, я уж лучше доверюсь самому себе!

Выпалив эти слова, я тут же развернулась. Я не собиралась больше тратить тут время, споря с ними. Будет лучше как можно скорее разнюхать секреты ИЦМО и тут же слинять отсюда!

Исследовательский центр подобного размаха был ввергнут в плачевное состояние их же собственными подопытными? Те подопытные, что я встретила у входа, даже принимая в расчёт их небывалую сообразительность, навряд ли смогли бы подобное провернуть. Значит, среди них есть некто ещё более опасный, и я без понятия, сбежал ли он уже из башни или же по-прежнему находится внутри. Как бы там ни было, будет лучше не задерживаться здесь надолго.

Взяв в правую руку пистолет, я создала ледяной кинжал в левой, после чего обернулась и взглянула на Цзянг Сяотиана. Всё это время он молча следовал за мной прямо по пятам. Да уж, разница в выучке и стойкости духа между Сяотианом и этими ребятами столь велика, что между ними можно было бы вместить аж целых восемь мегаполисов!

Пора выдвигаться…

– Постой!

Я сделала глубокий вдох в попытке упокоить себя. Эти вояки – оставленные позади слабачки, так что не стоит мне ожидать от них слишком многого. Я развернулась и произнесла ровным голосом без единой эмоции:

– Даю вам десять секунд на решение. Отсчет пошёл. Десять, девять…

Лицо младшего лейтенанта окаменело.

– …шесть, пять…

– Идём! Мы идём с тобой! – спешно воскликнул Черныш.

Я же в ответ лишь равнодушно пожала плечами и ткнула пистолетом в сторону коридора.

– В таком случае ведите.

Чернышу оставалось лишь скрипя зубами пробормотать:

– Обязательно вот так вот в лоб выпихивать нас вперёд, принуждая расчищать для тебя путь?

Однако вместо ответа я задала встретный вопрос:

– Знаешь, сколько мне лет?

Черныш задумчиво уставился на моё лицо.

– Двадцать три? Четыре?

Услышав подобное предположение, я едва сдержалась, чтобы не фыркнуть. Похоже ты неплохо владеешь самообманом, если серьёзно думаешь, что подобному лицу как у Цзянг Шую может быть больше двадцати!

– Восемнадцать.

В тот же миг комната погрузилась в гробовую тишину. Ни один солдат более не высказал ни единого слова возражения, послушно выстроившись в боевое построение. И в тот момент, когда младший лейтенант уже собирался было отдать приказ выдвигаться, из недр исследовательского центра внезапно донёсся отдалённый выстрел.

Чёрт, планы как всегда не поспевают за развитием событий! Мне оставалось лишь выкрикнуть:

– Вперёд! Идём туда! Быстрее! – строй резко перешёл на бег, так что мне пришлось поспешно предупредить. – Не забывайте следить за окружающей обстановкой. Здесь очень темно. Разведчики, по одиночке не ходить. Минимум группами по четыре человека. Если людей не хватает, пусть кто-нибудь из основной группы займёт место недостающих! Запомните лица тех, кто стоит по обе стороны от вас, и не теряйте их из виду.

В результате этой череды команд скорость нашего продвижения резко сократилась, но с этим было уже ничего не поделать. Освещение во внутренних помещениях исследовательского центра было повреждено даже больше, чем в холле лифта, отчего тьма вокруг стала лишь ещё более непроглядной. Круги света, которые порождают наши фонарики, попросту слишком малы, чтобы суметь прогнать прочь эту давящую мглу. Если хоть один человек оступится, что ж, не только он, вся команда может заплатить за эту единую оплошность жестокую цену. В конце концов, это место смогло пленить даже элитный отряд, что уж говорить о нашей группе оставленных позади слабачков!

Следуя за солдатами, я в какой-то момент оглянулась через плечо, чтобы проверить, как там справляется Цзянг Сяотиан. Лишь увидев, что, невзирая на груз, он без проблем поспевает за остальными, я смогла облегчённо выдохнуть. Тем не менее выражения лица у него было немного странное. Он таращился на меня таким ошарашенным видом, словно не узнавал меня, что немного настораживало.

У «Цзянг Шую», разумеется, не было опыта командования группами людей, а вот у Гуан Веюн такого опыта было предостаточно. В первые годы апокалипсиса я выступала в роли лидера, пожалуй, даже чаще, чем сам Ксиа Зенгу. Этот безмозглый придурок частенько получал серьёзные раны прямо в ходе миссий и из-за этого лишался способности организовать слаженный отход.

Так как именно я носила статус его девушки, то и забота о моём раненом парне также ложилась именно на мои плечи. Ну а обременённая подобной ношей, у меня оставался лишь один верный способ помочь своим товарищам, а именно раздача им нужных указаний в нужные моменты. В результате этого через какое-то время наши товарищи настолько привыкли к смене лидера прямо посреди боя, что в ходе обсуждений стратегий даже стали сразу поддерживать предложенные мною планы действий, отвергая суицидальные затеи Ксиа Зенгу.

Теперь, когда я об этом думаю, возможно, именно то, что я столь часто спасала его задницу, а также мой накопленный опыт по части лидерства долгое время не давали Ксиа Зенгу возможности поднять на меня руку и убить. Сделав это, он тут же ополчил бы против себя всех наших боевых товарищей… а также до чёртиков бы напугал всех своих тогдашних любовниц.

Тогда на моей стороне стояли очень многие, начиная от боевых товарищей, заканчивая девушками, которых он поимел и бросил. Если бы только я тогда не потеряла веру в себя, раз за разом испытывая предательство своего парня; если бы только я не забросила тренировки в виду бесполезности своей способности и продолжила развивать свой боевой потенциал; если бы только в тот роковой день я обладала силой дать ему отпор, возможно, убитой оказалась бы не я, а Ксиа Зенгу. Какая жалость!

Уж в этой-то жизни я точно не сделаю ничего, о чём потом буду жалеть! В лепёшку расшибусь, но накоплю денег на дом… Ой, в смысле, стану достаточно сильной, чтобы защитить свою семью, и заведу детей!

В этот момент Цзянг Сяотиан внезапно потянул меня за штанину. Когда же я оглянулась назад и взглянула на настороженно насупившегося Сяотиана, тот выпалил лишь одно слово:

– Прислушайся.

Я тут же замерла и навострила уши. Лишь тогда я смогла расслышать едва уловимый звук, что постепенно становился всё громче и громче. Остальные в группе также уже обратили на него своё внимание.

– Это что, кошачье мяуканье? – обескуражено выпалил один из солдат. Тем не менее, ни один из них не выказал и толики страха.

– Нет, это плач младенца, – спокойно поправила я. – Скорей всего, это наживка. Просто игнорируйте его. Продолжим движение.

– Так эти уроды даже на младенцах эксперименты ставили? – рыкнул ещё один солдат.

Этим солдатом оказалась женщина, но телосложение у неё было даже более накаченное, чем у нашей крепышки Юнкиан. Честно признаться, до того момента, как она заговорила, я вообще не замечала, что среди нас есть одна представительница слабого пола.

– Идём вперёд не останавливаемся! – вновь поторопила их я.

Женщина после моих слов недовольно нахмурилась, явно не желая никуда уходить. Младший лейтенант также нахмурился.

– Как солдаты мы обязаны защищать гражданских.

О, как мило! Это, безусловно, очень благая обязанность. Вот только в таком случае скажи мне, почему в скором времени военные превратятся в подобие раковой опухоли среди людей, которых вроде как обязаны защищать? Это вы так от апокалипсиса обезумеете или же всему виной какие-то закулисные делишки, о которых простые смертные, вроде Гуан Веюн, знать просто не могли?

Но всё это произойдёт немного позже. Пока что эти вояки действительно полны энтузиазма выполнять свои обязанности, вот даже гражданских защищать рвутся. Таких в будущем останется ой как немного.

Я сделала глубокий вдох и предложила:

– Давайте сперва всё же А-Ксинга и остальных отыщем. Чем нас больше, тем мы сильнее. К тому же, они куда лучше нас понимают, чему мы сейчас пытаемся противостоять. Будь то отступление или же спасение людей, нам понадобится помощь ваших товарищей из элитного отряда.

Услышав моё пояснение, все немного успокоились и, продолжая слушать отдалённый детский плач, продолжили двигаться вперёд. Тем не менее, с каждым новым шагом лица солдат всё больше и больше мрачнели. А всё потому, что плач младенца не стихал по мере отдаления, а наоборот становился всё громче и отчётливее, пока не начало казаться, словно он плачет прямо возле твоего собственного уха. От этого звонкого пробирающего аж то самых костей звука у меня невольно холодок по спине побежал.

Пусть я и не понимаю, что тут происходит, но одно я могу сказать с уверенностью уже сейчас: никто из вояк более не решится даже заикнуться о том, чтобы идти и спасать плачущих младенцев.

Остановившись, я настороженно огляделась по сторонам. И в этот самый момент среди громких трелей этого жутковатого детского плача я успела расслышать мимолётный вскрик. В том, что это был именно вскрик, я абсолютно уверена, но вокруг было слишком темно, да и с солдатами я знакома не слишком уж хорошо, так что сказать наверняка, кто именно кричал, я не могла. В результате мне оставалось лишь спешно выкрикнуть:

– Срочно проверьте своих соседей! Все ли на месте?

Все тут же заозирались по сторонам, проверяя стоящий вокруг товарищей, после чего находящийся в самом конце строя солдат ахнул.

– Парень справа от меня пропал! О-он же был тут всего мгновение назад!

Резко выхватив фонарик из рук ближайшего вояки, я осветила сперва левую стену, затем правую. Ни с той ни с другой стороны я не обнаружила открытых дверей или же зияющих проходов, так что машинально перевела луч света на потолок. В тот же миг без предупреждения передо мной возникла огромная чёрная тень.

Не став даже разбираться, кому принадлежит эта тень, все солдаты с яростными воплями открыли огонь.

– Шую, кровь! – спешно воскликнул Цзянг Сяотиан.

Я тут же выставила вперёд руку, создавая над собой широкий барьер из прозрачного льда, и одновременно с тем выкрикнула:

– Все, к стене!

В тот же миг с потолка на нас хлынула кровь. Большая её часть попала на созданный мною барьер и тут же принялась с шипением его разъедать. Я спешно последовала собственному же приказу и прижалась спиной к стене, после чего швырнула ледяной барьер в сторону. Смесь крови и талой воды обрушилась на пол и продолжила разъедать всё вокруг.

Слава богу, что Цзянг Сяотиан успел вовремя нас предупредить, иначе этот кровавый дождь махом скосил бы минимум треть всей нашей группы.

В этот момент нечто тёмное бухнулось с потолка на пол, и если бы не тот факт, что в кругу света фонариков обнаружилась фигура солдата, все, небось, опять принялись бы как очумелые палить из своих пушек.

Я снова направила луч света на потолок; чёрная тень исчезла. Того предыдущего залпа огня оказалось недостаточно, чтобы убить её, но, думаю, нам даже повезло, что она сбежала. С тварями, чья кровь способна причинить вред людям, очень непросто сражаться. Нужно крайне аккуратно наносить удары, иначе сами можем пострадать. Учитывая плохую слаженность нашей группы, будет лучше не связываться с подобным противником.

Присев на корточки, я перевернула солдата на спину. Правая половина лица у него отсутствовала напрочь, да и остальная верхняя половина тела была сильно разъедена. Кое-где даже оголились кости и какие-то красновато-белые органы под ними. И что ещё хуже, процесс не останавливался. Его тело продолжало расщепляться, отчего его конечности невольно подёргивались.

Оценив тяжесть его ран, я быстро создала ледяной кинжал и решительно всадила его ему в голову.

Когда же я вновь выпрямилась и оглянулась на остальных, я незамедлительно наткнулась взглядом на шокированное лицо младшего лейтенанта.

– Ты… ты убил одного из наших парней! – взревел младший лейтенант и, подбежав, схватил меня за воротник. – Всего лишь из-за того, что он получил ранение? Мы же могли отнести его к врачам. Для этого нам потребовалось бы всего лишь подняться вверх на лифте!

Схватив его кисти, я высвободила небольшое количество энергии льда, вынудив его немедленно отдёрнуть руки назад. Тем не менее, он продолжил буравить меня яростным взглядом.

– Да какие тут нахрен врачи! – рыкнула я. – Серьёзно думаешь, что с такими ранениями его можно было спасти?! Взгляни на него! Повнимательнее присмотрись к его лицу и шее! И про пулевые ранения на его теле не забудь! А теперь ещё раз скажи, кто был тем, кто, мать вашу, убил его?!

Младший лейтенант невольно вздрогнул и молча опустил взгляд на тело павшего товарища.

Лицо солдата было проедено вплоть до черепа, а на шее зияла дыра, через которую было отчётливо видна трахея. Тело же его было сплошь испещрено дырками от пулевых ранений; очевидно, результат той безразборной пальбы минуту назад. С такими серьёзными увечьями ему оставалось жить не более нескольких минут, так что куда милосердней было поскорей упокоить его, чем вынудить пережить ещё несколько мучительных минут, в ходе которых он жаждал бы лишь одного: смерти.

Я ещё раз окинула вояк грозным взглядом.

– Если кто-либо из вас ещё хоть раз проявит подобную тупость, я брошу вас и пойду дальше сам. Я не желаю в подобном месте ещё и опасаться схлопотать от союзника пулю в спину!

Когда солдаты увидели, какая горькая участь постигла их товарища, все тут же стыдливо потупили взгляды. Я же, увидев эту их реакцию, смогла, наконец, облегчённо выдохнуть. Если уж начистоту, то, принимая во внимание отсутствие у них боевого опыта с иными, полностью исключить подобные случайные смерти ввиду ошибки было априори невозможно. Тем не менее, у меня нет иного выбора, кроме как хорошенько отчитать их за этот случай, иначе в следующий раз я, чего доброго, действительно могу умереть от их рук. В конце концов, я ещё не успела натренировать свою способность настолько, чтобы стать невосприимчивой против огнестрельного оружия и ножей!

В этот момент из глубин исследовательского центра вновь раздались несколько выстрелов, за которыми снова последовала тишина. Я нахмурилась. Что-то в этой ситуации явно было не чисто. Неважно, будь то обычный иной или же здешний подопытный, такого соперника просто невозможно одолеть всего несколькими выстрелами. Даже наоборот, это лишь усугубит ситуацию, так как пальба, несомненно, привлечёт внимание ещё большего числа иных.

– Сяо Ю, надо поспешить! – взволнованно выпалил Черныш. – Лейтенант и остальные могут быть в серьёзной опасности!

Однако я осталась стоять на прежнем месте.

– Это, скорей всего, ловушка. Сами подумайте, минуту назад вы столько пуль выпустили в того монстра на потолке, но всё равно не сумели его добить. Так чем могут помочь всего несколько одиночных выстрелов? В голову приходит лишь одно объяснение: чтобы заманить нас туда.

Услышав моё предположение, лицо младшего лейтенанта заметно помрачнело.

– Ну и что нам тогда делать?

А мне-то почём знать?! Гуан Веюн в прошлом руководила лишь рейдами на различные продуктовые магазина да склады. В подобных ультра защищенных местах, как это, ей бывать не доводилось. Это ведь ни много ни мало секретная лаборатория с огромным количеством подопытных иных внутри. Если бы подобное произошло в прошлой жизни, я бы скорее себе сразу пулю в лоб пустила, чем согласилась добровольно спуститься в такое зловещее место. Смерть тут может поджидать буквально за каждым поворотом.

Я опустила взгляд на Цзянг Сяотиана. Из всех здесь присутствующих Ледяной Император определённо обладает наибольшим опытом проникновения в подобного рода защищённые места.

Заметив мой вопросительный взгляд, Цзянг Сяотина усмехнулся.

– А я-то хотел посмотреть, насколько ещё тебя хватит. Что, уже сдаёшься?

– Ну, знаешь ли, я всё ещё новичок в этих делах, – с готовностью признала я. Я не видела ничего постыдного в том, чтобы попросить Ледяного Императора о помощи. В прошлой жизни я не то что о помощи попросить, даже приблизиться к нему не имела возможности. Мне повезло лишь раз узреть его фигуру издалека, так что теперь, когда сия персона во всей своей красе стоит у меня прямо перед носом, грех будет не воспользоваться таким шансом получить наставления.

– Судя по тому, что я видел, внутренняя компьютерная сеть всё ещё худо-бедно работает. Пошли большую часть отряда вперёд разведать обстановку, мы же в это время проберёмся в центральную комнату управления. Там мы, вероятно, сможем взять под контроль большую часть системы безопасности лаборатории, – выпалил Цзянг Сяотиан, после чего ткнул пальцем в Черныша. – Этого парня возьми с собой. Он, похоже, разбирается в электронике, вот пусть и поможет тебе починить неполадки в системе.

Все вояки вылупились на Сяотиана с таким видом, будто привидение увидели. Я же к этому моменту уже попросту устала выдумывать всевозможные оправдания его нетипичного поведения, так что просто повернулась к солдатам и равнодушно произнесла:

– Ну, вы сами всё слышали. Мой Сяотиан плохого не посоветует. Вы, ребята, продолжайте двигаться вперёд, но не слишком быстро, а то я могу не успеть передать вам информацию, если что-то найдём, – я перевела взгляд на Черныша. – Идём.

– П-погоди-ка минутку, – едва отойдя от шока, воскликнул младший лейтенант, – как ты можешь просто вот так взять и уйти? А что если впереди нас действительно поджидает какая-то опа-…

– Даже если впереди и поджидает нечто опасное, вы что же так и хотите всю дорогу за моей спиной прятаться? – я бросила на вояк раздражённый взгляд. – Какого чёрта?! Хотите сказать, что тридцать солдат не смогут справиться без ребёнка, студента и одного солдата? Да возьмите же вы наконец себя в руки и успокойтесь! На этом этапе ни один иной не сможет просто проигнорировать выстрелы из сразу тридцати автоматов. Для победы вам достаточно будет сделать лишь одно: размозжить им башку с большого расстояния. Вот и всё, что от вас требуется!

Выпалив эту тираду, я тут же резко развернулась и молча потопала прочь. Даже если Черныш не пойдёт за мной, мне всё равно. Кого могу, я спасу, ну а тех, кого не в состоянии, просто брошу позади без зазрения совести!

– И-иной? – озадаченно пробормотал мне в след младший лейтенант, и лишь тогда я осознала, что случайно проговорилась. Впрочем, ладно, не беда даже если они и узнали это название раньше времени. Вскоре этот термин всё равно станет общепринятым.

Через несколько секунд Черныш всё же нагнал меня.

– Слушай, Сяо Ю, ты правда сможешь довести меня в центр управления в одиночку? – зашептал он. – Уверен, лейтенант, когда спустился сюда, тоже первым делом отправил своих IT специалистов в центр управления, и, разумеется, отправил с ними несколько действительно сильных ребят, чтобы не позволить этим специалистам ненароком умереть.

После этих слов, он бросил нервозный взгляд в сторону Цзянг Сяотиана.

– Хо-о-о? А вот младший лейтенант явно хочет, чтобы я продолжил охранять тридцать солдат, – раздражённо бросила я. – Что думаешь по этому поводу?

Черныш обернулся на группу своих товарищей позади и с ноткой стыда в голосе произнёс:

– Ну да, ты прав, мы сейчас явно не в лучшем виде предстаём. Из-за недавней атаки все жутко напуганы, а из-за отсутствия толкового лидера мы не знаем даже, что делать. Если бы с нами сейчас был лейтенант или А-Нуо, да даже А-Ксинг бы сгодился, мы бы не выглядели такими раздолбаями. Правду говорю! Этот младший лейтенант на самом деле просто зелёный шкет, что лишь недавно вышел из военной академии. Его голова всё ещё забита банальными тактиками из учебников, так что в реальном сражении он просто безнадёжен.

Я скептически покосилась на Черныша.

– Вы даже за А-Ксингом готовы в бой идти? Ну и низкие же у вас стандарты.

– … – Черныш тут же поспешил объясниться. – Не пойми неправильно. Знаю, на первый взгляд он действительно может показаться тем ещё простачком, но пусть его характер не вводит тебя в заблуждение. На самом деле он очень силён, когда серьёзен. Видел когда-нибудь, как стреляет полуавтоматический пулемёт? Так вот, он может каждой отдельно выпущенной пулей снести по башке. Без шуток!

Ну вот, теперь мне вновь захотелось забрать его с собой… Возможно, из А-Ксинга получится вполне себе неплохой сувенир? Когда придёт время уходить, обязательно попробую его переманить.

– Центр управления находится в том направлении, – выпалил Черныш, ткнув пальцем в один из коридоров, после чего смущенно пробормотал. – Если честно, я сразу же запомнил его местоположение, как только раскопал план здешних помещений. Мне следовало бы сразу предложить пойти туда, но я промолчал, так как слишком привык следовать приказам лейтенанта.

Я снова покосилась на Черныша. А этот парень тоже неплох. Что же делать? Меня теперь прямо подмывает забрать их всех с собой. Нормально ли, что я столь радостно выбираю подходящих кандидатур из подчинённых этого лейтенанта?

– Шую, – внезапно заговорил Цзянг Сяотиан, – как доберёмся до центра управления, нужно будет сразу отыскать другой путь отхода. Судя по обстановке, подопытные специально оставили лифт в рабочем состоянии, чтобы заманить людей на их территорию.

Я опустила взгляд на Цзянг Сяотиана. Те выстрелы действительно были очень подозрительными, словно их сделали лишь чтобы привлечь наше внимание. Тем не менее, мне всё ещё сложно было в это поверить. С кем же мы сейчас всё-таки сражаемся, с людьми или же с иными? Люди не могут быть столь сильны на этом этапе апокалипсиса, а иные в свою очередь не могут быть столь сообразительны.

– Те подопытные, что уже сбежали из башни, недостаточно сильны и умны, чтобы привести эту лабораторию в столь плачевное состояние, – продолжил он свой анализ. – Скорей всего, у них есть лидер, и он, вероятно, довольно силён. Ну а так как та первая элитная группа военных до сих пор не сумела пробить себе путь наружу, рискну предположить, что этот самый лидер всё ещё находится здесь.

– Хочешь сказать, у меня нет ни шанса на победу? – немного разочарованно пробормотала я. Неужели того, что я столь быстро поднялась до второго ранга, всё ещё недостаточно?

– Есть шанс на победу или нет, я не могу сказать с уверенностью, – заявил Цзянг Сяотиан, подняв на меня взгляд. – Понимаешь, на дворе лишь пятый месяц апокалипсиса. Каким бы сообразительным ни был их лидер, он не может быть достаточно силён, чтобы вот так перевернуть эту лабораторию с ног на голову в одиночку, что значит у него в подчинении определённо имеются как минимум несколько крайне сильных подопытных. Ты же, хоть сам и силён, имеешь в своём расположении лишь кучку непослушных, плохо организованных вояк, у которых даже опыта борьбы с иными нет. В общем, сам понимаешь, ситуация неоднозначная.

– Хей! – возмутился Черныш. – Почему это мы непослушные? Мы же последовали указаниям Сяо Ю. Я же сейчас с вами, разве нет?

Цзянг Сяотиан перевёл взгляд на вояку.

– Если я тебе сейчас скажу взять пистолет и возглавить атаку на группу иных, ты последуешь моему приказу?

Черныш с помрачневшим видом опустил взгляд на идущего рядом трёхлетнего малыша. Впрочем, винить его тут было не в чем. Любой взрослый человек чувствовал бы неуверенность если бы ему ни с того ни с сего сказали повиноваться приказам трёхлетнего ребёнка. А вот на более поздних стадиях апокалипсиса, лидер уже сможет иметь самую разную форму и внешность, и в этом уже не будет ничего странного.

Потеряв интерес к Чернышу, Цзянг Сяотиан снова повернулся ко мне.

– Доберись до центра управления и разыщи там этого лейтенанта или А-Нуо, о котором упоминалось ранее. Если сможешь убедить их следовать своим указаниям, они смогут стать весьма существенной помощью в грядущем сражении с подопытными. Если же определить их местоположение не удастся, тут же ищи другой выход из лаборатории и уходи отсюда немедленно. Черныш же вернётся к остальным и передаст им информацию о том, что и им тоже следует немедленно отступать.

– То есть, найти А-Ксинга по-твоему недостаточно? – уверена, уж его-то я точно смогла бы убедить слушаться моих приказов, чего, увы, не могу сказать об А-Нуо и лейтенанте. Едва ли они так просто согласятся вверить собственную жизнь и жизни всех своих товарищей в руки подростка, которого даже толком не знают.

– Лидерские качества парня, которого Черныш оценил как «да даже А-Ксинг бы сгодился», вероятно, находятся приблизительно на том же уровне, что и твои собственные, так что толку с него мало, даже если отыщем его.

Я мысленно пустила по нему сочувствующую слезу. Бедный А-Ксинг. Тебя так быстро записали в бесполезный балласт.

В этот момент я внезапно наступила на что-то мягкое. Это ощущение… Опустив свет от фонарика вниз, я подняла ногу, явив взору оторванную человеческую руку со всё ещё надетым на неё рукавом типичной зелённой военной раскраски. Пусть ткань и была пропитана кровью, это определенной была военная униформа.

Со стороны раздался резкий тревожный вдох, однако через пару секунд Черныш облегчённо выдохнул.

– Нет, это не один из наших.

– Не один из ваших? – удивлённо переспросила я. Вид оторванной руки тебя, что, настолько шокировал, что ты уже отказываешься признать её рукой своего товарища по оружию?

Однако Черныш лишь спокойно кивнул и указал пальцем на запястье.

– Да, этот парень был не из наших. Пусть униформа и похожа, но пуговицы на рукавах отличаются. Он не из регулярной армии. Скорей всего из какой-то частной.

– Вроде наёмников, так? – уточнил Цзянг Сяотиан, и задумался. – Вам позволяли охранять лишь периметр башни, но это отнюдь не значит, что внутренние помещения лаборатории оставались незащищёнными. А учитывая упомянутую в письме пропажу людей, ситуация ещё больше проясняется. В конце концов, сами учёные не стали бы заниматься чем-то столь грязным как похищение людей. Если этим занимались не регулярные войска, то остаётся лишь один вариант – бойцы из частной армии ИЦМО.

– Письме? – озадаченно уставился на Сяотиана Черныш. – Каком ещё письме?

А ведь он прав. В письме Даге действительно упоминалась загадочная пропажа беженцев с территории базы. Получается их всех превратили в подопытных? Тогда новость о Юн-юн меня сильно шокировала, так что мою голову полностью заполнила тревога за мою Сяо-мей, а информация о пропаже людей как-то сама собой ушла на второй план.

– Нам следует поспешить, Шую. И будь готов к сражению, – предупредил Сяотиан, нахмурившись. – Вполне возможно, что в центре управления небезопасно.

Я кивнула и покрепче сжала в руках своё оружие, а именно пистолет и ледяной кинжал. Тем не менее больше всего мне бы сейчас хотелось иметь в руках свой любимый шест, пусть даже и без наконечника. Возможно, беспокойство Сяотиана не так уж и беспочвенно. У меня даже нет толкового оружия в руках, так что я, вероятно, мыслила слишком уж оптимистично, полагая, что смогу совладать с целой толпой подопытных в одиночку.

Мы ускорили шаг. По дороге мы так и не встретили ничего подозрительного, и вскоре наши ноги принесли нас в большой просторный коридор со стеклянными стенами по обеим сторонам. Разумеется, большая часть этих стеклянных стен уже была разбита, из-за чего весь пол был усыпан огромным количеством осколков.

Центральная лаборатория. Именно сюда я планировала попасть с самого начала, но была вынуждена бросить эту затею после тех дурацких выстрелов. К счастью, как оказалось, кратчайший путь в центр управления лежит как раз через лабораторию, так что мне повезло.

Разумеется, времени задерживаться здесь у нас не было, но ступая по осколкам мы всё равно невольно замедлили свой шаг. А всё из-за невероятного зрелища, что открылось нашему взору. В кино мы множество раз видели различные лаборатории, где проводились эксперименты на людях, однако то чувство, когда вдруг сам оказываешься в подобного рода месте, невозможно сравнить ни с чем.

Самой невыносимой вещью здесь был даже не внешний вид лаборатории, а скорее запах. От этого устойчивого запаха антисептиков невольно хотелось оторвать собственный нос, но даже его было недостаточно, чтобы скрыть металлический аромат крови. Запах свежей крови смешался с вонью давно уже разлагающейся плоти, породив вместе просто непереносимый духан.

Затем звуки. Ступая по осколкам стекла и лужицам различных жидкостей, издаваемый при этом хруст разносился по всей лаборатории. Казалось, этим звуком мы вот-вот привлечём к себе внимание чего-то жуткого, но идти вперёд всё равно надо было.

Последним же, но не менее впечатляющим, был вид. Эта лаборатория была освещена куда лучше, чем все предыдущие помещения и коридоры, через которые мы прошли. Изначально здесь, должно быть, было также светло, как и днём на поверхности, однако из-за того, что половина ламп была разбита, а некоторые из уцелевших хаотично моргали, создавалось довольно жутковатое ощущение. Казалось, что в любой момент после очередного такого моргания на месте, где прежде ничего не было, внезапно может что-то да появиться.

Помимо этого, всё пространство внутри было завалено бессчетным количеством трупов, причём большая их часть имела вид разорванных и разбросанных по столам, полу и даже развешенных по различной аппаратуре фрагментов тел. Оторванные конечности, обглоданные скелеты и даже внутренние органы – здесь можно было увидеть всё что угодно. Стены же лаборатории были залиты огромным количеством крови, превратив изначально белоснежные поверхности в кровавое подобие граффити.

Увидев всё это, Черныш не смог сдержаться и спешно прикрыл ладонью рот. Более он не решался вымолвить и слова. Впрочем, оно и понятно. Для того чтобы что-либо сказать, ему, волей-неволей, пришлось бы вдохнуть здешний воздух поглубже, а сделав это, он наверняка тут же побежал бы искать какой-нибудь угол, чтобы хорошенько проблеваться.

Что же до меня, то Гуан Веюн прожила в апокалипсисе целых десять лет, так что никакой труп, в каком бы изуродованном виде он передо мной ни предстал, не сможет меня смутить. Тем не менее, плавающие в прозрачных стеклянных цилиндрах трупы являются редким исключением из правила.

Внутреннее пространство лаборатории было поделено на множество более маленьких прозрачных комнат для экспериментов, и в каждой из них находилось минимум с десяток больших стеклянных цилиндров, в каждом из которых находился труп… ну или нечто отдалённо смахивающее на труп. В каждое из таких тел было воткнуто огромное количество различных трубочек, однако, судя по тому, что ни одно из них так и не вылезло наружу, они все, скорей всего, были уже мертвы.

Находящиеся в цилиндрах трупы имели самые разные формы и размеры. Некоторые имели полностью прозрачную кожу и мышцы, благодаря чему можно было во всех деталях разглядеть их кровеносную систему и внутренние органы. Другой же труп с головы до пят выглядел как отвратительный комок щупальцев, значительно превзойдя по их числу любого уважающего себя осьминога или же медузу. Но самым омерзительным из всех был труп маленькой девочки. Её тело было полностью обнажено и имело правильные пропорции и красивые черты лица. К несчастью, этих самых лиц у неё было слишком много. В общей сложности на её теле я насчитала не менее тридцати лиц.

– М-мать вашу, да чем они тут занимались? – дрожащим голосом пробормотал Черныш.

Чем, спрашиваешь? Ровно тем, что ты видишь прямо у себя перед глазами.

Я опустила взгляд на Сяотиана.

– Даге, это всё иные?

Пусть все они и выглядели омерзительно, словно эволюционировали в хаотичном порядке, их внешний вид всё равно было реально сопоставить с известными мне по предыдущей жизни типами иных. К примеру, тот прозрачный тип в дальнейшем стал бы полностью прозрачным и даже научился бы изменять форму своего тела. Такие иные убивают своих жертв поглощая их, а затем медленно переваривая. Более того, подобный тип иного почти всеяден и не побрезгует сожрать даже покрышки у автомобилей.

Изначально люди немало побаивались этого типа иных, однако возможно из-за того, что и их мозги тоже стали прозрачными, любой интеллект, который у них только был до этого, испарился без следа. Ну а так как пищей для них служило фактически всё что угодно, голодная смерть им однозначно не грозила, так что и особо напрягаться ради поиска пропитания им не требовалось. Поэтому любой угодивший в него, будь то человек или же другой иной, вполне мог высвободиться лишь хорошенько посопротивлявшись.

Позднее некоторые особо заскучавшие индивиды даже стали воспринимать их как питомцев. Они ведь едят всё, что им не дай, так что даже для живущих в апокалипсисе людей уход за ними не составлял особого труда. Дошло то того, что им даже придумали ласковое название «стекляши».

– Мёртвые люди в любом случае становятся иными, – равнодушно выпалил Цзянг Сяотиан, – так какая разница, кем они изначально были?

И то верно. Если хотите заполучить в свои руки иного, всё, что для этого вам понадобится сделать, это убить человека.

– И чего они только пытались этим достичь? – я этого искренне не понимала. Разве вокруг и без того не предостаточно всяких странных иных? Какой смысл создавать ещё больше странных созданий?

– А вот меня больше интересует вопрос, создали они всех этих красавцев до или после 21-ого июня.

От этих слов у меня тут же холодок по спине пробежал. Подземная лаборатория – не то место, которое можно с лёгкостью построить по щучьему велению. Создать подобные условия работы после наступления апокалипсиса невозможно. Это значит, что сфера проводимых здесь исследований с самого начала имела подобную направленность. Означает ли это, что раньше в этих стеклянных цилиндрах учёные держали своих подопытных? А что же тогда начёт тех трубок? Они ведь явно не для изготовления светящихся браслетов тут находятся, не так ли?

– Ч-что ты такое говоришь? – слабым сбивчивым голосом переспросил Черныш. – Я ничего уже не понимаю. Нам то-точно нужно идти дальше в центр управления?

И когда я уже было собралась ответить «разумеется», Цзянг Сяотиан внезапно сорвался с места и, пробежав по осколкам, ворвался в одну из изолированных лабораторий, после чего застыл рядом с одним из находящихся внутри цилиндров. Вернее, он смотрел не столько на сам цилиндр, сколько на монитор над ним. Сам цилиндр был разбит. Чтобы ни было прежде внутри, оно сумело выбраться наружу.

– Что-то не так, Даге?

Проигнорировав застывшего от удивления на прежнем месте Черныша, я проследовала за Даге в обособленную лабораторию. Эта комната была сравнительно больше остальных, и аппаратура тут стояла на вид более сложная и дорогая. Должно быть, это главная лаборатория всего исследовательского центра.

Подойдя к Сяотиану, я уже было хотела повторить свой вопрос ещё раз, но лишь взглянув на его выражение лица едва не подавилась собственными же словами. Лицо этого милого ребёнка было буквально перекошено от гнева!

– Это он! – сквозь сжатые зубы прошипел Сяотиан. – Тринадцатый!

Я тут же оцепенела, моментально поняв, кого именно Цзянг Сяотиан имеет в виду. Обычно я плохо запоминаю имена, но это имя известно даже мне, так как оно долгие годы вселяло страх в сердца всех жителей Азии. Единственная элита иных на территории Азии, что носила не совсем типичное имя, – Тринадцатый.

Тринадцатый устроил в Азии настоящую резню и по какой-то причине его целью всегда были только люди. Зверей и растения он полностью игнорировал. Он убивал всех людей без разбору, стоило ему лишь увидеть их. Даже когда все его подчинённые были полностью сыты, они всё равно продолжали целенаправленно убивать людей. Тем не менее, никто не знал причину столь ярой ненависти Тринадцатого к людям… Хотя, думаю, теперь у меня появилось кое-какое предположение на этот счёт.

Если бы меня поймали и, поместив в цилиндр, сделали своим подопытным кроликом, я, вполне вероятно, тоже стала бы убивать всех людей без разбору, как только выбралась бы наружу.

Взгляд Цзянг Сяотиан был прикован к монитору, на котором была выведена информация о находившемся прежде внутри подопытном образце. В левом верхнем углу значился порядковый номер цилиндра, в именно 013. Выходит, имя Тринадцатого – это его номер как подопытного?

На экране монитора был изображён высокий иной, почти неотличимый по виду от обычного человека. Выглядел он как мужчина приблизительно тридцати лет, но с толстым чешуйчатым как у динозавра хвостом. Им он, скорей всего, может неплохо блокировать удары, да и в качестве оружия тоже сгодится.

В этот момент Цзянг Сяотиан резко схватил мою руку и выпалил:

– Идём, Шую! Мы должны его найти!

От этих слов у меня тут же кровь от лица отхлынула. Хей-хей-хей, Даге, это же тот самый парень, из-за которого в будущем люди начнут перескакивать цифру «тринадцать» во время счёта. Он пострашнее будет чем даже четвёрка смерти1 или 666 Сатаны, а ты хочешь, чтобы я пошёл его искать?

– Зачем?

Дай мне хотя бы какое-нибудь объяснение, чтобы я понимала, ради чего на смерть иду!

– Он убил моих ребят! – взревел Цзянг Сяотиан. – В ходе одной из вылазок Сяо Ша и его отряд случайно наткнулись на него. И все до последнего погибли! Более двадцати прекрасных людей были съедены подчистую! Оставшихся позади фрагментов тел не хватило даже на то, чтобы собрать из них один целый труп!

Я застыла. Сяо Ша погиб?

– Но, Даге, сейчас-то Сяо Ша всё ещё цел и здоров.

– Мой Сяо Ша уже мёртв!

Так он уже догадался, что это иной мир? Я притихла. Если для Цзянг Сяотиана Сяо Ша уже мёртв, то что насчёт Цзянг Шую? Нет, скорее, что насчёт всей семьи Цзянг?

Сам же Сяотиан в пылу гнева, похоже, даже не заметил собственную оговорку. Уставившись на меня пылающим взглядом, он заговорил:

– Шую, все двадцать с небольшим членов отряда были полностью съедены. Одного лишь Сяо Ша оставили целым. Тринадцатый превратил его в иного, а затем запер в клетке в качестве своего питомца. Понимаешь, он даже не подчинённым его своим сделал, а хреновым питомцем!

Теперь понятно, отчего Цзянг Сяотиан слетел с катушек, стоило ему только увидеть изображение Тринадцатого на мониторе. Даге ведь всегда крайне трепетно относился к членам своего выдающегося отряда, так что уже тот факт, что после увиденного он не ломанулся в стан врага словно суицидник в надежде расквитаться со злосчастным Тринадцатым, уже демонстрирует степень его рациональности и сдержанности.

– Ладно, убить Тринадцатого, я понял, – просто согласилась я. В конце концов, я ведь с самого начала планировала сразиться с этими подопытными и не сделала этого лишь потому, что Цзянг Сяотиан был против этой затеи. Ну а раз теперь он обеими руками «за», то тут и думать не о чем!

Более того, уж больно много азиатов пало от рук Тринадцатого в моём предыдущем мире. Если бы не он и его войско иных, то выживших людей в Азии было бы на добрую сотню тысяч больше. И это ещё по скромным подсчётам!

В том мире Тринадцатый стал основателем одного из крупнейших лагерей иных, и обрёл настолько огромную силу, что даже сам Ледяной Император, несмотря на всю его ненависть, не имел возможности как-либо отомстить ему за смерть Сяо Ша. Однако нынешний Тринадцатый ещё не является элитой. И раз нам представилась такая возможность, мы просто обязаны убить его здесь и сейчас!

Сноски

1. Четвёрка смерти : в китайском цифра «4» произносится также как и слово «смерть», поэтому она считается несчастливым числом

Конец эпохи доминирования Том 3 глава 3: ИЦМО

Конец эпохи доминирования Том 3: Скованное льдом благородство и величие

Автор оригинального китайского текста: 御我 (Yu Wo)


Глава №3: ИЦМО – перевод EliSan; редактура Akili

Шую, я до сил пор не знаю, где ты. Мы уже обыскали всё, что только могли, но даже никакой зацепки обнаружить не смогли…

Ну, разумеется. Было бы крайне странно, если бы вам с лёгкостью удалось обнаружить зацепку о местонахождении человека, которого ранее утащила птица в неизвестном направлении. Такой бедолага уже давно мог превратиться в кашицу, будучи расплющенный при падении с огромной высоты, или же мог быть съеден подчистую птахой… В таком случае вам удалось бы отыскать его, лишь спустившись за ним в загробный мир!

Надеюсь, тот факт, что смотровая башня превратилась в лагерь для беженцев, не создал для тебя слишком много проблем.

В этом месте явно творится нечто неладное. Каждый раз, когда внутрь базы впускают новую порцию беженцев, некоторое их число бесследно исчезает. Не знаю, кто именно за этим стоит, но они проворачивают всё очень чисто, так что и следа не остаётся. А учитывая то, что в жестоких реалиях нынешнего мира люди вообще стали куда меньше обращать внимания на трудности других людей, пропажа беженцев и впредь могла бы остаться никем незамеченной. Мы сами обратили на это внимание лишь благодаря тому, что тщательно собирали информацию обо всех находящихся на территории базы людях в надежде отыскать среди них тебя.

Будь осторожен. Постарайся покинуть базу как можно скорее и воссоединиться с нами. Мы продолжим двигаться на восток. Следующей нашей целью является городок под названием Старая Ностальгия, что недалеко от Лан. Там есть известная башня с часами, и, если только мы внезапно не найдём какие-то явные следы или же не встретим неожиданные трудности по пути, это место станет нашей базой для твоих поисков на довольно долгий срок. Мы планируем сменить свою тактику поиска и начать обследовать территорию радиус за радиусом, начиная с того города.

Шую, возвращайся скорее. В последнее время Шуюн стала изматывать себя тренировками своей способности, из-за чего уже не раз теряла сознание. Она винит себя за твоё похищение. Мол, будь она сильнее, тебе бы не пришлось подставляться под удар, чтобы защитить её. Она… в общем, просто возвращайся поскорее.

От твоего ге

Шутиана

– Юн-юн! Моя глупенькая мей-мей, а что если ты этими тренировками подорвёшь своё здоровье?!

Эта новость меня так взволновала, что сразу же захотелось вмазать кулаком по какой-нибудь стенке, чтобы хоть немного усмирить свои эмоции, однако рядом со мной как назло сейчас не было ни единой стены, так что вместо этого пришлось ограничиться дикой тряской верхушки башни. Была б моя воля, я бы сейчас всю башню разорвала к чертям собачьим.

– Лан? Что это за город? – нахмурившись, поинтересовался Цзянг Сяотиан.

Однако у меня в этот раз подобного вопроса не возникло. Город Лан – один из крупнейших мегаполисов Мессии, а вот о городке Старая Ностальгия мне пока слышать не доводилось. Впрочем, неважно. Я в любом случая узнаю его точное местоположение, стоит только карту открыть.

Пробежавшись ещё разок взглядом по накарябанным строкам, я нехотя выпустила сферу из хватки и приступила к спуску. И стоило мне лишь обернуться назад, чтобы оценить обстановку на земле, как выражение моего лица тут же вновь помрачнело.

С прошествием времени ситуация стала ухудшаться. С каждой минутой всё большему и большему числу подопытных удавалось прорваться через оцепление – признак того, что огневая мощь военных постепенно ослабевала. Некоторые из бежавших даже начали время от времени нападать на солдат со спины, из-за чего тем теперь приходилось следить не только за тем, что творится перед глазами, но и за тылом тоже. Стоит им потерять бдительность хоть на мгновение, как на них тут же набросятся сзади и убьют.

От подобного зрелища у меня невольно сжалось сердце. Чен Янксинг и Гуо Хонг сейчас тоже там? И те вояки, что подшучивали над Чен Янксингом вместе со мной: А-Нуо, Толстячок, Черныш, лейтенант… Тем не менее, принимая во внимание сложившуюся ситуацию, даже я не чувствую себя уверенной в том, что смогу им в чём-то помочь.

Пусть большая часть этих иных и выглядят странно, словно эволюционировали в рандомном порядке, все они обладают не дюжей силой и являются отнюдь не простыми оппонентами. Скорей всего, по боевому потенциалу ни один из них не уступит обычному иному первого ранга. И таких тут целое полчище. Более того, их число ничуть не уменьшается, так как из башни продолжают появляться все новые и новые подопытные. Неизвестно даже, сколько их там ещё внутри.

– Эти твари малясь слишком ОП1, – немного шокировано пробормотала я. – Интересно, внутри них есть кристаллы?

Тогда я смогла бы накормить ими Сяотиана. Меня тут же посетило жгучее желание отхватить себе парочку этих иных.

– Не смей даже думать о том, чтобы лезть в драку с этими подопытными, – зыркнув на меня, пригрозил Цзянг Сяотиан. – Даже если у них и есть кристаллы внутри, неизвестно ещё, что сотворила с ними ИЦМО. Разве ж ты осмелишься хотя бы в рот подобное взять?

…до апокалипсиса мы опасались обколотых химикатами продуктов, теперь же мы побаиваемся обколотых химикатами кристаллов эволюции. Ну, ладно, это действительно весьма обоснованное опасение. Первое является для человека медленной смертью, а вот о том, чем грозит человеку второе, даже предположить сложно. В худшем случае человек может умереть мгновенно, стоит лишь положить подобный кристалл на язык. Такие кристаллы не стоят того, чтобы рисковать из-за них жизнью.

– Шую, думаю, нам стоит уйти, – заявил Цзянг Сяотиан, нахмурившись. – Не стоит пытаться пробраться внутрь башни. Уж больно много там внизу этих подопытных. Ты никак не осилишь такую толпу в одиночку.

Я тоже так считала. Кивнув, я принялась медленно спускаться с башни.

Внезапно раздался новый оглушительный взрыв, отчего стальная башня вновь закачалась, вынудив меня снова спешно приморозиться к стене. Глянув вниз, я заметила, что теперь военные переключились на оружие с большей огневой мощью; в ход пошли даже ручные гранаты и РПГ. Боже, и почему они решили воспользоваться ими лишь сейчас? Зачем было так долго тянуть? Из-за этого промедления столько народу полегло впустую…

Но солдат, что стоял рядом с гранатомётом тут же надавил на дуло, заставив стрелявшего опустить оружие.

– Какого чёрта ты делаешь? Наши всё ещё внутри, как и те учёные. Если обрушишь ворота, они не смогут выйти!

– Я твою задницу спасаю! – взревел вояка с РПГ. – Только не говори, что думаешь, будто они всё ещё могут быть живы?!

– Да насрать мне, чью ты там задницу спасаешь! – заорал солдат в ответ. – Не смей больше палить! Лейтенант, А-Нуо, А-Ксинг, старик Гуо… все они всё ещё в башне!

Приглядевшись, я к собственному изумлению признала в кричащем солдате Черныша и поспешила спуститься пониже, чтобы суметь получше расслышать их перепалку.

– Мы не можем позволить этим тварям выбраться за пределы базы. Снаружи лишь беззащитные гражданские!

– Нам запретили использовать тяжёлое вооружение, – раздался чей-то ещё голос. – Сверху поступил приказ во чтобы то ни стало спасти некого профессора Ву, что находится внутри.

– Да пошёл к чёрту этот профессор! Это ведь он и его подчинённые наклепали нам на радость этих красавчиков. Всё ещё хочешь их спасать?

В этот момент раздалась новая серия взрывов, но уже изнутри башни. Лица всех вояк тут же помрачнели.

– Шую, поспеши, – напомнил мне Цзянг Сяотиан. – Если не успеем удрать отсюда, пока их оборона всё ещё держится, могут возникнуть проблемы.

– Даге, – произнесла я тихим ровным голосом, – скажи, если каждый раз при возникновении опасных ситуаций я буду убегать, рассудив, что эта угроза мне не по плечу, смогу ли я в итоге стать Ледяным Императором?

Цзянг Сяотиан тут же вздрогнул всем телом и притих.

Я же, скорчившись, продолжила:

– По правде, мне безумно хочется сбежать. Просто глядя на бушующий под нами ад, мне становится страшно. Я хочу лишь вернуться домой, убежав от всех опасностей. Чтобы защитить своих родных, от меня требуется лишь быть рядом со своей семьёй.

В прошлом мире Гуан Веюн сделала именно это. Можно даже сказать, что я умудрилась пережить целых десять лет в апокалипсисе именно благодаря этому, но в итоге я всё равно умерла. Разница лишь в том, что в прошлом мире моя жизнь или смерть ничего не меняла, ведь тогда я была всё равно что ходячий мертвец без будущего.

Но эта жизнь совсем другая. В этой жизни многое зависит от того, выживу я или нет! Если бы я была сильнее и не была повержена той стаей птиц, стала бы Шуюн винить себя за произошедшее и тренировать свою способность до потери пульса?

То, что та стычка закончилась лишь моим похищением, ещё приемлемый результат, ведь благодаря этому я хотя бы смогла защитить Шуюн. Но в следующий раз, если я паду, смогут ли остальные справиться с противником без меня?

По правде говоря, мне страшно. Страшно от одной лишь мысли, что меня могут разорвать на клочки, как тех вояк внизу. Это чертовски больно! По собственному опыту знаю, ведь в прошлой жизни я умерла именно так! Но что пугает меня даже больше этой жуткой боли, так это то, что я не смогу больше увидеться в Шуюн и Даге!

Однако больше всего на свете я боюсь, что однажды я могу не суметь защитить свою семью. Если разорванной на клочки вдруг окажусь не я, а Шуюн… моё сердце разрывается лишь от мысли об этом.

Я сделала глубокий вдох. Я поклялась, что больше не стану убегать и прятаться, и что непременно стану Ледяным Императором. Ни в коем случае я не должна забывать этой клятвы.

– Я не могу убежать.

После этих моих слов на лице Цзянг Сяотиана появилось довольно странное выражение лица. Если бы меня попросили его описать, то я, пожалуй, провела бы аналогию с мамой-птицей, что наблюдает за тем, как её собственный птенец покидает гнездо. Своего рода смесь тревоги и гордости… и всё это на лице трёхлетнего ребёнка. Пожалуйста, Даге, ты можешь вести себя как обычный нормальный трёхлетний малыш?

– В прошлом ты ничего не боялся. Теперь же ты боишься всего. И всё же, я бы с большей готовностью доверил свою спину именно нынешнему тебе.

Я тут же горделиво выпятила грудь колесом, чувствуя, что сердце буквально распирает от счастья. То, что сам Ледяной Император готов доверить мне свою спину, величайшая честь!

– Ну, по крайней мере, морально. На деле ты пока ещё не дотягиваешь по силе.

А без этого уточнения никак не мог обойтись?!

– Однако каким бы смелым ты ни был, даже тебе, Шую, не удастся одолеть всех этих подопытных. И это факт.

Наклонив голову на бок, я внимательно уставилась на солдат внизу, что без перерыва палили из своих автоматов и периодически подвергались атакам со спины. Выглядело всё так, словно они уже были в шаге от поражения.

– А что если я смогу убедить этих вояк сотрудничать со мной?

– Ну, огневая мощь-то у них имеется, но вот дух их уже фактически сломлен, – задумчиво пробормотал Цзянг Сяотиан. – Если никто не вернёт им стойкость духа, эти солдаты скоро просто разбегутся кто куда. Сейчас тебе следует не искать сотрудничества с ними, а шокировать их! Чтобы как можно быстрее вынудить их следовать твоим командам.

Я была просто ошарашена его словами, не зная, стоит ли мне плакать или же смеяться. Мне, восемнадцатилетнему подростку, ошарашить толпу профессиональных взрослых вояк. Миссия невыполнима.

– Дальше же всё будет зависеть от твоих действий, будь то укрепление обороны или же наступление на башню. Последнее, к слову, будет организовать значительно сложнее. Боевой дух этих солдат уже надломлен, так что они, скорей всего, не захотят входить внутрь. Тем не менее, каким бы ни был твой план, если не начнёшь действовать прямо сейчас, можешь забыть о помощи этим воякам.

Он прав. Прежде число убегающих в страхе дезертиров было невелико, однако теперь, когда битва значительно накалилась, многие обороняющиеся солдаты начали медленно отступать. Стоит подопытным ещё немного надавить на них, и весь строй мигом развалится, словно карточный домик.

И стоило мне подумать об этом, как из башни выбежал новый подопытный, чей рост был порядка трёх метров. Несмотря на то, что пропорции тела у него всё ещё были вполне себе человеческие, кожа и плоть приобрели каменистый сероватый цвет. Если бы он присел на корточки рядом с какой-нибудь дорогой, точно бы приняла его за обычный валун.

Глаза вояк при его появлении тут же округлились, однако меня подобным едва ли можно было удивить. В конце концов, уже в самый первый день апокалипсиса, когда я была ещё калекой, мне пришлось столкнуться с горой мышц у себя дома. Пусть этот подопытный и посильнее горы мышц будет, однако и я тоже уже далеко не тот калека, каким была раньше.

В этот момент серокожий подопытный внезапно издал оглушительный рёв. Благодаря этому, солдаты наконец-то вышли из своего ступора и вновь начали очумело палить из своих ружей. К несчастью, его кожа оказалась невероятно прочной. Настолько, что обычные пули не способны были причинить ему особого вреда.

И, что ещё хуже, остальные подопытные так же не стояли сложа руки; им даже хватило ума двинуться вперёд всем вместе под прикрытием Валуна. По этой причине солдаты более не могли стрелять лишь по Валуну; теперь они также были вынуждены уделять внимание и прочим подопытным, что в свою очередь лишь облегчило задачу Валуна. Воспользовавшись этим шансом, Валун рванул вперёд и, схватив по солдату в обе руки, выставил их перед собой, словно мясные щиты.

– Прекратить огонь! – в ужасе воскликнули вояки и были вынуждены направить свои дула на других подопытных, позволив тем самым Валуну окончательно вырваться из оцепления.

Как он может быть столь умён? Иные просто не могут пока быть столь сообразительны. Судя по размеру головы этого парня, он однозначно не относится к интеллектуальному типу иных. Что-то с этими подопытными явно не так. Цзянг Сяотиан прав, я определённо должна разузнать, чем они там занимаются внутри башни. Второго такого шанса у меня не будет.

И пока я раздумывала над тем, стоит ли мне позволить этому Валуну сбежать или же напасть на него с целью шокировать вояк, Валун сделал этот выбор за меня.

Вырвавшись из оцепления, он, тем не менее, не проявил ни малейшего намеренья куда-либо бежать. Вместо этого он наоборот принялся нападать на солдат сзади, разрушая тем самым их строй. Когда же вояки попытались спешно отступить, он последовал за ними по пятам. Ближайшие к нему солдаты тут же закричали и дали дёру, в то время как стоящие в отдалении всё ещё не решались стрелять по нему, так как боялись задеть своих.

Спешно сняв рюкзак, я опустила его вместе с Сяотианом на уступ башни, достала со дна две половинки своего копья и, недолго думая, спрыгнула вниз. Проскользив по земле несколько метров, я быстро догнала Валуна и метнула в него два ледяных лезвия. Брошенные снаряды в мгновение ока приморозили ноги громилы к земле, отчего тот, не ожидая подобной атаки, тут же свалился навзничь, породив лёгкую дрожь земли.

Оба ледяных лезвия скользнули по его спине, но не сумели даже оцарапать его. Однако я этого ожидала. Разъярённо взревев, Валун махнул рукой себе за спину, но я с лёгкостью уклонилась от удара, отпрыгнув в сторону. Не сумев поразить меня первой атакой, он, даже не удосужившись подняться на ноги, тут же рванул в мою сторону, как видимо, рассчитывая раздавить меня в своих объятиях.

Я вновь с лёгкостью уклонилась от его рук, скользнув на пару метров назад, в результате чего он снова упал на землю, но на этот раз не плашмя – успел подставить колено. Но даже так, этого с лихвой хватило для того, чтобы разъярить его пуще прежнего. Взревев, он поднял на меня гневный взгляд, но тут же удивлённо потупился, так как теперь в обеих руках у меня было по пистолету, и оба их дула были направлены прямо ему в зрачки.

Бах, бах, бах––

Но даже словив несколько последовательный пуль у него хватило живучести взвыть от боли. Зажав пострадавшие глазницы ладонями, он принялся вслепую бегать взад вперёд, вероятно понадеявшись на шанс, что я могу случайно попасть ему под ноги.

Я же тем временем преспокойненько скользила прямо у него перед носом, оценивая нанесённые его лицу повреждения. Глазницы Валуна теперь имели вид зияющих окровавленных дыр. От глазных яблок ничего не осталось. По логике вещей, прошедшие сквозь глазные яблоки пули должны были пронзить и его мозг тоже, но, похоже, он таки успел вовремя зажмуриться. Как видимо, даже веки у этого парня невероятно крепки.

В этот момент на меня со стороны неожиданно набросились несколько других подопытных. Резко развернувшись, я ткнула дулом одного из своих пистолетов прямо в лоб ближайшему иному и всего одим единственным выстрелом снесла ему пол головы.

У подаренного Джин Фенг оружия весьма впечатляющая огневая мощь.

И когда я уже было собралась разделаться с оставшимися двумя, их внезапно пронзил с десяток пуль, в мгновение ока превратив этих незадачливых иных в подобия пчелиных сот. Глянув в сторону, я заметила Черныша с автоматом в руках. От его дула все ещё исходила лёгкая струйка дыма, а во взгляде читалось полное замешательство, словно он не мог поверить собственным глазам.

В этот момент сзади раздались тяжёлые ритмичные шаги. Обернувшись, я заметила, что Валун припустил со всех ног прочь, как видимо рассчитывая сбежать с поля боя.

Заскользив следом, я привычным движением приморозила своё копьё к поясу, после чего одновременно создала в обеих руках тонкие ледяные лезвия и метнула ещё один заряд льда Валуну под ноги. Под весом его ступни лёд тут же раскололся, сумев лишь на долю секунды нарушить его баланс, однако этой мимолётной задержки мне было более чем достаточно. Оттолкнувшись от его голени, я запрыгнула Валуну на спину, перемахнула через его голову и приземлилась прямо перед ним.

Ледяные лезвия, что я прежде держала в руках, теперь торчали из его пустых глазниц.

Покачавшись с пару мгновений, Валун в итоге безвольно рухнул на землю. Приблизившись, я несколько раз пнула его, после чего, убедившись, что никакой реакции нет, подняла его голову и ещё пару раз прокрутила лезвия в его глазницах. Для верности. Лишь сделав это, я наконец-то смогла полностью расслабиться и бросила его голову обратно на землю. Все живые существа нынче стали куда живучее прежнего, так что я никак не могла расслабиться, пока не превращу мозг своего оппонента в кашицу.

Опустив взгляд на лежащее у моих ног тело Валуна, я невольно нахмурилась. Что-то в этом ином меня настораживало. Да, он был крепок, с этим не поспоришь, но в тоже время он был на редкость медлителен. Зная эту его слабость, разделаться с ним было совсем не сложно. Пусть он и представлял собой бо́льшую угрозу, чем иные первого ранга, его истинная сила даже рядом с ними не стояла. Складывается ощущение, словно он эволюционировал именно для того, чтобы служить щитом против пуль, пожертвовав всем ради этой единственной цели, что и привело к подобному плачевному результату, сделав его очень прочным, но в тоже время очень простым для прямого сражения оппонентом.

С такой однонаправленной эволюцией вообще легко ошибиться. Цзянг Сяоронг тому прекрасное доказательство. Кучу кристаллов угрохал на то, чтобы вырасти, а в итоге превратился из достающего до небес гигантского древа в крохотное деревце бонсай.

Однако сделал ли этот иной ошибку в своей эволюции сам, или же к этому приложило руку ИЦМО?

Впрочем ладно, я в любом случае узнаю все ответы, как только попаду внутрь башни.

Развернувшись, я заметила, что и вояки тоже почти закончили свою битву. Земля перед входом в башню была буквально завалена мёртвыми телами подопытных, однако, уверена, сбежать тоже удалось многим; иначе военным никак не удалось бы завершить бой столь быстро. Но особой беды я в этом не видела. Нынешний мир полон поедающих людей иных, так что кучка подопытных особо ничего не изменит. Иных и без того слишком много.

Подняв с земли штурмовую винтовку одного из павших солдат, я направилась к военным, отчего те тут же перепугались и направили дула своих оружий на меня.

– Черныш! – выкрикнула я, и все солдаты тут же повернули головы и уставились на Черныша. – А-Ксинг и остальные застряли внутри?

Черныш едва заметно кивнул, явно всё ещё не успев отойти от шока.

– Желаете их спасти? – с вызовом поинтересовалась я. Хотела бы я просто шокировать их, тем самым взяв их под свой контроль, но, к несчастью, для этой задачи я попросту слишком юна и привлекательна, да и объявилась невесть откуда. Поэтому, даже если продемонстрирую им свою силу, они едва ли согласятся слепо выполнять мои указания. По этой причине, чтобы заставить их поступить так, как я того желаю, мне остаётся лишь воспользоваться их рвением спасти своих братьев по оружию.

Если бы с башни спрыгнула не я, а Ледяной Император, уверена, у него бы не возникло с этим никаких проблем. Всё, что от него бы потребовалось, это махнуть рукой и призвать их к оружию, и все тут же с готовностью последовали бы за ним! Чёрт, я… я… могу лишь терпеливо ждать, пока сама не вырасту и не возмужаю. Что ещё мне остаётся?

Глаза Черныша тут же загорелись, что вкупе с его чёрным оттенком кожи выглядело так, словно в ночи зажглась пара ярких прожекторов.

– А то! Конечно, хотим!

На что я довольно кивнула.

– Все, кто желают войти со мной внутрь должны немедленно перевооружиться. Выдвигаемся через тридцать секунд. Дольше ждать мы не можем.

Не став дожидаться их ответа, я вновь устремилась вверх по отвесной стене башни к уступу, где я оставила Цзянг Сяотиана. Когда же я уже было собралась по привычки взвалить рюкзак себе на плечи, меня внезапно остановил Сяотиан.

– Я сам понесу рюкзак, – заявил он. – Тебе предстоит бой, так что будет лучше, если тебя не будет отягощать лишний груз.

– А ты сможешь? – удивлённо вылупилась я. Рюкзак был почти такого же роста, что и Сяотиан.

– Разумеется, – отозвался Цязнг Сяотиан, и покосился на меня каким-то странным взглядом. – Ты, надеюсь, не путаешь меня с обычным малышом, нет ведь?

– Ну, ты же сам сказал, что не можешь использовать свою способность, – смущённо почесав нос, пробормотала я.

– Верно, не могу, – усмехнулся Цязнг Сяотиан, – однако заморозить и разбить парочку сердец мне всё ещё по плечу.

Эх. Ясненько. Вот она, разница в наших способностях. Для Ледяного Императора насмерть заморозить несколько человек настолько просто, что это даже не котируется как «использование его способностей». Вероятно, для него это так же просто, как и чихнуть.

Подняв на руки малыша, я вновь спрыгнула на землю. Солдаты, как и было велено, уже были собраны и готовы выдвигаться. Всего их было человек тридцать. Не так уж много, но их малое число с лихвой компенсировалось качеством бойцов. Вероятно, благодаря их военной выучке и относительно спокойной жизни на базе с самого начала апокалипсиса, они ещё не успели скатиться до жестоких мародёров.

Пусть многие подопытные и сумели сбежать, уверена, там внутри их также осталось немало. Помощь опытных военных мне точно не помешает. Возможно, кто-то из них даже знаком с планом внутренних помещений.

В этот момент ко мне подошёл Черныш и, сделав глубокий вдох, выпалил:

– Мы пойдём первыми. Остальные же останутся проверить положение гражданских за пределами базы.

– Понял. Тогда вперёд, – кивнув, согласилась я.

После чего между нами повисла пауза. Я уставилась на них, а они в свою очередь молча уставились на меня.

– Ведите! – закатив глаза, велела я. – Или же вы хотите, чтобы я и мой трёхлетний сын возглавили атаку?

– …

Вояки тут же покраснели и поспешно отвели глаза в сторону, после чего самый высокопоставленный среди них – младший лейтенант – принял на себя командование и отдал приказ построиться в несколько шеренг для входа в башню. Впереди шли разведчики, за ними двигалась основная группа, ну а замыкали процессию ещё несколько солдат, чьей обязанностью было приглядывать за тылом.

Глядя на то, как выдрессировано они себя ведут, я почувствовала себя чуть более уверенной в успехе нашей миссии. Пока их дух крепок, эти ребята смогут продемонстрировать весьма существенную боевую мощь. Их плохие результаты в недавнем сражении были связаны не с их недостаточной выучкой, а скорее с общей неразберихой и появлением Валуна, которому все их пули были попросту нипочём.

Все уставились на раскуроченные ворота смотровой башни. Выражения их лиц были мрачными, но вояки всё равно без колебания смело шагнули вперёд.

Чернышу поручили остаться подле меня, что шла в самом хвосте, и приглядывать за тылом, вероятно потому, что из всех здесь присутствующих он был единственным, кто был со мной так или иначе знаком. Покосившись на Цзянг Сяотиана, он невольно нахмурился. Ранее некоторые солдаты уже предложили мне оставить малыша снаружи, но я отказалась.

– Сяо Ю, может мне подыскать для тебя какую-нибудь пару обуви? – не смог сдержаться Черныш при взгляде на мои босые стопы. – Внутри однозначно будет немало обломков и осколков. Если войдёшь туда без обуви, мигом порежешь себе ноги, наступив на что-нибудь острое.

Я молча утолстила слой льда у себя на ступнях и продемонстрировала результат ему.

Вояки при виде слоя льда затаили дыхание.

– Сяо Ю, – запинаясь, выпалил Черныш, – к-как ты это сделал?

– Ничего особенного в этом нет. У всех людей нынче есть те или иные необычные способности.

– Но никто не может использовать их так, как ты, – пробормотал кто-то из толпы идущих впереди.

– А нас ты сможешь научить быть такими же сильными? – с явным энтузиазмом поинтересовался Черныш.

– Поговорим об этом позже. Сейчас нам стоит сосредоточиться на спасении ваших товарищей.

После чего я тут же слиняю, словно меня на базе и вовсе никогда не было.

Однако солдаты, услышав мои слова, буквально залучились надеждой и предвкушением, отчего у меня тут же холодный пот на лбу выступил. Эт-это… ладно, если они хорошо себя проявят в этой спасательной операции, я, так и быть, расскажу им о кристаллах эволюции.

В конце концов, ИЦМО уже давным-давно должны были узнать об их существовании. Ни за что не поверю, что они могли не додуматься вскрыть парочку иных, учитывая то нереальное количество подопытных, что до недавнего времени удерживались здесь.

Но, хоть они и знают об их существовании, сотрудники лаборатории предпочли не разглашать это открытие.

Если люди раньше узнают о полезных свойствах этих кристаллов, станет ли положение человечества лучше в будущем?

Через какое-то время мы добрались до лифта. Судя по размеру створок, что были настолько велики, что все тридцать с небольшим членов нашего спасательного отряда смогли бы войти внутрь лифта, стоя бок о бок, это был явно грузовой лифт.

– Ехать на лифте сейчас не самая удачная идея, – спокойно заметила я.

– Это да, но других способов спуститься вниз мы не знаем, – тихо прошептал Черныш. – Сами мы никогда в него даже не заходили. Учёные позволяли нам лишь сторожить периметр башни, да за порядком в лагере беженцев следить.

– Тогда как получилось, что А-Ксинг и остальные оказались внизу?

– Не так давно мы получили сигнал SOS из лаборатории, так что лейтенант взял с собой группу людей и спустился вниз. И через какое-то время оттуда внезапно хлынули эти монстры.

Выходит, мы имеем дело с тайной подземной лабораторией? Я прикрыла глаза и взмолилась, чтобы эта лаборатория оказалась не слишком уж большой, иначе те сбежавшие подопытные могут оказаться лишь вершиной айсберга.

Солдаты из группы разведки аккуратно приблизились к стене и ткнули на кнопку вызова лифта, а остальные военные тем временем приняли оборонительное построение. Створки лифта медленно разошлись, явив взору лишь несколько разорванных в клочья тел людей в белых лабораторных халатах.

Все облегчённо выдохнули.

Махнув рукой, младший лейтенант подал всем сигнал входить, однако когда очередь дошла до меня, он внезапно преградил мне путь.

– С какой целью ты туда едёшь? – с лёгким нажимом спросил он. – Желаешь заполучить исле––

– Ой, да ладно тебе, посмотри, в каком мире мы сейчас живём. Почему бы тебе не перестать ходить вокруг да около и прямо не высказать свои подозрения. Ты ведь, небось, думаешь, что я пришёл украсть результаты их исследований, так ведь? Так вот, знай же, я здесь лишь чтобы вернуть долг Чен Янксингу, – спокойно выпалила я. – Я никогда не оставляю свои долги неоплаченными.

Что, вместе с тем, не мешает мне регулярно лгать.

Младший лейтенант на секунду заколебался, после чего покосился на Цзянг Сяотинана и лишь тогда опустил свою руку, позволяя мне войти в лифт.

Кстати да, никто не стал бы тащить за собой ребёнка, если бы шёл красть данные из лаборатории. Цзянг Сяотиан оказался действительно удачным прикрытием!

Воспользовавшись идентификационной карточкой одного из учёных и его глазным яблоком, нам удалось успешно запустить лифт.

Я молча бросила взгляд на находящуюся сбоку от входа панель с кучей разных кнопочек. Как оказалась, все они были простыми муляжами. Для активации лифта достаточно было просто провести карточкой и поднести глазное яблоко к сканеру сетчатки глаза.

– А А-Ксинг оказывается везунчик, – раздался едва слышный смешок Черныша. – До недавнего времени мы прикалывались над ним, говоря, что он, мол, любит навешивать на себя лишние проблемы, но, как оказалось, в этот раз он умудрился помочь кому-то столь сильному, как ты. Серьёзно, Сяо Ю, кто ты такой? Эти твои движения просто бомба. Сильно сомневаюсь, что хоть кто-то из нашего отряда смог бы одолеть тебя в рукопашном бою.

– Моя семья из поколения в поколение практикует свой уникальный стиль единоборств, – продолжила плести я свою ложь, стараясь не обращать внимания на давящегося хохотом Сяотиана подле меня. Нацепив на лицо серьёзную мину, я решила перехватить инициативу в диалоге. – И вообще, это мне надо спрашивать, кто вы и чем тут занимаетесь! Зачем удерживаете здесь этих ин… монстров? Пусть эти твари в основном и были сосредоточены на побеге, жертв среди находящихся снаружи гражданских, уверен, всё равно немало.

– Да чтоб мы знали! – яростно выпалил Черныш и притих, покосившись на младшего лейтенанта. Лишь убедившись, что лидер его не останавливает, он решился продолжить. – Нам известо лишь то, что здесь находится подземная исследовательская лаборатория, в которой учённые анализируют этих монстров, пытаясь выявить их слабые места и узнать причину, почему они вообще вдруг обратились в чудовищ. Однако мы даже не подозревали, что монстров внизу настолько много. Мы думали, что их там всего несколько штук.

– Если бы мы знали об этом, думаешь, стали бы охранять эту выгребную яму? – в гневе прорычал один из вояк. – Давно бы уже забросили внутрь парочку гранат и уничтожили всех этих ублюдков!

– Разве вы не регулярная армия? – с подозрением переспросила я. – Если вы не наёмники, зачем тогда охраняете исследовательскую лабораторию?

– Разумеется, мы регулярная армия, – спокойно отозвался Черныш. – И раз уж верхи приписали нас охранять эту лабораторию, то, полагаю, она как-то связана с правительством. Как минимум, оно владеет её частью.

– Оу, – отозвалась я, краем глаза покосившись на Цзянг Сяотиана. Оказывается, в этом деле даже правительство замешано, Даге! Ты всё ещё хочешь, чтобы твой ди-ди стал врагом этого исследовательского центра?

Цзянг Сяотиан бросил на меня взгляд и бесстрашно выпалил:

– Огненный Король тоже является частью правительственных войск, однако я никогда его не боялся.

Все дружно опустили взгляды и удивлённо уставились на Цзянг Сяотиана. Что же касается меня, то с меня градом полился холодный пот. Ледяной Император воистину могуч. Его даже не волнует, что эти ребята тоже услышат его слова…

– Кто такой Огненный Король? – озадачено поинтересовался Черныш.

– «Могущественный Король Огня» или же просто «Огненный Король» для краткости – это название очень старого мультика. Мой Сяотиан его просто обожает!

Цзянг Сяотиан же, услышав мои слова, резко застыл, но, к счастью, не стал больше открывать рот, освободив меня от необходимости прикрывать очередную его гениальную оговорку.

Выражения солдат вокруг выглядели так, словно они не могли решить смеяться им над моим притянутым за уши оправданием или же плакать, но как только лифт дернулся и остановился, все тут же в миг вновь сосредоточились и насторожились. По сигналу младшего лейтенанта вояки сформировали оборонительный строй, направив дула своих оружий в сторону створок.

Я тоже, протолкнувшись мимо Цзянг Сяотиана, подняла оба своих пистолета и стала в один ряд с остальными военными.

А затем створки лифта медленно отворились.

Сноски

1. ОП : от англ. «Over Powered». Этой аббревиатурой характеризуют персонажей с излишней для своего вида силой

Конец эпохи доминирования Том 3 глава 2: Внезапное нападение

Конец эпохи доминирования Том 3: Скованное льдом благородство и величие

Автор оригинального китайского текста: 御我 (Yu Wo)


Глава №2: Внезапное нападение – перевод EliSan; редактура Akili

На протяжении всего дня Чен Янксинг более не заглядывал ко мне, и я была вовсе не против его отсутствия. Я уже проникла на территорию военной базы, так что его помощь мне более не требовалась. На кой чёрт он мне сдался? Поматросила и бросила… Хе-хе, похоже, я наконец-то сделала первый шаг к излечению моего комплекса матери Терезы!

Сидя перед входом в палатку, я, притворяясь такой же потерянной, как и все прочие окружающие меня люди, рассматривала вздымающуюся передо мной смотровую башню. Правда на деле я разглядывала не столько саму башню, сколько военных, что сторожат её. После недолгого наблюдения я обнаружила, что охрана вокруг основания башни куда строже, чем я изначально предполагала. Я бы даже сказала аномально строгая. На первый взгляд могло показаться, что тут всего на два-три отряда больше, чем в других местах, однако я сумела приметить как минимум с десяток потайных ниш в самых разных местах.

– Даге, охрана вокруг смотровой башни очень строгая. Ты уверен, что смог бы оставить там для меня сообщение? – встревожено поинтересовалась я.

Цзянг Сяотиан в ответ нахмурился, задумавшись, после чего ответил:

– Сяо Ша смог бы. Он очень хорош во всём, что касается тайной подковровой деятельности, так что даже в такой ситуации наверняка смог бы остаться незамеченным. Однако ты не Сяо Ша, так что здешнему «мне» в целях безопасности следовало бы выбрать какое-то другое менее защищённое место. Хм-м, трудно сказать.

– Ну, раз смог бы, значит всё в порядке, – удовлетворённо пробормотала я и кивнула головой. – Даге знает о моих навыках. Он однозначно оставил сообщение именно там.

Цзянг Сяотиан кивнул, однако тут же, нахмурив брови, подметил:

– Однако насчёт слишком уж строгой охраны вокруг башни ты абсолютно прав. Что-то здесь явно нечисто.

И я была с ним полностью согласна. Луо’ан никогда не был особо примечательным городом. В своей прошлой жизни, будучи Гуан Веюн, мне также доводилось бывать в подобном лагере беженцев схожих размеров, но дела там обстояли куда хуже, чем здесь. Уже одна лишь внутренняя борьба за ресурсы среди людей приводила к неимоверному числу жертв, однако в конечном итоге все результаты этой бойни неизбежно сводились на нет одной массовой атакой иных.

– Возможно, там находится кто-то очень важный? – предположила я.

Цзянг Сяотиан задумался, но затем внезапно подскочил, обошёл меня и вытащил что-то из рюкзака у меня за спиной. Затем он, недолго думая, сунул это «что-то» мне под одежду.

Опустив взгляд, я увидела прижатый к моей груди росточек. Всё его крохотное тельце сотрясала такая неумолимая дрожь, что, казалось, листочки на его голове вот-вот опадут. Одним словом, вид он имел довольно жалостливый…

– Толку от него сейчас, конечно, немного, но пару пуль на себя принять всё же сможет, – равнодушно выпалив эти жестокие слова, Сяотиан схватил Цзянг Сяоронга за веточку и прошипел ледяным голосом. – Оставайся здесь. Если попытаешься сбежать, я сделаю так, что ты пожалеешь, что вообще родился на свет!

Меня упорно не оставляет чувство, что Сяотиан специально издевается над Сяоронгом, но зачем? Это же просто маленькое деревце.

– Даге, ты же, вроде, упоминал, что растенеподобные иные пока не понимают человеческую речь?

– Верно, не понимают, – кивнув, ответил он, – однако у них хорошо развит инстинкт самосохранения, так что угрозы улавливают. Если я продолжу его пугать, а ты проявишь к нему теплоту и заботу, он со временем станет предан тебе.

То есть метод кнута и пряника? Боже, нынче мы даже на деревьях вынуждены применять всевозможные психологические ухищрения.

Я легонько погладила Цзянг Сяоронга. Дрожа как осиновый лист, он выглядел очень несчастным. Как же хорошо, что я отвечала за «пряник». Благодаря этому я могу быстренько приласкать его, тем самым притупив уже зародившее неприятное чувство вины перед несчастным росточком.

Уж не знаю, были ли тому причиной угрозы Даге или же мои поглаживания, но Цзянг Сяоронг послушно распластался у меня на груди и словно в объятии обвил своими тонкими веточками мою спину.

– А всё ли с Сяоронгом будет в порядке без земли? – забеспокоилась я.

– Для жизни ему не требуется много почвы. Просто создай у себя на груди небольшой слой льда и вморозь туда немного земли.

– …Эта конструкция немного на лифчик смахивает, нет?

Цзянг Шую может и выглядит привлекательно, однако, несомненно, является парнем. Если его грудь внезапно вырастет, не станет ли он трансвеститом?

– По мне так это скорее бронежилет. С чего ты вдруг о лифчике вспомнил? – закатил глаза Цзянг Сяотиан и нетерпеливо продолжил. – Пусть ты и потерял память, но о разных защитных средствах помнить всё же должен, верно? Если кто-то спросит тебя, просто скажи, что у тебя бронежилет под одеждой.

Поняла! Я создала тонкий слой льда у себя на груди. Изначально я немного волновалась, что могу ненароком и Цзянг Сяоронга подморозить, но в итоге он воспринял весь процесс очень спокойно, ничуть не сопротивляясь. Более того, после этого он даже дрожать перестал… Чёрт, да он вообще двигаться перестал!

– Даге?..

– Он просто впал в спячку. Расслабься.

– Оу…

Увидев мою реакцию, Цзянг Сяотиан вздохнул и беспомощно помотал головой.

– Разговаривая с тобой, у меня складывается чувство, что я не с Шую разговариваю, а скорее с Шуюн. Похоже, амнезия сильно повлияла на твой характер.

Слова Сяотиана невольно насторожили меня, и я неосознанно выпалила:

– Правда? А вот Даге и остальные меня напротив заверяли, что я почти не изменился…

Услышав мои слова, Цзянг Сяотиан призадумался.

– Тогда, возможно, дело в моих собственных воспоминаниях. В конце концов, я ведь тебя десять лет не видел, да и люди в апокалипсисе нередко очень сильно меняются. Но возможно и то, что остальные просто кривили душой, пытаясь тебя ободрить.

Даге, от твоих последних слов мне только хуже стало! Я взволнованно заёрзала. Неужели нет ни единого шанса, что я действительно могу оказаться изначальным Цзянг Шую?

– Не волнуйся. Характер людей склонен не только со временем меняться, но и в ответ на какие-то драматические события в их жизнях. Просто твой случай немного более уникальный, чем у других, – похлопал меня по плечу Сяотиан. – Взгляни хотя бы на меня. За эти десять лет проведённые в апокалипсисе я тоже немало изменился.

Я подняла взгляд на Цзянг Сяотиана и призадумалась. Действительно. Он и в самом деле немного другой. Здешний Даге открыто демонстрирует свою дерзость и самоуверенность, чтобы любой лишь единожды на него взглянув смог понять, что с этим человеком шутки плохи. А вот дерзость Цзянг Сяотиана в основном скрыта и демонстрируется им, лишь когда необходимо и где необходимо. Помимо этого, Сяотиан также кажется мне гораздо более серьёзным, чем Даге. И это впечатление не смог скрасить даже внешний облик трёхлетнего малыша.

Тем не менее, что бы ни случилось, Даге всегда останется Даге. А вот я, вполне возможно, и не являюсь Цзянг Шую… А-а, блин, ну вот опять мне в голову всякие левые мысли лезут! Я же уже решила, что буду Цзянг Шую, и точка!

– Шую, – внезапно окликнул меня Цзянг Сяотиан, похлопав по плечу.

Подняв голову, я заметила, что он пристально смотрит на ворота базы, так что я тоже, следуя его примеру, перевела взгляд в ту сторону. Ворота базы медленно отворялись, готовясь впустить внутрь шеренгу автомобилей. С обратной же стороны ворот выстроились солдаты с оружием наизготовку, пресекая тем самым любые попытки людей снаружи силой ворваться на территорию базы.

– Эти машины выглядят немного странно, – с лёгким подозрением подметила я. Помимо двух хамви, что возглавляли и замыкали строй, все прочие автомобили смахивали на коробки и были почти полностью окрашены в белый цвет. Прямо как шеренга скорых. Только не говорите мне, что военные используют скорые для перевозки ресурсов. Почему не обычные грузовики?!

– Неужели это они? – трёхлетний ребёнок рядом со мной напряжённо насупился и, словно не желая верить собственным глазам, пробормотал. – Так ИЦМО захватила контроль над военными уже на такой ранней стадии апокалипсиса?

Я удивлённо моргнула глазами. Даже мне в прошлом доводилось слышать упоминания об ИЦМО, однако для прежней меня эта аббревиатура была столь же непостижима, сколь и двенадцать элит. Своего рода легенда апокалипсиса, слухи и домыслы о которой можно было услышать повсюду.

ИЦМО – организация, что внезапно объявилась приблизительно на пятом году апокалипсиса, и, как и следует из названия, являлась исследовательским объединением. Расшифровывается эта аббревиатура как «Исследовательский Центр Молекулярной Органики». Однако, несмотря на то, что основным направлением деятельности этой организации является исследование, её боевой потенциал также не стоит недооценивать. По слухам мощь этой организации была просто невероятна, но что больше всего выделяло её на фоне всех прочих формирований, так это то, что она постоянно изобретала всякие сильные и крайне полезные вещи и приспособления. И пусть большинство из них и представляло собой разного рода оружие, часть являлась вполне себе повседневными примочками для жизни в апокалипсисе.

Большая часть изобретений ИЦМО были крайне удобными и полезными, и всё это людям приходилось покупать у них за кристаллы. Если бы подобная богатая организация не имела существенного боевого потенциала, её бы мигом захватило какое-нибудь другое объединение. Но ИЦМО не только отстояла свой суверенитет, но и сумела возвыситься над всеми, став одной из немногих крупных корпораций в апокалипсисе.

Однако на этом мои познания об этой организации заканчиваются. В те годы существовало огромное множество всевозможных объединений. Можно даже сказать, что весь мир превратился в скопление различных объединений, как маленьких, так и больших, и ИЦМО являлось лишь одним из них.

– Шую, запомни тот логотип, – выпалил Цзянг Сяотиан, ткнув пальцем на изображение трёх красных трапеций с перевёрнутым жёлтым треугольником в центре, которое украшало кузова всех трёх белых автомобилей. Очень простой, но в тоже время хорошо запоминающийся логотип. Помнится, за любой помеченный этим логотипом предмет людям в апокалипсисе приходилось выкладывать просто бешеное количество кристаллов эволюции.

– Если появится возможность, непременно уничтожь ИЦМО.

– …

Я удивлённо уставилась на Цзянг Сяотиана. Почему он вдруг ни с того ни с сего поручил своему ди-ди уничтожить целую организацию? Более того, организацию с довольно хорошей репутацией. Насколько мне известно, ИЦМО никогда и ни на кого не нападали первыми. До тех пор, пока вы сами не начнёте до них докапываться, они вполне себе безобидны и миролюбивы. К тому же, созданные ими мощное оружие и полезные изобретения стали просто незаменимы для выживания всего человечества!

– Подозреваешь их в чём-то? Тогда может мне стоить попробовать проникнуть внутрь смотровой башни и разузнать, чем они там занимаются?

Цзянг Сяотиан задумался на несколько секунд, однако затем всё же отрицательно помотал головой:

– Нет, отыщем послание на фасаде башни и сразу же уйдём.

Я вновь пристально уставилась на Цзянг Сяотиана. Было видно, что на самом деле ему безумно хочется пробраться внутрь башни и хорошенько там осмотреться и что сдерживает его лишь нежелание подвергать меня необоснованному риску. Однако самой настаивать на этой вылазке ради него у меня как-то язык не поворачивался, ведь я желала лишь узнать следующий ориентир, чтобы как можно скорее воссоединиться со своей семьёй.

Пусть кто-нибудь другой спасает мир. Мне же стоит сосредоточиться на излечении своего комплекса матери Терезы.

И пока мы сидели возле палатки в ожидании прихода нового дня, к нам внезапно прибежал Чен Янксинг и спешно сунул мне в руки две банки.

– Прости, но меня прямо сейчас отправляют на срочную миссию, так что я более не смогу за тобой приглядывать. Береги себя, – выпалил на одном дыхании он, и тут же развернулся, чтобы уйти.

– Погоди!

– Сяо Ю, мне правда нужно идти, – нетерпеливо бросил он через плечо.

Но я даже слушать его не стала. Поднявшись с места, я подошла к Чен Янксингу, рывком опустила его нижнюю челюсть, закинула ему в рот два кристалла эволюции, которые заранее держала в руке, после чего ударила его кулаком в живот, вынудив его рефлекторно сглотнуть.

Удивлённо выпучив глаза, Чен Янксинг несколько раз сильно кашлянул, но назад ничего так и не вышло.

– Какого чёрта! – взвизгнул он. – Ч-что ты только что вынудил меня проглотить?

– Конфетку, – без зазрения совести солгала я.

– Думаешь, я на это поведусь? – выпалил Чен Янксинг, бросив на меня грозный взгляд.

Изначально я действительно планировала рассказать ему о существовании кристаллов эволюции в благодарность за всю ту помощь, что он мне оказал, однако теперь я была слегка насторожена из-за не совсем понятной связи между ИЦМО и военными, так что будет лучше пока оставить свои секреты при себе. Более того, Цзянг Сяотиан желает уничтожить ИЦМО. Оплачивая долг, я не хочу ненароком сделать сильнее своих врагов, так что в качестве ответного жеста я могу предложить ему лишь несколько кристаллов эволюции для небольшого усиления его физического тела. Что же касается всего остального, то оставлю эту обязанность на тебя, о, хозяин тела.

– Сяо Ю, – слегка заикаясь, выпалил всё ещё не отошедший от шока Чен Янксинг, – ч-чего ты пытался добиться подобными дей-…

– Тебя товарищи уже зовут, – напомнила я, ткнув пальцем ему за спину.

Чен Янксинг тут же спешно обернулся, и незамедлительно встретился взглядами с остальными солдатами, что гневно таращились на него, побуждая быстрее возвращаться назад. Но прежде чем уйти, Чен Янксинг всё же пробормотал:

– Не уходи никуда. Как появится возможность, я непременно тебя навещу.

Цзянг Сяотиан вперился в удаляющуюся спину Чен Янксинга яростным взглядом, что буквально источал жажду крови, и прошипел сквозь зубы:

– Никакой щенячьей любви.

– Даге, может уже сменишь пластинку, а? Я уже порядком подустал от этой фразы.

Сяотиан призадумался, после чего выпалил:

– Поскорее заведи ребёнка.

…Даге, ты не находишь эти две фразы самую малость противоречивыми, нет? Я беспомощно опустила взгляд на Цзянг Сяотиана. С этим Даге из десятилетнего будущего столько проблем. Я уже реально соскучилась по здешнему Даге!

Тем временем Цзянг Сяотиан, похоже, тоже заметил противоречивость своих требований, так как с каменным лицом добавил:

– В ближайшие два года никакой щенячьей любви. Всё твоё внимание должно быть сосредоточено на тренировках. О собственных детях будешь думать лишь после того, как достигнешь определённой отметки.

Я с размаху шмякнула ладонью по лбу.

– Ну да, ну да. Тренировки, затем поиск жены и, наконец, дети. Я должен буду пережить все основные события жизни и всего за два года. Проще простого!

– Рад, что ты меня понял, – у Цзянг Сяотиана даже хватило наглости удовлетворённо кивнуть головой.

Я закатила глаза к небу и твёрдо решила, что, как только вернусь к остальным, сбагрю Сяотиана на попечение Шуюн. Уж от неё-то он точно не посмеет потребовать «поскорее завести детей»!

Глядя в небо, я уставилась на светящийся диск почти полной луны. Несмотря на то, что до полнолуния было ещё пару дней, холодный мягкий свет ночного светила уже был достаточно ярким. Поэтому эта ночь совершенно не подходила для тайных вылазок и восхождения на вершину башни, что немного меня раздражало.

Я сунула пачку хлебцев, что держала в руке, Цзянг Сяотиану. Несмотря на то, что их срок годности уже истёк, никаких следов порчи видно не было. На упаковке было чёрным по белому написано «без консервантов», но эта фраза, похоже, была добавлена чисто для вида. Впрочем, бояться нам всё равно нечего. Из всех возможных вариантов смерти в этом постапокалиптическом мире, смерть от отравления была наименее вероятной.

– Сегодняшняя ночь не годится для лазанья по стенам, – подметил Цзянг Сяотиан, хрустя хлебцем.

Я и сама это понимаю. Не нужно лишний раз озвучивать жестокую реальность. Даже госпожа луна радостно сияет в небе, словно насмехаясь над извечной дурной удачей семьи Цзянг.

– Я могу совершить диверсию и отвлечь их внимание на се-…

– Сиди и жуй свои хлебцы, – оборвав его на полуслове, рыкнула я. – Даже думать не смей ни о каких диверсиях.

Услышав мой тон, Цзянг Сяотиан обернулся и согласно угукнул мне в ответ. Я облегчённо вздохнула. К счастью, он, похоже, согласен следовать моему решению.

Дожевав пачку хлебцев, я улеглась на спину, решив вздремнуть до тех пор, пока не появится возможность начать восхождение, чтобы в ответственный момент быть максимально бодрой и бдительной.

– Даге, я собираюсь поспать. Хочешь лечь рядом?

– Нет. В последние дни я только и делал, что спал, так что совсем не сонный.

И когда я уже было собралась ответить «Ну тогда разбудишь меня попозже, ладно?», во мне внезапно пробудилось подозрение. Нет никакой гарантии, что этот Даге не решит совершить нечто глупое, вроде попытки проникнуть в смотровую башню в надежде разнюхать, чем там занимаются ИЦМО, пока я сплю!

Я тут же схватила ребёнка, забралась в палатку и растянулась на полу.

– Если не хочешь спать, то побудь моей подушкой.

– …я хочу поизучать карту.

– На это у тебя и завра будет полно времени. Ну всё, я сплю. Спокойной ночи.

Не дав Цзянг Сяотиану и шанса сбежать, я крепко обняла малыша и закрыла глаза. К счастью, он не стал сопротивляться и просто позволил мне использовать себя как подушку-обнимашку.

Но, знаете, обнимать ребёнка, оказывается, довольно приятно. Возможно, Цзянг Сяотиан не так уж и неправ, побуждая меня завести ребёнка как можно скорее. В прошлой жизни мне бы пришлось самой корячиться, давая жизнь новому малышу, а вот в этой жизни от меня теперь требуется лишь семя и, вуаля, малыш для обнимания готов. Это настолько простой путь к счастью, что я скорее сама себе наврежу, если откажусь заводить ребёнка…

– Эрге! Эрге!

Протерев спросонья глаза, я опустил взгляд и тут же увидел перед собой бледное от испуга лицо Юн-юн. В тот же миг всю мою сонливость словно ветром сдуло.

– Что случилось? – спросил я, подскочив на кровати. – Опять кошмар приснился?

Пару дней назад Юн-юн приснился какой-то очень страшный сон, который напугал её настолько, что теперь она напрочь отказывается спать в своей комнате. С тех пор она каждый день приходит ко мне и в обнимку с подушкой становится у моей кровати с таким несчастным видом, что я просто не могу ей отказать.

– Эр-эрге, я что-то слышу. Внизу. Какие-то ша-шаги! – запинаясь, пробормотала Юн-юн.

Я навострил уши и прислушался. И правда, снизу доносились едва различимые звуки шагов, однако помимо нас сегодня в доме никого быть не должно. Даже Лин-бо уехал на свадьбу своего сына и не вернётся ещё как минимум несколько дней.

Я приложил палец к губам, прося тем самым Юн-юн вести себя потише, и маленькая девочка тут же прикрыла рот ладошками.

Поднявшись, я вытащил из-под кровати бейсбольную биту.

– Юн-юн, спрячься в шкафу и ни в коем случае не вылезай оттуда, – прошептал я, после чего медленно отворил дверь. Преодолев коридор, я принялся аккуратно, тщательно осматриваясь по сторонам, спускаться вниз по лестнице.

Вскоре я приметил чей-то движущийся силуэт на кухне. Незваный гость был весьма высоким и имел плотное телосложение, что являлось плохой новостью для меня. Если не сумею сбить своего оппонента с ног первым же ударом, то вскоре сам же неизбежно окажусь на полу.

Внезапно, я услышал едва уловимый шорох у себя за спиной и резко обернулся, готовый пустить в ход мою биту, однако позади меня оказалась Шуюн. В руках она сжимала ножик для вскрытия писем, что подарил мне Даге на день рождения… а точнее, нож-бабочку, который я использовал как «нож для вскрытия писем».

Ну, ладно, признаю, данная ситуация как нельзя лучше подходит для того, чтобы наконец использовать этот нож по назначению. Выхватив нож из рук Юн-юн, я сунул его в карман и глазами подал ей знак, чтобы возвращалась в комнату, но девочка отказалась сдвинуться с места, хоть и была вся бледная от страха, словно мел.

Я нахмурился. Если продолжим прямо тут выяснять наши отношения, это лишь насторожит нашего незваного гостя, так что мне нехотя пришлось оставить наказание своей мей-мей на потом.

Подняв бейсбольную биту повыше, я медленно приблизился к двери кухни, прислонился спиной к стене и затаился. Нужно первым же ударом сломать ему ногу. Я ни в коем случае не могу позволить Шуюн пострадать!

Силуэт вышел из кухни, и я тут же что есть сил замахнулся на него битой, но реакция у моего оппонента оказалась куда более быстрой, чем я ожидал, и он успел уклониться от удара. Я тут же рванул вперёд, готовясь нанести следующий удар, но…

– Стой-стой, Шую, это я! Не бей меня!

…я резко затормозил, и силуэт, пользуясь задержкой, рванул к выключателю света. В следующий момент комната озарилась, явив моему взору никого иного как Даге.

Несколько секунд трио братьев и сестры так и стояли, молча таращась друг на друга, однако вскоре немую сцену нарушил сухой смешок со стороны Даге.

– Шую, а ты нехило так силы вложил в тот замах. Позднее Даге научит тебя парочке приёмов для самозащиты. Зная, что ты оберегаешь дом, мне более не придётся волноваться, как прежде.

Что позволит тебе возвращаться домой даже реже, чем сейчас. Так, что ли? Я приподнял бровь и уже приготовился было начать отчитывать его, как вдруг Шуюн внезапно осела на пол и тот час же разразилась безудержным рыданием. Мы с Даге тут же отбросили в сторону все наши разногласия и принялись совместными усилиями успокаивать нашу мей-мей.

Через какое-то время Юн-юн наконец-то выплакалась и тут же провалилась в сон лёжа у меня на коленках, так что у меня не осталось иного выбора, кроме как продолжить сидеть на диване, исполняя роль подушки своей мей-мей.

– Даге, почему ты так внезапно вернулся? – поинтересовался я шёпотом, так как опасался ненароком потревожить сон мей-мей.

Даге нежно погладил Юн-юн по спине и ответил:

– Мне Лин-бо позвонил. Сказал, что его сын женится, и что ему придётся уехать на несколько дней. Однако от мысли, что вы двое останетесь совсем одни в доме, мне стало не по себе, так что я приехал проверить, как вы тут справляетесь.

– Я уже в средней школе, – закатив глаза, напомнил я. – Я не настолько маленький, чтоб меня было боязно оставить дома одного на пару дней. К тому же, большую часть времени я в любом случае провожу в школе, а так как Шуюн после школы ещё и художественный кружок посещает, я каждый день дожидаюсь её у ворот, и лишь потом мы вместе возвращаемся домой к ужину. К тому моменту на часах уже обычно около восьми вечера. Ну а после домашка, душ и спать. Так что, если честно, от того есть Лин-бо дома или нет не велика разница.

– Восемь? Так поздно? – нахмурился Даге. – Почему тогда Лин-бо не забирает вас на машине?

– Вместо него нас подвозит один знакомый таксист. В прошлом, когда мы освобождались после школы значительно раньше, Лин-бо не имел возможности нас подбирать, так как был занят приготовлением ужина. Поэтому он всегда просил именно этого таксиста подвезти нас до дома.

Услышав моё объяснение, Даге нахмурился.

– Пожалуй, найму вам двоим личного водителя. Лин-бо уже не молод. В случае чего от него помощи будет мало.

Однако я после недолгого раздумья лишь помотал головой.

– Да не, не стоит, Даге. Мы всё равно не сможем понять, насколько этому человеку в действительности можем доверять. Вполне возможно, что с новым водителем мы будем даже в большей опасности, чем с нынешним таксистом. Да и ты же меня знаешь, Даге. Я вообще не особо-то жалую посторонних людей в доме.

Уже одного лишь Лин-бо более чем достаточно. Я нахмурился. Как только стану совершеннолетним, сразу же позволю Лин-бо уйти на пенсию. Думаю, мы с Шуюн вполне сможем сами осилить все домашние обязанности вроде уборки и готовки.

Услышав мой ответ, Даге внимательно заглянул мне в глаза, явно колеблясь, но всё же собрался с духом и спросил:

– Шую, ты злишься на меня? За то, что постоянно ношусь чёрте где, оставив вас двоих одних дома, или даже за сам факт, что избрал именно работу наёмника своей профессией…

– С чего мне на тебя злиться из-за этого? – озадаченно переспросил я, уставившись на Даге. – По мне так это даже хорошо, что ты наёмник. Просто не планируй слишком много миссий подряд, чтобы иметь возможность хотя бы изредка возвращаться домой. Пару дней назад, после того как Юн-юн увидела в новостях репортаж о том, как какой-то работяга на технологическом заводе в прямом смысле слова уработал себя до гроба, она с тревогой поинтересовалась у меня: «Даге тоже себя до смерти уработает?» – после чего её даже ночные кошмары мучить начали.

Даге после этих слов внимательно меня оглядел, и я позволил ему это, хоть и не знал, о чём он сейчас думает, после чего Даге тяжело вздохнул.

– Шую, с тобой я чувствую себя настолько спокойным за наш дом, что это даже немного напрягает.

– Я, конечно, знаю, что ты не особо образованный, Даге, но уж хотя бы по-китайски изволь научиться нормально изъясняться. Ты сам-то понял, что только что сказал?

Даге тут же разразился громким хохотом и грубо растрепал мне волосы.

– Что ж, – с помрачневшим видом заговорил я, – раз уж ты приехал и пробудешь с нами ещё пару дней, тебе следует сводить Юн-юн в детский парк развлечений, купить обувь и одежду в детском отделении торгового центра и… Ах, да! Помнится, она рассказывала, что её подруги ходили в тематический ресторан «Белоснежка». Звучит весьма любопытно, так что нам тоже стоит туда сходить.

– …Разве Юн-юн не нужно ходить в школу?

– Пару дней можно и прогулять.

– Думаешь, такой как я сможет вписаться в тематический ресторан по Белоснежке и при этом не выглядеть полным идиотом? – с болью подметил Даге.

– В этом-то и весь смысл. Запихнуть тебя в обстановку, в которой ты будешь выглядеть по-идиотски, – невинно заявил я, разглаживая свои растрепанные волосы.

– …И от кого ты только научился быть таким мстительным, Шую?

– Да вот как-то сам научился.

Лицо Даге тут же перекосилось, словно от сильной зубной боли, и благодаря этому мне в голову тут же пришла ещё одна немаловажная мысль.

– Кстати, Даге, раз уж ты здесь, не забудь сходить к стоматологу и проверить свои зубы.

От этих моих слов перекошенное лицо Даге перекосилось еще больше.

До чего же здорово видеть подобное мученическое выражение на твоём лице, хе-хе-хе. Нефиг было мне волосы трепать!

– Шую! Шую!

– Плакаться и возмущаться бесполезно, Даге. – усмехнулся я. – Сходить к стоматологу тебе всё равно придё––

Шмяк!

От внезапного звука мои глаза резко распахнулись, и в тот же миг моему взору предстал ребёнок, но не Юн-юн.

– Как ты можешь так крепко спать? – взревел Цзянг Сяотиан. – Я тебя всё зову-зову, но ты упорно отказываешься просыпаться. Только не говори мне, что все те упорные тренировки пошли коту под хвост?!

Я моргнул, сбитый с толку внезапной переменой обстановки. Этот малыш выглядит смутно знакомым…

Шмяк!

Внезапно на мой лоб обрушился удар, да такой сильный, что у меня едва слезы на глаза не выступили. А этот малыш весьма силён. Что и следовало ожидать от Ледяного Императора… Ледяного Императора?!

В тот же миг я резко подскочила, мигом выходя их своего ступора. Одновременно с этим в моё сознание, словно цунами, хлынул целый поток всевозможных различных звуков: крики, стрельба, топот бессчетного числа ног и целая куча других необъяснимых шумов. По ткани палатки то и дело проносились тени множества бегущих куда-то людей. Да как я вообще могла мирно дрыхнуть в подобной-то обстановке?!

Я в шоке уставилась на Цзянг Сяотиана. Он же, заметив, что я наконец-то очухалась, лишь кивнул и тут же выпалил:

– Что-то произошло на базе. Воспользуйся этим шансом, чтобы вскарабкаться на башню.

Он прав. Это для меня сейчас важнее всего. Недолго думая, я тут же схватила лежащий неподалёку рюкзак. Сяотиан же тем временем без лишних понуканий с готовностью сам залез мне на спину. В завершении своих приготовлений я прикоснулась к груди. Сяоронг тоже на месте. Вот и хорошо. В таком случае можно выдвигаться!

Резко расстегнув вход в палатку, я обнаружила, что прежде умиротворённая обстановка в лагере сменилась полнейшим хаосом из выстрелов, вздымающихся столпов пламени, криков, бегущих сломя голову гражданских и стреляющих во все стороны военных. Военная база превратилась в настоящее поле боя.

Я недоумённо вылупилась на это зрелище.

– Даге, как долго я спал?

– Три часа.

Всего за три часа это место превратилось из рая в сущий ад. Да это даже быстрее, чем экспресс. Что же именно здесь произошло?

– Но все эти беспорядки начались лишь минут десять назад, не больше, – сообщил Цзянг Сяотиан, высунувшись из-за моего плеча, и с ноткой тревоги в голосе продолжил. – Однако мне не удалось тебя сразу разбудить. Шую, с тобой всё в порядке?

– Да, я в норме. Просто мне снилось моё прошлое.

Сказав это, я нахмурилась. Некоторые бегущие и прыгающие вдали силуэты выглядели не совсем естественными. Они были слишком быстрыми, да и некоторые части их тел выглядели странно. Однако вычленить их в толпе людей было непросто, из-за полнейшей неразберихи и темноты.

– Шую, неужто ты всё вспомнил? – внезапно оживился Цзянг Сяотиан.

– Нет, не всё. Во сне мне явилась лишь крохотная часть моих прежних воспоминаний. Это со мной уже не первый раз происходит, и каждый раз при этом я сплю на редкость крепким сном.

Что, к слову, меня немало беспокоит. Это состояние для меня чертовки опасно, из-за чего я в равной степени желаю и опасаюсь увидеть очередной осколок памяти Шую. Я хочу вспомнить всё без остатка, но если засну слишком крепко в неподходящем месте, могу и вовсе никогда не проснуться.

– Хм-м. Впрочем, ладно. Вот воссоединимся со здешним мной, и сможешь спокойно спать, где, сколько и когда угодно.

Верно, поиски Даге – ключ ко всему, в том числе и к моим воспоминаниям!

Болтая с Сяотианом, я тем временем оглядывала окрестности в поисках путей наступления, однако смотровая башня со стороны выглядела совершенно неприступной. Почти все военные с базы собрались именно возле неё. Однако кое-что в их поведении выглядело весьма странным. Дула их автоматов были направлены в сторону именно башни, словно не стремясь её защитить, а наоборот пытаясь удержать внутри рвущееся наружу нечто.

Теперь даже у меня закрались некоторые подозрения. Изначально я приняла эту суматоху за нападение иных, но, похоже, на самом деле тут дела обстоят немного иначе. Судя по поведению военных, это скорее не нападение, а попытка побега.

– Какие именно воспоминания вернулись к тебе во сне? – поинтересовался Цзянг Сяотиан, вместе с тем указав мне пальцем направление, где оборона башни выглядела слабее всего.

Смотровая башня в основании имела квадратную форму, и большая часть солдат собралась возле главного входа в центре одного из фасадов. Сяотиан же указал мне на противоположную заднюю стену. Там людей было значительно меньше, да и даже если меня кто и заметит с земли, разве кому-то будет до меня хоть какое-то дело при подобных-то обстоятельствах?

Быстро создав ледяные лезвия у себя на ступнях, я стремительно заскользила к наименее освещённому участку задней стены.

– Как-то раз Лин-бо отпросился с работы на пару дней, чтобы присутствовать на свадьбе своего сына, из-за чего мы с Юн-юн должны были остаться дома одни. Однако ты, Даге, так разволновался по этому поводу, что решил сам к нам наведаться и приехал домой прямо посреди ночи. Вот только мы с Юн-юн не ожидали твоего возвращения и приняли тебя за вора, из-за чего ты едва не схлопотал от меня удар бейсбольной битой.

– Я такого не помню, – слегка озадаченным голосом пробормотал Цзянг Сяотиан. – К тому же, даже если Лин-бо был вынужден отлучиться ненадолго, у нас же ещё горничная имеется, разве нет?

Какая ещё горничная? Подумала я, стремительно проносясь мимо нескольких убегающих прочь солдат. Вид у них был до смерти перепуганный. Даже оружие в руках уже держать нормально не могли. В миг, когда их взгляд упал на меня, в их глазах на долю секунды мелькнуло удивление, однако уже в следующее мгновение они предпочли полностью меня проигнорировать, стремясь сбежать от опасности куда подальше.

Пфи! Эти бесхребетные сосунки даже солдатами зваться недостойны. Не то что те ребята, что столпились у входа в смотровую башню.

Достигнув задней стены, я растопила лезвия на своих ступнях и вместо них сформировала слой полурастаявшего льда. Способность льда примораживаться фактически к любой поверхности действительно полезна, особенно когда дело касается взбирания по отвесным поверхностям вроде заборов или же стен башен.

Когда я уже достигла приблизительно половины пути своего восхождения, у основания башни внезапно прогремел мощный взрыв. От сильной взрывной волны вся смотровая вышка аж ходуном заходила, так что мне пришлось в срочном порядке приморозить себя к поверхности стены, чтобы не свалиться вниз. Лишь после того, как дрожь прекратилась, я позволила себе взглянуть вниз.

Солдаты стреляли из своих автоматов без остановки, словно очумелые, а из искореженных взрывом ворот башни без остановки начал литься нескончаемый поток людей, которые тут же падали на землю, нафаршированные пулями военных… Хотя нет, стоп, это вовсе не люди!

Даже будучи подстреленными, бегущие из башни не падали на землю сразу. Лишь схлопотав с десяток или более выстрелов, они наконец-то теряли возможность двигаться вперёд. Люди ещё не успели настолько эволюционировать, чтобы суметь выдержать столько огнестрельных ран. Выходит, это иные?

– Это подопытные, – ледяным тоном пробормотал Цзянг Сяотиан. – Взгляни, почти все из них выглядят как обычные люди, а те части тел, что подверглись изменениям, выглядят несуразно. У некоторых даже видны следы гниения на теле. Они не обычные иные.

И то верно. Хоть и рождённые из мёртвых тел, иные всё же являются полноценными живыми существами. Среди них порой встречаются те, что избрали неправильную ветвь эволюции, но вот гнить из них никто не будет, покуда иной всё ещё жив. Они вам не ходячие мертвецы из фильмов про зомби.

Оценив ситуацию, я пришла к выводу, что инициатива в этом противостоянии всё ещё принадлежала военным с их огромной огневой мощью. Хоть время от времени некоторым беглецам и удавалось вырваться из оцепления сквозь крохотные щели в построении, все они без исключения были тяжело ранены, да и думали, похоже, лишь о побеге. Сильно сомневаюсь, что они станут задерживаться здесь ради бессмысленной резни, так что угрозы для беженцев пока что нет.

Придя к этому заключению, я со спокойной совестью приготовилась продолжить своё восхождение, но только я успела сделать первый шаг, как из-за спины до меня долетел неуверенный голос Цзянг Сяотиана.

– Шую, когда битва внизу немного поутихнет, попытайся найти способ пробраться в башню, ладно?

Я моргнула, сдерживая свой порыв обернуться и закатить глаза к небу.

– Зачем? Что ты рассчитываешь там узнать?

– Понимаешь, с начала апокалипсиса прошло всего четыре месяца. Какой бы могущественной организацией не была ИЦМО, за столь короткий срок она не должна была успеть создать настолько огромное количество достаточно сильных подопытных, чтобы даже контроль над ними потерять. Для этого у них уже должны были иметься кое-какие наработки…

– Хочешь сказать, они как-то связаны с апокалипсисом? – встрепенулась я.

– Вряд ли они виновны в самом факте прихода апокалипсиса, – нахмурившись, пробормотал Цзянг Сяотиан. – Чёрный туман каждый год окутывает всю нашу планету. Подобная огромная сила людям неподвластна. Однако какими-то сведеньями о грядущем апокалипсисе, как мне кажется, они всё же обладали заранее.

Так вот почему он хочет разузнать о них. Судя по тому, что им удалось взять под контроль целую военную базу, ИЦМО – отнюдь не простой противник. Если упустим эту редкую возможность и не воспользуемся их оплошностью, второго такого шанса может и вовек не представиться.

Вот только почему раскрытием всех этих тайн и спасением мира должен заниматься подросток вроде меня, которым движет всего одно желание: отыскать свою семью?!

Видя моё замешательство, Цзянг Сяотиан неловко заговорил:

– Если не хочешь, можешь не…

– Сперва найду послание Даге, – встряла я, – а уже потом попробуем найти способ проскользнуть внутрь башни.

В прошлом мире, Даге удалось стать Ледяным Императором. В этом же мире, хоть он и сменил свой род деятельности, став целителем, его по-прежнему недооценивать не стоит. Миг, когда ОПЦ гордо взойдёт на мировую арену, является лишь вопросом времени, а раз так, я не могу себе позволить упустить шанс расследовать ИЦМО и их тайные делишки.

Иными словами, у меня нет иного выбора, кроме как вступить в бой сейчас во имя собственного будущего. Внезапно мне подумалось, что это немного напоминает процесс откладывания денег на покупку дома в будущем.

В этот момент я наконец-то достигла вершины башни. И стоило мне всего лишь мельком окинуть взглядом лежащие рядом поверхности, как я тут же приметила цепочку слов, что украшала собой венчающую вершину башни сферу. Эта сфера, что была ростом с человека, была полностью испещрена письменами, что складывались в подобии письма. И уже одного лишь первого слова оказалось для меня более чем достаточно, чтобы понять, что я не ошиблась с местом.

Шую…

Конец эпохи доминирования Том 3 глава 1: Смотровая башня

Конец эпохи доминирования Том 3: Скованное льдом благородство и величие

Автор оригинального китайского текста: 御我 (Yu Wo)


Глава №1: смотровая башня – перевод EliSan; редактура Akili

– Сяо Ю.

Подняв голову, я увидела перед собой лицо уже невесть в который раз заглянувшего ко мне Чен Янксинга.

– Как там малец? – с тревогой поинтересовался он.

Но я в ответ лишь помотала головой и с грустью взглянула на спящую фигуру Цзянг Сяотиана.

С того самого дня, как малыш заснул, он ни разу так и не пробуждался. Более того, позднее у него даже жар начался. Если бы не тот факт, что он не был похож на умирающего, я бы уже давно схватила Сяотиана и сбежала прочь из лагеря. Пусть люди пока не особо разбираются в том, как человек превращается в иного, но то, что это происходит после физической смерти человека, всем уже давно известно.

Даже тётушка Чен, что поначалу была к нам весьма радушна и приветлива, теперь сидела в самом дальнем углу палатки и, крепко обнимая Бей-бей, настороженно поглядывала на Сяотиана. Если бы не Чен Янксинг, что наведывался к нам по три раза в день, нас бы уже давно выставили из палатки… Хотя нет. Нас бы, вероятнее всего, выставили бы вон из лагеря в целом.

Все эти дни я провела в палатке рядом с Сяотианом и не отлучалась от него ни на минуту, разве что в туалет выходила.

Тем не менее, с подачи ублюдка Занг-дашу новость о его состоянии стремительно разлетелась по всему лагерю словно лесной пожар. Засранец явно меня на дух не переносил и постоянно с ненавистью зыркал в мою сторону. Если бы не Чен Янскинг, что недвусмысленно предупредил его о последствиях каких-либо действий в мой адрес… он бы уже давно валялся на полу, будучи избитым мной до неузнаваемости!

Шёл уже четвёртый день моего пребывания здесь, однако дозволения пройти на территорию военной базы я до сих пор не получила. Впрочем, то и понятно. Учитывая крайне нездоровый вид Цзянг Сяотиана, военные просто не могут позволить нам пройти внутрь.

– Ты… – начал было Чен Янксинг, но осёкся на полуслове, не зная, что сказать. Он солдат, и поэтому в этом вопросе у него были связаны руки.

– Я ухожу, – спокойно закончила за него я.

Глаза Чен Янксинга в тот же миг изумлённо распахнулись.

По большому счёту, у меня просто не осталось иного выбора. Если всё так и продолжится, люди в один прекрасный момент не выдержат и нагрянут всем честным народом, чтобы спровадить нас с Сяотианом прочь из лагеря. Скорее всего, это случится уже в ближайшие дня два, не больше. А говорю я это потому, что мой козлобородый соседушка в последнее время уж больно много времени проводит снаружи и занимается неизвестно чем. Тем не менее, по одному лишь мерзкому отблеску в его глазах при каждом взгляде на меня, могу с уверенностью сказать, что задумал он явно нечто нечистое.

Разумеется, козни подобного мелкого никчёмного мужичка меня нисколько не пугают, однако Цзянг Сяотиану сейчас нездоровится. Я не хотела бы лишний раз тревожить его без надобности, поэтому уж лучше сама уйду и дождусь его выздоровления где-нибудь неподалёку. Более того, так мне будет даже проще ухаживать за Сяотианом. А то в нынешних обстоятельствах я даже воду подогреть не могу, чтобы обтереть его взмокшее тело. Это раздражает.

– Ты что такое несёшь? – с негодованием выпалил наконец-то пришедший в себя от шока Чен Янксинг. – Куда ты собрался идти, да ещё и с больным ребёнком на руках? К тому же в последнее время у многих детишек подымалась температура, но все в скором времени вновь выздоравливали, так что ничего особенно страшного в состоянии Сяотиана нет. Жар у него уже четвёртый день длится, так что поправиться он должен совсем скоро. Ну а если за вашу безопасность беспокоишься, то я могу к боссу сходить и попросить разрешения провести эту ночь рядом с вами.

Температура у детей поднимается, скорей всего, из-за пробуждения их способностей. Малыши не так физически крепки, как взрослые, поэтому процесс пробуждения способностей в их телах зачастую проходит весьма болезненно.

Если бы причина высокой температуры Сяотиана крылась в пробуждении его способности, я была бы только рада, однако дело тут совсем в другом. Неизвестно, сколько именно дней продлится жар, а поохотиться за кристаллами эволюции всё же надо. Даже если пользы от них Сяотиану с гулькин нос, хуже уж точно не сделают. Да и я сама, если честно, уже вся извелась от волнения и чувства полной беспомощности! Не могу больше сидеть на попе ровно без дела!

– Правда? В таком случае, ладно, останусь ещё на денёк, – солгала я. – Ночевать со мной рядом не нужно.

Я не могла позволить ему остаться и стать помехой на пути моего побега.

Вот только Чен Янксинг в ответ лишь недоверчиво прищурился и развернулся.

– Пойду поговорю со старшим.

Эх, ну вот. Теперь придётся линять отсюда в спешке, пока он не вернулся.

– Бери своего малыша и идём со мной.

Чёрт, ты что, меня укокошить тут пытаешься?

– С чего ты решил, что вправе приказывать мне, как жить? – вспылила я. – Мы даже не знаем друг друга толком!

Изначально я также собиралась добавить что-то в духе «ты отвратителен!» или «думаешь, я не знаю о твоих истинных вульгарных желаниях на мой счёт?», чтобы посильнее его разозлить, но в итоге так и не смогла заставить себя произнести подобные жестокие слова. Даже если этот парень действительно симпатизирует мне, распускать руки он точно не станет. Будь я настоящим парнем, возможно и смогла бы возненавидеть его за подобную привязанность к своей персоне, однако душа у меня всё же женская, так что его внимание мне, откровенно говоря, совсем не претит. Напротив, мне куда непривычнее самой оказывать знаки внимания другим девушкам!

Услышав мои слова, Чен Янксинг тут же резко развернулся и принялся отчитывать:

– В какое время мы, по-твоему, сейчас живём? Я действую в интересах твоего сына, так что кончай уже упрямиться!

Я на порядок лучше тебя знаю, в какое именно время мы сейчас живём. Конечно, он говорит это из самых лучших побуждений, однако эти его хорошие побуждения мне сейчас как бельмо на глазу. Я их ни принять не могу, ни отказаться от них. Ну и как мне с этим быть?

– Не суй свой нос в мою жизнь! – холодно выпалила я. – Кто знает, что у тебя на самом деле на уме. Сказал, что поищешь членов моей семьи, однако за эти дни от тебя ни единой весточки на этот счёт так и не пришло. Небось, на деле даже и не пытался их найти. Угроза тех монстров ничто по сравнению с тобой!

Лицо Чен Янксинга аж покраснело от гнева.

А-Ксинг1 не только без устали искал твоих родных все эти дни, он даже многих своих товарищей к этому привлёк, – раздался внезапный возмущённый голос снаружи палатки. – Однако на всей территории базы попросту нет ни одного человека с фамилией «Цзянг»!

Я не знала, что Гуо Хонг тоже пришёл меня навестить, и не ожидала увидеть его обычно доброжелательное выражение столь перекошенным от едва сдерживаемой ярости.

Но отвечать я ничего не стала, лишь равнодушно зыркнула на них. Тем не менее, в глубине души моя совесть обливалась крокодильими слезами. В прошлой жизни я была глубоко ранена в самое сердце, теперь же я сама раню сердца других. У меня что, карма такая? Мне подобная перспектива нисколечки не нравится! Почему мы не можем просто жить все вместе в мире и согласии?

Более того, он только что сказал, что никого с фамилией «Цзянг» найти так и не смог. Выходит, Даге и остальных на территории базы всё же нет?

– Как бы там ни было, ты остаёшься здесь и точка! – решительно выпалил Чен Янксинг.

– Чего ты о нём так печёшься? Разве этот парень вообще стоит того? – раздражённо пробормотал Гуо Хонг.

Вот именно, почему до сих пор заботишься о такой неблагодарной сволочи, как я? С болью в сердце подумала я. Прошу, просто плюнь уже на меня и позволь самой разбираться со своими проблемами, ладно?

– Шую…

Я ошарашено моргнула и тут же нырнула обратно в недра палатки. Очнувшийся Цзянг Сяотиан уже сидел на своём спальном месте и встревожено озирался по сторонам. Лишь увидев меня, он позволил себе облегчённо выдохнуть и расслабить уже успевшие сомкнуться на переносице напряжённые брови. Однако заприметив у меня за спиной Чен Янксинга и Гуо Хонга, что вслед за мной просунули свои головы внутрь палатки, тут же состроил придурковатое личико и выдал:

– Ге-ге, я проголодался.

…Хей-хей, Цзянг Сяотиан, у тебя что, мозги после сильного жара заклинило? Я Папочка! Харэ уже рандомно обращения менять. Как, по-твоему, я теперь должен им это объяснить?!

Чувствуя на себе удивлённые пристальные взгляды Чен Янксинга и Гуо Хонга, мне оставалось лишь спешно сменить тему разговора:

– Сяотиан очнулся, так что я останусь здесь ещё на какое-то время.

Вот только даже после моего заверения Чен Янксинг лишь недоверчиво прищурил глаза.

– Если не веришь, можешь переночевать сегодня здесь! – раздражённо выпалила я. – Но, учти, спать тебе придётся сидя.

– Кого это ты зовёшь с собой переночевать?! – внезапно взревел Цзянг Сяотиан. – Я же тебя уже предупреждал, никакой щенячьей любви, а ты взял да и ослушался своего Да––

Спешно заткнув ему рот рукой, я мило улыбнулась и принялась размеренным голосом объяснять ситуацию двум… хотя нет, теперь даже тётушка Чен заинтересовалась происходящим – трём людям:

– Похоже, у него от сильного жара в голове всё немного перепуталось. И откуда только понабрался подобных фразочек? Непросто же в наши дни детей воспитывать, ха-ха-ха.

К счастью, после этих моих слов Цзянг Сяотиан, похоже, осознал свою ошибку и мигом распластался у меня на руках, претворяясь заспанным ребёнком, у которого нет сил даже рукой пошевелить… Чёрт, а ведь последняя часть, скорей всего, не такое уж и притворство!

Двое солдат с подозрением уставились на наше дуо то ли отца и сына, то ли братьев.

– Скорей всего, он всё ещё не до конца проснулся, – заключила тётушка Чен. – Дети частенько всякие глупости говорят. Бей-бей вот тоже успела понахвататься всяких странных реплик из мультиков, так что ничего особенного в этом нет.

– Но в итоге он «папочка» или всё же «ге-ге»? – почёсывая голову, озадаченно пробормотал себе под нос Гуо Хонг. – Наверно, всё же «ге-ге», верно? Для «папочки» Сяо Ю уж слишком молод.

В этот момент выражение лица Чен Янксинга резко изменилось, словно от внезапного озарения. Бросив взгляд сначала на меня, а затем и на Цзянг Сяотиана, он застыл с бледным как сама смерть лицом. Теперь он выглядел даже более бледным, чем всё ещё не оправившийся после жара Сяотиан.

И какие только бредовые мысли сейчас прокручиваются в твоей дурной башке? Будь добр, только не рассказывай мне о них, ладно? Я даже знать не хочу!

– П-пойду-ка схожу за рисовой кашей для твоего сына, – неловко пробормотал Чен Янксинг. – Недавно мы откопали пару мешков риса в армейском запаснике. Погодь здесь, я скоро вернусь. Не уходи никуда.

Неуверенно застыв на несколько секунд, я всё же согласно кивнула в ответ. Рисовая каша для Сяотиана пришлась бы сейчас весьма кстати. Позже, когда придёт время покинуть базу, я расскажу Чен Янксингу о кристаллах эволюции в благодарность за всё, что он для меня сделал за это время.

Оба солдата наконец-то двинулись прочь. Выражение лица Гуо Хонга по-прежнему было мрачнее тёмной тучи, в то время как Чен Янксинг то и дело бросал на нас обеспокоенные взгляды через плечо. Удивительно, но его, похоже, совершенно не заботит мой публичный образ неблагодарной сволочи.

Даже если тебе нравится лицо Цзянг Шую, ты всё же военный со всеми вытекающими из этого положения привилегиями, в то время как я просто восемнадцатилетний шкет. Да и на дворе, так на минутку, апокалипсис! Тем не менее, ты не только не ведёшься ни на какие наживки, соблазны или же угрозы, ты, напротив, из раза в раз идёшь на компромисс ради меня. Ты, должно быть, рождён быть мазохистом!

Однако в каком-то смысле тебе следует быть даже благодарным тому, что родился мазохистом; иначе уже давно бы в обледеневший труп превратился.

– Зачем ты всё это делаешь, А-Ксинг? – долетел до меня издалека голос явно недовольного Гуо Хонга. – Даже если ты симпатизируешь этому парню, вовсе незачем так рьяно и охотно лизать его ледяной зад!

– Не вини его. Понимаешь, если «это» произошло между ним и его матерью… то становится понятно, как он может быть в равной степени и «ге-ге», и «папочкой», согласен?

– Что?! – воскликнул Гуо Хонг.

…Я резко развернулась, спешно стирая из воспоминаний невольно подслушанный диалог, и сосредоточила всё своё внимание на Цзянг Сяотиане.

– Как же хорошо, что Сяотиан наконец-то очнулся, – с искренней радостью произнесла тётушка Чен.

С того момента, как Сяотиан проснулся, она уже не прижимала к себе Бей-бей столь же крепко, как раньше, да и сама выглядела куда расслабленнее, чем минуту назад. Разговаривая со мной сейчас, она неловко отводила взгляд в сторону, словно стыдясь своего былого поведения, но, откровенно говоря, винить её было не в чем. В подобных-то обстоятельствах, кто не был бы напуган?

Облегчённо выдохнув и наконец-то расслабившись, я с улыбкой кивнула ей в ответ, после чего обратилась к Сяотиану:

– Сяотиан, в туалет хочешь?

Цзянг Сяотиан внимательно заглянул мне в глаза и утвердительно кивнул головой.

– Да.

– Тётушка Чен, мы ненадолго отлучимся, – сообщила я и тут же вынырнула из палатки, прихватив с собой и рюкзак. Пусть мы с тётушкой Чен и достигли взаимопонимания, бдительность ослаблять всё же не стоит.

Выбравшись наружу, я подхватила Сяотиана на руки, после чего специально пошла самым длинным из возможных дорог, чтобы попутно продемонстрировать как можно большему числу людей, что мой «сын» полностью выздоровел, рассчитывая тем самым отвести от себя разного рода неприятности. Кто ж знал, что тем самым я наоборот навлеку на себя новые неприятности.

Путь мне внезапно преградили несколько мужчин. И в этот раз моё лицо уже не удостоилось ни единого взгляда; всё их внимание было целиком и полностью приковано к походному рюкзаку у меня за спиной, а в глазах читалось всего одно, но до боли знакомое мне чувство.

Голод.

Заметив этот их взгляд, я тут же без предупреждения сделала резкий шаг вперёд и с разворота врезала самому высокому и грузному из них точнёхонько в солнечное сплетение. Тот, очевидно, не ожидал, что я ринусь в драку сразу же, не сказав ни слова, посему был незамедлительно оправлен в полёт.

– Кто следующий? – окинув ледяным взглядом остальных нападавших, с вызовом выпалила я. Лишь увидев перед собой их шокированные лица и убедившись в том, что желания нападать на меня у них резко поубавилось, я позволила себе выпрямиться, поправить сбившуюся одежду и равнодушно утопать прочь.

– Отличная работа, – шёпотом похвалил Сяотиан. – Одного решительного удара зачастую оказывается достаточно, чтобы разрешить любой назревающий конфликт.

Сделав вид, будто не слышала его слов, я отошла к обочине дороги. Поблизости всё ещё находилось несколько человек, но это меня уже не особо волновало. Я лишь искала места, где смогла бы как следует отчитать своё несносное чадо.

Грубо поставив Сяотиана на ноги, я упёрла руки в бока и рыкнула:

– Цзянг Сяотиан, не смей так больше делать!

Услышав мой тон, Цзянг Сяотиан поднял на меня удивлённый взгляд.

– Шую, что––

– Оп-па, то есть теперь ты уже не используешь рандомные обращения вроде «папочка» или «ге-ге»? – оборвала его на полуслове я. – А чё так? Чего теперь-то сдерживаешься?

Ранее я уже успела смириться с мыслью, что умудрилась стать отцом в свои юные восемнадцать лет. Но ты всё и вся напутал, назвав меня теперь ещё и «ге-ге». И из-за этого теперь люди думают, будто я делала нечто постыдное со своей родной матерью! Как ты мог сотворить такое с собственной мамой, да и с моей тоже?! Как ты только умудрился всего одним словом оскорбить память сразу двух наших матерей?!

– Помнится, я уже говорил прежде, что самое важное для нас сейчас – сохранить целостность нашей семьи, так какого фига ты ведёшь себя настолько необдуманно и подвергаешь себя риску? – яростно воскликнула я. – Я и без твоей помощи смог бы вскоре достичь второго ранга, или же ты настолько мне не доверяешь? Настолько, что довёл себя до такого плачевного состояния, лишь бы помочь мне поднять ранг?! Так слушай сюда, это того не стоит!

Цзянг Сяотиан озадачено уставился на меня, словно не узнавая во мне своего собственного ди-ди.

– Моё нынешнее состояние никак не связано с тобой, – пробормотал в свою защиту Сяотиан. – Просто, последствия моего путешествия через пространство и время оказались более суровыми, чем я изначально полагал. Даже если бы я не помог поднять тебе ранг, я бы в любом случае столкнулся с этой проблемой, как только впервые воспользовался бы своей способностью.

От этих слов моё сердце вмиг заледенело.

– В таком случае, с этого момента я запрещаю тебе использовать свою способность! – прокричала я.

Однако Сяотиан умолк, так и не ответив мне.

Я же, заметив это, была уже готова волосы у себя на голове рвать. Ну и что мне делать? Положить Сяотиана себе на коленки и отшлёпать? К тому же, даже если он сейчас и даст мне обещание не использовать способность, нет никакой гарантии, что он действительно будет воздерживаться от её необдуманного использования в дальнейшем.

– Даге, прошу, не веди себя больше столь опрометчиво. Сейчас ты единственный дорогой моему сердцу человек, до которого я в силах дотянуться. Если с тобой что-то случится, что прикажешь мне делать совсем одному?

– Не волнуйся, – похлопал меня по бедру Сяотиан. – Если будешь и дальше следовать вперёд по оставленным подсказкам, непременно нагонишь их.

Услышав его слова, я немного заколебалась, но всё же озвучила уже давно тревожащую меня мысль.

– Но в какой-то момент они могут потерять надежду на то, что я всё ещё жив, и перестать оставлять подсказки.

Такая возможность пугала меня больше всего. Учитывая произошедшее, я почти уверена, что большинство людей в группе в глубине души уже давно считают меня мёртвым! Пусть сейчас Даге и Шуюн упорно отвергают идею моей вероятной гибелью, со временем им придётся принять сей горький факт и смириться с реальностью. И когда этот момент настанет, они, вероятнее всего, перестанут оставлять мне послания.

Мир – воистину необъятное по простору место, и в нём мы теперь лишились каких-либо способов связи друг с другом на расстоянии. Если у меня не будет более подсказок Даге, сколько месяцев или даже лет у меня уйдёт на то, чтобы воссоединиться с семьёй? Неужели мне так и придётся бродить по постапокалиптическому миру в гордом одиночестве, пока не наткнусь на них, если вообще наткнусь?

Я через столькое прошла, чтобы заполучить новую семью, и даже уже приняла решение стать настоящим Цзянг Шую, так почему же должна была вновь её потерять?

– На этот счёт можешь не беспокоиться. Я ни за что не поверю в твою смерть или же в смерть Шуюн пока собственными глазами не увижу ваши мёртвые тела, – уверенно заявил Сяотиан. – Именно так я и поступил в прошлом. Пусть я и находился на совершенно другом континенте, я был решительно настроен во что бы то ни стало вернуться и отыскать вас!

И что в итоге?

Я так и не решилась задать этот вопрос. Даге пожертвовал всем, чтобы пройти сквозь пространство и время, в результате чего скукожился до размеров малыша и даже лишился возможности использовать собственную способность. Насколько же ужасная судьба постигла семью Цзянг, чтобы Даге, отринув всё, что у него было, рискнул пуститься на такую авантюру?

– Похоже, не зря говорят, что чем старше становится человек, тем больше у него появляется страхов, – с тенью ностальгии пробормотал Цзянг Сяотиан и вздохнул. – В прошлом ты был поистине бесстрашен. Не было ничего, чего бы ты боялся. Даже если бы небо внезапно обрушилось на наши головы, ты бы просто рассмеялся от души. Шуюн постоянно твердила, что у тебя, должно быть, сердца нет, раз ничего не боишься.

Бред. Цзянг Сяотиан, ты опять всякий страх и стыд потерял. Юн-юн – величайшая заступница своего Эрге! По-твоему, она способна окрестить меня бессердечным? Да она скорее начёт петь серенады о том, какой у неё весь из себя сильный и надёжный Эрге!

– Юн-юн бы никогда подобное не сказала.

На что Цзянг Сяотиан лишь издал краткое «хе».

– А вот эта твоя черта ничуть не изменилась, – с ухмылкой подметил он. – Сам на всякие едкие высказывания в адрес своей мей-мей не скупишься, однако стоит кому-либо другому сказать о ней что-то плохое, так ты тут же весь аж ощетиниваешься.

Это я-то говорила гадости о Юн-юн? Разве Цзянг Шую не был конченным сестрофилом, что едва ли не боготворил свою младшую сестрёнку? Я нахмурилась, про себя пожалев, что не могу принудительно заставить себя заснуть и увидеть больше снов о прошлом Цзянг Шую. Как бы мне хотелось поскорее вернуть эти утраченные воспоминания. Желательно в полном объёме.

– Как бы там ни было, Цзянг Сяотиан, тебе отныне запрещается вести себя столь же безрассудно. Я уже достиг второго ранга, так что теперь мало что способно причинить мне какой-либо вред. Просто сиди спокойно и позволь своему ди-ди самому со всем разобраться!

– По-твоему, второй ранг априори делает тебя неуязвимым? – терпеливо-спокойным тоном возразил Цзянг Сяотиан. – В прошлом ты и в самом деле был бесстрашным. Единственным, кто хоть как-то мог на тебя повлиять, был я. Однако теперь ты боишься чего угодно, но только не своего Даге?

– Да разве я могу не бояться своего Даге? Ты единственный и неповторимый суперсильный Ледяной Император. Я аж трепещу весь от страха перед тобой!

От страха, что ты ненароком себя прикончишь!

В этот момент малыш широко мне улыбнулся и нарочито милым тоном поинтересовался:

– Кстати, уже давно хотел поинтересоваться, это кого это ты тут «Цзянг Сяотианом» называешь, а?

– Эм… ну… так будут звать моего будущего сына. Я назвал тебя его именем по ошибке, ха-ха.

Услышав моё притянутое за уши оправдание, Цзянг Сяотиан закатил глаза к небу, однако уже через пару секунд принялся задумчиво бурчать сам себе под нос:

– Хотя, если подумать, ребёнок – не такая уж плохая идея. Если взяться за дело уже сейчас, то к десятому году апокалипсиса малышу будет уже лет девять-десять. Как раз достаточно для того, чтобы начать сражаться самому. Однако ранние отношения с противоположным полом неизбежно скажутся на его тренировках. Хм…

У него даже хватило наглости нацепить на себя при этом озадаченное выражение лица, словно силясь решить, какой из двух вариантов лучше. Цзянг Сяотиан, ты за кого принимаешь своего собственного ди-ди и его будущего ребёнка?

– В таком случае, почему бы тебе самому не завести ребёнка? – раздражённо выпалила я.

Цзянг Сяотиан взглянул на меня невинным взглядом, после чего, разведя руки в сторону, печально окинул взглядом своё крохотное тельце.

– …Даге, только не говори мне, что забыл, что здешнему «тебе» уже исполнилось двадцать семь лет?

Глаза Цзянг Сяотиана тут же округлились от изумления, словно его внезапно осенило.

Он действительно забыл. Я схватилась за голову. Похоже, что с того момента, как физическое тело этого Даге уменьшилось до размеров трёхлетнего ребёнка, его умственные показатели также начали потихоньку скатываться к тому уровню. Это… хотя ладно, бог с ним. В конце концов, я уже с самого начала морально подготовилась к тому, что у меня вскоре может появиться младший братик.

– Даге, так тебе на самом деле нужен туалет или нет? Если нет, то нам стоит поскорее вернуться назад, а то этот Чен Янксинг чего доброго опять начнёт меня отчитывать.

Стоило этим словам слететь с моих губ, как Цзянг Сяотиан мигом превратился из трёхлетнего малыша в тридцатилетнего дядьку.

– Этот парень смеет тебя отчитывать? – угрожающе прищурив свой взгляд, уточнил он.

Эх, этот Чен Янксинг, должно быть, очень невезучий, раз ему не посчастливилось повстречать на своём пути меня. Он столько усилий прикладывает для того, чтобы помочь мне, а я в ответ награждаю его лишь едкими насмешками да возмущениями. Более того, из-за этого он теперь, ко всему прочему, ещё и ненависть Ледяного Императора на себя навлёк. Каких же богов он прогневал, чтобы заработать себе столь горькую судьбу?

– Да нет, он просто переживает за меня. Ранее, когда ты всё ещё был без сознания из-за жара, я сказал, что хочу забрать тебя и уйти из лагеря. Тогда-то он меня и отчитал.

– Получается, причина, по которой ты всё ещё не вошёл на территорию базы, – мой жар? – нахмурившись, пробормотал Сяотиан. – В таком случае, раз я уже восстановился, нам стоит поспешить и поскорее проникнуть на территорию базы. Чем больше времени потеряем здесь, тем сложнее нам будет найти наших в дальнейшем.

Я согласно кивнула, однако в глубине души уже смирилась с тем, что, скорей всего, не смогу их отыскать на территории базы.

Даге и остальные ищут меня, а я ищу их. Чен Янксинг может свободно входить и выходить из базы, но до сих пор не нашёл ни единой зацепки. Уже это говорит о том, что их внутри уже, вероятнее всего, нет. Единственная причина, по которой я всё же стремлюсь попасть на территорию военной базы, – это надежда найти там ещё какое-нибудь послание от Даге. Отыскать самого Даге и остальных было бы, конечно, предпочтительнее, но надежда на это уже ничтожно мала.

Вернувшись в лагерь, я ещё на подходе к палатке приметила стоящих рядом с ней трёх взрослых мужчин. Двумя из них были уже хорошо знакомые мне Чен Янксинг и Гуо Хонг, а вот третий выглядел куда старше, со строгим выражением лица и в военной униформе. Покопавшись в памяти, я припомнила, что это тот самый полковник, что был во главе Чен Янксинга и Гуо Хонга во время нашей с ними первой встречи.

Один из моих нежданных гостей сейчас явно был в бешенстве, второй стоял с кислой миной, ну а третий глядел на меня строгим взглядом. Блин, ну а я сама какого бога прогневала, что мне так не везёт? За другими симпатичными парнями бегают девушки толпами, так почему же моё лицо продолжает из раза в раз привлекать внимание исключительно «бдительных папаш» да «назойливых старших братиков»?

– Я всего лишь водил сына в туалет, – тут же объяснила я поднимая Сяотиана на руки, чтобы его было хорошо видно.

После моих слов грозное выражение лица Чен Янксинга немного смягчилось, и он тут же произнёс:

– Пакуй свои вещи и топай за мной внутрь базы.

Однако эти его слова внезапно спровоцировали бурную волну возмущения со стороны Гуо Хонга, что с негодованием уставился на своего товарища.

– А ты, смотрю, в последнее время стал уж больно дерзким. Хватило же тебе наглости заговорить раньше полковника!

От слов Гуо Хонга Чен Янксинга всего аж передёрнуло, после чего он с несчастным молящим видом покосился на полковника.

Однако полковник на него даже внимания не обратил. Вместо этого он внимательно оглядел меня и Сяотиана с ног до головы, а затем обратился к Чен Янксингу, желая получить подтверждение:

– Ты точно уверен, что хочешь отдать отведённые для членов твоей семьи места этим двум?

Я в шоке уставилась на Чен Янксинг. Тот тем временем утвердительно кивнул головой.

Похоже, теперь, чтобы расплатиться, мне придётся не только информацией о существовании кристаллов эволюции с ним поделиться, но и самими кристаллами. Однако всё это при условии, что он и впредь не станет меня домогаться. Если вдруг попытается, мало того, что кристаллы не получит, так ещё и сам в гигантский кристалл льда превратится!

– У меня в любом случае своей семьи нет, – усмехнулся Чен Янксинг. – А эта пара родственничков мне почему-то приглянулась.

Я тут же бросила в его сторону быстрый взгляд. К счастью, он не сказал ничего слишком уж вызывающего, да и мою внешность лишний раз упоминать не стал. Иначе Цзянг Сяотиан у меня на руках уж точно бы мигом с катушек слетел.

Гуо Хонг по-прежнему стоял с кислой миной на лице, словно лимон проглотил, а вот полковнику, похоже, было всё равно. Он лишь ещё раз внимательно осмотрел Сяотиана и кивнул.

– Этот ребёнок в порядке. Собирайте вещи, и мы все вместе пройдём на базу.

Однако паковать мне было нечего, так как всё, чем я владела, находилось в рюкзаке у меня за спиной. Даже моё комнатное растение Цзянг Сяоронг было временно пересажено во внутренний карман рюкзака. Учитывая всё больше и больше распространяющийся по лагерю голод, я опасалась, что мой росточек могут мигом на салат порезать, стоит мне хотя бы на секунду отвернуться. По этой причине у меня не осталось иного выбора, кроме как повсюду таскать его с собой.

Вот только мой рюкзак уже с самого начала был набит под завязку, так что уместить в него нечто столь объёмное, как цветочный горшок, было невозможно. Поэтому единственное, что мне оставалось, это засыпать немного земли во внутренний карман рюкзака так, чтобы Сяоронгу было куда корни пустить, при этом самому Сяоронгу пришлось свернуться в три погибели, из-за чего он стал похож на шарик переплетённых веточек. Если не присматриваться, его даже можно было принять за небольшой декоративный рождественский венок. Бедняжка.

Это, к слову, также является одной из причин, почему я хочу уйти отсюда как можно скорее. Каждую ночь я невольно улавливаю доносящиеся из рюкзака едва уловимые ёрзающие звуки, и каждый раз при этом начинаю волноваться, как бы эти звуки не привлекли внимания моих соседей по палатке. Это чертовски выматывает.

Забравшись в палатку, я сразу же приветствовала мать и дочь тёплой улыбкой.

– Тётушка Чен, я ухожу.

Тётушка Чен, похоже, слышала мой диалог с военными, посему лишь кивнула в ответ и с ноткой грусти в голосе произнесла:

– Рада, что тебе наконец-то дали разрешение войти внутрь.

– Ге-ге! – с блестящими от слёз глазами бросилась в мои объятия Бей-бей. – Не уходи.

Я легонько ущипнула девочку за щёку и усмехнулась.

– Бей-бей, открой-ка ротик. Ге-ге хочет угостить тебя вкусной конфеткой.

Тётушка Чен, наблюдая эту сцену со стороны, не только не была против нашей близости, но даже благодарно улыбнулась мне. Я улыбнулась ей в ответ, после чего вытащила несколько кристаллов эволюции из фляги и сунула их в рот Бей-бей.

– Если проглотишь их, тебе больше не придётся бояться страшных звуков снизу, – тихо прошептала ей на ухо я.

Бей-бей разок удивлённо моргнула своими ясными глазами и с покрасневшим лицом принялась старательно глотать кристаллы. Я тут же вытащила из рюкзака бутылку с бесполезным газированным напитком, в котором полно сахара и калорий, но который напрочь лишён каких-либо полезных элементов, и протянула её девочке.

– На, запей.

Девочка сделала пару небольших глотков, после чего протянула бутылку маме. Какое же она всё-таки очаровательное и послушное дитя. Ну а то, что в ней уже сейчас, похоже, зреет какая-то весьма любопытная способность, искушало меня настолько, что хотелось похитить её!

Силясь подавить в себе очередной порыв похитить маленького ребёнка, я поспешила попрощаться с тётушкой Чен:

– Ну, тогда я пошёл.

– Спасибо тебе за всё, – с лёгкой улыбкой поблагодарила тётушка Чен. – Прости, что почти ничем тебе не помогала в эти дни. Мне неловко, что лишь ты один нам подарки делаешь.

– Не стоит меня благодарить. Просто Бей-бей такая милашка, что я не могу удержаться, – я погладила девочку по голове. – Бей-бей, хорошо защищай свою маму, ладно?

Бей-бей тут же с готовностью кивнула головой.

Я внимательно заглянул ей в глаза, после чего вновь тихо прошептала ей на ухо:

– Меня зовут Цзянг Шую. «Цзянг» от слова «Цзянгью», доминирование.

В этом возрасте дети ещё не знают таких сложных иероглифов… да что там, они навряд ли вообще умеют читать, так что подобная информация при обычных обстоятельствах мигом выветрилась бы у неё из головы. Однако всё это касается лишь детей до апокалипсиса. Раз уж способность Бей-бей уже начала проявляться, это значит, что и её интеллект начал постепенно развиваться. Возможно, она запомнит, а возможно и нет… всё же на дворе пока лишь самое начало апокалипсиса. Как бы там ни было, этот иероглиф вполне может стать связующей нас ниточкой.

– А меня зовут Бей-бей. Мамочка сказала, что «бей» в моём имени пишется как «бей» в слове «баобей», сокровище.

Я улыбнулась, в последний раз провела рукой по волосам девочки и, развернувшись, вылезла наружу.

Выйдя из палатки, я тут же подхватила Цзянг Сяотиана на руки и устремилась следом за тремя военными в сторону ворот, при этом каждый шаг нашего шествия со всех сторон сопровождался бессчётным числом завистливых и пылающих гневом взглядов.

В итоге кто-то из толпы, наконец, не выдержал и яростно выкрикнул:

– Почему это ему можно войти, а нам нет? Сами говорили, что подождать придётся всего три дня, а я тут уже, между прочим, пятый день торчу!

– Они родственники, – ответил Гуо Хонг.

Однако вместо того, чтобы усмирить толпу, эти небрежно сказанные слова лишь ещё больше разозлили собравшихся людей, отчего те мигом принялись с ещё большей ненавистью выкрикивать:

– С какого перепугу вояки заслужили подобные преференции? Что в вас такого особенного?

– Да если бы у вас яйца были, вы бы уже давно всех монстров в городе вынесли!

– Просто кучка трусов! Только и знаете, что за забором своим прятаться да еду нашу жрать!

Лица Чен Янксинга и Гуо Хонга тут же покраснели от стыда или же гнева… или же гремучей помеси обеих эмоций.

Полковник же, завидев как ситуация начала стремительно выходить из-под контроля, лишь нахмурился. Люди принялись всё больше и больше смыкать вокруг нас свои ряды, при этом отнюдь немалая часть бунтовщиков имела при себе различного рода оружие, большинство из которого имело вид длинных металлических труб, вроде железных бит.

Бах!

Прогремел предупреждающий залп из автомата полковника. Лишь после этого выстрела толпа застыла на месте разрываемая между желанием продолжить наступление и собственным страхом.

Эта сцена была мне ой как хорошо знакома. В прошлом мире Гуан Веюн не раз сталкивалась с подобного рода ситуациями. Разница заключалась лишь в том, что ранее она находилась на разгневанной униженной стороне.

В такие моменты Ксиа Зенгу всегда бесился больше, чем кто либо другой. Его лицо от гнева не только окрашивалось в бордово-синеватый оттенок, но и перекорёживалось всё. Провожая кучки привилегированных людей яростным взглядом, он продолжал крыть их самыми грязными словами, при этом бормоча себе под нос о том, как однажды непременно станет сильнейшим из всех. И когда этот день наступит, он определённо заставит всех этих людей, что смотрят на него сейчас сверху вниз, заплатить сполна за унижение.

– Держись рядом, – предупредил меня Чен Янксинг, пряча меня у себя за спиной.

Покрепче прижав к себе Цзянг Сяотиана, я наклонила голову, не решаясь пересечься с кем бы то ни было из окружающих взглядами.

И не успели мы сделать и пары шагов вперёд, как со стороны базы раздался топот множества спешащих нам навстречу людей. Подняв глаза, я тут же увидела перед собой военных, что сперва отдали честь полковнику, а затем принялись оперативно раздвигать толпу, прокладывая нам путь.

Затем ворота военной базы распахнулись, и я наконец-то смогла войти внутрь. В миг, когда ворота отворились, мне на секунду даже померещился образ Даге, однако уже в следующее мгновение мимолётное видение исчезло, открыв моему взору очередную толпу людей с потерянными лицами, что выглядели лишь самую малость лучше, чем люди снаружи.

– Подумать только, у нас едва бунт не случился! – взревел полковник. – Вы оба, в последующие несколько дней чтоб даже носу не смели показывать за ворота, вам ясно? Если нечем заняться, ступайте в город и раздобудьте еды, а то люди снаружи так и продолжат обвинять военных в бездействии и называть нас халявщиками!

Оба вояки были столь унижены словами полковника, что даже глаз поднять на него не смели.

– Но вся та еда, что они едят, целиком и полностью была добыта путём яростных сражений с чудовищами, в которых наши братья по оружию ежесекундно рискуют своими жизнями, – едва слышно проворчал Чен Янксинг. – Если так уж недовольны нами, может пусть сами попробуют присоединиться к одной из наших вылазок? Более того, у них даже хватило наглости назвать добываемую нами еду «их» едой…

Я же решила воздержаться от каких-либо комментариев по этому поводу. Отсутствие у них оружия; наличие оружия, но отсутствие опыта обращения с ним; страх перед иными; трусость; потеря веры в будущее – существует целый ряд причин, почему большинство гражданских не могут найти в себе силы ходить на охоту в города. Однако в тоже время ни одна из них не является достаточно веским оправданием, чтобы позволить себе просто сидеть и ждать, пока кто-то другой потрудится тебя спасти.

В апокалипсисе ты либо находишь в себе силы встать, чтобы жить, либо просто ложишься в сторонке, чтобы умереть! Третьего не дано!

– Отставить разговорчики, – вспылил полковник. – Отведите этих детишек в безопасное место, а потом возвращайтесь ко мне. А то вы двое, как посмотрю, настолько заскучали без дела, что уже не знаете, куда б себя приткнуть. Раз не знаете, чем заняться, дам вам какое-нибудь задание, а то, боюсь, вы так и продолжите создавать проблемы окружающим.

– Есть, сэр!

И пока полковник отчитывал тех двоих, я тем временем с интересом осматривала местность. Военная база изнутри оказалась весьма просторной. Если бы не организованный на её территории лагерь беженцев, сомневаюсь, что её хоть когда-либо смогли бы заполнить полностью людьми.

Всё пространство внутри было чётко поделено на несколько зон. Здешние гражданские, как и те что снаружи, ютились в разного рода палатках, большинство из которых располагались на пустыре у юго-восточной стены, что ранее, как видимо, использовался военными как тренировочная площадка. Тем не менее, среди людей было много и тех, что сидели, скрючившись, где придётся, прямо на улице. Весь палаточный городок был забит беженцами настолько, что пройти по нему можно было лишь по крохотным дорожкам между рядами палаток. Не удивительно, что военные перестали впускать внутрь людей из лагеря снаружи.

На территории базы я также приметила несколько зданий. Некоторые были административными и жилыми помещениями, в то время как другие представляли собой различного рода склады и ангары для военных орудий. Их размеры были столь внушительны, что в них без проблем смогло бы уместиться как минимум пара танков. Тем не менее, я не питаю особых надежд обнаружить здесь подобного рода тяжелое вооружение, так как сильно сомневаюсь, что военные стали бы хранить танки рядом с крупным населённым пунктом.

Под палаточный городок военные выделили отнюдь немаленький клочок земли, однако людей здесь было попросту слишком много. Несмотря на разбросанные тут и там здания, палаток между ними понатыкано столько, что общее впечатление от всего этого создавалось весьма хаотичное.

Итак, Если бы я была Даге, где бы я оставила послание своему ди-ди? Это место не должно быть слишком очевидным и заметным, так как непонятно кем оставленная надпись может насторожить людей. В худшем случае, её даже уничтожить могут. Но и слишком укромным оно тоже не может быть, иначе лишившийся воспоминаний ди-ди может и не суметь отыскать сообщение своего ге-ге, полагаясь лишь на силу их братских уз.

– Советую первым делом осмотреть ту стальную башню, – незаметно прошептал Цзянг Сяотиан мне на ухо. – Если бы я оказался в подобной ситуации, я бы в первую очередь подумал нацарапать сообщение на внешней стене башни.

Я удивлённо моргнула и подняла взгляд на вздымающуюся прямо из центра палаточного городка башню. Помнится, Чен Янксинг как-то раз назвал её смотровой башней. Эта башня не была такой же высокой как некоторые популярные среди туристов смотровые площадки, но и маленькой её назвать было тоже никак нельзя. Чисто навскидку я бы дала ей высоту в десять этажей, не меньше. Найти нацарапанное на её внешней стене послание будет не так-то просто.

Более того, основание башни патрулировали вооруженные солдаты. Похоже, что доступ в башню для простых смертных был закрыт, так что рискну предположить, что внутри расположились какие-то высокопоставленные шишки. Несколько нижних этажей были полностью закрыты и выглядели как обычный дом, так что помещения внутри должны быть вполне себе жилыми.

– Как стемнеет, заберись на самый верх башни, – спокойно, словно разговор шёл о прогулке по парку, заявил Сяотиан. – Вершина башни – самое укромное место, где можно оставить послание, так как с земли его не то чтобы рассмотреть, даже заметить будет почти нереально. Однако ты, Шую, спокойно можешь туда залезть с помощью своей способности, и здешний Цзянг Шутиан это знает. На его месте я бы точно оставил сообщение именно там.

Услышав объяснение Сяотиана, я облегчённо выдохнула. Слава богу, что у меня есть Цзянг Сяотиан. Иначе, кто знает, сколько времени у меня ушло бы на то, чтобы отыскать сообщение Даге?

– Сяо Ю? Сяо Ю?!

Внезапно кто-то положил руку мне на плечо, и я тут же рефлекторно крутанулась вправо, перекинув свою руку через руку оппонента, и, зажав её у себя под мышкой, надавила левой рукой на лопатку врага. И когда я уже было собралась для верности вывихнуть обидчику руку, Цзянг Сяотиан, который, несмотря на резкие телодвижения, так и остался висеть у меня на груди, крепко обхватив мою шею, с ноткой ехидства в голосе напомнил мне:

– Это те двое солдат!

Я резко остановилась и, присмотревшись, обнаружила, что удерживаемая мной в замке рука принадлежит Гуо Хонгу. Осознав это, я спешно выпустила его руку из хватки и немного неловко извинилась:

– Прости, я задумался.

Стоящий же подле Чен Янксинг наблюдал за всем происходящим с таким видом, словно привидение увидел.

Чёрт, я настолько ушла в себя, что совсем позабыла о своём образе миленького безобидного мальчика. Впрочем, ладно, я же уже внутри. Думаете, сможете выдворить меня с территории базы? Да мне всего двух пальцев хватит, чтобы убить вас, если попытаетесь!

– Где это ты научился так двигаться? – всё ещё не отойдя от шока поинтересовался Чен Янксинг. – Ты даже Гуо Хонга смог обезоружить! А ведь он весьма силён.

Гуо Хонг также уставился на меня явно удивлённым взглядом, заботливо потирая своё едва не пострадавшее плечо.

– Мой Даге – инструктор боевых искусств, – равнодушным холодным тоном выпалила я, решив играть свою роль хладнокровного милого мальчика до конца. – Он научил меня парочке приёмов для самозащиты.

Цзянг Сяотиан у меня на руках тут же прыснул от смеха, но к счастью ни один взрослый не станет придавать особого внимания внезапному смеху ребёнка.

В этот момент за спиной Чен Янксинга внезапно возникла гигантская чёрная тень. Едва я успела её заметить, как она с широченной лыбой на лице грузно навалилась на спину Чен Янксинга:

– Теперь понятно, как ты смог выжить снаружи в одиночку. Неплохая техника, парниш!

– А-Нуо, харе уже висеть на мне! – раздражённо выпалил Чен Янксинг. – Ты тяжёлый, как слон, и ещё хочешь, чтобы кто-то тебя на спине таскал?

– Я помогаю тебе качаться, – усмехнувшись, парировал А-Нуо. – А то такими темпами ты, чего доброго, даже этому ребёнку уступишь в силе.

– Да щас! – рыкнул Чен Янксинг. – Уж Сяо Ю-то я никогда не продую!

Эм, продуешь, да ещё как.

– И откуда такая уверенность? – поинтересовался Ан Нуо. – Когда вы с Гуо Хонгом дерётесь, никто не может предсказать результат боя наперёд, так как вы по силе приблизительно равны, однако этот малец только что одолел Гуо Хонга одной левой.

Услышав эти слова, Гуо Хонг неловко откашлялся и поспешил объяснить:

– Он просто застал меня врасплох. Я не ожидал, что Сяо Ю знаком с основами рукопашного боя, ясно вам? – выпалил он, после чего уставился на меня, явно не желая признавать поражение. – Не хочешь устроить со мной повторный спарринг, а? Обещаю, что буду аккуратен… я не сделаю тебе больно.

После этих слов собравшиеся вокруг вояки одобрительно зашумели и заулюлюкали.

Ты-то, может, и будешь аккуратен, но вот Я сдерживаться не умею. Я слишком привыкла убивать иных, так что в ходе сражения моё тело само собой рефлекторно стремится наиболее эффективным способом расквасить оппоненту башку. Как прикажешь мне искать послание Даге, если я случайно укокошу тебя здесь и сейчас?

– Я знаю лишь несколько движений для самообороны, – монотонно произнесла я, – я не умею драться. Если нападёшь на меня, я позову на помощь!

– Думаю, будет эффективнее, если закричишь «насилуют»! – подметил А-Нуо, после чего, задумчиво почёсывая подбородок, уставился на моё лицо. – Эта твоя мордашка… чертовски опасная штука.

Какое точное описание. Не могу с тобой не согласиться. Оно слишком опасно, особенно тем, что способно спровоцировать Цзянг Сяотиана у меня на руках резко понизить температуру воздуха!

– Ладно-ладно, никакого спарринга, только без криков, пожалуйста, ладно? – поспешно выпали Гуо Хонг. По его лицу было видно, что ему неуютно от того, в каком направлении двинулся разговор.

Несколько из столпившихся вокруг солдат прыснули со смеху, остальные же с интересом принялись говорить наперебой:

– Так ты и есть тот самый Сяо Ю, о котором А-Ксинг нам уже все уши прожужжал!

– Бог мой, вы только гляньте на эту мордашку. Не мудрено, что А-Ксинг буквально с катушек слетел. Последние несколько дней только и делал, что носился по лагерю в поисках людей с фамилией «Цзянг». Нам удалось отыскать парочку речек и имбирей, но вот ни одной границы мы так и не нашли. Специфичная у тебя, однако, фамилия.

Тебе что, жить надоело? Мои ладони обдало холодом. В этот момент Цзянг Сяотиан у меня на руках был всё равно, что глыба льда. Однако выпустить его из своей хватки я не решалась, так как не хотела предоставить могучему Ледяному Императору шанс, за неимением возможности воспользоваться своей способностью, впиться в незадачливых вояк зубами. Это было бы ниже его достоинства.

– Заткнись, придурок! – вскрикнул Чен Янксинг и, обливаясь холодным потом, принялся спешно оправдываться. – Я правда, честное слово, ни о чём таком не думаю. Я хочу лишь помочь.

Все стоящие вокруг вояки покосились на него скептическим взглядом.

– Ну серьёзно, хватит уже пугать Сяо Ю, – обессилено выпалил Чен Янксинг. – Клянусь, у меня и в мыслях ничего подобного не было и не будет. Он же просто ребёнок. Какие же вы всё-таки засранцы.

– Вообще-то обычно это ты постоянно над нами прикалываешься, так что чья бы корова мычала!

В этот момент вперёд протиснулся довольно плотного телосложения солдат и с ухмылкой представился:

– Сяо Ю, можешь звать меня Толстячком-ге. И не волнуйся ни о чём, у нашего А-Ксинга абсолютно точно нет никаких грязных мыслей. Просто он из той категории людей, что восхищаются симпатяжками. Лишь привлекательные люди могут рассчитывать на его помощь и снисхождение.

– А я Кун-ге. – выпалил своё имя темнокожий солдат.

– Какой ещё «Кун-ге»? – разразились хохотом остальные вояки. – Черныш ты, Черныш! Хочешь, чтобы он тебя «ге» звал? Как бы не так!

Хватит мне уже свои имена называть. Я не хочу с вами знакомиться. Если сумею отыскать послание Даге этой ночью, слиняю отсюда в тот же миг, можете не сомневаться. И плевать мне на то, Черныш он там или же Снежок!

– Идём, – схватил меня за руку Чен Янксинг. – Просто игнорируй их. Я провожу тебя до твоей палатки.

Но я в ответ, резко дёрнув рукой, высвободилась из его хватки, отчего Янксинг тут же покраснел от стыда.

– Я правда не… впрочем, забудь. Просто следуй за мной до палатки. И, будь добр, оставайся внутри как хороший послушный мальчик, ладно? Не слоняйся по окру-…

Однако на то, чтобы договорить свою фразу, у Чен Янксинга не хватило душевных сил, так как кучка солдат тут же принялась активно глумиться и улюлюкать, стоило тому только рот открыть. Эти его «замечательные» друзья отбили у него всякое желание что-либо объяснять.

Эх, я знаю, что ты действуешь из чистых побуждений. Вот только Цзянг Сяотиан только что выглядел так, словно в любой момент готов был оторвать тебе правую руку и приготовить из неё жаркое. Так что, ради безопасности обеих твоих рук, пожалуйста, больше не прикасайся ко мне, ладно?

Идя впереди, Чен Янксинг провёл меня через целый палаточный лабиринт, то и дело обходя разного рода преграды вроде потерянных горожан и их вещей, и спустя какое-то время мы вышли на пустую площадку. В этой зоне было куда просторней, чем в предыдущей.

Я приподняла прикрывающую вход в палатку ткань; внутри никого не оказалось. Я не сдержалась и таки бросила на Чен Янксинга недоверчивый взгляд. Разве может статус этого парня в армии быть настолько высок, чтобы зарезервировать за собой целую палатку?

– Следующая порция беженцев будет допущена на территорию базы завтра. Эту площадку расчистили как раз для них, – объяснил Чен Янксинг. – Я постараюсь устроить так, чтобы к тебе подселили ту же семью, с которой ты жил вместе до этого. Вы, насколько я успел заметить, неплохо поладили.

Я согласно кивнула. Пусть отец того семейства и настоящая заноза в заднице, он бесхребетный и оттого абсолютно безобидный. До тех пор, пока у него есть еда и вода, он будет всем доволен и вряд ли станет чинить мне неприятности.

– Оставайся здесь. На территории базы куда безопаснее, чем снаружи. Если кто-либо начинает создавать проблемы, его тут же выпирают, так что тут довольно спокойно. Кстати, у тебя ведь всё ещё есть с собой еда, не так ли?

– Да, – на протяжении последних нескольких дней Чен Янксинг регулярно приносил мне еду и воду, так что из своих собственных запасов я почти ничего не использовала.

Чен Янксинг удовлетворённо кивнул, однако затем всё же произнёс слегка обеспокоенным голосом:

– И всё же будет лучше мне сходить и раздобыть для вас двоих чего-нибудь съестного. Если еда, что ты носишь с собой, не скоропортящаяся, то будет лучше сохранить её на потом.

Я вновь согласно кивнула головой. Обшаривая дома в поисках пропитания, мы акцентировались в основном на продуктах с длительным сроком хранения. Поэтому мой рюкзак доверху забит всякими консервами и крекерами, что без проблем могут храниться достаточно долгое время.

– Да что не так с этим парнем? – раздражённо выпалил Цзянг Сяотиан, стоило солдату уйти. – И разве я уже не предупреждал тебя, чтобы никакой щенячьей любви!

Вообще-то это он в меня втюрился, а не наоборот. Разве я в этом виновата?

– А я на него и не запал. Просто, если бы я не воспользовался его симпатией ко мне, нам было бы куда сложнее сюда пробраться, – откровенно отчеканила я. При необходимости я, конечно, смогла бы проникнуть на базу и более юрким путём, но войти открыто через главные ворота всё же проще, чем постоянно прятаться по углам.

Услышав мои слова, Цзянг Сяотиан резко застыл, а от отразившихся на лице трёхлетнего ребёнка эмоций мне отчего-то сразу же стало неловко.

– Даге, тебе не показалось, что атмосфера здесь какая-то уж слишком расслабленная? – поспешила сменить тему я, заодно высказав уже давно терзающее мою душу неприятное чувство. – Пусть люди снаружи уже и начали потихоньку голодать, положение ещё не настолько плохо, так что военные ещё держат ситуацию под контролем. Также солдаты здесь даже находят в себе силы шутить и веселиться, что значит, потерь среди них было не так уж много. Но всё это не укладывается у меня в голове. Учитывая, сколь много людей собралось здесь в одном месте, да ещё и прошедшие с начала апокалипсиса четыре месяца… Хотя бы парочка иных да должна была пробиться на территорию базы. Им живётся здесь как-то уж слишком спокойно.

Цзянг Сяотиан призадумался ненадолго, прежде чем ответить:

– Правда, что ли? Ну, пожалуй, моя ситуация в своё время была немного уникальной, так что сравнивать наше положение будет не совсем правильно. Тогда в моём распоряжении были не только наёмники из моего отряда, но и полный арсенал вооружения, так как в тот момент мы как раз готовились к одной масштабной операции. Уже с самого начала у нас было заготовлено предостаточно как боеприпасов, так и продовольствия, так что обычные иные никогда не были нам ровней.

Так и знала, что сравнивать жизни бесполезно.

– И теперь из-за того, что я вынудил здешнего тебя в последний момент вернуться домой, здешний ты не только потерял все эти преимущества, но и вынужден скитаться по округе в поисках своего пропавшего ди-ди, – с иронией пробормотала я.

Однако Цзянг Сяотиан на это лишь хохотнул:

– Уж поверь, ему повезло в жизни куда больше, чем мне.

После этих слов я внимательно заглянула Цзянг Сяотиану в глаза и лишь через несколько секунд впервые решилась задать этот вопрос.

– Выходит, там, откуда ты пришёл, из семьи Цзянг помимо тебя больше никого не осталось?

От этих слов Цзянг Сяотиан на долю секунд оцепенел, но затем всё же едва заметно кивнул.

Я тут же крепко обняла его крохотное тельце со спины и даже положила свой подбородок на макушку Сяотиана, после чего сунула ему в руки пачку крекеров.

Что же касается самого Цзянг Сяотиана, то вес навалившегося на него ди-ди его, похоже, ничуть не стеснял, да и имидж свой он, по всей видимости, уже давно отправил в топку. Сидя в объятиях у меня на руках, он преспокойненько принялся хрустеть предложенными крекерами.

– Даге.

– Хм?

– Скажи, когда мы найдём Даге и остальных, если я скажу, что ты внебрачный сын Даге, которого я случайно встретил, как ты думаешь, они мне поверят?

– …Скорей всего.

– Даже ты.

– Угу.

– Даге, ты ужасен!

– Мужчинам нет смысла запариваться по этому поводу.

– Тогда что насчёт меня?

Цзянг Сяотиан тут же угрожающе прищурился и рыкнул:

– Никакой щенячьей любви!

Что за дискриминация! От неудержимого смеха я не устояла и повалилась на бок, по-прежнему сжимая малыша в своих объятиях. Сам же Цзянг Сяотиан, хоть и понимал всю нелогичность своего суждения, сохранил каменное лицо, явно не желая менять своего мнения на этот счёт, и с невозмутимым видом продолжил жевать свои крекеры, хоть ему и приходилось теперь делать это лёжа на боку.

Мамочка родненькая, ну какой же мой Даге всё-таки милашка. Ха-ха-ха…

Сноски

1. А-Ксинг : “А” – частица, которую китайцы иногда используют для формирования неформальных обращений

Конец эпохи доминирования Том 3 пролог: Три дня

Конец эпохи доминирования Том 3: Скованное льдом благородство и величие

Автор оригинального китайского текста: 御我 (Yu Wo)


Пролог: Три дня – перевод EliSan; редактура Akili

Даге и остальные внутри!

– Успокойся. Ты тоже сможешь попасть туда через три дня, – со спокойным как у удава видом похлопал меня по бедру Цзянг Сяотиан.

Я же, стиснув зубы, уставилась на увенчанные колючей проволокой высокие бетонные стены. Для меня подобный забор не является существенной преградой. Нужно всего лишь попасть на другую сторону, и я смогу наконец-то вновь встретиться с Даге и остальными!

– Я хочу на ту сторону прямо сейчас. Я соскучился по Юн-юн, по Даге, по тёте и дяде, да и по ребятам из отряда тоже!

Но Цзянг Сяотиан лишь отрицательно помотал головой.

– Если бы здешний «я» действительно был внутри, то я не был бы против твоего плана силового проникновения. Объединившись с ним, у тебя хватило бы сил успешно выбраться наружу без потерь. Вот только находящиеся внутри наёмники, скорее всего, не из нашей группы.

Почему нет? Я пристально уставилась на стоящего подле меня малыша. Это просто обязаны быть они!

– Судя по твоему рассказу, со здешним «мной» назад вернулась лишь крайне малая группа членов ОПЦ. Сомневаюсь, что с подобным составом я посмел бы вот так вот в лоб объявить нас «отрядом наёмников», особенно перед подобного рода ребятами. На месте своего здешнего «я» я бы разделил команду на две отдельные группы, чтобы сойти за две обособленные кучки сбившихся вместе гражданских.

Услышав эти слова, я замерла. А ведь точно, в таком подходе куда больше смысла. Только полный дурак назовёт себя наёмником перед лицом регулярной армии! Это же всё равно, что напрямую записать себя им в подчинение! Даге бы ни за что не совершил подобную глупость.

Сумев наконец-то взять себя в руки и успокоиться, я ещё немного пораскинула мозгами и выдвинула свою теорию:

– Думаю, групп тут не две, а одна, но состоит она из избранных членов команды. Сейчас у ОПЦ есть при себе весьма внушительный объём съестных припасов. Если бы они притащили его с собой в это укрытие, военные, без сомнения, тут же забрали бы всё себе. Поэтому, как мне кажется, на территории военной базы находится лишь небольшая группа, в то время как остальные залегли на дно где-нибудь неподалёку вместе с припасами.

Цзянг Сяотиан согласно кивнул и продолжил мой анализ:

– Принимая во внимание состав всей команды, здешний «я» однозначно является частью разведгруппы в качестве лидера. Юнкиан напротив однозначно осталась охранять припасы, приглядывая за окружающей обстановкой с помощью оптического прицела своей снайперской винтовки. Дядю, тётю и Шуюн также по понятным причинам можно сразу исключить из состава группы проникновения. Каин – иностранец, а Лилия – полукровка. Их внешность слишком сильно бросается в глаза, так что для подобной миссии они не подходят. В общем, методом исключения, могу предположить, что на территорию военной базы помимо «меня» отправились лишь Зен Ксинг и Сяо Ша. Мы с Сяо Ша можем сойти за братьев, в то время как Зен Ксинг, скорей всего, притворился нашим дядей или кем-то вроде того.

– Тётю тоже могли взять с собой, – невзначай поправила я, однако заметив на себе грозный скептический взгляд Цзянг Сяотиана, состроила невинное лицо и поспешила пояснить. – В последнюю нашу вылазку в город за припасами Даге тоже брал тётю с собой. Её способностью является «поиск», так что она способна ощущать присутствие живых существ вокруг себя. Для поиска пропавшего человека нет более подходящей способности. Более того, в компании обычной женщины средних лет вы будете выглядеть не так вызывающе!

Комбинация одних лишь Даге, Зен Ксинга и Сяо Ша однозначно выглядела бы очень угрожающе и привлекла бы к себе кучу внимания!

Услышав мои доводы, Цзянг Сяотиан нахмурился, но затем всё же согласно кивнул.

– Поэтому не спеши проникать на территорию военной базы. Раз уж есть свободное время, попробуй поискать пока Юнкиан. Она, скорей всего, прячется на какой-нибудь возвышенности неподалёку.

После этих слов мои глаза засветились от предвкушения, и я тут же развернулась, собираясь сию же секунду отправиться на поиски Юнкиан. Однако стоило мне повернуть голову, как взгляд мой незамедлительно упёрся в группу людей, чей вид недвусмысленно говорил об их неблагочестивых намереньях. Их недружелюбные взгляды были обращены либо на моё лицо, либо на походный рюкзак у меня за спиной. К счастью, большая часть всё же таращилась на рюкзак. Моё лицо удостоилось лишь нескольких колких взглядов.

Ну разумеется! На дворе лишь четвёртый месяц апокалипсиса. Быть не может, чтобы уже сейчас появилось такое огромное количество тронувшихся головой моральных уродов, что ещё при свете дня готовы были бы надругаться над другим человеком. Более того, мы сейчас говорим не о женщине, а о парне! Это уже явно перебор.

– Йо, браток. Смотрю, ты немало вещичек у себя в рюкзаке скопил, не так ли?

Я молча оглядела их. Передо мной стояла группа из пяти человек, все мужчины. На этом этапе женщины ещё не обладают достаточной силой, чтобы рискнуть попытаться кого-то ограбить. Им остаётся лишь самим быть целями подобных грабежей. Разумеется, я не имею в виду таких необычных женщин как Лилия, Юнкиан или же Фенг-джей.

Несколько шагов позади них стояли ещё с дюжину другую мужчин, у которых, судя по их неуверенным лицам, ещё имелись при себе остатки морального кодекса. Никто из них не спешил подойти ко мне с намереньем ограбить, однако если эти пятеро сделают первый шаг, те тоже не преминут рвануть вперёд в надежде урвать себе часть добычи, вроде выпавшей из рюкзака консервы или вроде того.

– Парниш, может, всё-таки поделишься добром с товарищем по несчастью, а? – не сумев сдержаться, нетерпеливо выпалил один из мужиков. Его жадный взгляд был буквально прикован к походному рюкзаку у меня за спиной.

Пожалуй, в будущем мне стоит заменить походный рюкзак на чемодан. В отличие от рюкзака, по внешнему виду чемодана никогда нельзя понять, насколько плотно он забит. Мой же рюкзак раздут буквально до предела, так что наличие в нём большого количества припасов немного даже слишком очевидно. Если, конечно, я не идиот, что по какой-то причине таскает с собой кучу кирпичей.

– Кончайте уже трепаться и действуйте, – поторопил пятёрку дерзких мужиков кто-то из толпы. – Просто заберите у него рюкзак и сваливаем; никто из нас с этого ничего не получит, если вояки подоспеют вовремя!

Стоило мужикам услышать эти слова, как все пятеро тут же примолкли и дружно двинулись в мою сторону. Один из них даже поднял кулак, очевидно, намереваясь быстро вырубить меня, схватить рюкзак и поскорее смыться.

Но я, заметив их движение, лишь нахмурилась в ответ. Надрать задницы подобным мелким сошкам для меня, разумеется, не проблема, однако по возможности я бы не хотела привлекать к себе внимание военных, так как это может навлечь на мою голову целую кучу ненужных проблем. Другими словами, дабы избежать подобных лишних трудностей, самым верным решением будет убежать прочь подобру-поздорову.

В дальнейшем мне стоит прилагать больше усилий, чтобы слиться с толпой и не выделяться; иначе подобные ситуации с попыткой грабежа будут возникать снова и снова. Кроме того, разве ж можно их за это винить? Цзянг Шую внешне выглядит хрупким и безобидным мальчиком, ограбить которого должно быть раз плюнуть.

– Хей, чем вы там занимаетесь?!

Обернувшись на звук голоса, я незамедлительно приметила в отдалении уже знакомую мне парочку военных: Чен Янксинга и Гуо Хонга. Последний держал в руке багет хлеба, что в мгновение ока привлекло к нему внимание всех собравшихся вокруг людей, заставив их с голодным видом сглотнуть наполнившую рот слюну. Если бы не автомат в его руках и не одетая на нём военная форма, он, вне всякого сомнения, стал бы ещё более желанной целью для грабежа, чем я!

Как видимо, уловив нечто неладное в окружающей меня атмосфере, оба вояки тут же с разъярённым видом подбежали поближе.

– Разве я не просил тебя подождать меня рядом с пунктом регистрации? – недолго думая принялся строгим голосом отчитывать меня Чен Янксинг. – Что ты делаешь так далеко от центра лагеря?

Я виновато опустила взгляд, словно сожалея о своём поведении, и попутно случайно заметила смачный усталый зевок Цзянг Сяотиана. Однако стоило ему почувствовать на себе мой взгляд, как он тут же спешно вновь придал своему лицу прежнее холодное равнодушное выражение, делая вид, что всё в порядке. Вот только нездоровый мёртвенно-бледный оттенок лица Сяотиана выдавал его состояние с головой.

К тому моменту как Чен Янксинг наконец-то закончил свои нравоучения, пятёрка незадачливых грабителей уже скрылась из виду. Вот только, судя по их недавним кислым минам, не будь у Чен Янксинга автомата, они бы, скорей всего, так просто не ретировались. Похоже, запасы продовольствия в этом лагере беженцев уже начали потихоньку истощаться. Лишь чувство голода способно сделать людей бесстрашными перед лицом смерти.

Учитывая, что более половины всего человечества махом исчезло с лица Земли всего за одну ночь, еду в ходе первого года апокалипсиса разыскать было не так уж сложно. В этот период куда больше людей погибло от когтей иных, чем от голода. Но эти беженцы, похоже, уже сейчас столкнулись с проблемой нехватки продовольствия по той простой причине, что их здесь собралось слишком много. Окружающие территории уже, по всей видимости, полностью обобраны. Что же касается Луо’ан, то город для простых гражданских является слишком опасной территорией. Туда рискуют соваться лишь военные, однако их, скорей всего, слишком мало для того, чтобы суметь прокормить такую ораву голодных ртов.

Лишь ещё немного поголодав люди, наконец-то наберутся храбрости самим взять в руки оружие и начать сражаться с иными.

Подняв голову, я увидела перед собой всё ещё буравящего меня разгневанным взглядом Чен Янксинга. Как неожиданно. Ранее этот парень не показался мне особо заботливым, но сейчас он ведёт себя так, словно ему действительно не всё равно… Прошу, только не говори мне, что ты влюбился с первого взгляда, и теперь относишься к этой влюблённости как к истинной любви до гроба. Если так, Даге тебя на кусочки порубит и собакам скормит, причём оба Даге одновременно!

– Зачем ты пришёл сюда? – с явным неодобрением в голосе поинтересовался Гуо Хонг. – Снаружи теперь находиться опасно, а ты ещё и своего… сына сюда притащил. Не думаешь, что с подобной ответственностью тебе бы следовало избегать опасностей? Зачем явился сюда?

– Я ищу кое-кого, – произнесла я и перевела взгляд на стены военной базы, даже не пытаясь скрыть испытываемой мной тревоги.

– И почему же, позволь спросить, ты ищешь этого человека на периферии лагеря? Главный вход находится не здесь… – озадаченно пробурчал Гуо Хонг.

В этот момент Чен Янксинг резко нахмурился.

– Только не говори мне, что ты подумывал перелезть через забор?

Я резко застыла. Он прав, я действительно подумывала об этом. Если уж на чистоту, я пришла сюда как раз потому, что надеялась разыскать какой-нибудь укромный уголок, где я смогла бы попытаться незаметно перемахнуть через стену.

Заметив мою реакцию, оба вояки уставились на меня немного оторопелым взглядом.

Я же тут же поспешила сменить тему:

– Вы этот багет мне принесли? Но, если честно, мне не еда нужна, а место для ночлега. Мой Сяотиан уже на ходу засыпает. В последние несколько дней мы почти не спали, так как спешили как можно скорее добраться сюда…

Я исподтишка сдавила ладошку Сяотиана, и тот тут же, смачно зевнув, с полуопущенными веками прильнул к моему бедру, притворяясь предельно вымотавшимся ребёнком. Его игра выглядела настолько убедительно, что я невольно задумалась, а игра ли это вовсе.

– Твой сын неважно выглядит. Может он приболел? – спросил Гуо Хонг, заботливо потрепав Цзянг Сяотиана по голове, отчего выражение лица малыша стало ещё более невзрачным.

– Он не болен, просто устал, – спешно пояснила я, после чего добавила. – Это всё моя вина. Я был слишком нетерпелив и отправился на поиски, не обратив внимания на то, что Сяотиан уже совсем выбился из сил.

– Слушай, а он правда твой сын? – шепотом поинтересовался Чен Янксинг.

Отвечать на этот вопрос было жесть как неловко, но Сяотиан незаметно ущипнул меня за бедро, так что волей неволей пришлось утвердительно кивнуть.

Чен Янксинг призадумался, после чего неуверенно спросил:

– В таком случае человек, которого ты ищешь, – твоя жена?

– … – я собрала волю в кулак и призналась. – Да! Если встретите девушку по имени Тсенг Юнкиан, прошу, дайте мне знать. Она значительно старше меня, ей почти тридцать. Также она занимается боксом, поэтому она довольно подтянутая с весьма развитой мускулатурой на руках. У неё короткие волосы…

Подробно описав им каждую мельчайшую деталь внешность Юнкиан, я не остановилась и спешно принялась описывать внешность Даге, моего Эрге по имени Сяо Ша, и тёти в надежде на то, что они, возможно, помогут мне и поищут внутри базы.

Тем временем Гуо Хонг и Чен Янксинг молча стояли рядом и слушали меня с откровенно оторопелым видом. Впрочем, их удивление можно было понять. Сяотиан выглядит как трёхлетний малыш, мне же лишь восемнадцать. В насколько же юном возрасте я тогда его зачал? Более того, я, вроде бы, смутно припоминаю, что во времена до апокалипсиса соитие с несовершеннолетним, вне зависимости от мнения самого несовершеннолетнего, является уголовно наказуемым правонарушение…

Даже спустя минуту Чен Янксинг всё ещё не мог отойти от шока и глядел на меня неверящим взглядом. Благо Гуо Хонг всё же смог взять себя в руки и, похлопав меня по плечу, произнёс:

– Идём с нами. Мы подселим вас в палатку к какой-нибудь семье с ребёнком. Так куда безопаснее.

Нагнувшись, я подхватила Цзянг Сяотиана на руки, и он в ответ привычным движением обвил меня ручками вокруг шеи и положил свою голову мне на плечо. Казалось, он по-прежнему играет роль уставшего ребёнка, однако я отчётливо ощущала весь вес его головы на плече, да и тело его было податливым и вялым; это сильно отличается от всех предыдущих разов, когда он крепко и энергично обнимал меня.

Нужно как можно скорее дать Сяотиану отдохнуть! Теперь я искренне жалела, что потащила Цзянг Сяотиана за собой мотаться по лагерю. Я была настолько сосредоточенна на поисках каких-либо признаков Даге и остальных, что совершенно не заметила аномального состояния мини-Даге. И это притом, что всё это время он находился буквально у меня под боком!

Следуя за двумя военными, я прошествовала более чем через половину лагеря. Ранее я была полностью сосредоточена на поиске удобного для проникновения на территорию базы места, так что не обращала внимания на состояние самого лагеря. Что ж, теперь у меня появилась такая возможность.

Размеры лагеря действительно впечатляли. Впрочем, что и следовало ожидать от основанного регулярной армией лагеря беженцев. Всюду, куда не глянь, было видно лишь бессчётное множество всевозможных палаток. Но даже так немало людей спали прямо на земле – ясный признак того, что палаток на всех уже не хватало. С наступлением осени, температура стала стремительно падать, особенно по ночам, так что все ночующие на открытом воздухе люди были укутаны в самого разного рода тёплые предметы, среди которых были пуховики, одеяла, спальные мешки и даже шерстяные юбки.

Пожалуй, мне стоит поблагодарить этих двоих за то, что вызвались подселить меня в одну из палаток… Хотя, нет. Благодарить за это мне стоит привлекательное лицо Цзянг Шую!

Через некоторое время пара военных привела меня к палатке, что находилась совсем близко от главных ворот базы. Похоже, чем ближе находилась палатка к воротам, тем более элитной она считалась, что и понятно. Все находящиеся в лагере люди желают попасть на территорию базы, так что чем ближе к воротам находится твоё жилище, тем лучше.

В этот момент мне также пришла в голову шальная мысль, что Даге и остальные могут даже сами выйти за ворота базы в надежде отыскать меня среди новоприбывших беженцев. Поселившись рядом с воротами, я смогу видеть всех входящих и выходящих за пределы базы людей, так что не исключено, что в один прекрасный момент мы просто наткнёмся друг на друга случайным образом.

– Поживёшь пока здесь, – заявил Гуо Хонг, поднимая матерчатую «дверцу» палатки. – И, прошу, больше не слоняйся по лагерю, ладно?

– Хорошо, – тут же послушно кивнула головой я. Однако это не значит, что я действительно планирую следовать его словам.

– Позднее я непременно ещё наведаюсь к тебе… – громко заговорил было Чен Янксинг, но внезапно запнулся на полуслове. Отведя меня немного в сторону от палатки, он тихо поинтересовался. – К слову, я ведь до сих пор не знаю твоего имени. Как тебя зовут?

– Цзянг Шую, – без колебания выпалила я. – «Цзянг» как в «биангцзянг», граница. У меня весьма необычная фамилия. Я был бы крайне признателен, если бы ты помог мне проверить, находится ли кто-либо из членов моей семьи сейчас на территории базы.

Оба солдата согласно кивнули, но поспешили предупредить:

– Даже если они там, не факт, что мы сможем их отыскать. Гражданских внутри слишком много.

Разумеется, я тоже это понимала. Пусть в обычных обстоятельствах Даге и является весьма примечательной личностью, в данной ситуации он однозначно будет держаться тише воды, ниже травы и стараться не привлекать к себе лишнего внимания.

– Ничего, – понимающе согласилась я. – В любом случае, через три дня я смогу сам войти внутрь и начать их поиски самостоятельно.

Оба вояки вновь согласно кивнули.

– Что ж, береги себя, ладно? – всё ещё с лёгкой тревогой пробормотал Чен Янксинг. – Если кто-то опять начнёт к тебе приставать, просто беги к воротам. Никто из здешних не посмеет устраивать потасовку прямо у входа на территорию базы. Да и я буду регулярно тебя навещать. У меня всё схвачено, так что волноваться тебе не о чем.

Я же после этих слов застыла на месте, не зная как на это реагировать. Этот парень на полном серьёзе собрался защищать меня, развеяв тем самым моё желание использовать его в собственных интересах. Я не такой бездушный человек, чтобы без зазрения совести злоупотреблять чужой искренностью!

Гуо Хонг же тем временем, бросив на Чен Янксинга грозный взгляд, вновь поспешил меня заверить:

– Честное слово, он ничего такого не имеет в виду. Он не причинит тебе вреда.

Ну да, ну да. Ничего такого, лишь любовь.

– Я знаю, – немного скованно пробормотала я.

– Опять ты за своё, – раздражённо вспылил Чен Янксинг. – Да не собираюсь я его трогать! Я просто волнуюсь, как бы он опять в передрягу какую не попал. Я знаю, что мои слова порой звучат двусмысленно, но разве ты хоть раз видел, чтобы я пытался сделать что-либо грязное, а?

– Никогда, – почёсывая нос, признал Гуо Хонг, однако затем всё же тихо пробормотал. – Но кто знает. Возможно, в этот раз будет иначе.

Жилка на лбу Чен Янксинга начала подёргиваться. Это был явный признак того, что он уже достиг своей точки кипения и был готов хорошенько врезать своему товарищу, так что я поспешила сменить тему:

– Я занесу своего сына внутрь, чтобы он мог отдохнуть.

Глянув на изможденное лицо Цзянг Сяотиана, вояки кивнули.

– Быстрее залезай, – поторопил меня Гуо Хонг. – Нет ничего дороже здоровья собственного ребёнка.

Облегчённо выдохнув, я отодвинула в сторону висящую при входе ткань и заползла в палатку. Оказавшись внутри, я увидела трёх изначальных обитателей этой палатки: двух взрослых и одного ребёнка…

– Да-геге!

Услышав это обращение, я удивлённо моргнула. Подняв голову, я сразу же приметила в глубине палатки широко улыбающегося и глядящего на меня ясными глазами ребёнка, и к собственному изумлению ребёнок этот был мне знаком. Им оказалась та самая девочка, что в автобусе подарила мне пару розовых сланцев!

– Привет, вот мы и встретились снова, – с ответной улыбкой отозвалась я. Как и следовало ожидать, двумя взрослыми также оказалась уже знакомая мне супружеская пара из автобуса.

Мужчина то и дело с явной жадностью косился то на батон хлеба у меня в руке, то на рюкзак у меня за спиной, а вот супруга его и дочь, напротив, выглядели приятными и отзывчивыми людьми. Глядя на это семейство, мне невольно пришло в голову сравнение с растущим на куче навоза прекрасным цветком, который ко всему прочему ещё и выпустил дополнительный нежный бутон. Нет слов, одни эмоции.

В этот момент мужчина внезапно выпалил:

– Ты правда сможешь войти внутрь через три дня?

Я едва сдержалась, чтобы не закатить глаза к небу. Разве этим вопросом он не выдаёт, что нагло подслушивал чужой разговор? Однако вместо ответа я задала встречный вопрос:

– Разве не все мы попадём внутрь через три дня после регистрации?

– Наивный! – презрительно фыркнул мужчина. – Людей здесь слишком много, так что военные пускают на территорию базы лишь избранных. Я слышал, что женщин и детей принимают почти без проблем, а вот для мужчин нет иного пути попасть в число избранных, кроме как записаться добровольцем в ряды армии. Однако присоединиться к армии всё равно, что стать пушечным мясом!

Но Чен Янксинг ясно дал понять, что я без проблем смогу войти внутрь через три дня. Значит ли это, что он просто солгал, чтобы удержать меня на месте, или же у него действительно есть какой-то гарантированный способ провести меня на территорию базы?

Оба варианта мне были не по душе. В первом случае я не смогу попасть на базу, в то время как второй давил на совесть, словно я использую искренность паренька для собственной выгоды. Я ведь серьёзно ничего не сделала для того, чтобы заслужить подобную привязанность. Я даже кокетливых взглядов в его сторону не бросала! Это всё физиономия Цзянг Шую! Она во всём виновата!

– Ну и зачем ты всё это ему сейчас говоришь? – с недовольным видом поинтересовалась у супруга женщина. – Разве не видишь, что малыш у него на руках уже спит? Пусть залезают поскорее и отдохнут как следует.

Надо отдать ему должное, мужчина не стал возражать, но и полностью унять своё недовольство не смог.

– Тут и так тесно, а к нам ещё двух человек подселили, – пробубнил он.

– Другие палатки забиты куда плотнее, чем наша! – парировала женщина. – В соседней палатке, вот, аж целых шесть взрослых мужчин проживают. Я даже представить не могу, как они все внутри умещаются. Если бы не дети, уверена, к нам бы подселили ещё парочку взрослых.

Услышав доводы жены, мужчина наконец-то перестал жаловаться и умолк.

Женщина же повернула голову в нашу сторону и приветствовала Цзянг Сяотиана и меня тёплой дружелюбной улыбкой.

– Что за очаровательные юноши к нам присоединились. Могу я узнать ваши имена?

– Его зовут Сяотиан. Ко мне же можете обращаться по кличке Сяо Ю.

Женщина кивнула и также представилась:

– Моя фамилия Чен, так что можешь просто звать меня тётушкой Чен. Ну а это моя дочь. Её мы обычно ласково кличем Бей-бей.

– Приятно познакомиться с вами, тётушка Чен, – тут же вежливо приветствовала я. И плевать, что ей на вид было от силы лет тридцать, и что она была явно моложе Гуан Веюн при жизни. Звать кого-то «тётушкой» было чертовски непривычно, однако я уже сама для себя решила считать себя настоящим восемнадцатилетним Цзянг Шую. В будущем мне предстоит ещё многих людей назвать «тётушками» и «дядюшками», так что самое время начать привыкать!

– Ну и зачем ты предложила ему обращение, что лишь прибавляет тебе возраст? – ухмыльнулся мужчина, после чего бросил в мою сторону. – Меня можешь звать Занг-ге.

Твоя жена – тётушка Чен, а себя же ты просишь называть Занг-ге? И тебе не стыдно?

– Приятно познакомиться, Занг-ДА-ШУ1! – приветствовала я, выделив голосом каждый слог своего обращения.

Тётушка Чен тут же не сдержалась и прыснула со смеха, а вот лицо Занг-дашу напротив аж перекосилось от гнева. Я даже успела приметить, как он сжал свои кулаки, но всего на мгновение; в следующую же секунду кисти его рук вновь расслабились. Рискну предположить, что он просто побоялся связываться с человеком, что явился сюда под эскортом сразу двух солдат. И правильно сделал, что побоялся, иначе… хо-хо-хо!

После этого обмена любезностями Бей-бей, что уже собиралась было подползти ко мне поближе, так и не решилась сдвинуться с места. Вместо этого она обняла свою маму и принялась наблюдать за мной и Цзянг Сяотианом с расстояния.

Заметив это, я решила, что самое время завершить наш с ними краткий диалог. Через три дня мы в любом случае вновь разойдёмся и пойдём собственными дорогами, так что мне в любом случае не стоит слишком уж сближаться с этим семейством. Иначе, боюсь, мои наклонности святоши опять могут дать о себе знать, и вот тогда я действительно могу оказаться в крайне затруднительном положении.

Постелив на пол несколько предметов одежды, я уложила на них спящего Сяотиана. Его лицо всё ещё имело мёртвенно-бледный оттенок, а сам он был настолько измождён, что даже наше достаточно громкое знакомство с семейством Чен не смогло прервать его сон. От этого мне было жутко неспокойно на душе, но в то же время и помочь ему чем-либо я была не в силах. Самыми высокоуровневыми кристаллами на данный момент являются кристаллы первого ранга, но для такого могущественной персоны как Ледяной Император даже они являются не более чем орешками к чаю. Абсолютно бесполезными.

Оторвав треть багета, я протянула его тётушке Чен. Та сначала слегка удивилась, но затем с благодарностью приняла предложенный хлеб и тут же, разделив на три равные части, протянула две своему супругу и дочери.

Однако Занг-дашу вместо благодарности с явно недовольным видом покосился на оставшуюся в моих руках буханку.

– Ты один собрался съесть такой огромный кусок хлеба? Подавиться не боишься?

Я нахмурилась. Если бы этот багет не был подарен мне третьей стороной, я бы и вовсе не стала ни с кем делиться. В конце концов, если Даге и остальные уже не здесь, мне придётся вскоре вновь двинуться в погоню за ними. И чем больше еды у меня с собой будет, тем меньше времени мне придётся потратить впустую ради поиска пропитания. Но препираться с этим мужланом сейчас у меня не было ни малейшего желания. Могу сказать лишь одно: через три дня, даже если ты будешь подыхать, лёжа в грязной канаве, мне будет всё равно.

Напившись и наевшись досыта, я улеглась на пол и, чтобы не занимать слишком много места, поджала ноги к груди.

Приобняв Цзянг Сяотиана, я сразу же почувствовала крайне низкую температуру его тела, что лишь ещё больше упрочило моё беспокойство. Однако помочь ему я ничем не могла. Мне оставалось лишь, прижав Сяотиана покрепче к груди, попытаться обогреть его крохотное тельце теплом собственного тела. Но вероятно потому, что я успела хорошенько выспаться в автобусе, сон так и не шёл, а в голове продолжали роиться различные мысли.

Когда снова устремимся в путь, нужно будет уделять внимание не только погоне за Даге. Стоит также внимательно приглядывать и за физическим состоянием Сяотиана. Я не могу позволить ему ещё раз помочь мне с развитием моей способности; вполне очевидно, что это крайне губительно сказывается на его здоровье!

Любопытно, сможет ли исцеление Даге помочь Сяотиану принять прежний вид?

Если нет, начнёт ли Сяотиан сам медленно подрастать? Или же так и останется трёхлетним малышом до тех пор, пока в мире не появятся достаточно мощные кристаллы эволюции?..

В этот момент, дрейфуя на грани между сном и реальностью, я почувствовала, как чьи-то руки внезапно обхватили меня со спины, и я тут же, пылая гневом, обернулась. Если это Занг-дашу пытается ко мне подкатить, я прямо здесь и сейчас сделаю его жену вдовой!

Но вместо омерзительного мужика я обнаружила у себя за спиной маленькую глядящую на меня чистыми невинными глазами девочку.

Я тут же выдохнула и расслабилась. Пожалуй, я мыслю слишком уж негативно. Мир ещё не успел сойти с ума настолько, чтобы супруг стал делать пасы в сторону молодого паренька, когда собственная жена и дочь находятся совсем рядом. Большинство людей по-прежнему ещё были вполне адекватными.

– Что такое? Не можешь уснуть? – поглаживая Бей-бей по головке спросила я.

– Да-геге, я постоянно слышу какие-то странные звуки, – шёпотом произнесла малышка.

– Какого рода звуки? – заинтересовалась я. Быть может, это ещё какая-то необычная способность.

– Их много и они разные, – с явным замешательством пробормотала девочка.

Может, она такая же как Суйинг и способна слышать чужие мысли? Возможно звуки, что она слышит, это размышления находящихся в лагере людей?

– Среди всех звуков, есть один особенный. Он звучит очень страшно, – испуганно пробормотала Бей-бей. – Мамочка говорит, что это мне лишь слышится, но он правда там. Внизу!

Внизу?

– Да-геге, – ещё крепче прижалась ко мне малышка и с тревогой поинтересовалась, – этот звук принадлежит одному из тех страшных монстров, что мы видели раньше, да?

– Не бойся. Здесь полно сильных людей, что защитят тебя.

– Геге, защити Бей-бей!

Бей-бей вцепилась в меня мёртвой хваткой, отказываясь выпускать из своих объятий. Я покосилась на Сяотиана с одной стороны и на Бей-бей с другой, после чего воззрилась наполненным мольбой взглядом на мать девочки, но безуспешно. Женщина уже успела заснуть, и даже не заметила, что её дочь выползла из её объятий и прильнула к кому-то другому.

Мне не оставалось ничего иного, кроме как обнять Сяотиана правой рукой, а Бей-бей левой. И в этот момент, лёжа между двумя детишками, мне в голову пришла неприятная мысль.

Не зря люди говорят, что комплекс святоши неизлечим.

Сноски

1. Дашу : этот суффикс переводится как «старший дядюшка». Такое обращение обычно заслуживают крайне старые и уважаемые члены семьи, однако в данном случае Шую использует его лишь для того, чтобы умышленно прибавить мужчине возраста

Конец эпохи доминирования Том 2 экстра: Дорога домой, часть 2

Конец эпохи доминирования Том 2: Иная столица

Автор оригинального китайского текста: 御我 (Yu Wo)


Экстра: Дорога домой, часть 2 – перевод EliSan; редактура Akili

Цзянг Шутиан очнулся первым.

Рефлекторно поднеся руку к груди, он спешно ощупал себя, убеждаясь, что всё ещё жив, но осознав, насколько глупым по сути является это действие, с кислой улыбкой вновь опустил её на подлокотник. Атаковавшие его этой ночью ужасающие приступы боли были столь невыносимы, что в тот момент он искренне подумал было, что умрёт.

Повернув голову в сторону остальных, он заметил, что недалеко от него рыжеволосая Джени также начала подавать признаки жизни. Немного поёрзав, она начала медленно подымала голову.

– Проснулась? Разбуди остальных. Нужно поскорее вновь двинуться в пу…

Цзянг Шутиан резко замолк. Взгляд поднявшей голову Джени был устремлён на него, однако лицо девушки было покрыто непонятно откуда взявшимися прозрачными рыбьими чешуйками. Более того, рот её был разорван чуть ли не до самых ушей, являя миру ряд острых зубов, а на шее Шутиан приметил несколько дребезжащих прорезей. Рыбьи жабры!

Но, несмотря на все эти донельзя странные детали, в этом облике всё ещё были отчётливо видны черты лица прежней Джени. Продолжая смотреть ей в глаза, Цзянг Шутиан не знал, как ему следует на это реагировать. На секунду он даже забеспокоился о своей собственной внешности. Неужели я тоже…

Однако уже в следующее мгновение он был вынужден резко выхватить пистолет и направить его на рыбоподобную Джени, что внезапно сгруппировалась и напрыгнула на него. С секунду Цзянг Шутиан колебался, но всё же не смог заставить себя выстрелить. Отскочив в сторону, он уже было собрался развернуться, но внезапно нечто длинное ударило его по ногам, едва не подкосив. Бросив быстрый взгляд на пол, он с удивлением обнаружил, что ноги Джени срослись, превратившись в довольно внушительных размеров рыбий хвост.

Имея торс женщины и хвост рыбы, она представляла собой подобие русалки. Вот только эта русалка даже близко не была похожа на тех прекрасных морских дев из сказок и легенд. Её хвост имел неприятный рвотно-зелёный оттенок, словно был покрыт слоем плесени, а из хребта по всей длине торчали острые щипы.

Прицелившись в этот хвост, Цзянг Шутиан сделал несколько выстрелов. В тот же миг Джени повалилась на пол, вопя от боли и трепыхаясь, словно подвешенная за лапы курица. Следующую пулю Цзянг Шутиан собрался всадить ей прямо между глаз. Наведя пистолет на новую цель, он ещё раз глянул в лицо своей бывшей подчинённой, чьи черты теперь были ему в равной степени очень знакомы и абсолютно чужды. Стиснув зубы, он силился, но никак не мог найти в себе силы нажать на курок. Однако в этот момент, прежде чем он всё-таки сумел собраться с духом и пристрелить Джени, откуда-то со стороны прилетел нож и вонзился ей прямо в голову, отчего та в тот же миг обмякла и распласталась на полу микроавтобуса.

– Босс!

Повернув голову на звук голоса, Цзянг Шутиан увидел ошарашено глядящего на тело Джени Сяо Ша.

– Что это ещё за тварь такая? – с явным недоумением выпалил он.

Прошло несколько секунд прежде чем до Цзянг Шутиана наконец дошло, что Сяо Ша со своего ракурса, по всей видимости, плохо видел свою цель из-за мельтешащего перед глазами огромного рыбьего хвоста. Скорей всего, он даже не понял, что перед ним Джени. Со своей точки зрения он увидел лишь, как на его босса набрасывается какой-то неведомый монстр, и лишь по этой причине смог столь хладнокровно атаковать её.

Цзянг Шутиан заколебался, не зная, как ему следует ответить на этот вопрос. Но прежде чем он успел хотя бы рот раскрыть, нечто схватило его за лодыжку. Опустив взгляд, он увидел перед собой раскрытую и уже приготовившуюся оттяпать ему часть ноги пасть Джени.

Бах, бах, бах!

Совершив три последовательных выстрела, Цзянг Щутиан почти полностью размозжил голову той, что прежде была его собственной подчинённой.

И именно в этот момент он наконец-то осознал, какого именно рода апокалипсис обрушился на наш мир: более жестокий и беспощадный, чем кто-либо мог представить.

От шума битвы все остальные также начали потихоньку ворочаться в своих креслах.

Оглядев салон микроавтобуса, Цзянг Шутиан подошёл и приставил дуло своего пистолета к голове ещё одного чудовища, что был покрыт густой шерстью и пасть которого уже во всю сочилась слюной.

Им был Ву Заю, новичок отряда, Овечка Ву. Помнится, он как-то рассказывал, что мечтает когда-нибудь жениться и вместе с возлюбленной завести в доме собаку. Каин не раз после этого подшучивал над ним, что, мол, он хочет серьёзных отношений с девушкой не ради самой девушки, а ради собаки. Но прежде чем он смог воплотить свою мечту в жизнь, этот совсем ещё зелёный новичок сам превратился в собаку.

Спустив курок, Цзянг Шутиан опустил пистолет и лишь тогда осознал, что его прежде твёрдая правая рука, которой до этого момента он всегда хладнокровно и без единого промаха поражал самые разные цели, дрожала.

– Б-босс, они же… – с ужасом пробормотал Сяо Ша взглянув на чешуйчатое лицо. Лишь теперь он осознал, что монстр, которого он атаковал, был прежде его собственным товарищем.

– Мертвы, – ледяным тоном закончил за него Цзянг Шутиан. – Настоящая Джени бы никогда на меня не напала. Эта тварь уже не она.

Сяо Ша молча кивнул, но поколебавшись ещё немного всё же спросил:

– Мы тоже станем такими?

– Нет, – уверенно выпалил в ответ Цзянг Шутиан.

Если бы всем без исключения людям на Земле уготовано было превратиться в монстров, Шую не попросил бы его принести как можно больше оружия, так что чудовищами однозначно станут не все. Однако что является катализатором трансформации, было не ясно. В конце концов, у Джени и Ву Заю не было абсолютно ничего общего.

Как много людей обратилось дома?

Хватит ли у Шую сил справиться с ними?

Чем больше Цзянг Шутиан думал об этом, тем больше впадал в отчаянье. От него даже ускользнула мысль, что и его собственные брат с сестрой тоже уже могли обратиться в монстров.

– Сяо Ша, разбуди остальных. Мы немедленно возвращаемся домой!

Но в конечном итоге это «немедленно» превратилось аж в несколько дней пути. Цзянг Шутиан и помыслить не мог, что чудовищ на улицах будет настолько много, и что все они будут совершенно разными с отличающимися друг от друга способностями и повадками, из-за чего предугадать их движения или же действия было фактически невозможно. Более того, большинство из них оказались куда более грозными противниками, чем Джени, что, по сути, представляла собой выброшенную на землю рыбёшку.

Самым эффективным оружием против этих чудовищ оказались пистолеты и автоматы, однако звук даже всего одного выстрела тут же привлекал внимание сотен, а то и тысяч монстров. В результате наёмникам не оставалось ничего иного, кроме как шнырять и перебегать с места на место, убивая возникающих у них на пути чудовищ лишь с помощью ножей.

Даже одной мимолётной потери концентрации хватило, чтобы Зен Ксинг получил рану от укуса.

Лица всех в отряде были мрачнее тёмной тучи. В первый же день апокалипсиса, ещё даже не успев понять что к чему, они потеряли Джени и Ву Заю. Неужели теперь им предстоит потерять ещё и Зен Ксинга?

– Убейте меня, – тяжело вздохнув, попросил Зен Ксинг. – Позвольте мне умереть человеком.

Все члены отряда смотрели на него с покрасневшими от слёз глазами. И когда Каин уже было поднял свой пистолет, намереваясь собственной рукой упокоить своего товарища, раздался резкий голос босса:

– Остановись! – выпалил он, после чего продолжил уже более спокойным голосом. – Просто вколите ему дозу антибиотика. Если бы всего одного укуса было достаточно для обращения нас в чудовищ, Шую не попросил бы меня принести с собой антибиотики.

Услышав эти слова, наёмники, за плечами каждого из которых было немало ожесточённых сражений, едва не расплакались от счастья. Ну а на следующий день, убедившись, что Зен Ксинг действительно по-прежнему выглядит как человек, ест как человек, разговаривает как человек и не пытается при этом никого из них укусить, наёмники и в самом деле разрыдались в голос.

 

 

– Босс?

И вот спустя несколько дней крайне тяжёлого и рискованного путешествия Цзянг Шутиан наконец-то добрался до родного дома, однако выйти из автомобиля и открыть входную дверь у него не хватало духу. Именно так, человек, что стал наёмником, не успев достигнуть даже двадцатилетнего возраста, в этот самый момент был переполнен страхом и не мог заставить себя сдвинуться с места.

Тем не менее, его семья всё ещё внутри и ждёт, когда он придёт и спасёт их, а малейшее промедление может решить выживут ли они или же погибнут. Сейчас у Цзянг Шутиана не было права раскисать. Решительно отворив дверь, он вышел на улицу и тут же вперёд остальных бросился к порогу родного дома.

И стоило ему отворить входную дверь, как кровь в его жилах тот час же застыла в ужасе от увиденного.

Внутри его ждал сплошной хаос. Вся мебель в гостиной была разбросана, а на полу то тут, то там виднелись тёмно-бардовые пятна запёкшейся крови.

От этого зрелища Цзянг Шутиан в тот же миг едва не лишился рассудка.

– Шую! – вихрем промчавшись через лежащую в руинах гостиную, он влетел на кухню. Перед входом в неё валялась целая куча каких-то непонятных вещей, но вот людей он так и не обнаружил.

– Шуюн! – В коридоре также были видны следы крови. Но по чьей именно крови я сейчас иду?

– Где вы? Отзовитесь!

– Босс, там… – прокричала Тсенг Юнкиан, перевесившись через перила второго этажа. Но вот что именно «там» она вымолвить так и не смогла.

Цзянг Шутиан тут же метнулся к лестнице, однако едва ступив на второй этаж буквально прирос к полу от ужаса. Весь пол и стены напротив комнаты Шую были окрашены в густой алый цвет с белесыми и желтоватыми вкраплениями, а в воздухе витал мерзкий запах гниения.

Ему было страшно сделать шаг вперёд, страшно войти в комнату Шую, страшно даже подумать о том, что он может там увидеть…

Остальные члены его отряда замерли у него за спиной, не смея произнести ни слова.

Даге––

Внезапно все как один вздрогнули от неожиданности. Несмотря на то, что зов этот был очень тихим и слабым, никто из них не сомневался, что это был человеческий голос.

Цзянг Шутиан рыкнул, выбрасывая из головы весь рой удушающих тревожных мыслей, и тот час же, перепрыгнув через перила, спрыгнул на первый этаж. Пробежав по коридору, он заглянул в комнату медсестры1, но там никого не оказалось. Развернувшись, он уперся взглядом в закрытую дверь в комнату Лин-бо. Не в силах более выдержать эту медленную пытку, Цзянг Шутиан без промедления выбил дверь мощным ударом ноги. И там он обнаружил лежащую на кровати фигуру.

Подбежав к изголовью, он опустил взгляд на распластанное тело и в тот же миг едва не лишился последних крох собственного рассудка. Находящееся перед ним лицо более не было лицом человека.

Тем не менее, во взгляде всё же читался человеческий разум.

На этот раз Цзянг Шутиан осмотрел фигуру более внимательно. Перед ним определённо лежал его собственный младший брат, однако тело его было столь истощено, что более не походило на тело нормального человека. Протянув вперёд руку, он одними лишь кончиками пальцев очертил лицо своего брата, из страха, что тот может рассыпаться от любого неловкого прикосновения. Под пальцами он не ощутил ни грамма плоти, лишь кожу да кости. И это мой ди-ди, красоте которого уже с самого детства не было равных?

– Шую…

В этот момент Цзянг Шутиан заметил, что губы его брата шевелятся в попытке что-то произнести, но слов его расслышать у него не получалось. Он тут же наклонился вперёд и приготовился слушать.

– Что?

– Под-вал… Юн-юн…

Впоследствии Цзянг Шутиан так и не смог вспомнить, что именно он ответил брату в тот момент. Его сердце было в равной степени переполнено болью и гордостью. Шую и в самом деле защитил их семью. Уже с самого начала он отчаяннее всех других не щадя себя сражался, защищая своих родных. А чем в это время был занят старший брат? Что он сделал для семьи?!

И пока Шутиан пребывал в своих мыслях, лежащий на кровати человек облегчённо выдохнул и медленно сомкнул свои глаза.

– Шую! – обеспокоенно воскликнул Цзянг Шутиан.

Глаза Шую вновь слегка приоткрылись, словно отвечая на зов, но взгляд этих глаз был расфокусирован.

– Быстрее несите сюда антибиотики! Сейчас же! Шую, проснись, ты ни в коем случае не должен сейчас засыпать! Шую––

Влетевший на всех парах в комнату Зен Ксинг оттолкнул босса от лежащего на кровати тела. Чрезвычайно тяжёлое состояние Шую его тоже немало поразило, однако задерживаться он не стал и тут же принялся оказывать пареньку соответствующую медицинскую помощь.

Цзянг Шутиан же так и остался безвольно стоять в стороне. Он знал, что его сестра находится в подвале и что её состояние по-прежнему остаётся под вопросом, но помимо этого он знал и то, что, покуда Шую жив и дышит, он ни за что бы не позволил Шуюн пострадать.

И вскоре, как и ожидалось, в комнату влетела Шуюн. Лишь тогда Цзянг Шутиан смог вновь взять себя в руки и, крепко обняв свою сестру, силой заставил её выйти за дверь. Покидая комнату, он даже захлопнул за собой дверь, чтобы не позволить ей снова войти внутрь.

– Что ты делаешь, Даге? – истеричным голосом завопила Шуюн. – Я хочу увидеть Эрге! Эрге!

Однако выпускать её из своей хватки Цзянг Шутиан не собирался. Если Шуюн увидит нынешнее состояние Шую и то, как его прямо сейчас буквального с того света вытаскивают, она просто свихнётся прямо здесь и сейчас.

Не в силах высвободиться из объятий своего Даге, Цзянг Шуюн развернулась и принялась что есть мочи колотить кулаками по его груди.

– Где ты был, Даге? Почему вернулся домой лишь сейчас? Ты даже представить себе не можешь, через что пришлось пройти Эрге! Он на ногах-то едва мог устоять, но всё равно взял в руки биту, чтобы защитить нас. Даже сам ходил на разведку к подвалу. Лин-бо схватил его со спины и…

И так, продолжая обнимать свою сестру, Цзянг Шутиан принялся слушать разрозненный рассказ о том, что произошло с его братом в последние несколько дней, чувствуя себя при этом настоящей мразью. В его распоряжении было немало огнестрельного оружия, и всё же он потратил столько дней на возращение домой. А в это время его ди-ди, будучи в далеко не самой лучшей физической форме, спас всю семью всего лишь одной единственной бейсбольной битой!

– Даге, я… – в глазах Шуюн отражалась настоящая агония, а дыхание с каждой секундой всё больше и больше учащалось в порыве истерики. – Я оставила Эрге снаружи. Он велел мне не открывать дверь. Д-дядя и тётя были позади, поэтому я не решалась её открыть. Но… тем самым я ведь убила Эрге, не так ли? Я убила Эрге!!!

Слушая её крики, сердце Цзянг Шутиана невольно разрывалось от боли. Паника Шуюн была столь сильна, что она стала фактически невменяемой. Он не до конца понял причину её терзаний, но прекрасно знал, насколько привязана была Шуюн к Шую. Если то, что она сказала, правда, то, выходит, она самолично захлопнула дверь подвала, оставив Шую снаружи. Если всё так, через какие же душевные терзания и мучения пришлось пройти его сестре в ходе этих нескольких дней? Теперь же весь накопившийся стресс разом выплеснулся наружу, ввергнув её в истерику.

Придавив собственное чувство вины, Цзянг Шутиан с размаху влепил сестре пощёчину.

– Глупости не говори. Твой Эрге по-прежнему жив. Так кого ты там убила?

Шуюн резко застыла. Словно и не ощущая саднящей боли в ушибленной щеке, она посмотрела Даге прямо в глаза и словно в трансе переспросила:

– Эрге жив?

– Разумеется, жив. Или ты забыла, что он всегда имел репутацию здорового, словно бык, ребёнка, который не заболевает ни при каких обстоятельствах?

Тем не менее, образ лежащего на кровати донельзя исхудавшего Шую упорно не выходил из головы Цзянг Шутиана. Этими словами он не столько сестру пытался успокоить, сколько убедить самого себя.

– Угу! – отозвалась Цзянг Шуюн и, смахнув льющиеся из глаз слёзы, улыбнулась. – Я так рада, что Эрге в порядке. Так рада, что Даге вернулся. Теперь, когда вы оба дома, с нашей семьёй всё непременно будет в порядке.

Цзянг Шутиан ещё крепче обнял свою сестру. Он тоже искренне надеялся на это. Нет, молил об этом всех мыслимых и немыслимых богов.

Шую, я вернулся домой. Так что и ты поскорее возвращайся к нам.

[Дорога домой, конец]

Сноски

1. Комнату медсестры : в оригинале тут была упомянута комната Шуюн, однако в 1 томе новеллы чёрным по белому было написано, что комната Шуюн находится на втором этаже рядом с комнатой Шую. В общем, я решила, что это описка