Конец эпохи доминирования Том 3 экстра: Замороженное сердце

Конец эпохи доминирования Том 3: Скованное льдом благородство и величие

Автор оригинального китайского текста: 御我 (Yu Wo)


Экстра: Замороженное сердце – перевод EliSan; редактура Akili

– Босс, ещё немного и мы будем на месте.

Оглянулась назад Лилия, открывая взору уродливый, похожий на гигантскую многоножку шрам, что тянулся поперёк всего её прежде привлекательного лица; зрелище воистину достойное сожаления.

– Вы все остаётесь здесь, – равнодушным голосом произнёс Цзянг Шутиан. – Я пойду один.

Услышав его слова, Лилия сразу же ощутила в душе лёгкую тревогу. Все последние несколько лет, Цзянг Шутиан из раза в раз без колебания рисковал всем, лишь бы только вернуться к семье Цзянг. С утраты Сяо Ша прошло не так много времени, да и во всём отряде в целом осталось совсем немного людей. Из оставшихся никто даже до уровня старшины не дотягивал.

Можно даже сказать, что весь отряд наёмников был полностью вырезан ради одной лишь цели вернуться сюда. Если бы тогда, в самом начале, они избрали остаться там, где их впервые настиг туман, их ситуация сегодня абсолютно точно не была бы столь плачевной.

Учитывая положение дел, разве ж может Цзянг Шутиан принять своё полное поражение? Но в действительности глубоко в душе все в отряде прекрасно знали, что это самое поражение уже не за горами. Просто сам Цзянг Шутиан с самого начала отчаянно отказывался смотреть правде в глаза.

– Позвольте мне пойти с вами.

– Нет, я должен пойти один, – холодно отчеканил Цзянг Шутиан. – Возражения не принимаются.

Лилия нехотя закрыла рот, прекрасно понимая, что никакие дальнейшие попытки его переубедить тоже не возымеют эффекта. С того самого рокового дня наступления апокалипсиса семья Цзянг стала больной темой для босса. Никто не имел права её касаться.

Лилия опасалась лишь того, что как только её боссу откроется горькая правда, эта его болевая точка может внезапно выйти из-под контроля. К каким ужасающим последствиям это может привести?

В отряде почти не осталось людей. Если они потеряют ещё и босса, Лилия даже представить не может, куда ей в таком случае податься. Разумеется, с её силой она может пойти куда угодно, но ни одно место более не будет для неё значить ровным счётом ничего. Во всём мире есть лишь одно место, к которому она испытывает глубокую привязанность – ОПЦ. Если отряда не станет, ей негде будет более набраться смелости двигаться дальше.

В мире, подобном этому, конечная цель странствия не имеет значения. Куда важнее: есть или нет рядом те, кто пройдёт этот путь вместе с тобой.

– Босс, – с болью обратилась к Шутиану Лилия и взмолилась, – я прошу вас лишь об одном: не забывайте, что все мы прошли этот путь вместе с вами, не жалея даже собственных жизней лишь ради того, чтобы довести вас до дома! Прошу, помните, что я всё ещё здесь, с вами.

Цзянг Шутиан взглянул на девушку. На миг его губы дёрнулись, словно желая что-то сказать, но в итоге он сохранил молчание, так и не дав ей ни единого обещания.

Повернувшись к нему спиной, Лилия продолжила холодным твёрдым голосом, хоть по щекам её уже и текли слёзы:

– Мы всё ещё не расквитались с тем иным за смерть Сяо Ша. Как на лидере группы, на вас лежит ответственность за его месть. Даже если вы в итоге умрёте от рук Тринадцатого, месть должна свершиться!

– Да, – наконец-то раздался ответ из-за спины.

Лилия сражу же почувствовала облегчение и смахнула с лица слёзы. Теперь она по крайней мере была уверена в том, что босс, несомненно, вернётся. Ну а над проблемой, что её босс может специально попытаться снискать смерть от рук Тринадцатого, она подумает позднее.

Когда же Лилия снова оглянулась в сторону мужчины, его силуэт уже едва виднелся вдалеке. На фоне заходящего солнца проложенная им в небе ледяная тропа отсвечивала алым. Зрелище было прекрасным, однако в глазах Лилии оно представлялось лишь дурным предзнаменованием, цветом крови. Каким бы красивым оно ни было, оно могло нести лишь неудачу.

 

 

Продвигаясь вперёд, Цзянг Шутиан не особо спешил. Нынешние его способности были таковы, что его максимальная возможная скорость выходила далеко за рамки воображения обычных сторонних обывателей. Свои истинные возможности он раскрывал крайне редко просто потому, что в большинстве случаев в этом не было никакой необходимости.

В последнее время, благодаря наладившейся коммуникации, в мире появились своего рода титулы «Двенадцати мировых элит». Если бы связь не восстановилась, как бы люди узнали, что происходит на других континентах? Что уж там говорить о создании подобного рейтинга элит.

Из числа людей в нём числились Ледяной Император Цзянг Шутиан, Бог Грома Джин Зан и Огненный Король Деберт.

Бог Грома Джин Зан жил неподалёку. Цзянг Шутиан был знаком с Джин Заном. Хоть близкими друзьями они и не были, да и последняя их встреча случилась очень давно, у Цзянг Шутиана не было никакого намерения его сейчас навещать. Куда важнее то, что его собственный дом уже совсем близко. Все прочие дела и взаимосвязи могут и подождать.

Глубоко внутри все люди в мире надеются на то, что трое человеческих элит объединятся. В конце концов, по силе иные намного превосходят людей, и так уж получилось, что именно люди являются наиболее излюбленным блюдом их рациона.

Однако Цзянг Шутиан знал, что подобному союзу не бывать никогда. Джин Зан ведь как-никак является молодым господином мафии. Ждать того, что он станет послушно прислушиваться к мнениям других, не приходится. Деберт же напротив является военным и публичным лицом своего государства. Тамошнее правительство целиком и полностью полагается на силу Деберта и его подчинённых, с огромным трудом сводя концы с концами. Уже в тот факт, что Деберт по-прежнему подчиняется приказам сверху, довольно непросто поверить. Ну и потом, станет ли правительство и армия подчиняться приказам кого-то со стороны? Тоже сомнительно.

Из всех трёх, группировка Цзянг Шутиана наиболее слабая. У него ведь даже базы своей нет, тем не менее Цзянг Шутиан их нисколько не боится. Джин Зан и Деберт ведь до сих пор даже в седьмой ранг не пробились, в то время как он сам уже давно достиг восьмого.

Прорубание себе потом и кровью пути домой – вот что на деле оказалось самым эффективным методом тренировки. От этой мысли Цзянг Шутиан не сдержался и сухо усмехнулся. Как бы ему ни хотелось, но он вынужден признать, что боль и страдания действительно являются крайне благотворной почвой для стремительного увеличения сил.

Но, как бы медленно он ни продвигался вперёд, до своего пункта назначения ему всё равно рано или поздно добраться суждено. Ещё будучи на приличном расстоянии, Цзянг Шутиан безошибочно узнал район, где находится его дом. Как бы основательно он ни был разрушен за прошедшие годы, Цзянг Шутиан всё равно моментально его признал.

Опустившись на землю со своей ледяной тропы, он начал медленно, шаг за шагом, идти по мостовой. Он пытался идти как можно медленнее, но ноги сами собой несли его вперёд всё быстрее и быстрее. Минуя одну за другой смутно знакомые и в тоже время чужие улицы, Цзянг Шутиан обнаружил, что память его за прошедшие годы всё же немного притупилась. И вот наконец-то знакомый придорожный знак. Он помнит: ещё два шага вперёд, поворот налево и будет виден дом…

В тот же миг его взору предстал огромный чёрный иной. Как бы сильно Цзянг Шутиан не желал отвергнуть увиденное, он не мог. Тот иной стоял прямо поверх его собственного дома.

Цзянг Шутиан медленно двинулся вперёд. Нет, ещё слишком рано. Он не может позволить себе расклеиться и потерять надежду сейчас. Шансы на то, что Шую и Шуюн все эти годы оставались на прежнем месте в ожидании его возвращения, с самого начала были ничтожно малы. Они вполне могли уже давно куда-нибудь перебраться. Домой он идёт лишь в надежде отыскать зацепки их возможного нынешнего местопребывания.

Однако всё это время он упорно продолжал подсознательно игнорировать один очевидный факт. Ледяной Император Цзянг Шутиан – это имя уже давно успело разлететься по всем уголкам планеты. Если бы они по-прежнему были живы, почему сами тогда не пришли к своему Даге?

Цзянг Шутиан шагнул вперёд чтобы получше рассмотреть этого иного. Будучи обладателем восьмого ранга, он способен незаметно приблизиться к чему угодно.

Этот иной был на удивление человекоподобным. Верхняя половина его тела была человеческой, за исключением локонов его длинных чёрных волос, что напоминали змей – прям как у Медузы Горгоны. На теле же его виднелись красные похожие на вены полосы. Среди них особенно сильно выделялись две вертикальные красные полосы под его газами, словно два ручейка кровавых слёз. Нижняя же часть его тела, однако, представляла собой огромный ком грязи.

Своей нижней половиной этот иной зиждился на вершине полуразрушенного дома. Он с упоением взирал на заходящее солнце, словно был заворожен этим кроваво-красным сиянием.

Остановившись, Цзянг Шутиан довольно долгое время молча смотрел на иного. Он не хотел двигаться. Всем своим существом не желал к нему приближаться…

Если бы только он не выглядел настолько похожим. Если бы только разница в их внешнем облике была велика настолько, чтобы сделать его окончательно неузнаваемым. Тогда Цзянг Шутиан смог бы сохранить хотя бы толику надежды. Смог бы продолжить искать невозможное.

Но небеса отказались даровать ему даже подобное снисхождение!

– Шую?

Услышав оклик, иной вздрогнул и резко обернулся. Однако увидев, что за спиной у него стоит всего лишь на всего жалкий человечишка, моментально расслабился. Он решил, что это существо, должно быть, слишком мало и слабо, потому-то он его и не заметил.

– Шую, я… я твой Даге. Ты всё ещё помнишь?

До Цзянг Шутиана как-то раз дошёл слух о том, что у некоторых иных сохранилось их прежнее человеческое самосознание. В тот раз, услышав эти россказни, он просто отмахнулся от них, посчитав бредом, но теперь Цзянг Шутиан был готов ухватиться даже за эту соломинку. В этот момент он был готов поверить в любую чушь.

– Ай-я-я. Так до сих пор есть те, до кого ещё не допёрло, да? – усмехнулся иной. – Я не один из вас. И тебе это должно быть прекрасно известно. Разве вы, людишки, уже не разобрались с этим? «Мы» цепляемся к останкам мёртвых людей. Поглотив все оставшиеся в них питательные вещества, «мы» затем становимся иными. Для «нас» люди не более чем питательная почва для того, чтобы пустить корни. Мы даже можем потом вас пожирать, чтобы и дальше эволюционировать. Я искренне признателен вам за подобную самоотверженную жертву.

Возникшая было в сознании Цзянг Шутиана мимолётная иллюзия после этих жестоких слов моментально рассыпалась. Казалось, он вот-вот сойдёт с ума. Он знал. Знал с самого начала лучше, чем кто бы то ни было. Шую уже давно погиб, умер с пришествием чёрного тумана… нет, возможно, даже раньше. Вполне вероятно, он погиб ещё когда ему на голову упала облицовочная панель здания.

Этот иной захватил тело Шую и даже присвоил себе его лицо. И всё же, он не был его драгоценным ди-ди, не был Цзянг Шую!

Его семьи уже нет в живых. Все его наёмники это прекрасно понимали. Один лишь Цзянг Шутиан отказывался это признавать, пожертвовав всем, чтобы вернуться домой.

Как же сильно он надеялся, что Шую не погиб. Даже находясь в глубокой коме, он, возможно, смог пережить час суда. После этого он мог бы даже очнуться.

Вот насколько сильным и оптимистичным мальчишкой был Шую. Ему необходимо было лишь очнуться и тогда он непременно смог бы защитить Шуюн, дядю и тётю. Шую несомненно смог бы продержаться до моего возвращения.

Но всё это не более чем пустые грёзы.

Такой вещи как «чудо» не существует.

Ди-ди, мей-мей, дядя, тётя – все они мертвы ещё с самого начала апокалипсиса. Он же за эти годы в своём стремлении вернуться назад, чтобы разыскать свою семью, одного за другим продолжал терять членов своего отряда: Каина, Зен Ксинга, Тсенг Юнкиан, Сяо Ша… осталась одна лишь Лилия.

И ради чего в итоге были все эти жертвы?

Цзянг Шутиан поднял глаза к небу и тяжело вздохнул. В тот же миг из его тела вырвалась холодящая душу ледяная аура.

– Ты, ты… – взвизгнул иной. – Только не говори, что ты и есть Ледяной Император Цзянг Шутиан? Невозможно! Даже если ты и есть тот самый Ледяной Император, ты не можешь быть настолько силён. Я же почти достиг седьмого ранга. Я же так близок.

– И останешься лишь «близок» на веки вечные, – холодно объявил Цзянг Шутиан.

И сразу за словами Ледяного Императора последовал его удар. Этот иной и впрямь не был слаб. Как тот и сказал, он был на грани перехода в седьмой ранг. Кто бы мог подумать, что прямо под боком у Бога Грома Джин Зана проживает столь сильный иной да ещё и умудрился остаться незамеченным? С течением времени он мог бы стать ещё одним Тринадцатым.

Что и следовало ожидать от иного, сформировавшегося из тела Шую. Он и в самом деле был сильнее большинства других иных.

Цзянг Шутиан осознал, что его ход мыслей был ненормальным. Он не хотел убивать этого иного. Не желал так легко бросать попытки залечить эту столь давно зияющую в его душе рану. Он опасался, что тогда не сможет найти в себе силы двигаться дальше – даже стремление отомстить за Сяо Ша не сможет стать для него достаточным стимулом.

Как долго длился их бой, Цзянг Шутиан толком и не уловил. Он знал лишь то, что под конец битвы, в то время как сам он ещё мог продолжить сражаться, иной уже полностью утратил все свои силы. В ходе битвы он множество раз пытался сбежать, но куда там! Огромный ком грязи, коим являлась нижняя часть его тела, Ледяной Император уже давно заморозил, крепко-накрепко пригвоздив его к месту.

Цзянг Шутиан приблизился к иному. Их фигуры различались столь же сильно, как небо и земля. Иной был поистине огромен, размером с целый дом. Цзянг Шутиану пришлось встать на его ногу и запрокинуть голову чтобы взглянуть в эти знакомые и в тоже время чуждые черты лица.

– Не убивай меня! – взмолился иной. Однако затем, словно внезапно что-то сообразив, спешно выкрикнул. – Ге-ге. Ты же мой ге-ге, да? Теперь я вспомнил. Ге-ге, не убивай меня!

– Зови меня Даге. Вы с Шуюн предпочитаете звать меня Даге.

– Даге! – незамедлительно воскликнул он, охотно следуя данному ему совету.

На лице Цзянг Шутиана появилась едва уловимая улыбка. Взойдя вверх по сотворённым им самим ледяным ступеням, он застыл лицом к лицу с иным и нежно провёл ладонью по его невообразимо прекрасному лицу. Его ди-ди всегда отличался настолько привлекательной внешностью, что даже Шуюн жаловалась, что после стольких-то лет любования своим Эрге, она, право, не знает, какой-такой божественной красотой должен будет обладать её будущий муж, чтобы удовлетворить её взор.

И он не утратил своей привлекательности, даже обратившись в иного, хэх.

Иной же, видя реакцию мужчины, внутренне облегчённо выдохнул. Похоже, жизнь его сегодня всё же не оборвётся и, возможно даже, он обрёл себе союзника?

Подумав так, его тут же охватило волнение. Пусть он и был избит в пух и прах и на полное восстановление уйдёт уйма времени, если в обмен на это он заполучит стоящего перед ним человека себе в союзники, то это его победа!

– Шую, ответь Даге лишь на один вопрос.

– Конечно! – иной изо всех сил старался выглядеть безобидным и невинным, но при этом совершенно не осознавал, насколько в действительности лживо выглядело его лицо, порождая крайне странный и нелепый образ.

Цзянг Шутиан вновь нежно улыбнулся и едва слышно спросил:

– Это ты съел Шуюн?

Услышав вопрос, иной тотчас же застыл. Он вот уже много лет питается людьми. Откуда ему знать, кого именно он сожрал, не говоря уже о том, чтобы помнить имена своей еды?

В этот момент Цзянг Шутиан внезапно с силой отвесил себе пощёчину.

– Да что я вообще несу! – забормотал он. – Шую никогда не причинил бы боль Шуюн. Хоть он и любит подшучивать и задирать свою мей-мей, он никогда даже руки на неё не поднимет! Иной, никакой ты не Шую!

Иной сразу же почувствовал, что дела плохи, и незамедлительно принял решение бросить свою нижнюю половину тела и бежать. Однако ему было невдомёк, что на деле он является наконечником летящей стрелы, что вот-вот достигнет своей финальной точки; разве ж по силам ему было удрать из цепких рук самого Ледяного Императора?

Уничтожить это прекрасное лицо, ибо иной не вправе носить лицо Шую. Уничтожить эту грудную клетку, ибо иной не вправе обладать сердцем Шую. Уничтожить к чертям всё вокруг, ибо дома моего больше не существует, а раз так, то быть на этом месте кладбищу в упокой всем умершим здесь.

Его сердце сковал лёд.

В тот же миг Цзянг Шутиан осознал, что его сила вновь выросла. До этого он и так уже являлся непревзойдённой элитой восьмого ранга, что без труда мог позволить себе смотреть на весь мир сверху вниз. А теперь неужто я достиг девятого ранга? Хотя, думаю, никто в любом случае не сможет этого подтвердить, ведь ни одно живое существо ещё не достигало подобного уровня силы.

Но какой в этом теперь смысл?

Весь его мир был уничтожен уже очень давно. И лишь теперь он это осознал в полной мере.

Словно ледяная скульптура, он остался стоять на прежнем месте без движения, пока не явилась Лилия, чтобы забрать его. После чего он упал на колени и проплакал всю ночь. Позднее он вернулся с ней назад и основал собственную базу, расширив зону влияния ОПЦ. Одного лишь имени «Ледяной Император» было более чем достаточно, чтобы люди устремились к нему пачками.

До того самого дня, как тот насекомоподобный парень1 не упомянул возможность перемещения во времени и возвращения в прошлое, вдохнув в обледеневшее сердце Цзянг Шутиана новую жизнь…

[Замороженное сердце, конец]

Сноски

1. Парень : тут не совсем понятно, иной подразумевается или человек. Скорей всего иной

Конец эпохи доминирования Том 3 глава 10: Возвращение домой

Конец эпохи доминирования Том 3: Скованное льдом благородство и величие

Автор оригинального китайского текста: 御我 (Yu Wo)


Глава №10: Возвращение домой – перевод EliSan; редактура Akili

Стоя посреди опустошённого заснеженного ледяного пейзажа, я внезапно подумала, что и весь остальной мир, возможно, тоже теперь стал таким же пустым, что помимо меня в мире не осталось больше ни одного живого существа. На секунду эта мысль вызвала во мне волну паники, однако уже в следующее мгновение со стороны донёсся едва уловимый хруст. Резко обернувшись, я сразу же заприметила источник этого звука. Не считая меня, на этой белоснежной поляне был ещё кое кто. Из-за огромного и крайне примечательного на белом фоне хвоста его было попросту невозможно не заметить.

Тринадцатый был повёрнут ко мне спиной, словно планировал бежать. Пусть я и получила серьёзные раны, не может быть, чтобы его увечья были легче моих, не говоря уже о том, что он ко всему прочему ещё и крайне чувствителен к холоду!

Я недобро усмехнулась. Игнорируя собственные раны, я перехватила покрепче свои кинжал и ледяное копьё, сформировала ледяные лезвия у себя под ступнями и упорно заскользила вслед за ним. Заметив моё приближение, Тринадцатый попытался было удрать, но куда ему до моей скорости.

Догнав его в мгновение ока, я, недолго думая, замахнулась на него ногой. И хоть тот и смог уклониться от удара, в результате резкого движения его ноги не смогли устоять на скользкой поверхности, и он снова рухнул наземь. И падение его выдалось жёстким; он с размаху шмякнулся мордой прямо в промороженную землю. По какой-то причине Тринадцатый не выставил вперёд руки. Уткнувшись носом в землю, он выглядел довольно комично.

Усмехнувшись, я занесла над ним ледяное копьё, и когда уже собралась было вонзить его Тринадцатому в спину дабы раз и навсегда разделаться с этим ходячим бедствием, меня неожиданно насторожила эта его довольно необычная поза. Выглядело так, словно он крепко прижимает что-то к своей груди.

Он что-то скрывает? Планирует неожиданно атаковать меня чем-то? Я на мгновение заколебалась хоть и понимала, что моё беспокойство, вероятнее всего, беспочвенно. Предыдущие поступки Тринадцатого, конечно, ясно продемонстрировали, насколько он умнее любого другого иного, однако не до такой степени, чтобы строить подковровые планы.

Более того, у меня сложилось впечатление, что этот парень и вовсе не приемлет подобные низменные стратегии.

– Перевернись, – приказала я.

Тринадцатый сразу же подчинился. Должно быть, его раны и впрямь очень серьёзны, раз он настолько послушно себя ведёт. Похоже, что даже на последнее сопротивление сил у него уже не осталось. И как только он повернулся, моему взору предстало маленькое детское тельце – Бей-бей.

Я была ошеломлена увиденным и потянулась было к девочке рукой, желая забрать её из объятий иного, однако Бей-бей лишь ещё крепче обняла Тринадцатого за шею. Она выглядела очень к нему привязанной. На меня же она напротив взирала переполненными ужасом глазами.

Маленькая девочка дрожала. Изначально я было подумала, что она дрожит от страха, но тут Тринадцатый натянул края своего лабораторного халата на маленькое тельце, пытаясь хоть как-то укрыть малышку. Лишь тогда до меня наконец-то дошло. Вокруг нас сейчас лишь заснеженные обледенелые просторы. Если бы Тринадцатый всё это время не держал девочку на руках, Бей-бей, вероятно, уже давно бы на смерть замёрзла.

Мы с Ледяным Императором едва не убили малышку, в то время как Тринадцатый всю дорогу защищал её. Что за смехотворная ситуация? Почему я внезапно чувствую себя злодейкой? Это настолько нелепо, что мне смеяться хочется.

– Ты хотеть убить меня? – спросил Тринадцатый, с явным ужасом покосившись на копьё.

Вот уж действительно отменный вопрос. В принципе, мне и в самом деле стоит побыстрее убить его и отобрать девочку назад. Затем я сразу же отправлюсь на восток и разыщу там Даге и сяо-мей. Ну а потом начну наращивать боевой потенциал нашего поселения Цзянг, стану сильнейшим элитным воином во главе мощнейшего отряда и, наконец, убью каждого до последнего ублюдка из ИЦМО. В этом постапокалиптичном мире мне не будет равных… И почему всё это звучит как былые амбиции Ксиа Зенгу?

– Цзянг Шую?

Я взглянула на Тринадцатого. Подумать только, он и в самом деле запомнил моё имя.

– Тринадцатый, ты ненавидишь людей?

Тринадцатый поднял на меня свой взгляд. На секунду мне показалось, что он вот-вот ответит «да», но тут Бей-бей неожиданно подняла голову и заглянула ему в глаза. Иной сразу же застыл и спустя нескольких секунд молча прижал маленькую девочку ещё немного крепче к своей груди. Выглядело так, словно он успокаивает её. Если не обращать внимание на внешние видоизменения Тринадцатого, эти двое выглядят точь-в-точь как отец и дочь.

– Ты ненавидишь ИЦМО? – задав этот вопрос, я заметила озадаченный вопросительный взгляд Тринадцатого и сразу же выкрикнула вдогонку. – Ты ненавидишь тех людей, что запихнули тебя в стеклянный цилиндр?

Стоило этим словам слететь с моих губ, как выражение лица Тринадцатого тотчас же исказила гримаса ненависти. Очень хорошо, неприязнь к ИЦМО похоже уже глубоко засела в его душе, просто до этого момента он не знал самого названия «ИЦМО». Что ж, с этим проблем нет. Я только что назвала его, так что Тринадцатый запомнит.

– Поклянись! Поклянись, что отныне и впредь, встретив любого члена ИЦМО, ты сразу же убьёшь всех и каждого из них без раздумий! Тогда я позволю тебе уйти!

На что Тринадцатый покачал головой.

– Мочь требовать что-либо другое. Я уже планировать их убивать.

– Мне больше нечего от тебя требовать.

Не могу же я попросить его не есть людей. Это всё равно, что сказать человеку перестать питаться! Даже если он поклянётся, можно ли будет верить подобной клятве?

– Я клянусь, – с серьёзным видом произнёс Тринадцатый. – Если встретить людей ИЦМО, убивать их немедля.

Я закрыла глаза, с огромным трудом стараясь подавить в себе голос разума.

– Иди! Прочь с моих глаз, пока я не передумал!

Тринадцатый не стал колебаться. Крепко держа на своих руках Бей-бей, он развернулся и заковылял прочь.

Я же осталась стоять на прежнем месте. Если бы малышка позвала меня или хотя бы раз оглянулась, я бы без раздумий отобрала её назад. Но никаких сигналов SOS со стороны маленькой девочки так и не последовало.

Лишь когда их силуэты окончательно скрылись из виду я присела на корточки, схватилась за голову и позволила вновь возобладать своему разуму.

Десятки тысяч жизней, Сяо Ша иного мира… Ледяной Император страстно желал отомстить за Сяо Ша… а я взяла и просто позволила Тринадцатому уйти! Как я могла? Я даже дала ему забрать Бей-бей. А как же тётушка Чен?

Но поведение Тринадцатого уж очень необычное. На данный момент в нём нет ненависти к людям как к виду. Я это чувствую. Кроме того, с его-то силой да ещё и имея Асуру и Мамашу под рукой, обычные люди ему не соперники. У него попросту нет причины ненавидеть людей. Кому взбредёт в голову испытывать ненависть к лежащим на тарелке овощам?

К тому же, учитывая ту недавнюю стычку с Ву Яоджином и бойцами ИЦМО, что он за собой привёл, я могу смело предположить, что, если бы не моё и Ледяного Императора вмешательство, Тринадцатый был бы, скорей всего, вновь пойман сегодня людьми ИЦМО. И уж в это-то раз он, несомненно, стал бы их основным образцом для исследований. После чего, через какое-то время он вновь бежал бы.

Но к тому моменту в сердце Тринадцатого уже поселилась бы неутолимая лютая ненависть к всему роду людскому. И рассчитывать на то, что он будет разбираться, кто из людишек является частью ИЦМО а кто нет, не приходится. Он просто стал бы вырезал всех без разбору, как это было в ином мире.

Но теперь ситуация изменилась, и Тринадцатый не был схвачен. Более того, подле него теперь есть человеческий ребёнок, Бей-бей, которым он, по всей видимости, крайне дорожит. С таким раскладом у него не должно возникнуть столь же ярой ненависти к людям. И, что ещё лучше, он ненавидит ИЦМО и даже поклялся убивать их всех, как только встретит!

Лучшего исхода просто не придумать, верно же? Или же я ошибаюсь? Если так, выходит, я только что выпустила на свободу иного, что в будущем убьёт десятки тысяч людей!

И тогда все мои рассуждения обратятся в ничто, ведь Тринадцатый всё равно в конечном итоге убьёт Сяо Ша… то есть нет, это сделал Тринадцатый из другого мира. Здешний Сяо Ша всё ещё жив и здоров. Все эти заморочки с параллельными вселенными уже вконец меня запутали!

С болью в груди и конфликтом логики и безумия в голове, я уже не в силах была разобрать, правильно я поступила или же нет. Почему даже со знанием будущего мне так сложно отличать верные решения от неверных?

Почему, даже зная будущее и достигнув второго ранга раньше остальных, я по-прежнему из раза в раз терплю поражения? В этот раз я потеряла Ледяного Императора, но кто будет следующим? Даге? Или может Шуюн?

– Нет…

На секунду моё воображение нарисовало мне два изувеченных тела, и меня тут же охватила печаль. Я схватилась за голову, пытаясь стерпеть разрывающие мой мозг непрекращающиеся крики и вопли боли.

И эта пытка не прекращалась пока я не ощутила неожиданное нежное прикосновение к своему лицу.

– Даге? – спешно оглянулась я, но вместо фигуры мужчины увидела зелёный листочек. На фоне кристально чистого снега он выглядел исключительно заметным.

Маленький росточек водрузился у меня на плече, столь родной и привычный и в тоже время столь же чужой и незнакомый. Форма росточка с двумя листами наверху, без сомнения, принадлежала Цзянг Сяоронгу, вот только его прежде коричневые тельце и веточки теперь стали серебристо-белыми и полупрозрачными, прям как лёд.

Это так Ледяной Император отблагодарил его за моё спасение? Нет, должно быть, его настоящей целью было наделить меня ещё одной опорой в будущих сражениях.

Цзянг Сяоронг наклонил свои две хрупкие веточки. Он казался немного меньше, чем раньше. Должно быть, попавшие в него пули всё же нанесли ему существенный урон.

Маленький росточек прям как человек сидел у меня на плече и нежно тёрся об моё лицо двумя своими веточками.

И тут меня внезапно осенило.

– Погоди, я схожу наберу немного почвы для твоего горшка.

Как только я это сказала, Цзянг Сяоронг сразу же перестал об меня тереться. Неужто он действительно понял мои слова?

Я усмехнулась, но тут же закашлялась. Спешно вытерев лицо, я встала и начала копать. В этот момент я почувствовала себя как-то неуютно, словно чего-то не хватает… Куда делись мои ледяное копьё и кинжал?

Это же дары Ледяного Императора! Я с тревогой заозиралась по сторонам, но затем заметила, что серебристо-голубые узоры у меня на руках ярко светятся. В тот же миг я всё поняла, словно нечто дало мне подсказку.

Копьё и кинжал были убраны.

На какое-то время я застыла в смятении, после чего вновь начала копать и наконец посадила Сяоронга в новый горшочек. Отныне мой путь лежит лишь на восток, и в этот раз я уж точно никуда не сверну. Если бы я с самого начала не сделала крюк от своего намеченного пути, возможно… возможно что? Разве этот крюк меня убедил сделать не сам Цзянг Сяотиан?

Смерть всегда была у него в мыслях. Даже если бы он последовал за мной в Лан, это было бы сделано лишь для того, чтобы в последний раз одним глазком взглянуть на Шуюн, разве нет? Эти ледяные копьё и кинжал просто не моги быть спроектированы им на скорую руку; вероятно, он уже давно планировал закончить свою жизнь именно так!

Взяв Сяронга в руки, я побрела на восток. Уж не знаю, оставил ли Ледяной Император на мне какой-либо след или нет, но на всём пути ни один иной так и не рискнул преградить мне путь. Сперва я подобрала свой мотоцикл и поехала на нём в восточном направлении. Ехала я до тех пор, пока бак окончательно не опустел. Затем, бросив мотоцикл на обочине, я потопала пешком.

Когда же наконец пришла в себя, я уже плохо понимала, где нахожусь. Я безвольно подняла голову и уставилась прямо перед собой. Здание впереди выглядело как часовая башня. В письме Даге вроде бы говорилось что-то про башню с часами…

– Сяо Ю!

Кто меня окликнул? Я перевела пустой взгляд на бегущего в мою сторону юношу и выпалила:

– Сяо Ша? Ты всё ещё жив?

Разве Сяо Ша не был убит Тринадцатым?

Мой вопрос явно застал парня врасплох, и его изначально радостное лицо по мере приближения ко мне сменилось озадаченностью.

– Что? Разумеется, я жив. Сам-то как, ранен?

Я отрицательно помотала головой, но Сяо Ша всё равно подхватил меня и понёс на руках. Я хотела было вывернуться из его хватки, но обнаружила, что во мне не осталось больше ни капли сил. Эх, ну и ладно. Подумала я и великодушно позволила ему себя нести. Он же прямо на бегу принялся кричать:

– Босс! Шую вернулся! Сам! Быстрее все сюда!

Вероятно, от того, что оказалась в чьих-то рука, я сразу ощутила непреодолимую вялость во всём теле. В полусонном состоянии я даже не могла теперь вспомнить, сколько именно дней я провела в пути. Когда я вообще в последний раз спала…

– Шую?

От звука этого голоса дремоту тот час же как рукой сняло, и, оглянувшись, я увидела перед собой столь знакомое лицо… Ледяной Император? Цзянг Сяотиан?

Тот глядел на меня с непередаваемым ликованием, словно человек, что сумел вернуть себе нечто однажды утраченное.

Ледяной Император, так ты тоже жив! Я попыталась было встать, желая броситься к нему, но мои ноги подкосились, словно ватные, однако, к счастью, кто-то вовремя меня подхватил, так что я не рухнула на мостовую.

Подняв голову, я увидела перед собой его глаза со стоящими в них слезами. Какое к чёрту «мужчины проливают лишь кровь, не слёзы». Ты же вот-вот расплачешься…

Он же тем временем радостно меня обнял.

– Шую! – наполовину смеясь наполовину плача, воскликнул он. – Ты вернулся. Я знал, что с тобой всё будет в порядке. Шуюн тоже в это верила. Она даже говорила: «мой Эрге – сильнейший из всех. Даже если мы все погибнем, он точно выживет», – и она была права! Как же я рад, что она была права!

Я открыла было рот – у меня была целая тонна вопросов, которые я хотела бы задать – но в итоге произнесла лишь одно слово.

– Даге…

Этот человек – не Ледяной Император, а Даге. Ледяной Император уже мёртв!

Какое к черту «Возьми меня с собой. Позволь мне увидеть другое будущее», словно он не умер, а просто перевоплотился в форму копья. Чушь собачья! Можно подумать, это ледяное копьё когда-либо сможет вырастить у себя рот и назвать меня ди-ди! Ты мертвее всех мёртвых!

– Даге, какой же ты идиот!

Даже если Ледяной Император является другой версией тебя из параллельной вселенной, это всё равно ты! Тот самый идиот, что не пожелал продолжить жить!

– Да, твой Даге – настоящий идиот, – охотно признал он. – Даже искал не в том направлении, из-за чего тебе пришлось так долго страдать в одиночку.

Именно, ты полностью ошибся с направлением. Если у тебя есть возможность продолжить жить, ты должен продолжить жить. Искупать свои грехи смертью – так поступают лишь идиоты!

– Эрге!

Разнёсшийся по округе девчачий оклик был настолько звонким, что мог бы даже стекло расколоть. В нём не читалось даже тени милой юной девочки – куда ближе он походил на истошный визг мифической гарпии.

Шуюн рванула вперёд. Сперва она обняла своего Эрге с такой силой, словно желала задушить собственного брата. Затем же, подняв голову, с красными от слёз глазами в сердцах произнесла:

– Ты вернулся, Эрге.

Услышав эти её слова, я невольно вздрогнула, словно пробуждаясь ото сна. Я огляделась. Даге и сяо-мей стояли рядом и оба крепко обнимали меня, не желая выпускать из своих объятий. Чуть поодаль в нашу сторону неслись дядя и тётя. Даже наёмники стояли вокруг дружной толпой. У всех были счастливые благодарные лица… Вот он – дом. Я дома!

– Угу, я дома, – и стоило мне это произнести, как из глаз тут же ручьём хлынули слёзы. Я попыталась их стереть, но поверх старых мокрых дорожек сразу же прокладывались новые. А увидев разревевшуюся следом мей-мей, мои собственные слёзы полились ещё активнее. Что ж, пусть текут.

Нежась в объятиях Даге и мей-мей, моё сердце обливалось скорбью. Я была не в силах остановиться и истошно рыдала до тех пор, пока окончательно не выдохлась, а мир в глазах не начал кружиться, медленно но верно начав проваливаться во тьму. Но теперь, даже теряя сознание, мне совсем не страшно. Потому что я уже дома.

 

 

Следующее же моё пробуждение произошло уже от зверского чувства голода.

Мой желудок бурчал на разные лады, словно симфонический оркестр. С огромным трудом я приподнялась на кровати. Комната в моих глазах кружилась. Я прикоснулась к груди; боли не было. Мои раны уже исцелили. Это головокружение целиком и полностью из-за голода.

Вылезая из постели, мои ноги ненароком коснулись росточка. Горшок с Цзянг Сяоронгом оставили у подножья моей кровати. Он, к слову, на моё прикосновение никак не отреагировал. Спит наверно? А растениям вообще нужен сон? Я лично без понятия. Однако Сяоронг может ходить, дрожать и пожирать иных, так что не удивлюсь, если и спать он тоже может.

Медленно но верно я выбралась из кровати, желая позвать Шуюн, чтобы та приготовила что-нибудь для своего едва-не-умершего-с-голоду Эрге. И когда я уже ухватилась за ручку двери, я услышала доносящиеся с той стороны голоса и остановилась.

– Как там твой Эрге поживает? Он… он правда был…

То был торопливый и какой-то опечаленный голос Даге. Он даже собственную мысль закончить не смог… Я был… что?

– Я проверила, когда обтирала Эрге мокрым полотенцем, – едва слышно прошептала Шуюн. – Никаких внешних следов нет. Но если с тех пор прошло много времени, они могли уже и исчезнуть.

Стоп, стоп, стоп, что ты там со мной сделала пока обтирала? Почему меня вдруг посетило дурное предчувствие?!

– Вот как, – отозвался Даге.

Всего лишь два коротеньких слова, но даже они несли в себе глубокую печаль и сожаления. Эта интонация была до боли похожа на голос Ледяного Императора. Мою грудь тут же сдавило. Не желая больше слушать, как они друг с другом перешёптываются в подобной манере, я резко распахнула дверь комнаты. От неожиданности те аж подпрыгнули на месте. Застывшие на их лицах виноватые выражения в равной мере злили меня и забавляли.

– Шуюн, что именно ты со мной сделала пока обтирала меня? И почему вообще этим занимаешься ты?

Я бросила недовольный грозный взгляд на Даге. Ты позволил молодой девушке обтирать тело парня? Будь мы хоть трижды родственниками, одному восемнадцать лет, а второй пятнадцать. По-твоему, это нормально?

– Шуюн сама настояла, – неловко отозвался Даге. – Она сказала, что не сможет спать спокойно, если я буду это делать. Заявила, что, мол, моими неотёсанными движениями я могу ненароком сделать тебе ещё больнее.

Я вообще-то уже второго ранга. Насколько же грубыми должны быть твои движения, чтобы причинить мне боль всего лишь касанием полотенца? Ты кто, Ледяной Император?.. Ух, не стоило мне такое сравнение приводить. Аж в сердце защемило.

Я перевела недовольный взгляд на Юн-юн.

Та в свою очередь глядела на меня покрасневшими глазами, едва не плача. До наступления апокалипсиса она не плакала так часто. С приходом апокалипсиса человечество в целом стало сильнее, так почему же она напротив превратилась в такую нюню?

– Эрге, ты просто не помнишь, насколько ужасно выглядел, когда вернулся, – едва сдерживая слёзы пролепетала она. – Одежда на тебе была вся дырявая и поношенная. От кофты же и вовсе одни лишь подранные лоскуты остались.

Ну, знаете ли, во время битвы избежать урона одежде невозможно. Она ведь не из кожи иных сшита. Повредить её проще простого. Более того, после драки с Тринадцатым, в меня ещё пару раз пальнули люди из ИЦМО. То, что на мне хоть что-то после всего этого осталось, уже говорит о том, что изначально мой наряд был сделан из весьма неплохого материала.

– А ещё ты был босым. На тебе даже обуви не было!

В качестве тренировки своей способности, а также для своевременного отражения любой вражеской атаки, Ледяной Император запретил мне носить обувь, что я могла поделать?

– И ты нёс в руках горшочек с комнатным растением. Весь твой вид был донельзя странным!

Это всего-навсего Цзянг Сяоронг.

Из глаз Юн-юн опять хлынули слёзы. Проследив за её взглядом, я обнаружила, что она смотрит на мои руки.

– А на руках у тебя даже татуировки выжжены… Эрге, ты… ты был кем-то схвачен?

От её слов на меня снова невольно депрессия накатила. Вид этих узоров вновь напомнил мне образ раскалывающегося на кусочки Ледяного Императора. Глаза опять опалило жаром. Сердце сдавило. Даже слова из себя выдавить не получалось. Я слишком боюсь, что вместо слов из моей груди вырвутся всхлипы.

– Эрге!

Со слезами бросилась на мою грудь Юн-юн. Я нежно обняла её, ещё больше опасаясь теперь говорить, боясь тоже расплакаться, стоить только рот открыть. Мужчины проливают лишь кровь, не слёзы, а я к этому моменту уже пролила слишком много слёз. То, что Юн-юн периодически расплывается мокрой лужицей по полу, можно списать на то, что женщины, как говорится, созданы из воды. Я же в этой жизни, по ходу, создана из грязи, одним словом, плакса!

– Кто посмел сотворить с тобой та-такое… кто тебя так изранил? – взревел Даге. – Даже насильно заклеймили тебя татуировками. Уж будь уверен, я ни за что им этого с рук не спущу!

Эх, теми, кто ранил меня, были люди ИЦМО, а татуировки на моё тело нанёс Ледяной Император… Минутку, это ведь даже не татуировки как таковые!

И когда я уже собралась было как следует всё разъяснить… Кто ж знал, что стоит мне поднять голову, как лицо Даге тут же напомнит мне о Ледяном Императоре, и слёзы вновь едва не польются из моих глаз? …я спешно опустила голову обратно, не смея больше поднять на него глаз.

– Прости, Даге не смог тебя защитить, – скорбно произнёс Даге. – Во всём лишь моя вина…

– Вовсе нет! – возразила я.

Так не может больше продолжаться. Даге и сяо-мей уже принялись себя во всём винить, так что нельзя мне больше показывать им это то ли плачущее, то ли неплачущее выражение лица. От этого они лишь ещё больше начнут себя корить.

Я принялась спешно моргать, силой загоняя слёзы обратно, после чего решительно выпалила:

– Юн-юн, приготовь-ка мне что-нибудь. Твой Эрге вот-вот окочурится с голоду.

Услышав мои наиграно бодрые слова, Юн-юн сразу же с готовностью кивнула.

– Хорошо. Пойду приготовлю твои любимые блюда.

– Что-нибудь водянистое, пожалуйста, – я на миг притихла, колеблясь, после чего честно призналась. – Думаю, я уже пару дней как ничего не ел. Точнее сказать не могу, так как последние дни у меня как в тумане.

– Ладно, – надула щёчки Юн-юн, – пойду сворю тебе кашу.

Видя, как Юн-юн разворачивается и уходит, я уже собралась было последовать за ней вниз по лестнице, как вдруг со спины раздался грозный голос Даге.

– Куда это ты собрался?

– Хочу налить себе немного воды попить.

– Ложись обратно в кровать, я сам за водой схожу! – тут же отчеканил в ответ Даге.

Я слегка озадачено на него покосилась.

– Мои раны уже полностью зажили. Даге, ты же сам их исцелил, разве нет? Что тут может быть непонятного? Я могу и сам сходить.

На что Даге, неловко почесав нос, ответил лишь краткое «оу» и замолчал, однако, хоть никаких дальнейших слов от него и не последовало, Даге всё равно увязался за мной следом. Лень мне с ним разбираться. Если бы Даге или сяо-мей, как я, пропали без вести на долгое время, а затем вернулись, уверена, я бы тоже стала ходить за ними повсюду, как собачка на привязи.

Спустившись по лестнице, я с удивлением обнаружила, что дом, в котором мы находимся, на самом деле просто огромен. Большое такое вытянутое строение прямоугольной формы. По обе стороны длинного коридора тянулось множество комнат. Снаружи здания расположился обширный внутренний двор.

А ведь это даже не жилой дом. Вернее, когда-то давно это место действительно являлось жилым домом, более того, жилым домом состоятельного человека. Однако теперь это уже объект исторического наследия. Немного смахивает на какую-нибудь винтажную виллу. Сам дом был построен в западном стиле, но на заднем дворе я приметила журчащий ручеёк с перекинутым через него маленьким мостиком и беседку, в которых отчётливо улавливались мотивы китайского ландшафтного дизайна. Однако действительно дара речи меня лишило то, что подле всего вышеперечисленного располагалась высокая часовая башня. Одним словом беспорядочная помесь западного и китайского стиля; вот уж действительно странный дом. Должно быть здесь прежде жил какой-то иностранец.

Взяв бутылку минеральной воды, я отпила немного и отправилась бродить по дому. По пути я наткнулась на дядю с тётей. Похоже, они как раз шли меня проведать. Скорей всего, это Шуюн сообщила им, что я проснулась.

– Сяо Ю! – бросилась в мою сторону тётя. Глаза её тут же покраснели, прям как у Шуюн недавно. От этого моё сердце невольно наполнилось теплом. До чего же приятно иметь заботливую семью.

– Как же хорошо, что ты вернулся, – принялся как заведённый из раза в раз повторять дядя.

– Почему ты так легко одет? На тебе всего лишь одна тоненькая кофта, и это притом, что за окном уже так холодно. Что если ты заболеешь? – взволновано произнесла тётя, после чего гневно зыркнула на Даге. – Это так ты заботишься о своём младшем брате? Ты же его Даге. Разве не можешь быть хотя бы немного более внимательным?

– Сейчас же схожу за курткой, – с виноватым видом отозвался Даге.

– Не нужно, – усмехнулась я. – Мне совсем не холодно. У меня же способность контроля льда. Я не почувствую холод, даже если я полностью покроюсь льдом. Низкие температуры мне не страшны.

Разумеется, лишь в рамках второго ранга. По-настоящему сильный холодный порыв по-прежнему может мне навредить. К примеру, холодная аура Ледяного Императора с лёгкостью могла превратить меня в ледышку, однако нынешние тривиальные изменения в погоде были для меня абсолютно безвредны. Разумеется, при условии, что я не стану, как полнейший кретин, стоять без движения снаружи в минус 20 или 30 на протяжении нескольких дней, но даже тогда я скорее от голода свалюсь, нежели чем получу хотя бы маломальское охлаждение.

– Вот оно как?

Услышав моё объяснение, тётушка наконец-то успокоилась, и принялась меня осматривать. Она то и дело задавала вопросы в духе «где-нибудь болит», «как твои раны» или «ты голоден». Дядя же, стоя подле неё, сам вопросов не задавал, но внимательно слушал мои ответы.

Ну а я в свою очередь из раза в раз отвечала «я в порядке», не испытывая при этом и капли раздражения. Лишь тепло и уют. Я даже надеялась, что тётя начнёт задавать вопросы по второму кругу.

Вскоре со стороны кухни к нам подбежала Шуюн.

– Эрге, еда готова. Иди поешь.

Услышав о еде, у меня сразу же слюнки потекли, и я без промедления последовала за ней в столовую.

На обеденном столе уже дожидалась меня огромная тарелка каши. И, по всей видимости, каша была не простая. Видно было, что состоит она из множества различных ингредиентов, но все они были порублены настолько мелко, что я не могла точно разобрать, каких именно.

Будь то обычная каша или же рыбная, до тех пор, пока ей можно наполнить желудок, это хорошая каша. Главное – куриный бульон и медицинские травы в неё не добавляй, и всё путём!

Голодная, как волк, я взяла в руки ложку и с преогромным энтузиазмом набросилась на еду. Каша была всё ещё немного горячей, так что я остудила её небольшим прохладным дуновением своей способности. Я ела размеренно, ложка за ложкой, не рискуя кушать слишком быстро, чтобы избежать возможной дальнейшей боли в желудке.

Наблюдая за тем, как я ем, Юн-юн наконец-то расслабилась.

– К счастью, Эрге не стал анорексиком, – пробормотала она.

Вот теперь я в замешательстве. С чего бы мне вдруг анорексиком становиться? Разве других способов умереть в этом мире не достаточно?

– А чего остальные не обедают? – поинтересовалась я. Судя по часам на стене, уже почти полдень. Самое время для обеда.

– Их еда уже тоже почти готова, – кивнула Шуюн. – Скоро подам к столу. Даге, помоги созвать всех к обеду.

Даге на миг заколебался и даже покосился на меня взглядом. Чего он мнётся, я не знала, потому подняла на него вопросительный взгляд в ответ. Что тебе нужно? Ты как-то странно себя ведёшь. Даге, неужто тебя тоже облицовочной панелью по голове шандарахнуло?

– Ладно, я схожу.

Затем же, поедая свою порцию каши, я наблюдала как наёмники один за другим заходят в столовую. Мысленно пересчитав их всех, я убедилась, что ни одно знакомое лицо не пропало. Я облегчённо выдохнула, но в тоже время невольно приметила, что и новых лиц среди них тоже не было. За всё это время Даге не принял в группу ни одного нового человека!

Я вот, знаешь ли, пока путешествовала в одиночку успела присмотреть немало людей, которых хотела бы забрать с собой… Стоп, а почему я не вижу за столом никого из той группы студентов?

В прочем, не к спеху, спрошу, как доем. В конце концов, те ребята не являются кем-то особо важным.

– Сяо Ю, – с улыбкой обратилась ко мне Лилия, – ты так сильно исхудал за это время. Поешь побольше.

Я согласно кивнула, после чего Даге произнёс своим глубоким голосом:

– Приступим же к еде.

Как же тихо за столом. И это те самые шебутные наёмники, которых я знаю? Больно уж на цивильных господ и дам сейчас походят. С каких это пор наша группа стала заботиться о соблюдении тишины во время еды?

Я с замешательством пробежалась по ним взглядом. Все сидели с низко опущенными головами и с сосредоточенным видом поедали свой обед. Никто даже слово не смеет произнести. Что происходит?

– После того, как меня утащила птаха, что-то произошло в отряде? – встревоженно поинтересовалась я.

– Нет, ничего не случилось, – спокойно отозвался Даге. – Мы всё время тебя искали.

– Оу, я тоже вас искал. Я хотел вернуться куда раньше, но по дороге много чего произошло… – я притихла, не зная, как продолжить свой рассказ, и при этом избежать всякого упоминания Ледяного Императора.

В этот момент сидящий рядом Каин неожиданно выпалил:

– Слушай, подобные вещи совсем не важны. Об этом стоит думать не более как об укусе собаки.

Что? Это ж какой собаке по силам укусить нынешнюю меня? Церберу? Слова Каина меня вконец озадачили, и я окинула взглядом остальных. В душе же у меня снова всплыло дурное предчувствие. Между нами что, какое-то недопонимание возникло?

– К тому же, ты же парень, – ободряюще похлопал меня по спине Каин. – Нам, мужикам, не нужно беспокоиться о сохранении своей невинности, так что не парься.

И прежде чем я успела осмыслить его слова, Тсенг Юнкиан резко рассвирепела, подорвалась со своего места и со всей дури врезала Каину по морде. Ну а сбив того с ног, рванула вперёд и начала дополнительно награждать парня пинками.

– Пасть закрой, придурок! – взревела она. – Что за бред ты несёшь?! Ты идиот или как? Ребят, ну-ка подсобите мне его забить!

Услышав призыв, все наёмники дружно подбежали и принялись, не сдерживая сил, пинать лежащего на полу Каина, и даже Даге с ледяным лицом предпочёл сделать вид, что ничего не видит. Однако вид у него при этом был такой, словно он и сам не прочь присоединиться к остальным и хорошенько наподдать парню.

Невинности? Объединив в голове это слово и подслушанный мною диалог Даге и Юн-юн под дверью, до меня наконец-то дошло, о чём они все думают, и вновь озадачено застыла. Неужто они решили, что я была изнасилована?

Святые угодники. Впрочем, если верить описанию Шуюн о моём облике по возвращению, я действительно была весьма похожа на психически нестабильную леди, над телом которой жестоко надругались.

Моё лицо тут же помрачнело.

– Шую! – взволнованно заговорил Даге. – Ты не обращай на него внимание. Каин же постоянно всякую чушь молотит! Мы все прекрасно знаем, что ты в полном порядке.

Заявив это, он покосился на Каина. Какая редкость. Не часто он устремляет на членов своего отряда настолько испепеляющие грозные взгляды, что заметивший его Каин аж запаниковал. На лице Даге было прямо-таки написано, что он ждёт не дождётся, когда остальные забьют его ногами до полусмерти. Да будет же утолён гнев большого босса.

Я поспешила разъясниться:

– Народ, правда, я в порядке!

На что все отреагировали одинаковыми наигранными улыбками из разряда «Конечно-конечно, с тобой всё в полном порядке».

– …

Похоже, даже прыжок в отбеливатель уже не сможет очистить меня от этого недоразумения. Я пока не готова рассказывать остальным о Ледяном Императоре, но всё же есть один момент, который я могу перед ними прояснить.

Я спешно побежала обратно в свою комнату, после чего вернулась назад, держа в руках цветочный горшок. Подняв горшок повыше, я объявила:

– Это Цзянг Сяоронг.

Услышав моё заявление, все дружно посмотрели на меня с жалостью в глазах. В глазах убирающих со стола посуду Юн-юн и тёти опять показались слёзы, и они снова принялись всхлипывать. Даге же выглядел так, словно вот-вот с ума сойдёт.

– …

Испустив немного энергии льда, я безжалостно подморозила ею Цзянг Сяоронга. В тот же миг ему стало настолько холодно, что тот аж выскочил из своего горшочка. Приземлившись на пол, он сразу жалостливо свернулся в калачик, всем своим видом показывая какой он бедненький, несчастненький, обиженный росточек.

Шуюн от удивления сразу перестала плакать. Все с ошарашенным видом уставились на дрожащий на полу росток. Даге же взглянул на Сяоронга с прищуром. Теперь на его лице появилось даже более угрожающее выражение, чем прежде!

Даге, что нам сделать, чтобы ты убрал с лица эту грозную гримасу? Скажи, и твой ди-ди сразу же всё исполнит!

– Это росток дерева баньян, что я подобрал по дороге. Изначально он вырос очень большим, но потом засох. Уцелел лишь этот крохотный росточек, так что я забрал его с собой. Сяоронг очень послушный и не является иным1. Он просто дерево баньян, что изменилось под действием чёрного тумана.

Я подобрала Цзянг Сяоронга с пола и, приподняв одну из его веточек, помахала ей.

– Ну же, Сяоронг, давай. Поприветствую старших братиков и сестричек.

На что Сяоронг ответил, начав извиваться у меня на руках. Вырвавшись из моей хватки, он тот час же шмыгнул мне под одежду и скукожился, явно не желая выходить и знакомиться со всеми.

– Ну а что касается этого… – я опустила взгляд на узоры на моих руках и криво улыбнулась. – Это не татуировки. Скорее это можно назвать типом силы.

Я сосредоточилась, и серебристо-голубые узоры на моих руках сразу же отозвались на моё усилие, нежно засветившись, а ошарашенные лица всех присутствующих в комнате людей стали мне за это наградой.

– Хочешь сказать, что тебя и в самом деле никто не изнасиловал? – выпалил Каин и тут же спешно прикрыл рот рукой. Тем не менее этой репликой он всё равно заработал себе новую порцию всеобщих гневных взглядов. Он был так напуган, что мне даже не захотелось ничего более говорить.

Каину стоит поторопиться и побыстрее прокачать свою способность огня, иначе однажды наступит день, когда его язык без костей несомненно сведёт его в могилу.

– Ещё чего! – закатив глаза к потолку, воскликнула я, специально заговорив в более грубой манере, чем обычно. – В этой жизни лишь я могу е*ать других! Чёрта с два меня кто оседлает! Если же кто-то желает попробовать, пусть сперва собственные штаны снимает!

Услышав мою нарочито вульгарную речь, все рассмеялись. Лишь теперь они наконец-то поверили, что со мной действительно ничего плохого не случилось. Наёмники даже с прищуром покосились на нижнюю половину тела Каина, отчего тот в испуге схватился за штаны и сбежал из столовой. Затем же он принялся с опаской заглядывать обратно в комнату из-за косяка двери, отчего его лидеру оставалось лишь глаза к потолку закатить. Тем не менее, теперь Даге пребывал уже в заметно более приподнятом настроении и не собирался чинить своему подчинённому дальнейших неприятностей.

– Чего ты заглядываешь? – фыркнула я. – Возвращайся уже за стол и ешь спокойно свою еду.

Лишь тогда Каин соизволил вернуться.

С этого момента над обеденным столом вновь поднялся привычный для нашей компании галдёж. Тсенг Юнкиан то и дело подкалывала Каина, называя его грудастым и безмозглым. Да-да, именно грудастым и безмозглым. Грудные мышцы этого парня были настолько большими, что своим объёмом уступали разве что Лилии.

До чего же шумно. Подумала я, и невольно улыбнулась. Наконец-то я могу кушать без забот.

– Так ты, Эрге, предпочитаешь быть сéме2, да? – теперь, когда недоразумение разрешилось, радостно, даже с энтузиазмом, произнесла Юн-юн. – В таком случае как насчёт Сяо Ша? Его телосложение тебе вполне подойдёт!

От этих слов Сяо Ша едва не прыснул едой, что как раз положил в рот. Чувствуя на себе озорные взгляды всей группы, он предпочёл подхватить свою тарелку и спешно сбежать.

Каин же, завидев его реакцию, заржал как конь.

– Нет, я предпочитаю мускулистых мужчин, – холодно отчеканила я.

В тот же миг число подхвативших свою тарелку и сбежавших людей увеличилось на один.

– Вот как? – Юн-юн ненадолго задумалась, после чего выпалила. – Но Каин на мой взгляд выглядит неверным парнем. Тебе, Эрге, придётся отыскать кого-нибудь другого вне нашей группы.

Я повернула голову и глянула на Юн-юн. Как умудрилась моя нежная и милая Юн-юн стать такой всего за пять месяцев апокалипсиса? Что и ожидалось, так как характеры людей в апокалипсисе быстро меняются, моя нежная и милая Юн-юн теперь окончательно и бесповоротно превратилась в ярую фудзёси3. Хнык!

На лице сидящего рядом Даге застыло «это ты свёл её с праведного пути» выражение, всем своим видом выказывая желание полностью остаться в стороне от этой темы.

Ну и ладно. Подумала я. Как бы там ни было, Юн-юн и так уже в подробностях проинспектировала моё тело, пока обтирала полотенцем. Теперь-то я понимаю, какое именно место она столь тщательно осматривала на предмет возможных ран. Просто думая об этом, я уже хочу кровью блевануть. И почему я чувствую по этому поводу лёгкую печаль, словно это событие лишило меня невинности?

После того как я прояснила возникшее недопонимание во время обеда, на лицах Даге и Юн-юн больше не появлялось ни скорбных выражений, ни красных глаз. Юн-юн даже счастливо заявила, что они вместе с тётей пекут торт, чтобы отпраздновать моё успешное возвращение домой в целости и сохранности. Подумать только, даже в апокалипсисе я теперь могу есть тортики домашнего приготовления. Что может быть прекраснее!

– Даге, проводи меня по округе. Я хочу оглядеть местность вокруг дома.

Я вернулась назад, испытала ряд болезненных воспоминаний, и более не могла позволить себе скорбеть об утрате дальше. Потому что у меня всё ещё есть целая семья, которую я обязана защитить. Потому важнее всего сейчас осмотреть близлежащие районы. Я не могу позволить ещё какой-нибудь стае птах на нас напасть, рискуя снова лишиться члена семьи.

Даге кивнул, после чего провёл меня вокруг дома, попутно разъясняя различные детали. Как оказалось, этот дом в западном стиле был ещё и прочными каменными стенами обнесён. А это и впрямь весьма неплохое место.

В конечном итоге мы уселись на вершине башни с часами, что на заднем дворе. Оказавшись наверху, я наконец поняла, почему Даге решил остановиться именно в этом западном доме. Уже один лишь вид с вершины башни того стоит.

– Старый город – довольно неплохое место. Город Лан, что расположен поблизости, даже больше чем Чжунгуань, из которого мы пришли. Днём мы можем ходить туда за продовольствием, а ночью возвращаться назад. Сама же эта резиденция находится на вершине холма, потому имеет стратегически выгодное расположение. А если ещё обустроить на вершине этой башни дозорный пункт, мы сможем довольно далеко просматривать окрестности во все стороны. Это место даже лучше, чем наш собственный дом.

Я согласно кивнула.

– Должно быть, вы немало потрудились, чтобы отвоевать это поместье.

– Всего лишь несколько иных и энное количество патронов, – равнодушно сообщил Даге. – Вот если бы здесь уже жили люди, тогда у нас действительно возникли бы серьёзные затруднения. Но, так как город находится довольно близко от Лан, никто, похоже, не осмелился здесь поселиться. По крайней мере, за всё время, что мы в городе, нам так и не повстречался ни один живой человек.

В основании гор лежит лес современных бетонных небоскрёбов, словно монстр, готовый проглотить и сожрать любого осмелившегося сунуться в него. Любой обычный человек, которому посчастливилось из него сбежать, действительно предпочтёт убраться от него как можно дальше. Они определённо не захотят останавливаться в этом городе, что расположен настолько близко к Лан.

– С этого момента мы будем жить здесь, в Старом городе, – спокойно произнёс Даге. – Мы укрепим наши оборонительные рубежи. Нам не следует полагаться лишь на стены вокруг дома. Для иных эти каменные стены всё равно, что папье маше.

Я взглянула на Даге. Он и Ледяной Император и в самом деле очень разные. Пусть у первого аура более ощутима, чем у второго, она не производит на окружающих людей такого уж сильного давящего эффекта. С другой стороны, Ледяному Императору достаточно лишь слегка её проявить, и люди вокруг моментально почувствую себя словно на иголках, а по спине тут же холодок пробежит.

У одного есть младший брат, младшая сестра, дядя, тётя и отряд наёмников, второй же потерял всё. И с течением времени различие между ними становилось лишь больше. Хоть я по-прежнему и могу назвать немало схожих черт между ними, это больше походит на сравнение двух братьев, нежели чем описание одного и того же человека.

Но я всё равно предпочитаю своего Даге. Пусть Ледяной Император и помог мне прокачать свою способность до второго ранга, научил меня ею управлять и даже использовал собственные последние силы для того, чтобы обратиться в оружие для меня, тем не менее, он всё же не является моим Даге, а я не его ди-ди.

Теперь, когда я об этом думаю, Ледяной Император наверняка тоже это ясно осознавал. В результате чего он окончательно утратил всякое желание жить дальше. За свою жизнь он потерял много, слишком много дорогих ему людей. А под конец утратил ещё и весь родной мир, так разве ж мог он продолжить спокойно жить?

Пусть он и не был Даге, Ледяной Император всё равно стал для меня важным членом семьи. Не ошибкой будет даже назвать его моим вторым старшим братом.

Он сказал, что хочет увидеть другое сотворённое мною будущее.

Я молча опустила взгляд на город Лан у подножья холма. Станет ли этот город, как и в том мире, вотчиной Тринадцатого?

– Даге, а хватит ли тебе этого маленького городка, чтобы утолить свои амбиции?

Даге повернул голову и внимательно на меня уставился. На мой вопрос он так и не ответил, однако во взгляде ощущалось предвосхищение, словно ему не терпелось услышать следующие слова своего младшего брата.

Я с прищуром уставилась на лежащий передо мной гигантский город, что столь легко и охотно проглатывает людей. Вотчина Тринадцатого, да? Хм!

«Территория Цзянг»4 завоюет город Лан!

В этот раз Лан станет базой семьи Цзянг, а не Тринадцатого!

Уголки губ Даге приподнялись вверх в улыбке, что сделало его совершенно непохожим на Ледяного Императора.

– Как пожелаешь.

Сноски

1. Не иной : думаю, под этими словами Шую подразумевает, что Сяоронг в отличии от обычных человекоподобных и животноподобных иных не питается исключительно человечиной. В 1 томе упоминалось, что для растениеподобных иных человечина и кристаллы эволюции являются равноценной пищей

2. Сéме : термин, которым называют того, кто в отношениях двух людей одного пола играет «мужскую» роль

3. Фудзёси : с японского дословно переводится как «испорченная девушка». Так называют девушек, что любят фантазировать на тему отношений двух мужчин, но при этом сами остаются представительницами традиционной ориентации

4. «Территория Цзянг» : не помню, говорила я уже или нет, но тут опять фигурирует старый добрый иероглиф «疆», что дословно переводится как «доминирование на территории». Он в этой новелле везде. Он есть в названии новеллы (конец эпохи доминирования), он является фамилией нашего семейства (Цзянг), он фигурирует в названии отряда Даге (отряд подавления (домирирования) Цзянг) и он же теперь становится частью будущего названия колонии (Территория Цзянг). Везде автор использует один и тот же иероглиф, так что мы, переводчики, выкручиваемся как можем

Конец эпохи доминирования Том 3 глава 9: Правда

Конец эпохи доминирования Том 3: Скованное льдом благородство и величие

Автор оригинального китайского текста: 御我 (Yu Wo)


Глава №9: Правда – перевод EliSan; редактура Akili

На мотоцикле преследовать их было куда проще. Хоть Цзянг Сяотиан и жаловался, называя меня слюнтяем, Тринадцатый, по всей видимости, тоже решительностью не отличался. По оставленным им следам было отчётливо видно, что движется он не так уж и быстро. Хотя не исключено, что его попросту замедляют серьёзно раненные Асура и Мамаша.

Я иду по их следу вот уже несколько часов. По началу всё шло довольно гладко, однако со временем следы стали становиться всё более и более незаметными. Мамаша также перестала истекать кровью, так что идти за ними стало труднее. Да и ночь уже на носу. Мне пришлось замедлить свой мотоцикл из опасения пропустить какую-нибудь важную улику, благодаря чему я в какой-то момент приметила пробивающийся сквозь деревья свет в лесу.

Немного поколебавшись, я притормозила мотоцикл. Иные на этом этапе не стали бы разводить огонь. Не то чтобы они его боятся, просто он им не нужен. Огонь разводят лишь люди, так как ночи с каждым днём постепенно становятся всё холоднее. Хоть это и опасно, но без огня никак, иначе они попросту не смогут заснуть от холода.

– Это… навряд ли они, так ведь? – спросила я, оглянувшись на сидящего за моей спиной Цзянг Сяотиана.

– Сложно сказать. У этого Тринадцатого сохранилось немало человеческих черт, что необычно. Полагаю, в его случае это вполне возможно.

Услышав его слова, я решила всё же проверить. Припарковав мотоцикл на обочине, я подхватила Цзянг Сяотиана и вошла в лес.

Цзянг Сяотиан оглянулся назад на мотоцикл.

– Ты так радовался своему воссоединению с полюбившимся мотоциклом, а в итоге снова не моргнув и глазом бросаешь его.

А что, я, по-твоему, должна была грустить и слёзы лить? Подумала я, закатив к небу глаза.

Идя по лесу, я старалась вести себя как можно тише, хоть и сомневалась, что в этом есть хоть какой-нибудь смысл. Иные психического типа всегда были адскими соперниками, а уж о короле иных и говорить не приходится. То, что он владеет психической способностью, попросту против правил. Кто знает, может он ещё и глазами какими-то особыми обладает. Разве в мангах не всегда так? Бдительные глаза Большого брата, мутные глаза, Шаринганы там всякие и прочее.

Ладно, это я себя уже, пожалуй, накручиваю. Никаких подобный аномалий я пока не наблюдала. В этот момент вдалеке сквозь толщу деревьев я приметила Большую Тефтельку и Бамбуковые Палки… в смысле, Мамашу и Асуру.

Чуть в стороне я также увидела и переработавшего сверх меры офисного работника. Тринадцатый.

Я стёрла со лба проступивший холодный пот. Вот не понимаю я, как эти сильные иные, что в будущем будут вселять ужас и страх в сердца людей, сейчас могут выглядеть настолько комично?

На земле рядом с ними лежали несколько человек. Спрятавшись в тени, я внимательно к ним присмотрелась. Всего их было шесть и все до единого были обвиты тянущимися из живота Мамаши детскими ручками и ножками. В таком положении я не могла точно сказать, были ли они уже мертвы, или же просто сознание потеряли. Но что-то во всём этом казалось мне немного странным… Стоп, разве все они не мужчины?!

Мясо мужчин вкуснее что ли, или как? Никогда не слышала, чтобы иные предпочитали есть мужчин, но важнее сейчас другое; где Бей-бей? Не может же быть, что её уже…

В этот самый момент Мамаша внезапно начала притягивать к себе одного из схваченных бедолаг. Подняв его ногу к лицу, она уже собралась было вонзить с неё свои зубы, но тут со стороны раздался едва уловимый девчачий вскрик. Разумеется, подобный нежный голосок просто не мог исходить от Мамаши; иначе я бы точно выблевала весь тот куриный бульон, что успела съесть с начала апокалипсиса.

– Иди поешь в другом месте, – сухо выпалил Тринадцатый.

Мамаша подняла взгляд на Тринадцатого. Её лицо в этот момент было даже более бледного оттенка, чем обычно. Уж не знаю, глюки это или нет, но мне показалось, что она похожа на обиженную хрупкую госпожу. Вот только эта хрупкая госпожа прямо сейчас утягивает аж целых шесть взрослых мужчин за собой в лес. Затем со своего места поднялся Асура и последовал за Мамашей.

Не, ну вылитая семейка. Мамочка проявила свои плохие манеры за столом, потому папочка её прогнал. Ну а сынуля побежал за ней следом успокаивать свою расстроенную матушку… Погодь! Моё воображение уж слишком разыгралось. Асуре, скорей всего, просто самому захотелось пригубить ножку другую!

– Не бойся, – неожиданно произнёс оставшийся в одиночестве Тринадцатый. Я озадаченно на него покосилась и лишь тогда приметила на его коленях крохотный силуэт.

Бей-бей!

Мои глаза распахнулись. Кто бы мог подумать, что всё это время она сидела на коленках у Тринадцатого. Так как на нём был надет белый халат одного из учёных лаборатории, а также из-за отбрасываемых костром теней в ночном лесу я её напрочь проглядела.

Бей-бей сидела сжавших в крохотный комочек в его объятиях и изредка с опаской поглядывала в сторону, куда ушли Мамаша и Асура.

Волевым усилием я затушила уже возникшее было импульсивное желание сию же секунду спасти девочку. Первым делом я должна вынести не Тринадцатого, а Асуру и Мамашу. Пусть они оба и ранены, все иные те ещё крепыши. Если выложатся на полную, вполне могут причинить существенный урон. Я не могу рисковать.

К тому же, так я смогу спасти ещё шестерых.

Нельзя больше задерживаться здесь, иначе кто-то очень скоро без ноги останется. Пусть я и не желаю становиться Матерью Терезой, но и просто стоять в стороне да смотреть как страдают люди, которых я могла бы спасти просто начав действовать чуточку раньше я тоже не хочу. Я незаметно подкралась к двум иным. Склонившись над одним из мужчин, они оба держали в своих руках по ноге, готовые во-вот разорвать его пополам.

Я покрепче стиснула ледяное копьё в своей руке. За время погони я успела почти полностью восстановить свои силы. Пусть и не на все 100%, но как минимум 90% я смогу выдать без проблем. Начну с Асуры, с иного ближнего боя!

И когда Асура уже открыл было рот, собирая вонзить зубы в бедренную артерию мужчины, я набросилась на него из тени, метя копьём ему в бок. Это место обычно является самым незащищённым.

И, как и ожидалось, несмотря на сравнительную хрупкость моего импровизированного копья, ему удалось пробить защиту, вонзившись в плоть Асуры. Если бы в самый последний момент мне не помешали, я бы даже насквозь его пробить смогла.

Древко копья обвили множество разных рук: одни маленькие, другие тонюсенькие и длинные; больше всего они были похожи на гипертрофированные пародии на детские ручки, которые лишь внешне выглядели слабыми, но на деле весьма сильны, да и ко всему прочему многочисленны. Даже мне оказалось не под силу их перебороть. Осознав это, я тут же решительно дёрнула копьё горизонтально вбок, желая нанести как можно больше урона.

Асура тот час же вскрикнул от боли. Через добрую треть его груди теперь проходила глубокая рваная рана. Подняв голову, он бросил на меня испепеляющий взгляд полный ненависти, однако на ноги подняться так и не смог.

В следующую же секунду воздух пронзил острый визг Мамаши. До недавнего момента переплетённые в один большой клубок ручки и ножки разом распутались и выпрямились. Детские ручонки тут же потянулись в мою сторону, в одночасье заполонив собой всё пространство вокруг. Стоит им попасться, и поминай как звали. Что же касается ножек, то все они упёрлись в землю, поддерживая немалый вес Мамаши. Одним словом, передвигалась она словно сороконожка, и, что неожиданно, весьма быстро.

Так вот как ходит Мамаша. Недаром я всегда сомневалась, что её собственные тонюсенькие похожие на зубочистки ножки вообще способны удержать на себе грузное тело Мамаши. Как на это ни посмотри, но обладая лишь ими, она должна была бы быть не более чем выброшенным на сушу беспомощным тюленем. Но тогда как же она смогла прожить аж десять лет в апокалипсисе, если даже передвигаться нормально не способна?

Однако на деле у этой дамочки ножек оказалось хоть отбавляй. Вообще никаких проблем.

Взмахом копья я обрубила сразу несколько протянувшихся ко мне ручонок. Вот только ощущение от их перерезания было немного странным, словно в этих тоненьких ручках вообще не было костей. Они больше походили на щупальца, чем на руки.

А вот теперь будет уже сложнее. Моё ледяное копьё не предназначено для рубящих ударов, а кинжал слишком короткий. Если подойду слишком близко, не смогу защититься от атак такого огромного количества рук.

Отступая назад, я одновременно отбивала всё новые и новые атаки детских ручек Мамаши. Я петляла среди деревьев, желая проверить, запутаются ли они между собой. Было бы просто здорово, завяжись они сами в тугой узел! Но, очевидно, рассчитывать на это было наивно с моей стороны. Это ж каким тупым должно быть существо, чтобы запутаться в собственных руках? Разве хоть кто-нибудь из людей когда-либо завязывался самостоятельно в узел?

Внезапно мою голову пронзила острая боль, и я резко обернулась.

Тринадцатый подоспел.

Этот взрыв боли меня не на шутку напугал. Если он снова воспользуется той психической атакой, какой выбил меня в лаборатории, как прикажете защищаться?

– Шую, иди займись Тринадцатым. Не паникуй. Даже если он обладает психической способностью, до тех пор, пока ты на стороже, он не сможет с лёгкостью взять над тобой вверх!

Правильно. Нужно сохранять спокойствие. Если бы иные психического типа действительно были настолько сильны, все элитные войны принадлежали бы именно к этому типу.

Просто мне самой с ними в прошлой жизни сражаться не приходилось, а неизведанное всегда пугает.

Но если я вступлю в бой с Тринадцатым, кто будет противостоять Мамаше?

Однако Тринадцатый не дал мне времени подумать над этим вопросом.

– Асура, прочь, – выкрикнул он.

Асура тут же поднялся на ноги и, схватив одного из лежащих на земле людей, полу бегом, полу ползком спешно покинул поле брани, оставив позади немало собственной крови. По пути он даже несколько раз провыл от боли.

Мне было жаль мужчину, которого он утащил с собой, но сейчас было не лучшее время давать волю своим наклонностям святоши. Из трёх иных я пока вывела из строя лишь одного. Другими словами, я одна сейчас находилась меж молотом и наковальней. У меня нет свободного времени ещё и о других беспокоиться. Важнее сейчас понять, смогу ли я одолеть Мамашу и Тринадцатого одновременно?

– Шую, блокируй Тринадцатого.

Лишь в этот момент до меня, наконец, дошёл смысл слов Цзянг Сяотиана. Он собрался взять Мамашу на себя?

– Нет!

Тебе нельзя использовать свою способность. В тот раз, когда ты помог мне поднять ранг, это привело к жуткому жару. Насколько же более суровыми окажутся последствия, если ты примешь непосредственное участие в бою? Нет уж! Только через мой труп!

– Не будь самонадеянным, – грозным голосом выпалил Сяотиан. – Если сможешь победить Тринадцатого, это уже будет для нас грандиозным успехом. Не пытайся откусить больше, чем способен проглотить. Если сразишься с ними двумя одновременно и продуешь, мне тогда тоже придётся биться с обоими сразу!

Я застыла. Чёрт! Я по-прежнему недостаточно сильна. Если бы я смогла совладать с обоими, Даге не пришлось бы ничего делать!

Тогда блицкриг! Нужно покончить с Тринадцатым до того, как Цзянг Сяотиан успеет сделать свой ход!

Я подняла своё копьё и сформировала ледяные ботинки. Против Мамаши от ледяного копья было маловато толку, однако теперь проблем возникнуть не должно. Он обычный человекоподобный иной, да и особо твёрдой кожей не обладает. Единственное, за чем стоит внимательно следить, – это его мощный хвост. Он даже внешне выглядит куда более сильным, чем его ноги. Если схлопочу удар от такого хвостяры, боюсь, мои кости могут не выдержать.

Тринадцатый взревел. Надбровная лобная кость на его лице начала выпячиваться вперёд, трансформируя его лицо в нечто совершенно иное. Теперь он уже походил не на переработавшего сверх меры офисного работника, а на озлобленного финального босса.

Выпустив немного энергии своей способности, я покрыла всю землю вокруг слоем льда, но не очень толстым, чтобы не тратить силы в пустую. Достаточным лишь для того, чтобы по нему можно было свободно скользить. Помимо этого, я также рассчитывала тем самым ограничив мобильность Тринадцатого, так как лёд холодный и скользкий. На уязвимого к холоду иного это должно произвести желанный эффект.

Оказавшись в окружении льда, Тринадцатый раздражённо оскалился. Выпрямив руки, он напрягся, и его кости сразу же начали щелкать и скрежетать. Первыми трансформации подверглись суставы, что в одночасье раздулись до размеров маленьких мячиков. Затем изменятся начали кости, постепенно удлиняясь, делая его руки на порядок длиннее, чем прежде.

И эта метаморфоза отнюдь не ограничивалась лишь его руками. Его ноги также проходили сейчас через те же изменения. Видя, что мой соперник вот-вот обретёт аж четыре грозные когтистые лапищи, я спешно бросилась вперёд, целясь копьём ему в грудь.

Думал, я буду просто стоять и ждать, пока ты не закончишь трансформироваться? Ты меня за дуру держишь? Разумеется, я пырну тебя, пока у тебя руки заняты!

К несчастью, его руки не были заняты в полном смысле этого слова. Хоть метаморфоза его клешней и не успела завершиться полностью, это ничуть не мешало ему атаковать. Врезав по копью, он едва не выбил его у меня из рук. У Тринадцатого даже силёнок больше, чем у меня. Это уже реально бесит. Он же иной психического типа, откуда в нём столько мощи? Это столь же немыслимо, как размахивающий своим посохом и выносящий воинов в тяжёлых доспехах маг!

Неудивительно, что Тринадцатый – один из сильнейших элит будущего. Он настолько силён, словно не от мира сего произошёл.

К счастью, я тоже в каком-то смысле «не от мира сего». Манипулируя своим копьём, я обрушивала на Тринадцатого всё новые и новые атаки. Я пронзала его, колола, ударяла по нему древком, замахивалась и, время от времени, делала ложные выпады. Иногда я также наносила ему удары ногами, причиняя дополнительный урон лезвиями на моих ступнях. Пусть они и не очень крепкие, кожа Тринадцатого тоже не отличается особой прочностью. По крайней мере оцарапать они его могли без проблем.

Терпя на себе атаку за атакой, Тринадцатый постепенно начал путаться, не в силах отличить ложные выпады от настоящих. Время от времени, когда я по-настоящему нападала, он не блокировал мои атаки вовремя. Лишь когда острие моего копья уже касалось его кожи, он спешно ударял по древку, не позволяя ему вонзиться в его плоть.

В другие же разы, он яростно защищался от моих ложных атак, принимая их за настоящие. В такие моменты я, лишь слегка ударив его, тут же отступала, позволяя его собственной инерции толкнуть его вперёд. А так как земля была сплошь покрыта льдом, он каждый раз едва не падал плашмя мордой об пол.

Всего после нескольких минут битвы тело Тринадцатого уже избороздило множество ран. Он начал спешно отступать, как видимо, пытаясь увеличь дистанцию между нами. Эффективно блокировать мои атаки и ложные выпады у него не получалось, а достаточно прочным телом для того, чтобы их игнорировать, он не обладал.

Мне везёт. Тринадцатый этого мира всё ещё не обладает такой уж особенной боевой мощью. От силы его можно назвать лишь слегка более сложным оппонентом, чем обычные иные. Неудивительно, что в лаборатории он держал подле себя двух бронированных медведей. Они были нужны ему для того, чтобы прикрывать его от пуль!

В этот момент мою голову снова пронзила острая боль. Физически одолеть он меня не смог, потому теперь решил попробовать напасть ментально.

Я тут же заскользила вперёд и, не давая ему ещё одной возможности для атаки, обрушила на него ещё серию уколов, только в этот раз куда более точных и смертоносных. Раньше я лишь прощупывала его навыки. Теперь же, поняв на что он способен, мне более нет нужды сдерживаться. Нужно закончить с этим побыстрее. Мне ещё бой с Мамашей предстоит!

Тринадцатому оставалось лишь стоически принимать на себя удары. Мою голову пронзали всё новые и новые волны боли, но они не были такими уж невыносимой, чтобы я не могла их стерпеть. Из-за непрекращающихся атак, у Тринадцатого, похоже, не получалось полностью сосредоточиться на своей способности, потому у него не выходило заставить меня потерять сознание, как в прошлый раз. Ну или я попросту была на стороже, потому его способность и не срабатывала на мне в полной мере.

В этот момент, попавшись на очередной мой ложный выпад, Тринадцатый неожиданно потерял равновесие и, поскользнувшись, упал. Заметив это, я сразу же рванула вперёд, рассчитывая раз и навсегда освободить его от бренного существования в этом мире. Но, как оказалось, я слишком поспешила. Резко вонзив когти в лёд, он ударил вверх ногой, отбивая пяткой моё копьё мимо себя. После чего, пользуясь моментом, замахнулся той же ногой вниз, целясь мне в голову. Если бы удар этой когтистой лапы достиг своей цели, моё лицо точно бы на четыре части раскололось.

Я спешно отклонилась назад, но в конечном итоге всё равно немного опоздала. Его клешня таки дотянулась до моего бедра, оставив на нём глубокий когтистый след. Я немного сморщилась от боли. К счастью, этот удар ногой попал по мне лишь по касательной. Кости должны быть всё ещё целы; лишь мышцы оказались разрезаны в нескольких местах, окропляя мои штаны кровью.

Итого, за всё время этой драки на теле моего оппонента скопилось огромное множество не слишком приятных мелких травм. Я же в свою очередь схлопотал от него всего несколько ран, самая серьёзная из которых у меня на бедре. Увечье, в целом, не особо страшное, но, чёрт, такое болючее!

Как вернусь домой, обязательно займусь прокачкой своей физической силы! Выбивать дух из своих врагов всего одним ударом я, конечно, не рассчитываю, но хотя бы тремя должна. Далеко не в каждой битве у меня будет время медленно но верно выматывать своего противника, как сейчас.

Неожиданно со стороны раздались громкие крики – причудливая помесь женского визга и плача младенца, от которого у меня сразу же мурашки по коже побежали. Если бы во времена до апокалипсиса звукооператоры какого-нибудь фильма ужасов смогли бы сгенерировать подобный звук, то в картинке даже не было бы нужды. Достаточно было бы просто позволить людям посидеть в темноте и послушать этот саундтрек – уже от одного лишь этого они бы поседели от страха.

Лицо Тринадцатого тотчас же переменилось, и он незамедлительно рванул в строну звука. Углядев в этом шанс, я бросилась за ним, желая вонзить ему копьё прямо в спину.

Лишь тогда я наконец увидела, откуда исходит этот ужасающий крик. Мамаша извивалась в агонии будучи уже наполовину обращённой в ледяную скульптуру. Множество тянущихся из её живота ручек уже были полностью обращены в лёд, а от остального тела нетронутым осталась лишь половина, да и то ненадолго.

Тринадцатый хотел было броситься Мамаше на выручку, но маленький силуэт взмахнул рукой, и тот час же прямо перед её лицом материализовалось ледяное копьё. Если оно вонзится, от головы Мамашы и следа не останется.

– Не убить её! – закричал Тринадцатый. – Вы хотеть убить меня. Отпустить её.

Услышав эти слова, Цзянг Сяотиан нахмурил брови. Уж не знаю, обдумывал ли он вариант превращения этого иного в своего питомца, или же нет, но по крайней мере он на время остановил формировании ледяной скульптуры в лице Мамаши. Боже, ну почему ты хотя бы Асуру-то не выбрал? Почему твоим питомцем должна быть именно Мамаша? Или ты думаешь, что всё пучком, потому что скоро Хэллоуин?

– Тогда убей его, – произнёс Цзянг Сяотиан, бросив на меня равнодушный взгляд. – Я не думал, что боевые навыки Тринадцатого в это время настолько низки. От него тебе толку мало будет. Хоть тебе и необходима практика в противостоянии психическим атакам, ты потерял память и частенько проваливаешься в сон. Твоё ментальное состояние и без того нестабильно. Сейчас не самое лучшее время тренировать свою устойчивость к психическим атакам.

Я согласно кивнула, перехватила копьё покрепче и двинулась вперёд.

Тринадцатый тут же поднял свои когтистые лапы.

– Сперва отпустить её, – угрожающе прорычал он.

Брови Цзянг Сяотиана удивлённо приподнялись. В тот же миг из обеих его ладоней вырвалось по шару ледяного воздуха, что моментально обратили колени Тринадцатого в две ледяные сферы, вынуждая его приклониться. Тот же, терпя жуткую агонию, отчаянно пытался сбить лёд и освободить колени. От боли его лицо всё перекосилось и побледнело, но то и понятно. Созданный лично самим Ледяным Императором лёд настолько холоден, что даже я, будучи обладательницей той же способности, замёрзла бы на смерть. Что уж там говорить об ином, что изначально обладал к нему уязвимостью.

– Думаешь, ты в том положении, чтобы высказывать свои условия? – с презрением фыркнул Цзянг Сяотиан.

Блин, не могу отделаться от ощущения, что что-то во всей этой ситуации неправильно. Если бы с Тринадцатым было настолько просто разделаться, Цзянг Сяотиан сделал бы свой ход ещё тогда, в лаборатории. Только не говорите мне, что активация его способности приведёт к серьёзным последствиям, потому раньше он её и не использовал? От одной лишь этой мысли меня аж холодный пот прошиб.

– Цзянг Сяотиан, – спешно выкрикнула я, – немедленно остановись. Я сам убью Тринадцатого. А ты стой в сторонке и ничего больше не делай. Ты меня понял?!

Цзянг Сяотиан обиженно сжал свои губы в тонкую полоску, но в конечном итоге всё равно утвердительно кивнул головой.

– Я не понимать, – неожиданно выпалил Тринадцатый. – Почему вы так сильно желать убить меня?

Почему? Да потому, что ты уже сейчас способен задавать такие вопросы как «почему»! На этом этапе апокалипсиса, много ли иных способны разговаривать?

Пусть нынешний Тринадцатый и не похож на жестокого и властного Тринадцатого из старых слухов моего прошлого мира, встретившись с человеком, если даже он его не съест, то всё равно как минимум убьёт бедолагу. Возможно, какое-то особое события в будущем заставит его так сильно измениться, но я не уверена, что смогу гарантированно его предотвратить. Более того, сомневаюсь, что мне удастся убедить Тринадцатого не убивать людей кроме как ради пропитания. В общем, всё, что мне остаётся, это избрать простейший из способов решения проблемы – отправить его перерождаться в следующем мире!

– Ты слишком уникален. Ради меньшего числа человеческих жертв в будущем… – я на секунду притихла, после чего холодно изрекла, – я вынужден просить тебя умереть прямо сейчас.

Услышав мой ответ, Тринадцатый ничего более не сказал, лишь внезапно повернул голову в сторону, взглянув на подножье стоящего неподалёку дерева. Лишь тогда я заметила, что там, дрожа, как осиновый лист, сидела Бей-бей. Она была настолько напугана происходящим, что даже бровью пошевелить не могла. Даже глаза её замерли без движения, слово стекляшки.

Прежде чем вступить в бой, Тринадцатый, иной, не забыл оставить девочку в безопасном месте. Я же, человек, напрочь о ней позабыла. Стоило мне это осознать, как меня тут же обуяло чувство вины. Что за абсурд.

– Я отведу девочку к её матери, – не сумев сдержаться, выпалила я.

– Оставить девочка с тобой, – с серьёзным видом парировал Тринадцатый. Прозвучало это как просьба.

Я притихла. Не потому, что не желала брать её с собой, а потому, что поведение Тринадцатого всё больше и больше вводило меня в замешательство. Он прямо как человек, даже слишком как человек! Мне невольно вспомнились слова Ву Яоджина. К иным может вернуться человеческий разум… Нет, это невозможно, как на это ни посмотри. Тринадцатый просто особенный, вот и всё.

– Защити Бей-бей! – вновь взмолился Тринадцатый.

– Почему? Или, быть можешь, ты знаком с Бей-бей?

Тринадцатый отрицательно помотал головой.

– Когда я ещё спать, я видеть сон. Два человек. Маленький, как Бей-бей, и большой. Маленький… моя… – не в силах разобраться в собственном «я», глаза Тринадцатого внезапно покраснели. Во мне же его реакция пробудила новую волну паники. Раньше, убивая иных, я никогда не испытывала ни грамма сострадания. Да кто вообще в здравом уме будет мучиться вопросами этики в отношении поедающих людей чудовищ? Но если среди них существуют такие человечные особи, как Тринадцатый, следует ли мне сперва расследовать их прошлое и убивать лишь после того, как удостоверюсь, человек он на самом деле или нет?

Нет, не следует мне больше его слушать. У меня уже и без того имеется неизлечимый комплекс святоши. Если ещё и вопросами этики из-за чрезмерной человечности некоторых иных начну себя обременять, я умру раньше, чем сама успею заметить!

– Ладно, я позабочусь о Бей-бей.

Произнеся это обещание, я к собственному удивлению заметила, что прежде напряжённое тело Тринадцатое после моих слов немного расслабилось. Медленно закрыв глаза, он спокойно застыл в ожидании смерти.

От этого моя рука едва вновь не замерла, однако лишь «едва». Вспомнив всех тех солдат, что погибли от его рук в лаборатории, а затем подумав о десятках и сотнях тысяч его будущих жертв…

Ледяное копье стремглав понеслось к его груди.

Бах, бах, бах!

Пошатнувшись, я опустила голову и взглянула на собственную грудь. Там, медленно пропитывая мою футболку, начали распускаться три кроваво-красных цветка. Отвратительное зрелище.

И это был ещё отнюдь не конец.

Буквально через мгновение за первым залпом огня последовал ещё один, вынуждая меня неловко оступиться. Наконец, не в силах больше сохранять вертикальное положение, я повалилась на землю. Грудь болела так, что я даже дышать не могла, а нога пульсировала от боли.

Тринадцатый лежал на земле недалеко от меня, словно его тоже подстрелили. А ведь всего пару мгновений назад мы были врагами. Теперь же в одночасье превратились в товарищей по несчастью. С выпученными глазами, он в шоке глядел прямо на меня.

Умереть подле короля иных в каком-то смысле будет даже авторитетно. Вот только жаль, что я так и не смогла вернуться к Даге и Юн-юн. Рядом, конечно, есть миниатюрная версия Даге, но… но они всё-таки не одно и то же…

– ШУЮ!!! – раздался переполненный болью отчаянный вопль Цзянг Сяотиана…

– Цзянг Шую!

Выйдя из своей задумчивости, я поднял голову. Передо мной стояла девушка, весьма привлекательная девушка. Но с моей Юн-юн ей всё равно не сравниться.

Как её там зовут… Ах да, Мияо Сянлин.

– Ты что-то хотела?

– Эм… – смущённо замялась девушка, после чего сделала глубокий вдох и продолжила. – Ранее ты упоминал, что подумаешь над тем, чтобы начать встречаться со мной, как только сдашь экзамены. Ты это серьёзно тогда сказал?

Я невольно усмехнулся. Обычно подобные слова девчонки воспринимают как отказ, но я и впрямь подобное говорил. Готовиться к экзаменам попутно встречаясь с кем-то было бы слишком утомительно. На кой оно мне надо?

– Серьёзно. Ты свободна в эти выходные? Не хочешь пообедать со мной и в кино сходить? Встретимся в лобби Города Фильмов. Как тебе такое предложение?

Спешно перенял инициативу я. А то надоело уже, что это меня постоянно девушки погулять зовут, а не я их. К тому же, это ведь просто пробный поход в кино. Это не значит, что я буду обязан сразу же начать с ней встречаться.

– Превосходно! – с облегчением отозвалась Мияо Сянлин, словно у неё от сердца отлегло, но затем вновь с лёгким волнением в голосе произнесла. – Тогда увидимся в кинотеатре!

– Угу, увидимся, – кивнул я в ответ.

И не успело эхо этих слов полностью стихнуть в моих ушах, как меня посетило неожиданное предчувствие, что я, скорей всего, не смогу сдержать этого своего обещания.

На пути от дома до Города Фильмов, куда я не раз ходил вместе с Юн-юн, у меня никогда не возникало никаких проблем. Однако в этот раз всё случилось иначе. Идя по улице, что-то внезапно упало сверху и сильно ударило меня по голове. Боль постепенно прошла, и моё сознание ускользнуло вместе с ней.

Но прежде чем меня окончательно поглотила тьма, перед моими глазами в одночасье промелькнуло множество незнакомых сцен. Это было всего лишь мимолётное мгновение, однако ощущалось оно как долгие годы, словно я за секунду прожил целую жизнь.

Сначала бессознательное младенчество, затем младшая школа, старшая и, наконец, учёба в колледже.

Начало работы в фирме и отношений с парнем, долгие изнурительные часы труда ради ипотеки и покупки дома – всё это бесследно растворилось в чёрном тумане.

Нагрянул апокалипсис. Ужасающие монстры были повсюду, но ничто не могло сравниться с болью утраты матери и предательством парня. В итоге, моё сердце оказалось разорвано на мелкие кусочки, словно развеянный по ветру пепел…

Меня зовут…

Гуан Веюн.

– Шую!

Я открыла глаза. Передо мной предстал сверкающий белоснежный мир, с парящими в воздухе снежинками и кристалликами льда. Никогда не видела ничего прекраснее. На какое-то время я даже потерялась, не в силах осознать, где нахожусь. Всё уже закончилось? Это рай?

– Шую? – неожиданно в поле моего зрения появилось невероятно привлекательное властное лицо. Эти отточенные черты были мне прекрасно знакомы. Поймав на себе мой взгляд, выражение лица этого человека в одночасье преобразилось из скорбящего в ликующее, и он спешно подбежал поближе. Было видно, что он хочет осмотреть мое тело, но не решается даже прикоснуться к нему.

– Даге?

Стоп, у него волосы ниже плеч, да ещё и абсолютно белые. Это не Даге, а Ледяной Император. Стоило мне это осознать, как на меня тут же нахлынуло чувство вины. Забота и волнения Императора никогда не предназначались мне. Уже с самого начала наши с ним отношения были ложными и неверными. Ледяной Император, ты всё неправильно понял. Ты… ты не мой Даге!

Ледяной Император же тем временем трепетно прикоснулся к моей щеке.

– Ты в порядке, Шую?

Я сразу же помотала головой.

Я не могла произнести этого вслух. Ради своих брата и сестры Ледяной Император не побоялся даже сквозь пространство и время прыгнуть. Разве ж могу я поведать ему подобную жестокую истину? Ни за что и никогда! К тому же, есть ведь Шуюн. В отличие от меня, она – его самая настоящая сестра!

– Чувствуешь тошноту? – Ледяной Император потянулся было ко мне рукой, словно желая приподнять, но не посмел. А учитывая ещё и мой грозный вид… ну, ладно, вид у меня сейчас был не особо грозный, признаю. Каким бы могучим и вызывающим человек изначально ни был, будучи одет в изодранную в клочья футболку, от его прежде могучего образа не останется и следа.

– Нет, – и меня это немного даже удивляет. Мне ведь грудь прострелили. Даже если я каким-то чудом не скончалась, моё состояние не должно быть таким стабильным; всё, что я сейчас чувствовала, – это боль и ничего больше. Поднапрягшись, я поднесла руку к груди, но почувствовать собственную плоть так и не смогла. Вместо этого мои пальцы коснулись слоя твёрдой брони. Только теперь она была не цельной покрывающей всю грудную клетку пластиной, а разбитой на маленькие кусочки.

– Цзянг Сяоронг. Так это он защитил меня от пуль, – я кисло ухмыльнулась. Кто бы мог подумать, что невзначай сказанные слова о «бронежилете» в итоге окажутся правдой. Если бы не это крохотное деревце, я бы, скорей всего, уже была мертва. Но вот теперь вопрос, жив ли после такого сам Сяоронг?

Поняв, что мои травмы не настолько серьёзны, как я думала, я поднатужилась и заставила себя принять сидячее положение. Но стоило мне преуспеть, как я тут же застыла в немом шоке. Я лежала в центре заснеженной поляны. В какую сторону ни глянь, везде было видно лишь бесконечные белые просторы. Чт-что за фигня? Когда это я из середины осени успела попасть в самый разгар зимы?

Внезапно припомнив кое-что, моё лицо моментально перекосилась и я, бросив на Ледяного Императора испепеляющий взгляд, заорала в гневе:

– Что ты, чёрт побери, тут вытворил? Я же ясно велел тебе не использовать свою способность. А ты всё равно поступил так опрометчиво. Неудивительно, что у тебя волосы побелели! Раньше они такими не были…

Я резко притихла. В пылу своей ярости я так разоралась, что ненароком вновь разорвала уже начавшие было подживать раны на груди. Боль была настолько сильной, что я даже слова из себя выдавить не могла. Хоть Цзянг Сяоронг и принял на себя основной удар, он не был достаточно крепок, потому я всё равно понесла существенный урон. И когда от боли я уже готова была в калачик свернуться, я внезапно почувствовала едва уловимое движение у себя на груди.

Какой же ты молодец, Цзянг Сяоронг! Живи, и с этого момента я гарантирую тебе предостаточно кристаллов эволюции!

В этот момент меня внезапно обдало холодным воздухом, и я сразу же почувствовала себя легче, но не от того, что мои раны затянулись, а потому, что кожа у меня на груди онемела от холода. Это того не стоит!

Я снова зыркнула на непослушного Ледяного Императора и, стиснув зубы, прошипела:

– Не смей разбрасываться своей способностью, ты––

Но Ледяной Император закрыл мне рот рукой.

– Молчи. Просто внимательно выслушай меня, Шую, ладно? У меня осталось слишком мало времени.

Мало времени? Я застыла. По воле случая как раз в этот момент мой взгляд скользнул по его белоснежным волосам. В следующую же секунду я услышала треск у самых моих губ. Звук исходил от его пальца…

– Даге, – осипшим от ужаса голосом пробормотала я, – ты же даже с Шуюн ещё не повидался. Вы десять лет не виделись. Разве ты по ней не скучаешь?

Я могла лишь надеяться, что любовь Ледяного Императора к своей мей-мей сможет дать ему необходимый импульс и заставит его желать жить дальше. Он ведь так силён. Должен быть какой-то способ! Даже если он полностью потеряет свою способность, неважно. Мы все с радостью будем его защищать!

Ледяной Император рассмеялся.

– Наше с тобой путешествие значительно облегчило груз на моей душе, ведь теперь я знаю, что у них есть ты. Доверяю защиту здешнего дома тебе. Цзянг Шутиан этого мира точно не может быть сильнее тебя. Нет, вернее будет сказать, даже я сам в аналогичный период времени, возможно, не был сильнее тебя нынешнего.

– Я старался стать сильнее не для того, чтобы облегчить груз на твоей душе, – вспылила я, – а ради того, чтобы наша семья продолжила жить и выживать всем вместе. Неужели ты этого не понимаешь?!

– Я ничуть не сомневаюсь, что твоя семья сможет жить и дальше все вместе.

А это ещё что значит? Это правда, что теперь у нас два Даге, и что Ледяной Император, по сути, не является моим Даге, но…

– Моя семья уже мертва.

Услышав эти его слова, я почувствовал, как в моей груди начал зарождаться гнев, и я взревела:

– Разве я не––

– Шую, это ведь другой мир, я прав? – оборвал меня на полуслове Ледяной Император. – Я вовсе не в прошлое вернулся, а переместился в пространстве и времени, так?

Несмотря на то, что мысль его была сформулирована в виде вопросов, интонация была вполне себе твёрдая и уверенная, словно он ничуть не сомневается в своих словах. Услышав это, на моё лицо тотчас же легла тень. Как и думала, он уже давно обо всём догадался и просто до поры до времени молчал об этом. Только не говорите мне, что он искал возможность принести себя в жертву? Вот же гадёныш…

Раздался ещё один треск. Я тут же метнула взгляд в ту строну, откуда исходил звук, и в ужасе застыла.

На руке Ледяного Императора появилась огромная трещина, что начиналась от кончика мизинца и шла дальше вверх о руке. Больше всего это напоминало растрескивающуюся по весне льдину, от которого даже местами уже начали откалываться и опадать маленькие льдинки. Я отвела взгляд, не рискуя смотреть на оставшиеся на месте отколовшихся фрагментов полости.

– Шую, у меня правда осталось мало времени. Просто молча выслушай меня.

Мало времени. Сколько именно это твоё «мало» времени? Достаточно, чтобы добежать на полных парах до Старого1 города?

– Теми, кто подстрелили тебя недавно, были люди из ИЦМО. Ву Яоджин привёл за собой группу бойцов, и у некоторых из них даже имелись развитые способности. Этот ублюдок просто притворялся несведущей овцой.

Ах ты ж, Ву Яоджин! А-Нуо был прав! Мне следовало убить его сразу же!

– И раз ему удалось столь быстро нас отыскать, он наверняка поместил на тебя какой-то жучок для слежки.

Когда успел? Я нахмурила брови и вскоре припомнила, что был эпизод, когда он, спрятавшись у меня за спиной, похлопал по моему плечу. Это сукин сын посмел использовать меня!

– Запомни, Шую. Ты во что бы то ни стало обязан уничтожить ИЦМО. За кулисами они даже более прогнившая коррумпированная организация, чем я предполагал. Способности атаковавших нас сегодня бойцов были приблизительно на том же уровне, что и твоя. Даже мне в это сложно поверить. Если все эти люди дожили до поздних этапов апокалипсиса, это значит, что десять лет спустя в распоряжении ИЦМО имелось с добрый десяток бойцов равных по силе элитам. Вот только все они были глубоко запрятаны, потому-то никто и не знал об их существовании. Более того, нам даже неизвестно, чего они вообще добиваются. Жаль, что Ву Яоджину всё же удалось сбежать. Он крайне подозрительная личность. Если когда-либо вновь его встретишь, будь на стороже.

Да мне плевать сейчас на ИЦМО! Их уничтожение всё равно придётся отложить на неопределённый срок, до них мне сейчас вообще дела нет!

– Даге, неужели правда нет другого пути? – уже не в силах держать себя в руках взмолилась я. – Подумай ещё. Разве ты не можешь снова в ребёнка превратиться? Так ты однозначно сможешь продолжить жить, разве нет? Мы сможем тебя защитить. Определённо сможем! Подумай о Шуюн. Ты так давно её не видел. Неужели ты не хочешь с ней увидеться?

– Шуюн… я и в самом деле хотел бы увидеться с ней. Но, к несчастью, возможности у меня такой уже не будет. – на лице Ледяного Императора появилась едва уловимая улыбка, словно он вспомнил нечто приятное из прошлого, но, тем не менее, взгляд его остался столь же решителен, без грамма колебания. Я не смогла его даже поколебать. Почему? Если так хочешь увидится с ней, просто продолжи жить дальше!

– Даге, самое главное для всех людей мира – оставаться в живых. Ты со мной не согласен? – под конец фразы мне пришлось стиснуть зубы, чтобы не позволить голосу надломиться.

Но Ледяной Император на эти мои слова лишь помотал головой.

– Шую, знаешь ли ты, что последним я видел перед тем, как прибыть сюда?

Разумеется, я этого не знала, но ему и не нужен был мой ответ.

– Лилию. Зарёванную стоящую передо мною на коленях Лилию. Она хваталась за меня что есть сил и отчаянно молила не верить словам того иного, не бросать её, не бросать всё человечество. Я был им нужен как никогда раньше, но я всё равно от них отвернулся. Я бросил позади всё.

Я открыла было рот, но так и не смогла выдавить из себя ни единого слова сочувствия. С точки зрения людей того мира, с точки зрения Лилии, он действительно оставил их на произвол судьбы. Ведь на тех поздних этапах апокалипсиса элиты были всё равно что боги. Само их существование было незаменимо, ведь элиты обладали силой самим своим присутствием в корне изменить исход любого боя. Исчезновение даже одного из них значит огромную потерю для всех людей мира.

– Если бы тогда я действительно вернулся в прошлое, я бы смог изменить будущее. Шую и Шуюн не погибли бы. Мои товарищи по оружию не погибли бы. Я даже смог бы помочь большему числу людей уцелеть. Нам пришлось бы пережить куда меньше трудностей! Но, увы, это не мой мир. Я не только не смог спасти Шую и Шуюн, но также бросил позади Лилию и всё человечество в придачу. Я более кого бы то ни было заслуживаю смерти. Разве ж такой как я может припеваючи жить дальше, а, Шую?

– Но, Даге, ты ведь и не обязан спасать человечество, – в чувствах выпалила я. – Уверен, Лилия поймёт. Она наверняка всегда знала, насколько сильно ты жаждешь спасти свою семью. Она не стала бы тебя ни в чём винить!

– Хе-хе, – усмехнулся Ледяной Император. – Неудивительно, что ты всегда повторял, как важно семье держаться вместе. Твоим следующим шагом будет воссоединиться со своей семьёй, в то время как моим станет воссоединение со своими братом и сестрой.

Моё сердце тотчас же ухнулось в пятки.

– Даге, я тоже твой ди-ди! – спешно завопила я.

Ледяной Император внимательно заглянул мне в глаза. На лице его была нежная заботливая улыбка, но ни подтверждать, ни опровергать моё заявление Ледяной Император не стал. От этого мне стало ещё больнее. Мне даже стало немного страшно. Он ведь не мог и это понять, нет ведь?

В итоге правда оказалась именно той, на которой Даге и Шуюн настаивали с самого начала. После удара облицовочной панелью по башке я действительно вспомнила свою прошлую жизнь. Я являюсь настоящим Цзянг Шую, что прожил с ними последние восемнадцать лет. Такова нерушимая правда обо мне!

Но с Ледяным Императором всё с точностью да наоборот. Я не являюсь, да и никогда не была его ди-ди, потому-то он постоянно и чувствовал моё несоответствие с тем образом Шую, что сохранился в его памяти, ведь я действительно не он!

Но это неважно, ведь есть ещё Шуюн! Я продолжу настойчиво уговаривать его, пока он не передумает. Он ведь так и не сказал прямо, что это бесполезно, так что шанс спасти его всё ещё должен существовать. Просто сам Ледяной Император больше не желает жить. Теперь, когда я об этом думаю, он, небось, уже давно планировал отвести меня назад, взглянуть одним глазком на Шуюн, а после точно также броситься в объятия смерти.

– Даге, прошу. Если бы Шуюн узнала о твоей ситуации, наверняка почувствовала бы себя опустошённой. Ты ведь не хочешь стать причиной её слёз, так ведь?!

– Причиной её слёз? – вздохнул Ледяной Император. – Хорошо, когда есть мей-мей, которая может лить из-за тебя слёзы. Просто чудесно.

Мои глаза ещё больше распахнулись. Та трещина уже достигла его шеи и постепенно подползала к лицу.

– Шую, напоследок я хочу преподнести тебе подарок…

– Ладно, – тут же выпалила я. – Хочу, чтобы Даге продолжил жить!

Ледяной Император улыбнулся, но эта его улыбка уже была расколота надвое подымающейся всё выше трещиной. От этого зрелища моё сердце словно тоже раскололось.

– Да… Даге…

Вылупив глаза, я могла лишь безвольно смотреть на то, как прямо на моих глазах дорогой мне человек начал постепенно обращаться в полупрозрачный кристалл начиная со ступней. Грудь мою словно опалило изнутри, да так, что я едва дышать могла.

– Шую, помоги мне защитить семью. И, если останутся свободные силы, помоги присмотреть за человечеством. Защити этот мир. То, что не удалось мне, уверен, сможешь воплотить в жизнь ты. В этом я ничуть не сомневаюсь. Ты станешь во много раз сильнее, чем я когда-либо был!

Ледяной Император положил руки мне на плечи и с силой сдавил. К этому моменту кристаллизация уже достигла его груди. Исходящий от его ладоней холодный воздух был настолько ледяным, что я моментально лишилась тактильных ощущений в руках, но от этой боли мне даже стало немного легче. По крайней мере она отвлекала меня от той агонии, что разрывала на части моё сердце.

Цзянг Сяотиан, ты самый настоящий засранец. Если ты с самого начала планировал умереть в качестве покаяния за содеянные грехи, зачем же тогда ты смеялся вместе со мной, зачем наставлял меня, критиковал мои ошибки и даже стал для меня объектом для подражания? Знаешь ли ты о том, что я уже давно представляла себе, как мы, четвёрка братьев и сестры, будем счастливо жить вместе в будущем? Разве ты не понимаешь, как сильно опечалит меня твоя смерть?

– Не плачь. Мужчина может проливать только кровь, не слёзы.

К чёрту, я женщина!

– Даге, молю…

Я так сильно рыдала, что даже говорить не могла. Обледенение уже охватило его шею. Ещё немного и мой Даге полностью обратится в ледяную скульптуру, и ты по-прежнему запрещаешь мне плакать?

– Нет, Шую, это я тебя молю, – размеренным твёрдым голосом произнёс Ледяной Император. – Прошу, защити семью Цзянг этого мира так, чтобы её не постигла та же участь, что и мою семью. Не позволь никому из них умереть. Сделай то, что я не смог. Возьми меня с собой. Позволь мне увидеть другое будущее.

Взять… тебя?

Но высказать свой вопрос я так и не успел; стоящий передо мною человек окончательно обратился в ледяную скульптуру. Я даже шелохнуться не смела. Мои плечи были по-прежнему твёрдо сжаты Ледяным Императором. Если хоть немного пошевелюсь, он может расколоться.

Однако, даже при том что я не двигалась, гигантская трещина на его теле внезапно начала быстро расползаться во все стороны. Всё случилось в мгновение ока. Ледяная статуя моментально раскололась и рассыпалась по земле мелкими осколками. Я быстро выставила вперёд руку, но поймать успела лишь несколько кристаллов. Мне оставалось лишь в полном шоке уставиться на маленькую кучку льдинок у меня на ладонях.

И тут внезапно рассыпанные по земле осколки сами собой воспарили и зависли в воздухе. Куда ни глянь, со всех сторон были видны лишь искрящиеся льдинки. Поистине захватывающее зрелище, но создано оно было ценой жизни Даге. Я даже смотреть на них не хочу!

Неожиданно все эти висящие в воздухе кристаллы льда начали собираться в две кучки, потихоньку спрессовываясь вместе, начав объединяться в новую форму. Спустя время начало казаться, что от избытка энергии получающиеся льдины вот-вот взорвутся изнутри и окончательно развеются по ветру, не оставив после себя и следа. Я спешно подалась вперёд, желая схватить эти ледяные кристаллы. Даже одному из них я буду несказанно рада.

Однако, проникнув в облако парящих льдинок, мои пальцы коснулись чего-то на удивление гладкого и крепкого.

Что это? Я удивлённо моргнула.

Витающие вокруг кристаллы льда начали всё больше и больше спрессовываться вокруг моей руки, формируя сперва что-то на подобии небольшой дубинки. Затем же дубина начала постепенно удлиняться в обе стороны, пока не достигла в длину почти двух метров, обратившись в длинное копье с человеческий рост. Будь то древко или же наконечник, оно было целиком и полностью сделано из прозрачного голубовато-серебристого сверкающего материала похожего на лёд, но льдом не являющимся. Нижний конец древка был заострён, в то время как наконечник копья по форме напоминал кинжал, что способен наносить не только колющие, но и рубящие удары. Это копьё было столь же прекрасным оружием, сколько и смертельным.

В этот момент от правой ладони, в которой я держала копьё, вверх по руке начали подыматься голубовато-серебристые полосы, начиная с мизинца, и вскоре вся длина руки в плоть до предплечья покрылась простыми и в то же время аккуратными линиями. Если бы не исходящее от них мягкое свечение они были бы точь-в-точь как татуировка. Однако их сияние вскоре потухло, оставив позади лишь обычную на вид голубовато-серебристую татуировку.

Я ошарашенно перевела взгляд на второе всё ещё висящее в воздухе скопление льдинок. И пока я пребывала в ступоре, оно само по себе обратилось в прозрачный голубовато-серебристый короткий кинжал. В следующее же мгновение он резко обратился во вспышку света и метнулся в сторону моей левой руки. И снова по поверхности моей кожи поползли светящиеся полозы, однако в этот раз они были куда короче и вскоре, обившись лишь вокруг моего запястья, потухли, сформировав своего рода браслет.

Ледяное копьё и ледяной кинжал. Два моих самых привычных и самых любимых оружия. Ледяной Император, вы так внимательны. Разве можно придумать более вдумчивый подарок, чем это?

И тут меня внезапно осенило. Ледяной Император действительно мог продержаться дольше, но он избрал использовать свои последние силы на трансформацию в оружие для меня.

Быть может, это и был его изначальный план? Довести меня до дома, посмотреть на Шуюн, а потом перевоплотиться в оружие в качестве искупления.

Но кто ж знал, что мы неожиданно попадём в засаду ИЦМО. Скорей всего, он подумал, что я погибла; я ведь несколько пуль прямиком в грудь словила. Потому он дал волю своей силе, что и стало причиной этого обледенелого пейзажа. Наконец, не в силах более поддерживать себя, ему не осталось ничего другого, кроме как ускорить свой план и трансформироваться прямо здесь и прямо сейчас.

Не сумев даже одним глазком увидеть Шуюн… как же он, должно быть, сожалел об этом?

– ИЦМО, однажды я непременно вас уничтожу, даже если это будет последнее, что я сделаю в своей жизни!

Сноски

1. Старого города : раньше он упоминался как город «Старая ностальгия», но позднее английские переводчики сменили название на просто «Старый город». Возможно, это как-то связано с дальнейшим сюжетом

Конец эпохи доминирования Том 3 глава 8: Развилка в три пути

Конец эпохи доминирования Том 3: Скованное льдом благородство и величие

Автор оригинального китайского текста: 御我 (Yu Wo)


Глава №8: Развилка в три пути – перевод EliSan; редактура Akili

Настороженные и раненые, мы одним махом преодолели весь путь обратно и благополучно вернулись в лагерь беженцев. По дороге мы даже вновь наткнулись на Ву Яоджина. Стоило нам встретиться, как все вояки тут же разом набросились на него, словно волки, жаждая крови и отмщения. Что же до меня, то я не сочла нужным препятствовать им.

После недавней переклички все мы сейчас пребывали в крайне мрачном расположении духа, так как после тщательного подсчёта всех павших и раненых выяснилось, что число выживших солдат не дотягивает даже до трети. Но всё же самым жестоким ударом для вояк стала подтвердившаяся гибель лейтенанта и Гуо Хонга. По всей видимости, они оба погибли в последней яростной атаке Асуры да так основательно, что даже тел их отыскать не удалось. Учитывая всё вышесказанное, разве ж можно винить солдат за их желание к чертям разорвать всех здешних исследователей?

– Если убьёте меня, через двое суток столкнётесь с серьёзными проблемами, – принялся спокойно анализировать ситуацию парень несмотря на то, что его собственная жизнь сейчас висела на волоске. – Ранее мы удерживали прочих иных на расстоянии от лагеря полагаясь на запах Мамаши. Однако теперь её здесь больше нет…

Оп-па, он уже перенял у меня термин «иные». Теперь это название наверняка станет общепринятым куда быстрее, чем раньше.

Услышав слова учёного, А-Нуо невольно нахмурился.

– Так те монстры скоро тоже придут сюда?

На что Ву Яоджин ответил утвердительным кивком головы. Лица вояк тот час же помрачнели ещё больше, а в глазах некоторых даже промелькнула толика отчаянья и смирения.

Заметив это, я спешно спросила:

– Но раз ты говоришь, что «ЕСЛИ убьём тебя, столкнёмся с проблемами», выходит, у тебя есть какое-то решение, так?

– Ага, – признал Ву Яоджин, окинув взглядом всех присутствующих, но раскрывать подробности своего плана явно не торопился. Было очевидно, что молодой учёный намерен использовать его как козырь для обеспечения собственной безопасности. Он не станет нам ничего рассказывать.

Я опустила взгляд на Цзянг Сяотиана гадая, есть ли у него какие-нибудь идеи на сей счёт. Но самого Сяотиана этот вопрос, похоже, не сильно беспокоил.

– Идём быстрей наверх, – спокойно бросил он. – Тринадцатый, скорей всего, направился на восток, так как именно в той стороне находится его будущая вотчина, но наверняка пока сказать не могу. Кто знает, какой крюк он решит сделать и сколько ещё городов посетит прежде, чем окончательно обоснуется в том мегаполисе.

На восток?.. Я застыла, словно громом поражённая. Даге и остальные тоже движутся на восток, а территорией Тринадцатого в прошлом мире, если правильно помню, был крупный город. Только не говорите мне, что это Лан?!

Увидев резкую перемену на моём лице, брови Цзянг Сяотиана озадачено приподнялись, но не успела я даже приступить к объяснению, как он сам всё понял и с явной тревогой в голосе выпалил:

– Шуюн в опасности!

Вообще, если уж на чистоту, непосредственно сиюминутной опасности эта новость для них не представляет. Даге и остальные планируют обосноваться в городке рядом с Лан, а не в самом Лан. К тому же мир огромен. Каков шанс, что они столкнуться с… Стоп, с везучестью Цзянгов, такое действительно возможно! В смысле, я же на Тринадцатого наткнулась!

Нам стоит поспешить. Теперь я и в самом деле забеспокоилась.

В этот момент Чен Янксинг внезапно с явно обеспокоенным видом сделал несколько шагов в мою сторону. Он выглядел сейчас точь-в-точь как несчастный муж, что переживает, как бы его возлюбленная не ушла от него прочь… Вернее, как… как… простите, но я действительно не знаю, как ещё это можно описать!

Тем не менее, я прекрасно понимаю причину его обеспокоенности. В моей прошлой жизни многие желали держаться как можно ближе к сильным. Даже такая мелкая сошка как Ксиа Зенгу имела немало последователей. Ни у кого попросту не оставалось иного выбора, так как банальное выживание перед лицом иных, голода и радикальных изменений в климате стало непосильной задачей для простых людей. А продвижение вперёд в тени кого-то сильного дарило какое-никакое, но всё же чувство защищённости, и ради этой защищённости люди готовы были продавать как самих себя, так и собственных детей.

По тому, как мы с Цзянг Сяотианом ведём себя, мы, вероятно, предстали в их глазах эдакими могущественными мастерами, что всё да обо всём знают. В подобных обстоятельствах кто в здравом уме откажется от шанса последовать за такими людьми? Хотя Чен Янксинг и без этой причины довольно приставуч…

Однако Ву Яоджин в этот момент резво нырнул за мою спину, и, вцепившись мне в плечи, выпалил:

– Пообещайте, что не убьёте меня. Тогда я помогу вам разрешить эту проблему.

После этих слов учённого, жажда крови вояк лишь ещё больше возросла и даже я со своими наклонностями святоши не испытывала ни малейшего желания его спасать. Ты дебил? По-твоему, прятки за моей спиной могут хоть в чём-то тебе помочь?

Сорвав его руки со своих плеч, я равнодушно отступила в сторону, намереваясь позволить ему в полной мере вкусить ярость и негодование солдат.

Заметив это, Ву Яоджин вздохнул.

– Моё убийство не принесёт вам ничего, кроме негативных последствий, – подметил он. – Пусть сейчас и создаётся впечатление, будто нынешний мир благоволит лишь физически сильным, в будущем вам всё равно потребуются искатели истин, вроде меня, для разрешения глобальных проблем. Ведь, уверен, никто из вас не желает вечно жить в страхе перед иными, нет ведь?

Среди солдат повисла гробовая тишина. И я прекрасно понимаю их неоднозначные чувства. Пусть некоторые люди и стали в этом мире буквально одержимы силой, и атмосферу апокалипсиса в целом можно назвать более захватывающей, чем былые унылые будни, большинство людей по-прежнему предпочтёт вернуться назад. Назад к тому времени, когда даже слабые могли выжить, вместо того, чтобы жить подобной захватывающей жизнью, в которой всего один неловко сделанный шаг может означать смерть.

Однако почему всё-таки мир внезапно стал таким? Был ли тот алый метеоритный дождь лишь занятным совпадением или же одной из причин? И что из себя вообще представляет этот чертовски странный чёрный туман, что будет наведываться к нам строго каждый год?

И что же всё-таки случилось на десятом году апокалипсиса, в тот самый год, когда я умерла?

Помнится, тогда ни с того ни с сего поднялась большая шумиха и со всех сторон стали раздаваться громкие взрывы… Что это было? Признаться, мои воспоминания о тех событиях весьма туманны; помню лишь, что все без исключения куда-то бежали, отчаянно пытаясь оторваться от того нечто, что настойчиво преследовало нас и, по всей видимости, было решительно настроено уничтожить всех без исключения.

Выбрав направление, я взяла с собой несколько человек, с которыми была близка, и повела их по безопасному пути без врагов, но засранец Ксиа Зенгу таки нагнал нас. И он не только привлёк опасность в нашу сторону, он даже атаковал нас, рассчитывая тем самым замедлить врагов. Он ударил меня, да с такой силой, что я отлетела на пару метров назад. А когда подняла взгляд, передо мной уже был рой… рой похожих на жуков иных… Ва-а, гадость-то какая!

– Что с тобой, Шую?

Вернувшись в реальность, я обнаружила себя сидящей на корточках и сжимающей свою голову в тисках. Подняв взгляд, я увидела перед собой обеспокоенно глядящего на меня Сяотиана.

– Просто голова болит. Скорей всего, остаточные явления той ментальной атаки Тринадцатого.

Как разберёмся с этими военными, думаю, мне всё же стоит расспросить Цзянг Сяотиана о том, что произошло на десятом году апокалипсиса. Он наверняка знает, что стало причиной той шумихи, если только его путешествие сквозь пространство и время не произошло раньше смерти Гуан Веюн. Но я почти уверена, что это не тот случай. По крайней мере, слуха о гибели одного из элит человечества до меня точно не доходило.

И пока остальные солдаты пребывали в нерешительности, А-Нуо внезапно заговорил:

– Мы не тронем тебя. Но взамен ты сделаешь то, что должен сделать, и быстро. Мы не знаем, как обстоят дела снаружи. Если лагерь беженцев окончательно падёт, от тебя тоже более не будет проку, и тогда, будь уверен, мы без промедления тебя убьём!

Я согласно кивнула. Это было верное решение. Если к нашему возвращению лагерь беженцев уже будет разрушен, А-Нуо и ребята просто покинут эту военную базу, и им более не будет грозить массовое нападение иных со всех сторон. И в тоже время, если учёный действительно знает некий способ держать иных на расстоянии, все захотят заполучить его в свои руки! Я тоже хочу. Было бы крайне расточительно просто взять и уничтожить его!

– В этом деле нам поможет взятые из тела Мамаши образцы крови. С их помощью мы сможем обезопасить лагерь ещё минимум дней на семь, не меньше. Ну а с тем, как быть дальше, сообразим уже по ходу дела. Если повезёт, к тому времени к нам подоспеет подмога из других исследовательских центров.

– Тогда поспеши и достань их уже! – теряя терпение рявкнул А-Нуо.

Но Ву Яоджин лишь отрицательно помотал головой.

– Не нужно. Чуть ранее я уже сходил и взял несколько образцов с собой. Мы можем идти.

– … – полагаю, в этот момент не только меня, но и всех солдат посетило жгучее желание забить этого треклятого козерога до смерти.

Когда мы вновь вернулись на поверхность, нас приветствовала картина полнейшего хаоса. Те немногие солдаты, которым посчастливилось выжить, были не в силах взять ситуацию под контроль. От них я узнала, что когда Тринадцатый и его шайка оказались на поверхности, те без труда схватили несколько людей, вероятно, в качестве закуски на дорогу, и ушли. Даже отчаянная попытка военных остановить их плотным огонём не увенчалась успехом, так как два бронированных медведя с лёгкостью отразили все летящие в них пули. Увидевшие это солдаты настолько перепугались, что уже даже было с жизнями успели распрощаться. Но, к их изумлению, группа иных лишь прошествовала мимо, прихватив с собой незадачливые «закуски».

– Что ты сказал? Те иные ушли на юг? Ты точно уверен, что они ушли на юг? – с напором потребовала ответа я, боясь, что солдат что-то напутал. В смысле, разве Тринадцатый не должен был сейчас пойти на восток, чтобы основать свой лагерь? Что он на юге забыл?

Солдат в ответ живо закивал головой и ткнул пальцев в ту сторону.

– Если не веришь мне, можешь сам пойти и взглянуть. Оставшиеся после них следы и слизь по-прежнему там. Никто не рискнул даже прикоснуться к ним.

После этих слов Цзянг Сяотиан и в самом деле сорвался с места и побежал взглянуть на следы. Я тоже собиралась последовать за ним, но как раз в этот момент солдаты начали один за другим отчитываться перед А-Нуо, и я решила остаться и послушать. Да и, помимо этого, Чен Янксинг… нет, не только он, несколько других вояк подле него тоже глядели на меня боготворящими глазами. Если попробую сейчас куда-то уйти, за мной почти наверняка увяжется целый табун, что будет лишь под ногами мешаться. Лучше уж пусть Цзянг Сяотиан сам туда сбегает.

К слову, неужто это тот самый флаг1, когда я могу основать мой собственный гарем? Нет уж, спасибо. Не хочу я становиться вторым Ксиа Зенгу. Все вы можете просто свалить в туман!

Тем временем другие солдаты продолжали информировать А-Нуо:

– Многие люди убежали прочь из лагеря, но, полагаю, они всё равно где-то поблизости. В конце концов, им попросту некуда больше бежать. Как только ситуация на базе стабилизируется, уверен, они вернутся назад.

По мне, так лучше бы они и не возвращались!

Во-первых, с их приходом вновь увеличится потребление и без того не резиновых запасов еды. Во-вторых, учитывая резко поредевший состав военных сил базы, если вояки продолжат как и раньше организовывать вылазки в город за продуктами, оставшаяся позади ничтожная кучка солдат вскоре попросту не сможет удержать людей под контролем. Когда этот момент настанет, люди начнут в открытую сражаться между собой за еду и оружие и даже убивать друг друга.

Никогда не смейте недооценивать обычных гражданских. Как только испытываемый ими голод достигнет определённой отметки, первое, что окажется съеденным, будет их собственная человечность.

А-Нуо, определённо, тоже это понимает. Его брови плотно сжались на переносице в глубокой задумчивости. Однако уже в следующее мгновение, подняв голову и встретившись со мною взглядом, его брови вновь расслабились, словно я обладала силой всё вмиг исправить.

…Это что же получается, я теперь непременно обязана взять этих армейских под своё крыло?

– Шую!

Я обернулась на звук голоса. Ко мне резво подбежал милашка Цзянг Сяотиан и, ехидно ухмыляясь, сообщил:

– Шую, нам действительно стоит поспешить! Похоже, Тринадцатый исчерпал свои силы и более не может контролировать других иных. Потому-то он и сдался так просто там, внизу. Судя по тому, как расходятся следы, он уже отпустил всех прочих иных в свободное плаванье. С ним остались лишь Асура и Мамаша, но оба сильно ранены, особенно Мамаша. Какое-то время они будут лишь обременять Тринадцатого. Да и к тому же Мамаша оставила после себя густой вонючий след из слизи, так что отследить их продвижение не составит никакого труда.

Боже, да это же просто шанс один на тысячу! Даже лучше того, что представился мне в исследовательском центре. Если воспользуемся этой уникальной возможностью и разделаемся с Тринадцатым, разве ж это не облегчит жизнь всех людей в мире в будущем?

– Хорошо, – кивнула я. – Поспешим же.

Стоило мне это произнести, и лицо Чен Янксинга тот час же исказилось.

– Пого––

– Я обязан последовать за ним! – обернувшись назад, твёрдо выпалила я. – Лидер тех иных далеко не обычный монстр. Если оставим его в живых, это обернётся настоящей катастрофой для всего человечества!

Но прежде чем Чен Янксинг успел хотя бы рот открыть в ответ, в разговор внезапно встрял А-Нуо.

– Вот уже какое-то время вы с этим ребёнком говорите о вещах, которые я совершенно не понимаю. Но, похоже, вам двоим и в самом деле известно о происходящем куда больше, чем нам. А раз так, мы не вправе игнорировать бо́льшую угрозу ради решения наших сравнительно мелких проблем. А-Ксинг, оставь попытки их остановить. Они пытаются решить глобальную проблему, так что мы должны их отпустить.

– Я-я всего лишь хотел сказать, что тот профессор из исследовательского центра куда-то испарился! – покраснев от стыда, запинаясь выпалил Чен Янкинг.

Услышав слова товарища, А-Нуо тут же напрягся и принялся озираться по сторона, но Ву Яоджина рядом с нами и в самом деле уже не было. Осознав это, лидер вояк громко выругался:

– Твою ж мать!

– Но зачем он вообще решил сбежать? Разве ж мы уже не пообещали сохранить ему жизнь? – совершенно искренне изумилась я.

Все мы прекрасно понимали, что для побега сейчас, мягко говоря, не самое подходящее время. Учитывая, сколь много иных сейчас бродят вблизи базы, разгуливать снаружи в одиночку всё равно, что подать себя иным на блюдечке с голубой каёмочкой. Потому-то мысль, что Ву Яоджин может попытаться бежать, мне даже в голову не приходила.

– Все, живо на его поиски! – отдал приказ А-Нуо, после чего, с яростным видом расхаживая взад-вперёд по площадке, проревел мне в ответ. – Должно быть, у этого парня и не было никакого способа остановить вторжение иных. Он просто развёл нас!

– Нет, что-то у него определённо есть, иначе его побег от нас был бы не более чем самоубийством, – возразил Цзянг Сяотиан. Подумав немного, он предположил. – Скорей всего, этот метод защиты действует лишь на ограниченном пространстве и на весь лагерь его бы не хватило, иначе он бы остался. Более того, учитывая довольно опасную область их исследования, у ИЦМО наверняка имеется убежище где-то неподалёку. Подобные инциденты, как сегодня, в их работе отнюдь не редкость. Потерять один-два исследовательских центра для ИЦМО не проблема, а вот смерть даже одного учёного является для них существенной утратой, особенно если это ведущие учёные, непосредственно ответственные за проводимые эксперименты. Их ИЦМО не может позволить себе потерять, так что для топовых учёных наверняка предусмотрен какой-то особый потайной путь для экстренной эвакуации.

Услышав слова Цзянг Сяоитана, А-Нуо резко остановился, словно вспомнив что-то.

– Помнится, в поступившем сверху приказе говорилось, что мы должны не только обеспечить безопасность профессора Ву, но и следовать его дальнейшим указаниям.

Я понимающе кивнула.

– Ву Яоджин уже упоминал ранее, что является младшим братом покойного профессора Ву. Так что нет ничего удивительно в том, что ему также известно местоположение этого «потайного пути». Велик шанс того, что он решил проследовать по нему сам.

– Но если есть такой путь, почему он нам о нём ничего не сказал? – озадаченно пробормотал Чен Янксинг. – Мы могли бы проводить его. Это по-любому было бы куда безопаснее, чем шастать чёрте где в гордом одиночестве.

– Ну, во-первых, его, вероятно, тревожила мысль о том, что из-за ваших ранних разногласий вы можете вновь попытаться его убить, как только попадёте в полностью защищённое и безопасное место, – равнодушно выпалил Цзянг Сяотиан. – Вторая же причина является лишь моей догадкой, но я думаю, что этим так называемым «потайным путём» может воспользоваться лишь ограниченное число людей. Не знаю насчёт вас, но всех этих гражданский снаружи он точно не потянет. Скорее всего, он не желал в пустую терять здесь своё время, пока вы силитесь принять хоть какое-то решение, и предпочёл просто удрать в одиночку.

– Этот чёртов ублюдок! – взревел А-Нуо. – Нам следовало сразу его прикончить!

Какой смысл лить слёзы над пролитым молоком! Подумай лучше, что делать дальше, потому как позади нас находятся несколько тысяч людей, что вот-вот станут пиром для всех слоняющихся в округе иных! Если ничего не предпринять, их вскоре всех подчистую сожрут…

В этот момент Цзянг Сяотиан схватил меня за руку.

– Идём скорее за Тринадцатым. Быстренько разберёмся с ним, а потом уже продолжишь свой путь домой. Я немного волнуюсь о том, что Тринадцатый может уметь заметать следы. По крайней мере, он уж точно не позволит Мамаше вечно оставлять за собой густой кровавый след. Как только эта очевидная подсказка исчезнет, могут возникнуть сложности с поиском.

Услышав его слова, я сделала глубокий вдох, изо всех сил сдерживая порыв плюнуть на всё и пойти домой. «Всё нормально, – принялась мысленно убеждать себя я. – Только разберусь с этой проблемой и смогу вновь увидеть Даге и сяо-мэй». Да, верно, от меня всего-то требуется немного в салочки поиграть да три башки расквасить. Делов то! Я мигом с этим справлюсь!

Цзянг Сяотиан прав. Чем дольше я тяну с отбытием, тем больше времени потом уйдёт на то, чтобы нагнать Тринадцатого. В двое, а то и в десять раз больше, разве нет? Мне следовало броситься вдогонку сразу же. Тогда бы к этому моменту я, вполне возможно, уже успела бы выбить из головы Тринадцатого все его дурные мозги. Какой прокол с моей стороны!

Придя к этому выводу, я тут же развернулась, намереваясь уйти, но стоило мне это сделать, как со спины вновь раздался оклик Чен Янксинга:

– Сяо Ю!

Обернувшись, я увидела, что на этот раз взгляды всех без исключения солдат были направлены на меня, и в этих глазах читалось изумление, словно они поверить не могли, что я могу вот так вот запросто встать и просто уйти.

Я вздохнула. Ну да, непросто быть мастером…

– Раз нет больше никакого способа предотвратить нападение иных, будет лучше эвакуировать гражданских, а затем поскорее унести отсюда ноги. В нынешних обстоятельствах держаться вместе такой огромной толпой – не самая лучшая идея.

– Эвакуировать? – не веря собственным ушам, рыкнул А-Нуо. – Куда эвакуировать? Без нас они все просто передохнут как мухи!

Верно. У А-Нуо и остальных хотя бы имеется какая-никакая военная подготовка. А вот у находящихся снаружи гражданских нет ничего, чем бы они смогли себя уберечь, да и находящийся поблизости мегаполис – не то место, куда они могут свободно войти. Без продовольствия они скоро умрут. И даже если решат попытать счастье в каком-нибудь более маленьком городке, реально добраться до него смогут немногие.

– Ты что, действительно собрался просто спокойно стоять и смотреть, как несколько тысяч людей гибнут у тебя на глазах?

Несколько тысяч? Слова вояк меня настолько разъярили, что я едва не взорвалась от гнева. Сосунок, да за все прожитые мною годы на моих глазах погибло куда больше людей, чем просто «несколько тысяч»!

– Иного, за которым я сейчас собираюсь пойти, зовут Тринадцатый. Через пару лет он станет одним из самых опасных и могущественных иных на планете. Число человеческих жизней, которых он лично или же косвенно отнимет, перевалит за десять миллионов2, и это ещё лишь приблизительная оценка!

От моих слов глаза всех присутствующих солдат тотчас же округлились. Должно быть, всех их шокировала озвученная мной поистине заоблачная цифра. Но в тоже время, похоже, их мысли наполнились скепсисом и сомнениями.

– Откуда ты знаешь о том, что случится много лет спустя? – спросил А-Нуо после недолгого колебания.

– Разве ты сам недавно не говорил, что мне известно об этом апокалипсисе куда больше, чем вам? – теряя терпение, выпалила я. – Мой Сяотиан может много чего предвидеть.

Верно, я могу просто спихнуть всё на Цзянг Сяотиана. В конце концов, уже ни для кого не секрет, что этот ребёнок однозначно непрост, потому даже новость о том, что он обладает какой-то шокирующей способностью, не будет звучать дико.

Все вояки дружно перевели взгляды на стоящего подле меня ребёнка. Сам же ребёнок к этому моменту уже не просто сердито глядел на всех исподлобья от нетерпения, а стал неосознанно испускать волны холодного воздуха. Если сейчас же не бросимся в погоню за Тринадцатым, боюсь, он побежит за ним сам, не дожидаясь меня.

– Можешь сперва помочь нам, а потом мы поможем тебе разобраться с тем иным. – предложил А-Нуо. Похоже, парень действительно отчаянно нуждался в поддержке, иначе такой гордый человек, как он, уж точно не стал бы молить о помощи восемнадцатилетнего юнца да трёхлетнего ребёнка.

Уверена, если захочу, я смогу развернуться и уйти отсюда вместе с Сяотианом, даже если вояки не пожелают нас отпустить. Не думаю, что они ещё что-либо выкинут, однако хладнокровно махнуть на них рукой мне совесть не позволяет. Они ведь не о себе беспокоятся, а о беженцах; а ведь легко могут просто плюнуть на них и, собрав всё оружие и еду, кинуть беженцев на произвол судьбы. И ничего им за это не будет.

– Вообще-то, – аккуратно начала я, – моя семья сейчас находится к востоку от этой базы. Мой Даге – лидер отряда наёмников, и у нас имеются как боеприпасы, так и еда. А ещё моя мэй-мэй, словно обезумевшая, каждый день доводит себя до изнеможения жестокими тренировками, потому что винит себя в моей гибели. Так что, если уж быть совсем откровенным, больше всего на свете мне сейчас хочется со всех ног рвануть именно что на восток. Чёрт, да я безумно этого желаю!

Цзянг Сяотиан поднял на меня взгляд, явно сдерживая рвущиеся наружу слова. Но я его полностью проигнорировала. Очевидно, что он хочет убедить меня последовать зову сердца и пойти на восток, в то время как сам пойдёт за Тринадцатым. Этого гадёныша совершенно не волнует, чем это может для него аукнуться. Даже если эта стычка будет стоить ему жизни, он наверняка воспримет это как возможность наконец воссоединиться со своими погибшими родственниками из другого мира.

От этой мысли у меня аж сердце в груди сжалось. Все те смутные тревожные чувства, что так долго не давали мне покоя, внезапно обрели смысл. Так причина, почему Цзянг Сяотиан никогда даже не упоминал о параллельных мирах, в том, что он…

Я резко подняла свою голову и тут же вновь увидела перед собой мрачные лица солдат. Ну как тут можно просто отвернуться и уйти. Вот же ж, блин! Похоже, мне и вовек от комплекса Матери Терезы не избавиться!

Сделав глубокий вдох, чтобы успокоиться, я продолжила свои объяснения:

– Мне всего восемнадцать лет. Я далеко не так силён, как вы все думаете. И я уж точно не являюсь мастером боевых искусств или чего-то в этом роде. Я всего лишь, благодаря Сяотиану, знаю о некоторых тонкостях нынешнего апокалипсиса, только и всего. И благодаря этому, я знаю, что ублюдок Тринадцатый в будущем убьёт целую тучу людей. Если я сейчас позволю ему сбежать, то потом, вновь и вновь слыша рассказы о его бесчинствах, как прикажете мне с этим жить?!

Все солдаты слушали мою речь молча. Похоже, их хорошо намуштровали в армии. Если такие люди, как они, захотят пойти со мной, я буду рада принять так много, как только смогу. Но в то же время, если ради этого они в итоге примут решение бросить беззащитных беженцев, то уж лучше пусть здесь остаются. Что за дилемма!

– Понимаете? Я не убегаю и мне не наплевать на жизни тысяч здешних людей. Но я просто обязан последовать за Тринадцатым, будущим элитным воином иных, так как его путь в будущем будет пролегать по трупам бессчётного множества людей!

И стоило мне проорать эти слова, как А-Нуо тут же со звонким стуком каблуков отдал мне честь, напугав меня этим внезапным действием до чёртиков. Понятия не имею, как мне на это реагировать.

– Прошу, убей то чудовище, – спокойно и уверенно выпалил А-Нуо. – Я, А-Нуо, благодарю тебя от лица всех здесь присутствующих.

Услышав слова своего лидера, все остальные солдаты также последовали примеру А-Нуо и отдали мне честь.

Если бы меня здесь не оказалось, все эти люди, вероятно, погибли бы? Когда я добрался до них в той комнате, они уже готовились совершить двойное самоубийство с Мамашей, но у будущего Тринадцатого из моих воспоминаний союзник в лице Мамаши по-прежнему имелся… Ах, да! В моём прошлом младший лейтенант наверняка так и не смог организовать спасательный отряд, а без него А-Нуо и остальные, скорей всего, даже не дожили бы до того момента, когда смогли бы утянуть Мамашу за собой в иной мир.

Надеюсь, теперь они смогут прожить гораздо дольше! Подумала я, и, не сдержавшись, выпалила:

– Те, кого вы называете монстрами и чудовищами, я предпочитаю звать «иными». Чтобы убить их, нужно уничтожить их мозг… но это, полагаю, вам уже известно.

Вояки переглянулись между собой и дружно кивнули.

– Каждый раз убивая иного вскрывайте его грудную клетку. В районе сердца вы найдёте твёрдое образование. Разбив его, вы получите вот это.

Я наклонила фляжку и из её недр мне на ладонь тут же выкатились несколько кристаллов эволюции. Как только взгляды солдат сфокусировались на них, все вояки инстинктивно глотнули слюну.

– Поедая их, вы сможете не только укрепить своё тело физически, но и усилить ваши индивидуальные способности. Какая именно у вас способность не так важно. Главное не забрасывать их. Сейчас все они может и кажутся вам бесполезными, но в будущем они станут тем единственным, что никогда и не при каких обстоятельствах вас не подведёт!

Глаза солдат тут же заблестели.

– То есть мы даже такими же сильными, как ты, сможем стать?

– Определённо, – уверенно выпалила я. – У вас у всех хорошая базовая подготовка, так что достичь моего уровня для вас не составит никаких проблем.

Сейчас я всего лишь на втором ранге, а уже к середине апокалипсиса второй ранг будет встречаться повсеместно… в смысле, даже уличные шавки к тому моменту уже достигнут второго ранга! Помнится, все собако-люди к пятому году апокалипсиса не только успели эволюционировать до второго-третьего ранга, но ещё и стали передвигаться исключительно стаями, так что все люди, лишь завидев их на горизонте, тут же бросались в рассыпную кто куда.

Заметив забрезжившую на лицах солдат надежду, я почувствовала себя чуточку лучше. До тех пор, пока жива надежда, человек всегда найдёт стимул двигаться вперёд и жить дальше. А то я уже действительно начала беспокоиться, что эти вояки, испытав на себе ужас иных, не смогут здраво оценить ситуацию и останутся здесь, что неизбежно приведёт к их скорой гибели от рук голодных иных.

– Распустите беженцев, и, если считаете, что сделали для них недостаточно, отдайте им большую часть припасов. Вы все опытные бойцы, так что сможете раздобыть себе еды самостоятельно. Иные снаружи не такие уж и сильные… ну, вернее, большая часть иных снаружи на порядок слабее чем те, с которыми вам пришлось сразиться сегодня. Вы уже дрались со львами, так что не говорите мне, что не сможете избить парочку дворняжек.

Солдаты тут же захмыкали мне в ответ, слегка ухмыляясь.

Я тоже улыбнулась им в ответ. Хорошо, что они всё ещё способны смеяться. Подумала я, но быстро вновь посуровела и выпалила твёрдым голосом:

– В экстренных ситуациях, прежде чем кому бы то ни было помогать, сперва обеспечивайте собственную безопасность. Я понимаю, что для солдата бросить в беде гражданского кощунству подобно, но помните, что в этом постапокалиптическом мире человечество больше всего нуждается в сильных людях.

Особенно в сильных людях с чистыми сердцами. Что же касается тех извращённых уродов, что грязны как снаружи, так и изнутри, то те во имя блага всего человечества должны просто пойти, выкопать себе ямку и закопаться в ней раз и навсегда.

– Вы всё запомнили? – слегка встревожено переспросила я. Я искренне надеюсь, что мои слова смогут помочь большему количеству хороших людей уцелеть в этом мире.

Все в ответ дружно кивнули мне головами.

– Славно, – заключила я, и, повернувшись лицом к А-Нуо, потребовала, – а теперь руки вперёд, ладошки ковшиком, быстро!

А-Нуо, будучи, по всей видимости, пойман врасплох, застыл на прежнем месте в недоумении, но более опытный в этом деле Чен Янксинг выставил вперёд свою пару рук вместо него. Перевернув фляжку, я разом вывалила на его ладони все хранящиеся внутри кристаллы. На самом деле, их осталось не так уж то и много. Если делить поровну на всех, то, боюсь, некоторым солдатом даже одного не достанется.

– Рекомендую разделить их все между двумя-тремя людьми, не больше. Выберете тех, чьи способности особо полезны, либо тех, чей боевой потенциал выше остальных, потому как эффект от всего одного кристалла эволюции слишком мал. Лучше не делить их поровну между всеми, иначе толку от них будет с гулькин нос.

Услышав мои слова, А-Нуо озадаченно нахмурился.

В этот момент Цзянг Сяотиан внезапно ткнул пальцем в А-Нуо и Чен Янксинга и выдал:

– Ты и ты, просто поделите кристаллы поровну между собой и слопайте их. Отряд военных без хорошего лидера всё равно, что курица без головы. Остальные смогут выжить, только если вы двое уцелеете.

Однако оба парня лишь застыли в нерешительности и даже пару раз покосились на своих товарищей по оружию. Но прежде чем они успели хоть что-то сказать, Цзянг Сяотиан внезапно рявкнул:

– Ешьте! Если не проглотите их в течение пяти секунд, мы заберём их все обратно. Пять, четыре…

Услышав отсчёт, Чен Янксинг вздрогнул, быстро отсыпал половину А-Нуо и тут же проглотил оставшееся. К тому же моменту, как А-Нуо получил свою долю, счёт уже опустился до «единицы» и Цзянг Сяотиан рванул вперёд к руке А-Нуо, но тот, заметив его приближение, недолго думая закинул кристаллы себе в рот.

Я же тем временем проводила Цзянг Сяотиана восхищённым взглядом. Это был просто превосходный способ быстро и эффективно решить проблему на корню. После нашего ухода А-Нуо мог бы с лёгкостью, вопреки нашему совету, раздать кристаллы эволюции всем солдатам поровну. Или ещё хуже, он мог бы последовать нашему совету и поделиться кристаллами лишь с Чен Янксингом, что, вероятнее всего, зародило бы в сердцах остальных солдат скрытое чувство недовольства. И всё же, именно этот вариант делёжки наиболее верный.

Однако теперь, так как Цзянг Сяотиан своими словами «либо вы двое, либо никто» фактически вынудил их проглотить кристаллы. Даже если это не пришлось по душе остальным солдатам, затаить злобу на А-Нуо и Чен Янксинга они уже не смогут.

– Идём, Шую, – снова принялся поторапливать меня Сяотиан. – Чем позже мы выдвинемся в путь, тем сложнее нам будет нагнать Тринадцатого.

Я кивнула и последовала за малышом, но пройдя несколько шагов остановилась, развернулась и, метнувшись назад, быстро приобняла Чен Янксинга, лихорадочно вспоминая, как принято обниматься на прощание среди мужчин… Хей, вы, сторонние наблюдатели, а ну хватит таращиться на нас такими странными взглядами. Это дружба между двумя мужчинами!

Я зыркнула на остальных вояк грозным взглядом, и те в ответ, притворяясь, что ничего не видели, принялись внимательно разглядывать небо на головой, землю под ногами и одним лишь им видимых муравьёв. Идиоты! Как вы можете до сих пор вести себя как полные кретины, притом что на дворе уже апокалипсис в полном разгаре?

Решив просто проигнорировать эту кучку глупцов, я незаметно для остальных прошептала близ уха Чен Янксинга:

– Я буду в городке Старая Ностальгия, что близ Лан. Никому кроме А-Нуо об этом не говори. Только вы двое можете привести туда своих людей, ты меня понял?

Чен Янксинг застыл в моих объятиях, словно каменная статуя.

– Эм, хо-хорошо, – пролепетал он, запинаясь. – только вот твой… твой ребёнок…

Я спешно обернулась. Ох, чёрт. Цзянг Сяотиан выглядит настолько разъярённым, что едва огнём изо рта не пышет. Хей, ты же Ледяной Император, а не Огненный Король!

Я спешно подхватила Цзянг Сяотиана на руки и пулей умчалась прочь, опасаясь что иначе Чен Янксинг может умереть от руки Ледяного Императора прежде, чем погибнет от рук какого-нибудь иного. Хоть смерть от руки одного из элит человечества и можно назвать своего рода достижением, остаться в живых будет всё же предпочтительнее.

Пробегая через ворота базы, до моих ушей вновь долетела привычная фраза «никакой щенячьей любви», а снаружи базы меня встретила так хорошо знакомая мне по прошлой жизни картина.

Лагерь беженцев лежал в руинах, а люди прятались под различными предметами, как бы желая убежать прочь, но не смея даже голову наружу высунуться. Всё вокруг окутала гнетущая давящая тишина. Любого, кто посмеет издать хотя бы мельчайший звук, тут же безжалостно избивали. Вместо того чтобы позволить страдальцам своими причитаниями и стонами привлечь внимание иных, люди вокруг были готовы собственной рукой отправить их прямо в ад, чтобы те смогли в волю выплакаться уже на том свете.

– Сяо Ю!

И стоило мне лишь подумать об этом, как кто-то осмелился подать свой голос. Подбегая ко мне, она то и дело спотыкалась, привлекая к себе множество гневных взглядов. Я спешно зажала ей рот и послала угрожающий взгляд всем недовольным беженцам вокруг.

– Тётушка Чен, прошу, не плачьте, – прошептала я. – Я скоро покину это место. Если продолжите так истошно рыдать, люди начнут вас обижать.

После моего предостережения, хоть слёзы и продолжили ручьём литься по её щекам, подвывать она всё же перестала, потому я убрала руку от её рта.

– Да плевать, будут меня обежать после этого, или нет! – тут же выпалила тётушка Чен, всхлипывая. – Бей-бей больше нет со мной, так что и мне в пору умереть!

– Что? – воскликнула я от шока. – Как такое могло произойти?

Но стоило мне лишь озвучить этот вопрос вслух, как моё лицо тот час же помрачнело от гнева. Неужели её тоже забрали с собой иные в качестве «закуски»? Но Бей-бей ведь ещё совсем крошка, а в лагере беженцев полным-полно других сочных мясистых взрослых мужчин и женщин. Зачем вместо них было забирать хрупкую маленькую девочку? Да её даже на одну трапезу не хватит.

– Я думала, он человек! Внезапно откуда ни возьмись по всему лагерю объявились монстры, а мой муж куда-то запропастился. Без понятия, куда. С Бей-бей на руках бежать быстро я не могла. А тут прямо рядом с нами чудовища начали выхватывать людей пачками и пробегать мимо!

Тётушка Чен сейчас о первой волне сбежавших иных говорит или о группе Тринадцатого?

– Как раз тогда я и заметила стоящего рядом и пристально глядящего на Бей-бей мужчину. Я подумала, что он помочь хочет, потому и сунула ему в руки Бей-бей, моля бежать прочь вместе с ней, но монстры окружили нас. И когда я уже было подумала, что нам всем пришёл конец, этот самый мужчина внезапно заговорил с окружающими нас монстрами. Лишь тогда я и заметила, что у этого мужчины есть хвост, – на этих словах тётушка Чен вновь приглушённо взвыла, после чего, словно каясь в собственном грехе, продолжила. – Я хотела взмолиться, что бы он вернул мне Бей-бей, но так и не смогла ничего произнести. Ну почему? Почему я не смогла в тот момент даже звука из себя выдавить?!

Вас просто-напросто сковал звериный страх. Как раз это я прекрасно понимаю.

– Он забрал Бей-бей?

Тётушка Чен сквозь слёзы кивнула мне в ответ.

Тринадцатый забрал с собой Бей-бей? Как-то это немного странно. Неужто из-за его худого телосложения, аппетит у Тринадцатого тоже скромный, потому-то маленькой девочки в качестве закуски для него и достаточно? Я нахмурилась.

– Тётушка Чен, я как раз за ним сейчас и направляюсь, – сообщила я. – Потому, прошу, берегите себя. Не расхаживайте больше по лагерю с зарёванным лицом, ладно?

Стоило ей услышать мои слова, и на её лице тут же загорелась надежда. Стерев с лица слёзы, она опустила взгляд на Цзянг Сяотиана и из самых лучших побуждений предложила:

– Давай тогда, пока ты занят, я за твоим малышом присмотрю.

Но я лишь отрицательно помотала головой.

– Тётушка Чен, я ухожу немедля. Будьте осторожны. Если сможете, уходите вместе с военными, даже если ваш супруг будет против. Вы меня поняли?

– Я останусь тут до тех пор, пока ты не вернёшься назад с Бей-бей, – тут же отчеканила тётушка Чен.

Я нахмурилась.

– Я тоже потом присоединюсь к военным. Просто ступайте вслед за ними.

Лишь после этих слов тётушка Чен согласно кивнула мне в ответ головой.

Подобрав Цзянг Сяотиана, я развернулась и снова устремилась прочь. Уж не знаю, из-за ледяного копья в моей руке, или же нет, но никто более даже не пытался меня остановить. Вот так вот просто я и покинула пределы лагеря беженцев.

– Шую, любишь же ты рассюсюкиваться да мыслью по древу растекаться, ну прям как баба, – недовольно отчитал меня Цзянг Сяотиан. – Тебе стоит это исправить. Будь более решительным. Мы столько времени уже тут впустую потеряли, что теперь я даже предположить не берусь, сколько времени у нас уйдёт на поиски Тринадцатого. Если дадим ему достаточно времени на отдых и позволим восстановить свою способность контролировать иных, его убийство уже перестанет быть такой уж простой задачей.

Думаешь, я этого не знаю? Если бы не апокалипсис, Гуан Веюн, скорей всего, стала бы матерью даже раньше, чем вышла бы замуж. И партнёром, вероятнее всего, был бы всё тот же Ксиа Зенгу. Кто знает, быть может, я бы даже сыграла в старую добрую игру «законная жена vs любовница», ха-ха.

– Даге, и всё же зачем Тринадцатый утащил с собой Бей-бей?

– А какая теперь уже разница? Как говорится, песенка этой девочки уже, скорей всего, спета.

От слов Даге моё лицо побледнело. Вспоминая милую мордашку Бей-бей и думая о её горькой судьбе, у меня сердце кровью обливается.

– Если хочешь её спасти, сосредоточься. Чем быстрее мы их нагоним, тем больше шансов, что она всё ещё будет жива.

И не поспоришь. Собравшись с мыслями, я продолжила бежать по следам Тринадцатого и его шайки. Вот только отпечатков лап на земле было довольно много, и все они шли в разные стороны. Толпа сбежавших из лаборатории иных успела немало наследить, так что с ходу определить в какую сторону пошёл Тринадцатый, оказалось сложнее, как я думала.

К счастью, как и говорил Цзянг Сяотиан, Мамаша оставила после себя довольно-таки устойчивый характерный запах, не говоря уже о подтеках крови, что слегка отдавали материнским молоком.

А спустя ещё какое-то время на своём пути я обнаружила весьма неожиданную, но определённо приятную находку.

– Хей, разве это не мой мотоцикл?! – я была очень тронута. Не думала, что снова встречу моего красавчика тут. А ведь я так расстроилась, когда мне пришлось сесть на автобус и бросить его на дороге!

– Раз ты можешь таскать чужие вещи, логично, что и другие люди способны красть твои, – спокойно подметил Цзянг Сяотиан. – К тому же ты же его прямо на обочине припарковал, так что нет ничего удивительного в том, что кто-то взял его и доехал на нём сюда. Вот только бензина в нём уже, скорей всего, не осталось. Нужно перелить топливо из баков других машин. Тебя научить?

Шутишь что ли?! Такая простолюдинка, как я, что всё делает своими руками, уж точно умеет переливать бензин лучше, чем Ледяной Император, за которого подобные приземлённые вещи всегда делали другие!

– Хм-м, этот мотоцикл ездит на 95 неэтилированном бензине. Смотри, не перепутай.

Даге, какая к чёрту разница 95 там бензин, 98 или даже 100?! Мы в апокалипсисе! Когда тебе нужно топливо, даже чистая нефть сойдёт! Прокричала про себя я, глядя на то, как Цзянг Сяотиан на полном серьёзе расхаживает среди машин, ища ту, что заправлена 95 неэтилированным бензином. Вот что значит жить без забот даже в апокалипсисе. Сравнивать себя с ним попросту нереально!

Сноски

1. Флаг : это игровой сленг, который последнее время частенько мелькает в ранобэ и аниме. При прохождении цепочки квестов, пройденные этапы чаще всего помечаются флажком. Некоторые из таких «флажков» открывают доступ к новым территориям, умениям, событиям и т.д. в зависимости от игры

2. Миллионов : вообще в анлейте тут говорится опять о «тысячах», но десять тысяч в масштабах планеты да за десять-то лет апокалипсиса звучит совсем не «заоблачно» (следующий абзац), потому предположила, что это, вероятно, описка автора

Конец эпохи доминирования Том 3 глава 7: Тринадцатый

Конец эпохи доминирования Том 3: Скованное льдом благородство и величие

Автор оригинального китайского текста: 御我 (Yu Wo)


Глава №7: Тринадцатый – перевод EliSan; редактура Akili

Цзянг Сяотиан тут же нахмурился и зыркнул на меня грозным взглядом. Судя по хмурому выражению на его крохотном личике, он определённо собирается выпалить строгое «нет», и чтобы не дать ему такой возможности, я спешно продолжила:

– Дай своему младшему братишке шанс попрактиковаться. Если не справлюсь, ты всегда сможешь меня заменить. По-моему, весьма приемлемый компромисс, ты так не думаешь?

Услышав мои слова, Цзянг Сяотиан ненадолго притих, колеблясь, но в итоге всё же согласно кивнул.

Тринадцатый же всё это время молча за нами наблюдал. Пусть оба похожих на медведя иных и находились в боевой готовности, нападать они на нас пока явно не намеревались. Думаю, мы заинтересовали Тринадцатого, потому-то он и не торопится нас убивать.

И это отнюдь не было хорошим знаком. Вероятно, Тринадцатый может позволить себе столь спокойно разглядывать своих врагов именно потому, что разделаться с нами он может в любой момент. А это значит, что группы А-Нуо и лейтенанта, скорей всего, находятся не в самом лучшем положении… ну или по крайней мере не представляют угрозы для Тринадцатого. Могу лишь надеяться, что они ещё не полностью перебиты.

Если вошедший сюда ранее элитный отряд полностью уничтожат, то и пришедшая следом подмога вскоре последует за ними. И пусть снаружи башни всё ещё есть другие солдаты, они не являются элитными воинами и не обладают достаточной смелостью, чтобы спуститься сюда. Разве ж стоит многого ожидать от подобных трусов? Этому лагерю беженцев однозначно пришёл конец. В худшем случае он превратится в охотничьи угодья для подчинённых Тринадцатого.

Успев добавить лишь ещё один слой бриллиантового льда, я подняла копьё наизготовку. Внешнее веко у этих медведей, возможно, и непробиваемое, но мигательная перепонка однозначно всё же уязвима. Вот только им это известно ничуть не хуже, чем мне. Будет непросто найти возможность нанести удар по этой слабой точке. Обездвижить их льдом как ранее паучков тоже, скорей всего, не получится, так как эти двое чувствуют себя абсолютно спокойно, стоя на моём льду…

Стоп, быть может, Тринадцатый стоит на теле Черныша именно потому, что не может стерпеть исходящий от пола холод?

Это вполне возможно, но, с другой стороны, Тринадцатый просто не может быть слабее этих бронированных медведей… В обществе иных сила значит уважение, в то время как интеллект ценится не больше грязи под ногами. Особенно на ранних стадиях апокалипсиса. Именно поэтому в будущем среди иных останется настолько мало умных особей, что лишь самые сильные иные смогут заиметь их в свои ряды… Именно так, даже на поздних этапах интеллектуальные иные не смогут править самостоятельно и будут вынуждены полагаться на защиту и покровительство бойцов. Покорять и завоёвывать других можно лишь грубой силой.

Однако не все иные хорошо переносят холод.

Что если я проигнорирую медведей и атакую сразу Тринадцатого? Он ведь в любом случае не станет молча смотреть на то, как я расправляюсь с его подчинёнными прямо у него на глазах. Если мне всё равно придётся сражаться со всеми тремя разом, почему бы не выбрать заранее своей первой целью того, кто, по всей видимости, обладает из них наибольшей чувствительностью к моему холоду? Если смогу быстро вывести его из строя, с оставшимися бронированными медведями будет куда проще разделаться.

И когда я уже принялась анализировать внешний вид Тринадцатого, гадая в чём могут заключаться его сильные и слабые стороны, воздух внезапно пронзили громкие скорбные женские вопли боли. И несмотря на то, что источник этих криков, по всей видимости, находился на приличном расстоянии от нас, они с лёгкостью проходили сквозь толстые стены этого исследовательского центра, достигая наших ушей. Ну а сразу же за женскими криками раздался пронзительный детский плач. Уже через мгновение оба визга смешались воедино, породив вместе настолько мерзкий звук, что аж волосы по всему телу дыбом встали. Возможно ли, что это и есть тот самый плачущий младенец, что мы слышали в самом начале? Так это Мамаша?

Я прислушалась. Этот крик звучал не совсем обычно, словно с нотками отчаянья в голосе. Возможно, положение военных не столь плачевно, как я думала ранее. Быть может, они даже смогут сами без моей помощи завалить Мамашу. Если бы мы сейчас находились в будущем, то убийство одного из генералов Тринадцатого в миг сделало бы их всемирно известными героями!

После этого крика лицо Тринадцатого внезапно изменилось. Нахмурившись, его брови настолько плотно сошлись на переносице, что аж кожа буграми пошла. Выражение его лица теперь походило на беспощадную гримасу самого дьявола. А как же образ офисного работника, что едва не заработал разрыв печени от количества переработанных часов? Окружающая его аура полностью изменилась; теперь всего один его взгляд моментально вселял в сердце страх и понимание, что с этим существом шутки плохи.

Но несмотря на эти внезапные перемены в его образе, он, к моему величайшему изумлению, потерял к моей персоне всякий интерес. Развернувшись, он двинулся в противоположную от нас сторону, и даже два медведя последовали за ним следом.

Хей! А вот это уже грубо!

Но прежде чем я успела даже разозлиться на его пофигистское поведение, Цзянг Сяотиан подле меня уже взорвался от гнева и с рёвом «СТОЯТЬ!» рванул следом за удаляющейся группой иных.

В тот же миг Тринадцатый резко обернулся и взглянул на нас своими огромными, словно блюдца, глазами. Стоило нашим взглядам пересечся, как моё сознание тут же словно пеленой заволокло. Не в силах пошевелиться, я могла лишь безвольно глядеть в его бездонную пару угольно-чёрных глаз. Затем же мою голову внезапно пронзила настолько резкая жгучая боль, что даже колени подкосились. Скрючившись на полу, я не могла ничего, кроме как, обняв голову руками, терпеть эту непереносимую боль.

– Эрге!

Юн-юн? Я повернула голову и взглянула на неё. Какая же моя младшая сестрёнка всё-таки милашка… Стоп! Не в этом сейчас дело! Я опять вижу сон, так? Значит, я потеряла сознание? Чёрт, да что сейчас происходит там, снаружи? Мне нужно поскорее проснуться!

– Эрге, твой лоб просто горит! – с тревогой пробормотала Юн-юн, приложив ладонь к моему лбу. – Тебе не жарко?

– Так у меня температура поднялась? Отойди, Юн-юн, не хватало ещё, чтобы и ты от меня заразилась, – произнесла «я» хриплым голосом. Похоже, я сильно простудилась.

– Нет! – упёрто выпалила Юн-юн. – Я хочу остаться подле Эрге.

– Будь послушной девочкой, Юн-юн, и слушайся Эрге. Твой Эрге уже слёг. Что мы будем делать, если ещё и ты заболеешь?

Но Юн-юн даже не подумала уходить и вместо этого, схватив с прикроватного столика графин, предложила:

– Может, водички хочешь попить?

Мне оставалось лишь беспомощно вздохнуть.

– Сколько сейчас времени?

– Десять часов.

– Тогда почему ты до сих пор не в школе? – нахмурился я. Пусть голова у меня и трещала по швам, я всё ещё помнил, что сегодня однозначно ещё не конец недели.

– Я не пойду туда сегодня! – надув щёчки, выпалила Юн-юн. – Обычно Эрге встаёт по утрам первым и будит меня, но сегодня я проснулась сама, а ты к тому моменту всё ещё дрых. Лишь тогда, проснувшись, я узнала от Лин-бо, что ты заболел. Он хотел отвезти меня в школу, а затем заехать за доктором по пути назад. Сказал, что ему не хочется оставлять тебя дома одного без присмотра, но и отпускать меня в школу на такси тоже не правильно. Потому я решила, что просто останусь с Эрге дома. Лин-бо уже позвонил в школу и предупредил, что меня сегодня не будет.

Да уж, похоже, в доме и в самом деле не хватает людей. Не хорошо заставлять Лин-бо одного бегать взад-вперёд по различным поручениям. Наверно, стоит всё-таки нанять горничную с почасовой оплатой. Главное, чтоб она не с нами жила, а приезжала в определённое время.

Но всё равно мне до чёртиков не хочется впускать в наше семейное пространство посторонних людей. Я задумался, но вскоре голова вновь начала сильно болеть, так что я решил отложить этот вопрос в сторону, пока не поправлюсь. Всё равно не к спеху.

Взяв предложенный Юн-юн стакан с водой, я сделал несколько небольших аккуратных глотков, что в мгновение ока освежили моё сухое горло, и с гордостью улыбнулся. Моя милая младшая сестрёнка такая заботливая девочка! Как можно такую не любить?!

– Где Лин-бо?

– Поехал за доктором.

Я криво улыбнулся. Мог бы просто дождаться моего пробуждения и свозить меня самого к доктору. Зачем столько сложностей?

Раньше, когда мама с папой были ещё живы, в нашем доме постоянно кипела жизнь. Если сложить всех наших горничных, садовников, поваров и прочих получилось бы не менее десяти человек. Был даже личный семейный доктор, что приезжал по первому звонку. Лин-бо любит время от времени вспоминать те прекрасные деньки, но теперь мы лишь крохотное едва богатое семейство.

Даге научился весьма искусно добывать для нас деньги, но и расходы у него немалые. Поддерживать свой собственный отряд наёмников не такая уж простая задача, не говоря уже о том, что с каждым днём их территория всё больше и больше разрастается. Нам надо экономить! Надо бы не забыть потом отчитать Лин-бо за лишние растраты.

– Ты ведь не сообщила Даге, верно?

Это всего лишь жар. Я совсем не хочу, чтобы он шёл в бой, обременённый тревожными мыслями обо мне. Если Даге совершит ошибку в ходе миссии, это может стоит жизни как ему самому, так и его подчинённым! В его голове, мы, его ди-ди и мей-мей, всегда должны быть здоровы и никогда не болеть!

– Нет, потому как разницы от того, знает он или нет, всё равно никакой, – недовольно пробурчала Юн-юн.

Оп-па! Это что, жалоба? Я поднял на Юн-юн взгляд.

– На Даге лежит очень тяжёлая обязанность по поддержанию всей нашей семьи.

– Я знаю, – опустив свою маленькую голову, пробормотала Юн-юн. – Прости…

– Ничего страшного. Я тоже думаю, что наш с тобой Даге настолько редко возвращается домой, что однажды вполне может забыть, где он вообще находится.

Юн-юн тут же согласно кивнула. Если бы Даге когда-либо увидел это возмущённое выражение лица, он в тот же миг незамедлительно покаялся бы в своих грехах, коря себя за провинность. Но даже так в итоге он всё равно не изменился бы, так что и смысла видеть ему это никакого нет.

Я вытянул вперёд руку, желая погладить её по голове, что в моей лежачей позе оказалось сделать непросто. Я и оглянуться не успел, как эта маленькая девочка уже успела настолько подрасти. Как было бы здорово, если бы она и дальше смогла спокойно взрослеть, чтобы однажды стать прекрасной взрослой леди. Она определённо будет одарена как природной красотой, так и мудростью, и станет просто превосходной женщиной!

Однажды, какой-то чертовски везучий засранец женится на моей сяо-мей, после чего на свет появятся новые милейшие карапузы. Я представил себе нескольких бегающих вокруг меня и зовущих меня «дядя» миниатюрных версий Юн-юн и невольно расплылся в улыбке. Как же жаль, что будущее редко складывается так, как мы того хотим… Чёрт, о чём я вообще думаю?!

Что значит, редко складывается, как мы того хотим?! Тьфу-тьфу-тьфу! Надеюсь, я своими бреднями не сглазил свою мей-мей! Моя Юн-юн однозначно станет любимой фортуной счастливой принцессой. Это всё вина моих больных мозгов. Это из-за них мне в голову всякая ахинея лезет.

– Эрге, я собираюсь подогреть тебе молока и приготовить парных булочек. Лин-бо сказал, что ты непременно должен что-нибудь да поесть, – с серьёзным взрослым видом посоветовала мне Юн-юн. – Если что понадобиться, позвони на кухню по внутренней линии. Я мигом прибегу.

– Ладно-ладно, – не сдержав смешок, отозвался я. – Будь осторожна с духовкой.

Юн-юн резво кивнула в ответ и тут же ускакала прочь.

Лишь когда дверь за ней закрылась я смог облегчённо выдохнуть. Моя голова раскалывалась так, словно в ней кто-то кувыркается, а веки были настолько тяжёлыми, что мне едва удавалось держать глаза открытыми. Пожалуй, вздремну немного, пока еда готовится. Это ведь ничего…

– Веюн-джей, ты уже слышала о том, что Ксиа Зенгу опять привёл с собой женщин?

Я уже начал было дремать, но эта внезапно раздавшаяся подле меня фраза вынудила меня резко пробудиться. Подле моей кровати стояла девушка, на вид которой было около двадцати лет от роду. Или, возможно, немного побольше? Не уверен. У неё были утончённые привлекательные черты лица и в целом она выглядела смутно знакомой, но я явно не был с ней знаком.

Но, невзирая на всё вышесказанное, «я» в ответ на её реплику презрительно усмехнулся:

– Позови, если он хотя бы раз вернётся назад без новых женщин. Вот тогда я действительно удивлюсь.

Что? Почему я это говорю? И ещё, мой голос, он… женский? Что со мной происходит?

– Нет, ты не поняла! – покусывая нижнюю губу от гнева, выпалила девушка. – Он привёл пару из матери и дочери. Девочке на вид ещё даже пятнадцати нет. Если бы не всё это, она бы сейчас всё ещё в среднюю школу ходила!

Так, а вот это уже и в самом деле явный перебор. Ну а из того, что я знаю о Ксиа Зенгу, реальная ситуация может быть даже более абсурдной, чем я думаю.

– Мать, она красива?

Девушка моргнула, после чего утвердительно кивнула головой.

– Раз у неё такая взрослая дочь, ей должно быть около тридцати с хвостом лет. Но сейчас все люди выглядят моложе своего реального возраста, так что ей на вид можно дать от силы двадцать с лишним. Да и, ко всему прочему, у неё довольно пышная грудь. Как раз в его вкусе.

Я тут же помрачнела. Неужели Ксиа Зенгу хочет забрать к себе сразу и мать, и дочь? Чёрт, надеюсь, в этот раз я ошибаюсь, и он не задумал устроит себе весёлую ночь с матерью и дочерью разом! Хренов ублюдок!

– Пойду, найду его. Попытаюсь вызволить девочку из его лап.

Девушка вновь согласно кивнула и последовала за мной.

– Сяо Ки, не иди за мной.

Я беспокоилась, что наш с Ксиа Зенгу конфликт может затронуть и её. В последнее время этот парень стал ещё более бессердечным, чем раньше. Ранее я успешно раздобыла и вырастила ряд съедобных растений и животных, благодаря чему голод нашей группе больше не грозит, но именно поэтому теперь я более не представляю для него существенной ценности.

Пусть у меня и больше опыта в нахождении съестных растений и их культивировании, чем у кого бы то ни было, Ксиа Зенгу не станет брать это в расчёт, так как у него есть много других женщин, что могут помочь ему с прополкой полей и прочим. Его вообще не заботит, насколько много еды может подарить всего один акр земли, ведь сам он в любом случае голодным не останется.

Если бы только Ксиа Зенгу продумывал свои действия хотя бы немного больше, наша коммуна процветала бы в разы лучше!

Тем временем та девушка, Сяо Ки, настойчиво продолжила следовать за мной. Мне оставалось лишь тяжело вздохнуть. Подумать только, нынче даже бывшие любовницы моего парня проявляют большую преданность, чем сам парень.

Когда же я отыскала Ксиа Зенгу, он, как и ожидалось, отказался отдать мне девочку. В таком случае, я решила попытать удачу со вторым вариантом:

– Тогда, позволь мне забрать её мать. Для ухода за всеми полями у меня не хватает рук.

– В этот раз я вернулся с целой уймой народу. Можешь забрать из них кого угодно, но мать и дочь мои, – нетерпеливо выпалил он.

Хо-о, так ты ни одну из них отдавать не желаешь. Похоже, моё опасение всё же подтвердилось. Этот сукин сын и в самом деле собрался стать партнёром сразу и для матери, и для дочери. Ничтожество!

– Ксиа Зенгу, трахнуть одну лишь мать тебе мало? Ты не способен сдержаться, чтобы не наложить ручки даже на чью-то несовершеннолетнюю дочь? Ублюдок, да ты вообще человек ещё?

– «Наложить ручки»? Это они ко мне ластились. Если бы я их не принял, они бы даже выжить в одиночку не смогли, знаешь ли! У тебя что, уже совсем сострадания к другим людям не осталось? Только и знаешь, что ревновать!

Ревновать? Я была настолько в гневе, что не сумела сдержаться и в голос рассмеялась. Да какая женщина всё ещё будет ревновать после того, как её парень собрал вокруг себя десятки, нет, сотни любовниц? Покажите мне такую, я хочу выказать ей своё искреннее уважение.

– Если бы ты сам не намекнул ей на свою заинтересованность, ни одна мать добровольно не сделала бы свою собственную дочь мужской подстилкой! Отдай мне девочку и внятно объясни её матери, что её дочь забрали ухаживать за посевами! Что у девочки будет еда и вода. Тогда и посмотрим, будет ли её мать по-прежнему желать запихнуть свою дочь в твою комнату! Или же ты считаешь себя каким-то мега-горячим парнем, от одного лишь взгляда которого любая девушка тут же захочет заползти тебе в постель?!

Лицо Ксия Зенгу напряглось, и он холодно выпалил:

– Гуан Веюн, ты с каждым днём становишься всё более и более вульгарной. Иди и спрячься в своей теплице, чтобы люди тебя не видели. Ты позоришь меня!

– Ебали всю твою семью вдоль и поперёк. Так достаточно вульгарно? – сорвалась я. – Как ни посмотри, но мои слова в сто раз более цивилизованные, чем то, что ты собрался сделать! Ты вообще специализируешься на грязных низменных поступках, которые ни один уважающий себя человек не стал бы делать, и при этом у тебя всё равно хватает наглости звать меня вульгарной?

– Ты! – вырвалось из уст разъярённого Ксиа Зенгу. Его лицо исказилось так, что от прежнего образа сидящего на коне и благородно одёргивающего меня за вульгарность «джентльмена» не осталось и следа.

Я спешно сделала шаг назад, но всё равно оказалась недостаточно быстра. Ксиа Зенгу уже успел схватить меня за шею. Про́пасть между нашей с ним силой теперь была настолько велика, что даже побег теперь был невозможен. Чёрт. Если бы только тогда я не опустила руки и не сдалась. Если бы только стала хотя бы чуточку сильнее…

Моё горло пронзила острая сдавливающая боль. Не могу дышать, но и молить о пощаде тоже не стану. Если этому ублюдку Ксиа Зенгу удастся хотя бы раз заставить меня взмолиться и склонить голову, то с того самого дня он более никогда не станет воспринимать меня всерьёз. Ни за что ему не поддамся, даже если это будет стоить мне жизни!

– Отпусти Веюн-джей! – отчаянно воскликнула Сяо Ки, дёргая Ксиа Зенгу за правую руку, но откуда у неё, медика, взяться силе перебороть мужчину? В результате её всего одним лёгким движением отбросило в стену, да с такой силой, что она едва смогла остаться в сознании. Не став делать других тщетных попыток, она открыла рот и закричала что есть мочи:

– Помогите! На помощь! Веюн-джей сейчас убьют!

Её голос был настолько звонким, что даже я, жертва, едва смогла его стерпеть! И когда моё сознание уже начало постепенно мутнеть, в комнату один за другим начали вбегать люди. Увидев лица этих людей, я моментально расслабилась. К счастью, ими оказались не разношёрстная коллекция ублюдков, что Ксиа собрал на более поздних этапах апокалипсиса.

То были наши более ранние товарищи. Пусть в живых их осталось и немного, но каждый из них является сильным бойцом, и они далеко не всегда и не во всём соглашаются с Ксиа Зенгу. Славно, они пришли. Теперь, у меня появился шанс выжить. Нужно лишь поведать им о сумасшедшей затее Ксиа Зенгу. Тогда, возможно, они согласятся помочь мне уберечь девочку… Сяо Ки, помощь уже подоспела. Не плачь, а то голова раскалывается…

– Эрге! Эрге! Хнык-хнык…

Открыв глаза, я увидел перед собой зарёванную физиономию маленькой девочки. И когда я уже собрался было выпалить «Ты кто?», я резко опомнился, и вместо этого произнёс «Шуюн». Что со мной не так? Как я мог, пусть даже и всего на секунду, не узнать свою собственную младшую сестрёнку?!

– Эрге, тебе очень больно, да? – заливаясь слезами, спросила Юн-юн. – Только что ты выглядел так, будто тебе было очень больно. Я пыталась тебя разбудить, но ты всё не просыпался. Я так испугалась…

Я выдавил из себя улыбку и уже хотел было заверить её: «Я в порядке, не волнуйся», – как мою голову вновь пронзила резкая острая боль. Спазм был настолько сильным, что мне оставалось лишь, прикусив губу, закрыть глаза и терпеть, пока волна боли не пройдёт. Даже звука выдавить не могу. Это ещё больше напугает Юн-юн!

Лишь когда волна головной боли отступила, я позволил себе облегчённо выдохнуть и открыть глаза. И когда я уже собрался было открыть рот, чтобы утешить свою милую мей-мей, перед собой я увидев не её юное личико, а ещё более юное личико маленького ребёнка. Что происходит?

Я был озадачен.

Сон во сне. Пробуждение за пробуждением. Так что в итоге: проснулся я или ещё сплю?

– Шую! Шую, ты как? – паническим голосом спросил у меня малыш. – Скажи же хоть что-нибудь, Шую!

Переведя на ребёнка свой взгляд, я наконец-то пришёл в себя и, открыв рот, произнёс настолько хриплым голосом, что даже я сам был удивлён:

– Голова дико раскалывается. Его психическая способность просто зверски сильна. Даге, боюсь в этом временном континууме Тринадцатый может и не быть бойцом физического типа, как ты полагал.

В этом я теперь была почти уверена, особенно глядя на то, как он не смог выдержать холод моего ледяного пола, но при этом легко манипулировал другими иными.

Но Цзянг Сяотиана это сейчас, похоже, волновало в последнюю очередь.

– С тобой всё в порядке? – всё ещё обеспокоенно хмуря брови, уточнил он.

Да как после такого я могу быть в порядке? Волны боли продолжали то и дело вновь накатывать на меня, но уже не так сильно, как прежде. По крайней мере, теперь я уже не лишалась возможности говорить.

Куда больше меня сейчас беспокоил мой недавний сон, что оказался даже более путанным, чем обычно. По мере возвращения ко мне былых воспоминаний Шую, я всё больше и больше приближалась к заветному ответу, но в то же время не могла найти в себе решимости заглянуть в истину происходящего слишком глубоко. Разумеется, я была бы просто счастлива, окажись я действительно… Но, с другой стороны, это тоже немного…

Я не осмелилась дальше думать в этом направлении. Мне стоило немалых усилий заставить себя не отвернуться и не отвести взгляда от Цзянг Сяотиана.

– Сяо Ю, – раздался взволнованный голос Чен Янксинга, – у тебя глаза кровью налиты, да и лицо всё ещё очень бледное, как мел.

Тогда понятно почему Цзянг Сяотиан не бросился в погоню за Тринадцатым. Небось, за меня переживал.

– Я в порядке, – помотала головой я. – Нужно скорее двигаться дальше. Что-то случилось с Мамашей, и, скорей всего, это работа твоих товарищей-солдат. Если не поспешим и позволим Тринадцатому вмешаться, они могут и не выстоять до нашего прихода.

Мои слова ещё больше взбудоражили Чен Янксинга.

– Тогда идём быстрее.

Подобрав с пола своё копьё, я поднялась на ноги. Пройдя по ледяному коридору, я подошла к всё ещё лежащему лицом вниз Чернышу, чьё тело к этому моменту уже почти полностью покрылось коркой льда.

Присев рядом с Чернышом на корточки, я направила острый конец своего копья ему в голову, после чего подняла вопросительный взгляд на Чен Янксинга. Заметив мой взгляд, парень напрягся и выпалил сухим голосом:

– Позволь мне.

Я согласно кивнула. И, к моему удивлению, Чен Янксинг тут же шагнул вперёд и, не колеблясь ни секунды, всадил падшему товарищу пулю в затылок.

– Идёмте дальше.

Ничего в его облике, кроме разве что слегка трясущихся рук, не выдавало его внутреннего дискомфорта.

– Не стоит за него переживать, – успокоил меня Цзянг Сяотиан с ноткой восхищения в голосе. – До тех пор, пока есть хотя бы один ждущий его помощи товарищ, он не сломается. Этот парень и в самом деле очень даже неплох.

Я снова согласно кивнула. Видишь? Потому-то меня и нельзя винить за желание увести его с собой. Когда ты видишь перед собой талантливого человека, вполне естественно захотеть прибрать его к рукам. Жалко, что Черныш… ух!

– Но я запрещаю тебе влюбляться до тех пор, пока ты не будешь полностью готов, вне зависимости от качества партнёра!

…Даге, даже спустя десять лет жизни в апокалипсисе, когда женщины уже стали похожи на мускулистых мужчин, а мужчины на монстров, когда люди уже перестали даже париться о том, чтобы соблюдать гигиену, когда сам род человека по большому счёту уже перестал иметь какого-либо значения, ты по-прежнему продолжаешь беспокоиться о том, что твоего ненаглядного ди-ди могут умыкнуть прочь просто потому, что на его пути появился человек! Я до сих пор даже не определилась, какой именно пол мне больше нравится, так что расслабься, не собираюсь я ни в кого влюбляться!

– Не выбирай себе в партнёры мужчину, – внезапно встрял в разговор Ву Яоджин. – С твоей-то силой, любой рождённый ребёнок станет огромным вкладом для всего человечества. Не недооценивай силу генетики!

– Да, дети – это хорошо, – согласно кивнул головой Цзянг Сяотиан, но тут же яростно продолжил, – но я никогда не позволю детям моей семьи быть расцененными как вклад в человечество. Можешь не сомневаться, любой, кто хотя бы попытается их так спозиционировать, умрёт на месте смертью храброго!

– …

Шаги идущего впереди меня А-Ксинга стали немного скованными.

Один прожил десять лет в апокалипсисе и успел повидать немало горестей, у другого же синдром Аспергера. Даже находясь в окружении стольких трупов, они оба продолжают спокойно рассуждать о любви и щенячьей любви, а также стоит ли выбирать своим партнёром парня или девушку. От этих двоих у меня уже голова идёт кругом. Даге, прошу, ты можешь оставить после себя более благоприятное впечатление А-Ксингу? Я всё ещё надеюсь переманить этого парня на нашу территорию семьи Цзянг!

Внезапно откуда-то издалека раздались звуки выстрелов. Они звучали приглушённо, так как доносились из-за стен, но всё равно были отчётливо слышны. Должно быть, они близко. Чен Янксинг тут же рванул по направлению к источнику звука, а я последовала за ним. Оглянувшись на бегу, я приметила, что и тот парниша не отстаёт. Ву Яоджин… если честно, я была бы не против, если бы ты отстал и желательно насовсем. Это бы освободило меня от необходимости решать, прибить ли тебя, чтобы излить свою злость, или же оставить живым.

Когда же мы прибыли на место, откуда были слышны выстрелы, вокруг оказалось на удивление тихо, словно и нет здесь никого. Их ведь не успели всех перебить, нет ведь? Я в спешке повернула голову, желая как можно скорее оценить ситуацию внутри комнаты, и невольно застыла, поражённая увиденной сценой.

Пространство внутри было поделено чётко надвое. С одной стороны в самом углу комнаты находилась кучка солдат. Недалеко от неё ближе к центру я приметила некое круглое существо, что было взято в кольцо другой кучкой вояк. Я не сразу даже поняла, где у этой странной твари что. Лишь приглядевшись я смогла различить её тонюсенькие ножки и голову.

Мамаша оказалась куда крупнее, чем я её себе представляла, особенно её громадный живот. Думаю, даже вдвоём полностью обхватить её не удалось бы. Живот Мамаши был широко разинут, и из его недр торчали множество окровавленных детских ручек и ножек. Некоторые из них были настолько длинными, что аж до пола доставали. Мамаша была уже настолько изранена, что, похоже, совершено не могла более двигаться, потому и оказалась в оцеплении.

Из солдат к этому моменту в живых осталось не более двадцати. Младший лейтенант, что привёл с собой вторую волну вояк, также был сейчас здесь и выглядел куда более бравым, чем ранее. Он и ещё несколько бойцов с налитыми кровью глазами и в равной степени красными и бледными лицами стояли впереди с винтовками в руках. Они выглядели как боги смерти. Как боги смерти в последние минуты своих жизней.

Но больше всего меня поразили сидящие вокруг Мамаши раненные солдаты. В их руках не было штурмовых винтовок; лишь гранаты и прочие схожие взрывчатые виды вооружения. С твёрдыми решительными взглядами, все они крепко держались за кольца, готовые в любой момент выдернуть чеку. И я ничуть не сомневалась в том, что, если такой приказ действительно будет дан, они с готовностью подорвут себя.

С другой стороны комнаты напротив солдат была кучка иных. Не очень большая. Приблизительно столько же, сколько и солдат. Впереди остальных своих сородичей, если не ошибаюсь, стоял никто иной, как Асура. Он выглядел почти также, как и на фотографиях базы данных, однако лишь встретившись с ним в живую я смогла в полной мере ощутить, насколько давящее воздействие он проецирует своим аномально высоким ростом. Однако сейчас он уже был в изрядной степени побит и изранен, а левая нога так и вовсе была разорвана до неузнаваемости.

Но чтобы добиться подобного результата, вояки тоже заплатили немалую цену. Весь пол между двумя враждующими сторонами был усыпан разорванными фрагментами тел, и пусть некоторые из них и принадлежали иным, большинство всё же были останками павших солдат.

Понимая, что обречены, эти бравые солдаты не желали погибать в одиночестве. Они были твёрдо намеренны пустить свои гранаты в ход. Даже понимая, что их мощи скорей всего не хватит для того, чтобы убить таких сильных иных как Тринадцатый или же Асура, хотя бы раненую Мамашу солдаты точно планировали утянуть за собою прямо в ад. Не будь их решимость и воля столь сильны, Тринадцатый не выглядел бы сейчас таким напряжённым и мрачным. Он даже принудительно заставил своих сородичей прекратить атаку. И это притом, что все десять с небольшим находящихся подле него иных выглядят весьма внушительно, потому, стоит только захотеть, и с полной зачисткой солдат у них не возникнет абсолютно никаких проблем.

– А-Нуо! – окликнул своего товарища Чен Янксинг. – Что случилось с лейтенантом и Гуо Хонгом?

– С какого ты сюда припёрся, придурок! – рявкнул в ответ А-Нуо, бросив на того яростный взгляд. – Пошёл вон, пока можешь!

От этих слов Чен Янксинг невольно вздрогнул на месте, после чего с мольбой во взгляде обернулся на меня.

Я тоже хотела бы быть достаточно сильной, чтобы одолеть Тринадцатого и его десять с небольшим подопечных, но всё отнюдь не так просто. На деле даже убийство одного лишь Тринадцатого уже вполне можно будет назвать крупной удачей, не говоря уже об остальных иных.

– Я их явно недооценил, – подметил Цзянг Сяотиан. – Не думал, что им удастся настолько сильно ранить Асуру и Мамашу. С этим, у тебя теперь действительно есть шанс одолеть Тринадцатого. Просто оставь солдат разбираться с остальными иными, а сам займись прицельно Тринадцатым.

Но если я так сделаю, выживших в итоге солдат можно будет пересчитать по пальцам одной руки. Их и так уже изрядно потрепало, да и держатся они из последних сил. Я уже почти что могу видеть нависшую над их головами тень мрачного жнеца.

Судя по тому, что я видела, судьба Мамаши Тринадцатому по какой-то причине небезразлична. Возможно, мне удастся обеспечить безопасность этим загнанным солдатам, если возьму её в заложники и тем самым заставлю Тринадцатого отступить.

Признаться, меня очень впечатлила стойкость этих ребят и их воля биться до последнего вздоха. Даже перед лицом смерти они остаются самоотверженными. Выходит, в начале апокалипсиса действительно существовали не только коррумпированные до мозга костей солдаты, но и такие вот благочестивые ребята, как эти. Скорей всего, большинство славных вояк просто-напросто не дожили до более поздних этапов апокалипсиса.

Хорошие люди долго не живут; ублюдки живут вечно. Как по мне, так этот закон жизни просто омерзителен, и сейчас всё, чего я желаю, так это помочь стоящим передо мной хорошим людям выбраться из этой передряги живыми. Ну же!

– Даге, я не хочу жертвовать этими солдатами.

Стоило мне это произнести, как Чен Янксинг тот час же вылупился на меня.

– Я знаю, о чём ты думаешь. Ты ни меня не желаешь в бой пускать, ни жертвовать стоящими перед тобой людьми. Уж больно многого ты «не желаешь», Шую, – холодно произнёс Цзянг Сяотиан. – Ты ведь прекрасно знаешь, что если Тринадцатый сейчас сбежит, то в будущем от его рук погибнет куда больше людей, чем эта горстка солдат. Твоё нынешнее решение людей не спасёт. Ты лишь обменяешь жизнь десятка на жизни десятков тысяч!

Знаю. Я это понимаю! Более того, на деле общее число павших от рук Тринадцатого во много раз больше нескольких десятков тысяч. Принимая это в расчёт, не то что солдатами, даже если ради его убийства придётся пожертвовать жизнями всех людей в лагере беженцев, это всё равно будет стоить того… Ага, щас!

Жизни людей вам не числа на бумажке, чтобы вот так просто их считать! Серьёзно, для меня жизнь Юн-юн стоит больше жизней десятков миллионов прочих незнакомцев! Да, это лицемерие чистой воды, но и что с того? Я знать не знаю всех этих десятков тысяч людей, что умрут от рук Тринадцатого, если он сбежит, а вот этих солдат, что из последних сил яростно сражаются прямо у меня на глазах, я знаю и искренне ими восхищаюсь!

– И всё равно, Даге, я хочу, чтобы они жили, – едва слышно заканючила я жалостливым голосом. – Помоги мне.

К моему удивлению Цзянг Сяотиан в ответ на эти слова не разозлился, а напротив расплылся в ехидной ухмылке.

– Знаешь, Шую, до этого момента я всегда думал, что твой образ мыслей уж больно взвешенный и расчётливый. Совсем не такой, какой должен быть у человека, что лишь недавно вступил в эпоху апокалипсиса, и уж тем более не такой, какой мог бы быть у восемнадцатилетнего юнца. Лишь теперь ты наконец-то зазвучал как настоящий подросток.

Это потому, что в душе я тридцатипятилетняя тётка, что прожила в апокалипсисе добрых десять лет. Я испытала на своей шкуре приблизительно столько же времени в апокалипсисе, сколько и сам Сяотиан. Разница лишь в том, что я в какой-то момент отчаялась и опустила руки. Возглавив сборище брошенных и смирившихся со своей участью любовниц, я с головой ушла в земледелие, отрезав себя от остального внешнего мира. Все сражения последних лет благополучно прошли мимо меня.

– Валяй. Делай что хочешь, – равнодушно бросил Цзянг Сяотиан. – Даже если сейчас позволишь ему уйти, мы вполне сможем нагнать его вновь позднее.

То есть как ни крути, а убить Тринадцатого мне всё равно придётся, так? Я горько вздохнула. Ладно, так уж и быть. Иначе я буду чувствовать угрызения совести каждый раз, как до меня будут доходить слухи об очередных зверствованиях Тринадцатого.

– Тринадцатый, отпусти их, – громко крикнула я.

Услышав мой оклик, Тринадцатый повернул голову в нашу сторону, при этом окружающая его аура и выражение лица ещё больше обострились, намекая на то, что он без колебания готов закончить эту конфронтацию полным взаимным уничтожением.

Невольно сглотнув, я попыталась придать себе как можно более грозный вид и яростно взревела:

– Забирай своих прихвостней и проваливай отсюда. Однако если настаиваешь на том, чтобы закончить дело дракой, ты её получишь!

После этих моих слов глаза Тринадцатого слегка сощурились. Однако уже через секунду его взгляд резко переметнулся на Цзянг Сяотиана, и в его глазах тот час же мелькнула тень страха. Хорошее чутьё! Он смог с ходу определить, что именно Сяотиан среди нас самый опасный. Что и следовало ожидать от будущего короля иных!

– Её тоже? – спросил он, бросив равнодушный взгляд на Мамашу. Хоть он и старался не подавать виду, но уже потому, что он бросился Мамаше на выручку, стоило ей лишь раз вскрикнуть, и потому, как крепко были сжаты сейчас его кулаки, было ясно видно, что этот иной для него действительно важен.

Более того, Цзянг Сяотиан уже упоминал ранее, что даже десять лет спустя Асура и Мамаша так и останутся генералами Тринадцатого. Скорей всего, он готов хладнокровно пожертвовать любым количеством прочих иных из этого исследовательского центра, лишь бы только уберечь Асуру и Мамашу.

– Нет! – внезапно рявкнул А-Нуо. – Если отпустим эту тварь, они точно объединятся и вместе сотрут нас в порошок!

Однако Цзянг Сяотиан его полностью проигнорировал и вместо этого, глядя Тринадцатому прямо в глаза, ответил:

– Только если пообещаешь немедленно уйти, не тронув этих солдат. Только тогда мы позволим тебе забрать Мамашу.

Солдаты один за другим с абсолютно очумелым видом перевели свои взгляды на маленького ребёнка, словно не могли поверить собственным ушам и глазам.

Я же просто опустила взгляд на Сяотиана. Недоверие А-Нуо было абсолютно понятно и небезосновательно. Стоит нам отдать ему Мамашу, и ничто уже не сможет гарантировать, что Тринадцатый действительно последует договору и послушно уйдёт прочь.

– Тринадцатый широко известен тем, что всегда чтит своё слово, – пробормотал Цзянг Сяотиан, как видимо почувствовав на себе мой взгляд. – Ради соблюдения данного обещания он однажды даже добровольно покинул уже фактически выигранное сражение. В тот раз он в одночасье потерял несколько десятков тысяч своих сторонников и при этом ничего не получил взамен.

Ух, даже люди не обладают настолько подавляющим чувством собственного достоинства. Теперь я даже не могу стоять перед ним с высоко поднятой головой!

– Мамаша?.. Лучше чем 005, – кивнул Тринадцатый, неожиданно легко приняв новое обращение, и прямо заявил. – Хорошо. Мамаша отдать мне. Мы уйти. Солдаты не трогать.

Услышав ответ Тринадцатого, солдаты ошарашено застыли, но во взглядах так и читался скепсис и недоверие.

– А-Нуо, делай так, как велит Сяо Ю, – крикнул Чен Янксинг. – Он и этот ребёнок – не обычные люди.

Но А-Нуо так и не отозвался. Его лицо было холодным и безэмоциональным. По сравнению с тем живчиком, каким он был в нашу первую встречу, сейчас он казался совершенно другим человеком.

– Чувак, просто доверься мне! – взволнованно продолжил убеждать товарища Чен Янксинг. – Мы достаточно братьев уже за сегодня потеряли. Пусть хотя бы оставшиеся уцелеют. Там, снаружи, всё ещё полно людей, что по-прежнему нуждаются в нас. Этому исследовательскому центру уже пришёл конец, а блуждающие по округе монстры могут напасть в любой момент. Мы не можем позволить себе умереть!

– По-твоему, я не хочу выжить?! – рявкнул в ответ А-Нуо. – Разумеется, хочу! Но если отпустим этих чудовищ на свободу, ни у нас, ни у остальных снаружи не будет и шанса на выживание. Думаешь, монстр станет держать своё слово? Да ты, должно быть, шутишь!

– Если он нарушит своё обещание, – встряла в разговор я, – я жизнь свою на кон поставлю ради вашей защиты.

– …Ты-ы? – протянул А-Нуо и истерически рассмеялся.

Не дожидаясь новых грубых реплик с его стороны, я приподняла своё ледяное копьё и с силой стукнула им об пол. В тот же миг всё пространство вокруг меня разом покрылось толстой ледяной коркой. Сразу же за этим я создала на своих ступнях ледяные лезвия. Немного поразмыслив, я пришла к выводу, что всё это по-прежнему выглядит недостаточно внушительно. А раз так, я могу заморозить всю свою ногу вплоть до щиколотки, создав тем самым своего рода ледяные ботинки. Разумеется, я также не забыла приделать к ним устрашающего вида ледяные лезвия. Так должно выглядеть более внушительно.

– Да, я!

К этому моменту взгляды всех в комнате были сосредоточены на мне. Я молча подняла своё копьё и, ткнув им на Асуру, приказала командным тоном:

– Асура, подойди поближе и помоги Мамаше.

Однако Асура в ответ лишь оскалил на меня свои зубы. Не похоже было, что он понимает человеческую речь.

– Асура? – повторил за мной Тринадцатый, словно пробуя слово на вкус. – Неплохо.

Только не говорите мне, что до этого момента у них ещё не было этих имён? Хотя, если припомнить, Ву Яоджин всё это время называл их исключительно как 005, 013 и 042. В смысле, будучи всё ещё запертыми в стеклянных цилиндрах, им навряд ли бы пришло в голову начать давать друг другу имена. А раз они только-только сбежали, то откуда бы они так быстро взялись?

Я только что сама того не осознавая даровала имена трём довольно значимым иным. Это… ведь несильно изменит ход истории, нет ведь?

С самого своего пробуждения я то и дело побуждаю разного рода изменения в этом мире, наиболее существенным из которых, разумеется, является возвращение Даге из Глассии домой. Но учитывая значимость личности Ледяного Императора для всего человечества, одно лишь это изменение настолько повлияло на мир, что я даже предположить не берусь, к каким последствиям это в итоге приведёт. В будущем мне стоит тщательнее обдумывать свои шаги и действия. С этого момента, принимая решения, мне не стоит полагаться лишь на память Гуан Веюн.

Тринадцатый метнул в Асуру взгляд, и тот, по всей видимости, сразу же понял, чего от него ждут. Он и в самом деле иной психического типа. Получив указания, Асура медленно и осторожно двинулся в сторону солдат. Тринадцатый же тем временем озвучил свой приказ вслух:

– Ты идти поддержать Мамаша.

Услышав слова Тринадцатого, Асура с озадаченным видом обернулся назад, словно спрашивая, зачем нужно было повторять приказ, но всё равно продолжил выполнять порученную ему задачу.

Но стоило Асуре всего на пару шагов приблизиться к воякам, как те недолго думая направили на него дула своих автоматов. Не имея возможности подойти ближе, Асура угрожающе оскалился на них, после чего оглянулся и зыркнул на Тринадцатого. Этот его взгляд был очень красноречивым и выражал вовсе не злость или же ярость, а скорее жалобу. Что-то вроде «Вот видишь! Не дадут они мне забрать Мамашу».

Тринадцатый покосился на меня многозначительным взглядом.

Мне же оставалось лишь свирепо уставиться на своих союзников-солдат за их разочаровывающее поведение и уверенным шагом двинуться к ним. Проходя на своём пути мимо группы иных, я приметила мелькнувшую на лицах вояк обеспокоенность и мысленно вздохнула от облегчения, радуясь тому, что не зря трачу здесь своё время, спасая их жизни.

Некоторые из иных при моём приближении действительно выглядели так, словно желали на меня наброситься, но я глянула на них ледяным взглядом… действительно «ледяным». Всплеск морозного воздуха вынудил ближайших ко мне иных отступить на несколько шагов назад, моментально их усмирив. Иные всегда будут чтить и бояться сильных.

Дойдя до оборонительной линии солдат, я подошла к А-Нуо. Опустив рукой дуло его пистолета, я произнесла твёрдым командным тоном:

– Все, отойдите в сторону.

Но солдаты даже с места не сдвинулись, лишь дружно перевели взгляды на А-Нуо. Как и думала, с таким лицом и телосложением крайне тяжело управлять массами. Пусть моя демонстрация способности контроля льда и вселила в их сердца толику страха и уважения ко мне, это вовсе не значит, что солдаты тот час же с готовностью побегут исполнять мои указания.

– Если эти монстры нарушат своё слово, ты продолжишь стоять перед нами и защищать нас, даже если это убьёт тебя, – опустив на меня взгляд, рыкнул А-Нуо. – Уверен, что сможешь так?

– Если они действительно нарушат своё обещание… – тихо произнесла я и ухмыльнулась, – я позволю им умереть у вас на глазах. На это я более чем способен.

Опешив на пару секунд от моих слов, А-Нуо затем усмехнулся и, обернувшись назад, махнул рукой в сторону.

– Слыхали, ребят? Расступитесь и дайте дорогу нашему бравому Сяо Ю. Иначе, если дадим ему шанс в одиночку выкосить всех тварей, лишимся последней толики гордости!

Услышав слова командира, солдаты также заухмылялись в ответ, притом что лица их так и остались искривлены гримасами боли. Некоторые отступили назад, таща за собой раненых товарищей, и сразу же приступили к перевязке. Для многих из них это действительно сейчас было жизненно необходимо. Стоило напряжению немного спасть, как их лица тут же мёртвенно побледнели. Казалось, они уже были одной ногой в могиле.

Тем временем Асура подобрал с пола Мамашу, что, сказать по правде, выглядело со стороны очень странно. Представьте фрикадельку, в которую воткнули четыре зубочистки, нанизали на две палочки для еды и полили сверху кетчупом. Возвращаясь к своим, они предпочли обогнуть меня по широкой дуге; похоже, исходящий от меня морозный воздух им очень не нравился.

И как только Асура добрался до Тринадцатого, те и в самом деле тут же развернулись, желая уйти, но Цзянг Сяотиан и Чен Янксинг по-прежнему стояли в дверном проёме, преграждая им путь. Цзянг Сяотиан сделал это явно нарочно, а вот Чен Янксинг, скорей всего, просто не сориентировался вовремя и пропустил момент, когда стоило отойти. Что же касается Ву Яоджина, то он попросту исчез. Хм, стоит ли мне вообще объяснять? Уверена, он заметил, что ситуация складывается не в его пользу, и быстренько сбежал прочь.

Я глянула на Цзянг Сяотиана, немного опасаясь того, что он не позволит им просто уйти. Ранее он сказал, что Тринадцатый всегда держит своё слово, но вот о том, держит ли он сам своё слово, Сяотиан не сказал. Но, всё же, Даге должен быть из тех людей, что верны своим обещаниям, так ведь?

Если человек нарушит своё слово, в то время как даже иной сдержал обещание, то получится крайне ироничная ситуация. Я не хочу подобное видеть. Это заставит меня почувствовать себя ниже иного. И, кроме того, Цзянг Сяотиану запрещено использовать свою способность!

К счастью, мои худшие опасения не подтвердились. Цзянг Сяотиан спокойно глянул на меня, по всей видимости догадываясь, о чём я сейчас думаю. Потянув Чен Янксинга за рукав, они оба отошли в сторону и встали вдоль стены.

– Так они что же действительно собираются сдержать своё слово? – боясь поверить собственным глазам, пробормотал А-Нуо.

– Погоди, – Внезапно выпалил Тринадцатый и обернулся, до такой степени напугав этим движением вояк, что те едва вновь не подняли на изготовку свои ружья. Но Тринадцатый даже внимания на них не обратил. Его взгляд был устремлён лишь на меня. – Ты нас знать? Мамаша. Асура. Моё имя как?

– Нет, я вас не знаю. Тебя зовут просто Тринадцатый, – честно ответила я. Гуан Веюн не была настолько невезучим человеком при жизни, чтобы познакомиться с тобой лично, но вот с Цзянг Сяотианом тебя связывает ничем неутолимая вражда. Причём настолько ярая, что Цзянг Сяотиан жаждет искромсать тебя на кусочки, а затем переловить твоих подчинённых и, попересажав их в клетки, сделать из них своих питомцев.

Асуру ещё можно поставить где-нибудь снаружи дома в качестве скульптуры, но вот Мамаша попросту слишком уродлива. Даже если Цзянг Сяотиан, наплевав на гордость и честь Ледяного Императора, начнёт, катаясь по полу, плакать крокодильими слезами, я всё равно буду категорически против этого! Что если она до смерти напугает мою Юн-юн?!

– Тринадцатый? – с явным недовольством повторил собственное имя Тринадцатый.

Блин, если бы я знала, что до этого дойдёт, назвала бы его «Истинус Злодейнус». Тогда, каждый раз произнося своё имя вслух, он с ходу бы лишался половины своей внушительной ауры. Даже жаль немного, что я упустила такую возможность. Быть можешь, ещё не поздно что-то подправить?

Тринадцатый, пусть и не был особо рад своему имени, но всё же принял его, мотнув головой, и взглянул на меня.

– Твоё имя?

Раскрыть своё имя будущему королю иных? Это представляется мне крайне опасной затеей… но такой заманчивой!

– Я – Цзянг Шую, – представилась я, едва сдержавшись, чтобы не продолжить своё представление словами «и я тот, кто в будущем станет Ледяным Императором». К счастью, у меня всё же хватило скромности на то, чтобы не произнести подобную избитую фразу вслух.

– Цзянг Шую, – повторил моё имя Тринадцатый, после чего, следуя своему обещанию, развернулся и вместе с прочими иными проследовал к выходу из комнаты.

Лишь после того, как последний странно выглядящий иной скрылся из виду, солдаты позволили себе нарушить царившее прежде гробовое молчание. Воздух наполнился перешёптываниями, восклицаниями, плачем и смехом… словно они до сих пор не могли поверить в то, что сумели выжить.

Солдаты одновременно рыдали и хохотали. Все они были настолько счастливы, что бросились радостно обниматься друг с другом, совершенно не обращая внимания на то, какими потными вонючими и грязными они все сейчас были.

– Мы и в самом деле не умерли!

Конец эпохи доминирования Том 3 глава 6: Центральная комната управления

Конец эпохи доминирования Том 3: Скованное льдом благородство и величие

Автор оригинального китайского текста: 御我 (Yu Wo)


Глава №6: Центральная комната управления – перевод EliSan; редактура Akili

Бах, бах, бах!

В последний момент я успела отвести дуло пистолета в сторону. Поверить не могу! Мой преданный слуга посмел в меня выстрелить! Среагируй я на долю секунды позднее, и пули напрямую пронзили бы мой мозг, лишив даже возможности обратиться в иного!

Факт того, что я едва не погибла самым что ни на есть абсурдным образом, не на шутку меня взбесил. Врезав Чен Янксинга разок по морде кулаком, я схватила его за шкирку и принялась с остервенением лупасить по щекам без остановки!

Черныш же, почувствовав мою ярость, уже сделал было шаг в мою сторону, как видимо с намереньем остановить меня, но поняв, что я лишь раздаю парню пощёчины, неловко застыл на прежнем месте.

Лишь после пары десятков шлепков, я, наконец, соизволила остановиться.

– Чен Янксинг, а ну быстро в себя пришёл! – рявкнула я. – Козлина ты эдакая! Как бы ты потом расплачивался со мной, повреди ты моё драгоценное лицо?!

После этих моих слов все дружно повернули головы и взглянули на «драгоценное лицо».

Чен Янксинг также с несколько секунд молча таращился на «драгоценное лицо» в ступоре, но затем, словно резко придя в себя, воскликнул:

– Сяо Ю? Что ты тут делаешь? Тебя что, поймали?

Я раздражённо схватила парня за голову одной рукой, приподняла его над полом и даже выпустила немного энергии льда из ладоней для пущей убедительности.

– «Поймали»? Да аж десять раз! – рыкнула я. – Уж теперь-то тебе достаточно «свежо», или мне стоит посильнее тебя подморозить, чтоб ты наконец проснулся?!

Затем же, разжав хватку, я позволила Чен Янксингу мешком упасть обратно на пол. Парень тут же закашлялся, выплёвывая из рта кристаллики льда. Лишь через какое-то время, вытерев лицо, он тихо пробормотал:

– Такое ощущение, словно я всё ещё во сне нахожусь.

Тем не менее, несмотря на его собственный слова, вид он уже имел весьма бодрый.

– Где остальные? Живее, расскажи мне всё, что с вами тут приключилось, иначе можешь даже не надеется увидеть своих товарищей снова живыми!

Чен Янксинг бросил быстрый взгляд на Черныша, но никаких вопросов задавать не стал и сразу же приступил к пересказу событий:

– Спустившись вниз на лифте, мы сразу же разделились на две группы. Одна команда под командованием А-Нуо устремилась к центральной комнате управления, в то время как лейтенант и Гуо Хонг повели вторую команду в другую сторону. По пути на нас то и дело нападали разного рода твари, из-за чего многие получили ранения или даже погибли. Почувствовав неладное, мы попытались было отступить обратно к лифтовому холлу, но дорога назад уже была отрезана, так что у нас не осталось иного выхода, кроме как идти вперёд. К тому же моменту, как мы добрались сюда, мы уже лишились половины нашего состава. До того, как меня вырубило, А-Нуо был ещё жив, однако что произошло дальше, не знаю.

Рассказ Чен Янксинга был очень кратким и по делу. Не удивительно, что Черныш в прошлом оценил его как «даже А-Ксинг сойдёт». Он сумел сохранить спокойствие и ясность ума, даже будучи с ног до головы покрыт плотью и кровью своих товарищей. Не видь я перед собой эту пару красных от переживания за товарищей глаз, трясущихся рук и стоящих торчком от налипшего инея волос, точно бы поверила, что произнёсший эти слова солдат находится в состоянии абсолютного душевного покоя. Признаю, я его недооценила.

– Из сказанного можно заключить, что Тринадцатый, по всей видимости, уже захватил центральную комнату управления, – нахмурившись, прокомментировал Цзянг Сяотиан. – Ну а раз наша группа напротив не встретила почти никакого сопротивления со стороны иных, рискну предположить, что враг специально заманивает нас в своё логово.

– Хочешь сказать, что их интеллект настолько развит? – это меня немало удивило. Да как могут иные на столь раннем этапе апокалипсиса быть настолько умны? Что это долбанное ИЦМО с ними сотворило?! Подумала я и спешно уточнила. – А-Ксинг, встречал ли ты по пути сюда говорящих иных?

– Нет, – помотал головой вояка, – те, что попадались нам, не сильно-то отличались от монстров снаружи. Стоило им заметить нас, они тут же набрасывались, словно мы были для них ходячим угощением. Сдерживать их удавалось лишь огневой мощью. Однако некий командир у этих монстров наверняка есть. Как только мы впервые столкнулись с их явно скоординированными атаками, Ан Нуо сразу почуял неладное и попытался отступить, чтобы вновь воссоединиться с группой лейтенанта и перегруппироваться. Однако к тому моменту было уже слишком поздно. Все наши пути отхода оказались заблокированы. Такое было бы попросту невозможно организовать без лидера.

Теперь у меня в голове уже имелась довольно ясная картина происходящего. Похоже, здешние подопытные не пробудили в себе человеческое сознание, как верят учёные, а попросту эволюционировали немного быстрее, чем их сородичи снаружи. Какое «человеческое сознание» стало бы оголтело набрасываться на других людей с намереньем сожрать?!

Но Тринадцатый является исключением из общей картины. Лидерские качества требуют не только развитого интеллекта, но и опыта. Так что вот он, вероятно, действительно обладает человеческим сознанием, однако заслуги ИЦМО в этом нет. Скорее, это просто его уникальная отличительная черта, а вовсе не прорыв учёных в их исследованиях по возвращению разума иным.

– А-Ксинг, как считаешь, следует ли нам пойти дальше и попытаться догнать А-Нуо, или же вернуться назад за лейтенантом? – взволнованно спросил Черныш.

На что Чен Янксинг отозвался встречным вопросом:

– Сколько времени прошло с тех пор, как наша поисковая группа вошла сюда?

– Сорок минут, – взглянув на часы, ответил Черныш.

– Всего сорок минут… – на долю секунды лицо Чен Янксинга исказила гримаса боли, но уже в следующее мгновение он мотнул головой и, вернув себе самообладание, с волнением сообщил. – Этой точки мы достигли приблизительно спустя двадцать пять минут после спуска. К тому моменту А-Нуо уже вёл отряд на предельно возможной скорости, рассчитывая прорваться сквозь оборону врага. Я находился в хвосте строя и приглядывал за тылом, однако меня вырубили раньше, чем я успел хотя бы заметить приближение атаки. С тех пор прошло не так уж много времени, так что шанс нагнать отряд у нас всё ещё есть!

Услышав эти слова, я опустила взгляд на Цзянг Сяотиана. Он ведь всего пару минут назад настоятельно рекомендовал нам отправиться в центральную комнату управления, чтобы убить Тринадцатого, и теперь когда А-Ксинг предложил последовать за группой А-Нуо, Цзянг Сяотиан вполне может воспротивиться.

Однако Цзянг Сяотиан, заметив мой взгляд, лишь равнодушно подметил:

– Если Тринадцатый действительно сейчас находится в центральной комнате управления и командует оттуда иными, думаете у нас действительно есть выбор, куда идти?

Все присутствующие тут же помрачнели. Лишь я одна несогласно замотала головой.

– Возможно, и есть, ведь Тринадцатого может попросту не заботить, куда мы направляемся. По сравнению с другими находящимися сейчас в исследовательском центре группами людей, наша до смешного малочисленна. Стал бы ты на его месте подбирать крошки с пола, если бы у тебя перед носом всё ещё лежал ароматный кусок хлеба?

Сейчас ещё не то время, когда всего один элитный воин мог бы противостоять целой армии врагов в тысячу бойцов. На данном этапе исход боя всё ещё сильно зависит от численности и огневой мощи, так что человеческий разум Тринадцатого навряд ли сочтёт нас за угрозу. Эх! Впрочем, пожалуй, я действительно не настолько сильна, как отряд под командованием лейтенанта с их-то пистолетами и автоматами, так что не так уж он и не прав в своём суждении.

Цзянг Сяотиан призадумался немного над моими словами, после чего согласно кивнул.

– Тут ты, скорей всего, прав. На ранней стадии апокалипсиса, если бы я приметил крупную шайку иных, то, вероятно, просто проигнорировал бы разбросанных по округе одиночек. В настоящий момент численное превосходство всё ещё значит куда больше, чем индивидуальные способности бойцов.

Даге, прошу, не сравнивай людей с иными!

– Ты… – вырвалось из уст ошарашено глядящего на Цзянг Сяотиана Чен Янксинга.

Но я предпочла проигнорировать его замешательство и спокойно приказала:

– Веди нас. Давайте догоним А-Нуо и остальных.

Похоже, у парня всё ещё было полно вопросов к нам, однако он проглотил обратно все свои подозрения и ткнул дулом пистолета в проход.

– Нам сюда, – буркнул он и сразу же затопал в указанном направлении, уже на ходу выпалив. – Черныш, на тебе тыл. Будь предельно бдителен.

– Нет, за тылом присмотрю я, – тут же парировала его приказ я. Если поставим Черныша в конец строя, он не только не сможет вовремя предупредить нас о возможной опасности, но и сам вполне может исчезнуть раньше, чем мы сможем это заметить.

Услышав моё возражение, Чен Янксинг резко затормозил и, оглянувшись, уставился на меня.

Заметив возникшую напряжённую паузу, Черныш поспешил объяснить:

– Сяо Ю очень силён. Он метко стреляет, ловко двигается и обладает какой-то странной способностью управлять льдом. Это он спас нас там снаружи.

Поразмыслив над этой информацией ещё с несколько секунд, Чен Янксинг утвердительно кивнул и вновь возобновил своё движение. По ходу, EQ1 у этого парня просто заоблачное. Солдаты элитного отряда действительно радикально отличаются от остальных обычных вояк.

Начав движение, мы всего за несколько минут преодолели довольно внушительное расстояние. Чен Янксинг шёл вперёд предельно быстрым шагом, очевидно из-за растущего беспокойства за своих братьев по оружию. Исключения составляли лишь резкие повороты коридоров да редкие разгромленные комнаты на нашем пути. В этих случаях Чен Янксингу волей-неволей приходилось затормаживать, чтобы проверить, не затаилась ли где угроза, и лишь потом вновь возобновлять свой шаг. Такими темпами, тот Ву Яоджин вскоре вконец от нас отстанет.

Время от времени на своём пути мы находили трупы вояк, каждый из которых был лишён той или иной части тела. Уже лишь глядя на это, было очевидно, что отряду А-Нуо приходится ой как несладко, из-за чего выражения лиц Чен Янксинга и Черныша с каждой минутой становились всё мрачнее, но, к счастью, лидера группы, А-Нуо, среди павших не было. Иначе, боюсь, эти два парня попросту не выдержали бы и потеряли всякую волю двигаться дальше.

– А-Ксинг, – внезапно насторожившись, окликнул Черныш, – если продолжим идти этим путём, мы скоро достигнем центральной комнаты управления. Зачем вы выбрали этот путь, если знали, что там поджидает враг?

– У нас не было выбора! – рявкнул Чен Янксинг в ответ. – Они наседали на нас со спины, так что нам приходилось идти вперёд, хоть мы и понимали, что это ловушка!

Я вновь бросила взгляд на Цзянг Сяотиана. Теперь понятно, почему он не стал возражать против затеи последовать за отрядом А-Нуо. Должно быть, он с самого начала знал, куда приведёт нас этот путь.

Ещё один поворот, и мы окажемся уже совсем близко от центральной комнаты управления. Добравшись до поворота, Чен Янксинг остановился. На лице его отражалась гремучая смесь злости и тревоги. Сделав глубокий вдох, он взглянул на Черныша.

– Готов?

Однако тот прежде чем ответить сперва покосился на меня. Лишь после того, как я кивнула, Черныш отозвался:

– Да.

Чен Янксинг опустив взгляд на Цзянг Сяотиана. Его лицо невольно дернулось, но он сдержался от комментариев и вместо этого выпалил:

– Тогда с этого момента готовьтесь встретить что угодно.

Выпалив эти слова, Чен Янксинг поднял своё оружие и резко завернул за угол, но в тот же миг его с силой отбросило назад. Отлетев аж на пару метров назад, он рухнул на пол, лицом вниз.

Я тут же бросилась к Чен Янксингу, оттолкнув в сторону шокированного Черныша, и обнаружила на лице парня громадного… паука? С расстояния я приняла существо за паука, однако при ближайшем рассмотрении стало заметно, что его округлое тельце слегка поблёскивает от отражённого света, и покрыто какой-то вязкой жижей. В общем, по своей сути он напоминал скорее крупного морского гада, что закрепился на лице у парня, обвив его голову двумя щупальцами. Сколько бы Чен Янксинг не скрёб его ногтями, содрать эту тварь с лица у него никак не получалось.

Я спешно присела рядом, но стоило мне прикоснуться к парню, как тот тут же вздрогнул и принялся в страхе отползать от меня назад.

– Это я. Не шевелись.

Чен Янксинг тут же застыл на месте. Похоже, тварь на лице не мешала ему слышать мой голос. Его тело то и дело содрогалось, но он изо всех сил старался не двигаться.

Я же тем временем положила руку на существо, но покрывающая его слизь мешала как следует ухватиться за его тельце. Из-за большого количества тонких лапок, эта тварь с виду напоминала паука, но кожа была точь-в-точь как у морского обитателя. Скорей всего, проще всего содрать это существо получилось бы с помощью огня, однако всего одно неловкое движение, и Чен Янксинг уже никогда не смог бы показать своё лицо на людях.

– Возможно, будет немного холодно, но ты терпи.

Я аккуратно заморозила склизкое существо, и сразу же обломила обвивающие голову парня длинные щупальца. И когда я уже собралась было внимательно осмотреть разделяющую тварь и лицо Чен Янксинга щель, чтобы ненароком не содрать с парня ещё и кожу, тот уже, похоже, не мог более терпеть. Оторвав от себя гада, Чен Янксинг выплюнул изо рта нечто длинное и мягкое и, спешно сделав глубокий вдох, тут же принялся блевать.

– И всё же это паук, – осмотрев существо, заключила я. Скорей всего, это был рождённый из трупа паука иной, который в ходе эволюции приобрёл склизкое, как у морского огурца, покрытие, что предавало ему сходство с морским обитателем. Любой обычный человек, к лицу которого прицепится подобная хрень, почти наверняка не жилец.

По состоянию Чен Янксинга было вполне очевидно, что до недавнего момента парню явно нечем было дышать. На то, чтобы спасти подвергшегося этой атаке человека, у прочих людей есть от силы минуты две, однако эта штука обвивает свою добычу очень крепко, да и щупальца у неё на удивления прочные. Поэтому, чтобы успеть вписаться во временной лимит, бедняга должен либо сразу же очутиться на хирургическом столе, либо сподручно иметь подле себя товарища с развитой способностью контроля льда. Чёрт, Чен Янксинг, да ты просто адски везучий парень!

– С-спаси их, быстрее… – неожиданно прохрипел сквозь кашель Чен Янксинг. Его лицо всё ещё было красным от резкого прилива крови к голове, но он заставил себя махнуть рукой в сторону лежащего за поворотом коридора.

Я тот час же подскочила и спешно завернула за угол. В тот же миг передо мной открылась белоснежно-белая картина; весь коридор впереди был сплошь покрыт склизкой и липкой белой паутиной. В ней, подвешенными над полом, я приметила немало застрявших и обездвиженных солдат. И у каждого из этих бедняг на лице имелось по пауку-моллюску.

Так, на тех, кто уже перестал двигаться, стоит забить, тех, чьи тела слегка подёргиваются, стоит спасать во вторую очередь. В приоритете те, кто всё ещё активно сопротивляются. Вытянув вперёд руку, я ухватилась за паука, заморозила и тут же сорвала его в лица. Одного за другим, я отрывала и отрывала пауков с лиц вояк и в итоге даже сняла их с лиц тех солдат, что уже совсем не двигались в надежде, что их всё ещё возможно будет откачать…

– Чен Янксинг, Черныш, помогите… – произнесла было я, содрав последнего восьмого паука, но, оглянувшись назад, поперхнулась собственными словами, увидев синюшно-фиолетовые лица подвешенных солдат. Похоже, даже те, что слегка подрагивали ранее, двигались не по собственной воле, а под воздействием пауков на их лицах. Но я отчётливо помню, что самый первый явно активно сопротивлялся…

Ещё раз оглядев солдат, я не увидела среди них ни единого живого человека и на секунду даже усомнилась в своей памяти.

Подоспевшие ко мне Черныш и Чен Янксинг с белыми, как мел, лицами уставились на подвешенные тела своих убитых товарищей. Похоже, шок от увиденного оказался для парней слишком велик, так как оба просто безвольно замерли, глядя на перекошенные в агонии лица своих трагически погибших братьев по оружию.

Я ещё раз внимательно осмотрела лица почивших, но А-Нуо среди них так и не обнаружила. Очевидно, что не весь отряд нашёл свою смерть в этой паутине, что не могло не радовать. До тех пор, пока нам есть, кого спасать, Черныш и Чен Янксинг смогут вновь взять себя в руки.

Но прежде чем я успела хоть что-то сказать, Чен Янксинг рванул к одному из подвешенных тел.

– Сяо Ю, помоги-ка мне его снять. Он только что пошевелился. Я видел!

Оу? Тот, что больше всего сопротивлялся? Я оглянулась и тут же побледнела.

– А-Ксинг, в сторону!

В следующую же секунду тело за его спиной внезапно взорвалось, и из его недр вылезли липкие гладкие, похожие на тентакли, щупальца, что сразу же попытались обвить собой Чен Янксинга с ног до головы. Я спешно метнула в щупальца два ледяных кинжала, рассчитывая, что исходящая от них энергия льда сможет хотя бы немного замедлить эту тварь, и, проскользив вперёд, дернула Чен Янксинга вниз, вынудив того упасть на пол.

Защитив парня от непосредственной угрозы, я со всей силы мотнула рукой вверх и обрубила одно из потянувшихся в нашу сторону щупалец. Это, к слову, было для меня весьма неожиданно; изначально я расчитывала обрубить как минимум три щупальца, но силы удара хватило лишь на один. Более того, я даже почувствовала определённое сопротивление. Если бы участок, на который пришёлся мой удар, не был уже подморожен моей предыдущей атакой, мне, возможно, и вовсе не удалось бы перерубить ни один из них. Эти штукенции оказались не столько прочными, сколько плотными; гораздо более плотными, чем щупальца маленьких обвивающих головы пауков.

Вылезший из тела новый тип иного ростом не дотягивал даже до пояса, но в длину был не меньше роста взрослого человека. В общем и целом, тварь была довольно внушительных размеров. Я без понятия, как она вообще умудрилась впихнуться ранее в тело человека. Не удивительно, что конечности у того бедолаги настолько сильно дрыгались.

– Шую, – внезапно заорал Цзянг Сяотиан, – быстрее разберись с ним! К нам ещё идут!

Услышав его слова, кровь в моих жилах тот час же похолодела, и я спешно замахнулась кинжалом, целясь в голову паука. Паук же в свою очередь попытался пронзить меня одним из своих тентаклеподобных щупалец, да с такой скоростью, что порывом воздуха с пола даже пыль подняло; эти щупальца явно были куда более грозными орудиями, чем выглядели на первый взгляд. К несчастью для него, я смогла перехватить атакующее щупальце на лету. Если бы на моём месте был кто-то другой, то ему, скорей всего, не удалось бы поймать это гладкое щупальце из-за покрывающей его слизи, но мой холод способен обратить даже самую скользкую жижу в ледышку… Стоп, разве его диаметр и длина не идеальны?

Всадив кинжал в мозг паука, я начала отпрыгивать назад, распрямляя удерживаемое мной щупальце до тех пор, пока оно не оказалось идеально вытянуто. Затем, я активировала свою способность на полную катушку и разом заморозила всю длину щупальца от кончика в моих руках и до самого основания. Затем же, прыгнув назад, я отсекла щупальце, в результате чего в моих руках остался весьма неплохой созданный на ходу импровизированный шест. Ну а так как один из его концов получился заострённым, он вполне может сгодиться даже как копьё!

Пусть времени укреплять его бриллиантовым льдом у меня и нет, щупальце паука уже само по себе было довольно прочным и плотным, а мой лёд помогает ему сохранять прямую форму шеста, так что в качестве экстренного оружия на скорую руку вполне сгодится.

И стоило мне закончить создание этого ледяного копья, как предостережение Цзянг Сяотиана обратилось в явь, и с потолка посыпалось бессчётное множество паучков самых разных размеров. Однако я успела заметить их лишь краем глаза, так как уже в следующее мгновение воздух сотрясся от нескончаемых выстрелов. Это Чен Янксинг принялся осыпать потолок градом из пуль, а когда Черныш наконец опомнился и тоже присоединился к стрельбе, тот моментально сменил свой подход, начав отстреливать пауков по одиночке. И, что удивительно, каждая выпущенная им пуля попадала ровно пауку в голову. На то, чтобы убить маленького членистоногого, у него уходило максимум две пули.

А вот с большими пауками приходилось куда сложнее. Их плотный покрытый густой слизью каркас прекрасно защищал их мозг, не позволяя пулям пробиться. Большинство свинцовых снарядов просто отлетали от него, тем не менее, для меня сейчас «плотность» представляла гораздо меньше проблем, чем «прочность». Моё нынешнее на спех созданное копьё не смогло бы посоперничать в прочности, а вот с плотностью совладать оно вполне сможет, ведь если подморозить этих склизких паучков, они уже не будут такими склизкими, так ведь?

И когда я уже собралась было приступить к масштабной резне, начиная с самой ближайшей ко мне твари, меня остановил звонкий детский голосок Цзянг Сяотиана.

– Шую, заморозь их всех разом, а зачистку оставь уже этим двоим.

А сработает ли? Заморозить определённую площадь для меня не проблема, но и эти паучки отнюдь не безвольные сашими, а вполне себе крепкие иные. Полностью проморозить их до самых костей будет непросто. Но через несколько секунд колебания, я внезапно припомнила, что недавно успела перейти на второй ранг, и мне тут же захотелось опробовать свои силы на практике.

Тем временем на меня напрыгнул один из крупных паучков, и я довольно мощным ударом копья по флангу отбросила его в сторону. Однако тот тут же подскочил обратно на лапки, очевидно не понеся никаких существенных повреждений. Уже по одному лишь этому эпизоду стало понятно, что физические атаки против них бесполезны.

Ещё раз врезав по пауку копьём, я отшвырнула его куда подальше, после чего отступила за спину Чен Янксинга и Черныша.

– Продолжайте стрелять. Мне нужно пару секунд на подготовку.

– Долго мы их сдерживать не сможем, – отозвался Чен Янксинг. – Слишком мало патронов.

В основном, парень старался стрелять по паукам прицельно, однако когда те нападали слишком большой сворой, невольно переходил на ковровую стрельбу. Пусть и не так быстро, как у Черныша, но его запас амуниции тоже истощался с ужасающей скоростью.

Я решительно передала оба подаренных мне Джин Фенг пистолета Цзянг Сяотиану, чтобы не допустить ситуации, в которой ему пришлось бы воспользоваться своей способностью для самозащиты.

И под эту нескончаемую какофонию выстреливающих снаряды оружий я сосредоточилась и принялась собирать энергию своей способности, в результате чего совсем скоро пространство вокруг меня начало стрекотать. Прямо в воздухе словно из ниоткуда стали появляться небольшие льдинки и, продолжая парить над полом, слегка дребезжать от переизбытка энергии. От ног же моих во все стороны побежали ледяные узоры. Жаль, влаги в этих коридорах маловато…

Я застыла. Влаги? А ведь точно, как я вообще умудряюсь создавать лёд, без воды? Если я способна кристаллизовать влагу в воздухе, значит ли это, что я могу управлять и водой тоже?

– Шую, сконцентрируйся! – рявкнул Цзянг Сяоитан, одновременно с этим выстреливая из пистолета по приближающимся паукам. Вид стреляющего из оружия маленького ребёнка невольно пробуждал во мне импульс выхватить у того опасную игрушку.

Не желая более позволить своим мыслям растечься по древу, я отодвинула эту навязчивую идею в глубину сознания и сосредоточилась на моей нынешней задаче. И, если честно, это сделать оказалось куда проще, чем я думала. Если бы я не отвлеклась ранее, я бы уже давно собрала необходимые для всплеска силы. В будущем, после определённой практики, я вполне смогу проделывать этот трюк и без предварительной подготовки.

– Хо-холодрыга… – невольно постукивая зубами, пробормотал Черныш.

– Ты там скоро ещё, Сяо Ю? – поинтересовался Чен Янксинг с дрожащими от холода коленками. – Мои пальцы уже настолько окоченели, что я скоро не смогу больше стрелять.

Я сделала глубокий вдох и решительно выпалила:

– С дороги!

Оба вояки тут же с готовностью отступили назад, обогнув меня с обеих стороны, и облегчённо вздохнули. Но прежде чем они успели даже выдохнуть весь воздух, по коридору пронеслась резкая взрывная волна холодного морозного воздуха, и их выдохи моментально превратились в два белых облачка, как в зимнее время года.

Впрочем, это не было так уж далеко от истины. Весь коридор постепенно всё больше и больше замерзал. Обледенение сначала покрыло пол, а затем начало подыматься вверх по стенам. Поначалу пауки не обращали на него внимание, но как только холод стал медленно но верно сковывать движения их щупалец, сразу же осознали, что дело плохо. Однако к тому времени некоторые уже оказались намертво приморожены к полу, да и тех, что вовремя подпрыгнули, морозный воздух отпускать не намеревался и последовал за ними.

Когда же всё закончилось, коридор окончательно превратился в ледяной тоннель с вмороженными в него пауками. Будь они чуть-чуть посимпатичнее, были бы похожи на ледяные скульптуры. Честно признаться, не думала, что мне это удастся настолько просто. Быть может, я действительно стала сильнее, чем думала?

Оба солдата от увиденного аж рты пораскрывали и уставились на меня с тенью страха в глазах.

– Чего вылупились? – раздражённо выпалила я. – Если не поторопитесь, они успеют оттаять и вот тогда нам мало не покажется. Я, знаете ли, второй раз повторить такое не смогу!

На самом деле, это было не совсем так; на ещё один подобный всплеск холода у меня сил вполне хватит, но сейчас для меня важнее не правду говорить, а избавиться от зародившегося в их сердцах страха по отношению ко мне.

И, как и ожидалось, после моего заявления обуревающий их ужас в значительной степени поутих. Черныш так и вовсе вылупился на меня с таким обожествлением, что мне с огромным трудом удалось сохранить прежнее спокойное выражение лица, не позволив себе расплыться в горделивой улыбке. Мне пришлось напомнить самой себе, что здешний Тринадцатый к этому моменту уже успел целую исследовательскую лабораторию с ног на голову перевернуть, так что по сравнению с ним мои успехи просто смехотворны.

– Сперва разберитесь с крупными. Стреляйте только в головы. Не тратьте пули в пустую на беглый огонь, используйте прицельную стрельбу!

На что Черныш с кислой миной отозвался:

– Я не А-Ксинг.

– Тогда я сам, – выпалил Чен Янксинг и без колебания принялся отстреливать пауков поодиночке, и каждая его пуля без исключения попадала точно в цель. Его навыки стрельбы действительно были феноменальны, так что, даже если способность у него аховая, я всё равно готова забрать его с собой.

Взяв свои пистолеты из рук Цзянг Сяотиана, я хотела было помочь с зачисткой, но, заметив как быстро Чен Янксинг расправляется с пауками и что ни один из оставшихся не подаёт признаков оттаивания, я не стала присоединяться к стрельбе. Подаренные мне Джин Фенг пистолеты обладали куда большей пробивной мощью, и мне не хотелось тратить их на добивание жалких паучков. Амуниция у меня в рюкзаке отнюдь не безгранична. Нетрудно догадаться, что пули Фенг имеют какой-то свой секрет, так что после замены их на обычные, огневая мощь оружия неизбежно упадёт. Не исключено даже, что пистолеты и вовсе не смогут стрелять другими пулями и станут полностью бесполезны.

– Всё, они все мертвы, – сообщил Чен Янксинг и повернулся ко мне. По какой-то причине его лицо выглядело мрачным. – Мы можем идти дальше?

И когда я уже было собралась поинтересоваться, чего это он такую хмурую мину скорчил, стоящий рядом Черныш воскликнул:

– Мать вашу, как же ж холодно!!! – он обнял себя обеими руками и со стучащими зубами выпалил. – Идёмте скорее в центральную комнату управления, ну, или искать А-Нуо, или за лейтенантом, да всё равно куда, лишь бы идти! Давайте же. Я сейчас в ледышку превращусь.

Выходит, лицо Чен Янксинга не мрачное, а просто подмороженное.

– Ладно, идём, – немного смущённо пробормотала я. Увы и ах, но таков уж основной недостаток способности к контролю льда; до того момента, как люди обретут достаточную стойкость в ходе эволюции, низкие температуры будут негативно сказываться в том числе и на моих собственных союзниках, стоящих рядом. При обледенении небольшого участка земли эффект не так существенен, но когда дело доходит до массового покрытия, как сейчас, дела принимают скверный оборот. Если задержимся здесь надолго, боюсь, А-Ксинг и Черныш заработают себе такое обморожение конечностей, что больше уже не смогут из оружия стрелять.

– Поторопимся же в центральную комнату управления. Она должна быть уже близко, – сказал Цзянг Сяотиан и покосился за спину. – Этот парень должен знать её точное местоположение. Уточни у него.

Лишь теперь я осознала, что Ву Яоджин стоял у нас прямо за спиной. Он глядел на меня широко открытыми глазами, что разве что не блестели от переполнявшего его восторга. Если бы у него сейчас был выбор, бьюсь об заклад, он определённо сунул бы меня в один из стеклянных цилиндров, чтобы вдоль и поперёк меня поисследовать.

Этот его взгляд меня жутко взбесил. И когда я уже собралась было рявкнуть на него ледяным тоном, чтобы как следует припугнуть, его и без того широко раскрытые глаза внезапно распахнулись ещё больше, следом за которым тут же раздался пронзительный панический вскрик парня.

И в тот же миг почти одновременно с криком парня раздались звук выстрелов и громкий звериный рёв. Когда же я повернула голову обратно, лежащий передо мною мир успел полностью перемениться. Посреди коридора теперь стояла одинокая фигура, от которой так и веяло уверенностью в себе и гордостью. На первый взгляд ничего особенного в этой персоне не было. Лишь при более внимательном рассмотрении можно было заметить за его спиной толстый чешуйчатый хвост, кончик которого то и дело легонько чиркал по полу из стороны в сторону.

Он стоял на спине распластанного на полу человека, и так как тело того было плотно прижато ко льду, его фигура стала тоже медленно но верно обмерзать. Даже если он не погиб ещё под ногами иного, арктического холода от ледяного пола более чем достаточно, чтобы уже сейчас загнать его одной ногой в могилу. Вот только парень совершенно не сопротивлялся и не двигался, так что, скорей всего, он уже…

Я невольно пошатнулась, не желая осознавать картину передо мной, но уже в следующую секунду мне в голову разом хлынули все те горькие годы, что я прожила в апокалипсисе.

Верно, такова была жизнь в апокалипсисе. Жизнь человека здесь абсолютно ничего не стоит; товарищ, с которым ты мирно беседовал минуту назад, может за считанные мгновения превратиться в окровавленный труп, и смерть людей могла принимать самые разные леденящие душу формы.

Поэтому-то даже сражающиеся на одной стороне и доверяющие друг другу свои жизни люди предпочитали вне боя помалкивать и не сближаться слишком сильно. Ведь никто не знает, будет ли стоящий рядом человек всё ещё жив к рассвету следующего дня. Уж лучше сохранить дистанцию и избавить своё сердце от этой боли.

С ростом числа убитых, моё сердце начало постепенно деревенеть. За исключением тех немногих близких мне людей, смерть прочих перестала вызывать во мне каких-либо эмоций. Да и даже когда погибали мои друзья, зачастую у меня не было времени даже слезу проронить, так как необходимо было скорее убегать.

Ну а после побега сил на оплакивание почившего товарища уже не оставалось. Ведь даже моё собственное выживание не более, чем удачное стечение обстоятельств. Да, таково настоящее лицо апокалипсиса, где даже скорбь стала роскошью, которую обычный человек не может себе позволить.

– Черныш! – отчаянным голосом взвыл Чен Янксинг и принялся без остановки выстреливать пулями, словно они ничего не стоили. Но оппонент оказался к этому готов и, сдёрнув свисающие с потолка трупы замороженных пауков, заблокировал выстрелы их телами. В тот же миг из-за его спины на нас хлынул целый поток иных, и по одному лишь их виду можно было без труда сказать, что все они обладали непробиваемой шкурой.

Сбоку я обнаружила распахнутую дверь в центральную комнату управления. До недавнего момента она была тщательно затянута паутиной, потому-то мы её и не заметили ранее. Скорей всего, это было сделано нарочно.

Схватив Чен Янксинга за шкирку, Цзянг Сяотиан дёрнул парня назад и отступил за мою спину. Пусть он внешне и выглядел как трёхлетний ребёнок, силы ему было не занимать. Ему без труда удалось утянуть за собой порядком слетевшего с катушек Чен Янксинга. Тот же, будучи столь резко опрокинут назад, не смог вовремя прекратить огонь и в итоге прошёлся чередой выстрелов по потолку коридора.

Придя в себя, Чен Янксинг попытался было вновь подняться на ноги, но я надавила на его плечо. Почувствовав моё сдерживающее прикосновение, он уставился на меня совершенно обезумевшим, как у дикого зверя, глазами, а я посмотрела на него твёрдым взглядом, не давая слабины и не отводя взгляд в сторону. После нескольких мгновений этого противостояния, я разжала ладонь и ободряюще хлопнула парня по спине.

В следующее же мгновение лицо парня перекосилось, голова наклонилась, а из горла вырвался едва уловимый всхлип.

Цзянг Сяотиан же тем временем выдавил сквозь стиснутые зубы:

– Тринадцатый.

Услышав это имя, я не сумела сдержать восторженного вздоха. Ведь это был воистину исторический момент встречи элиты иных с элитой человечества. Пусть даже один из них и скукожился до состояния трёхлетнего ребёнка, а другой лишь начал свой путь к величию и пока всё ещё выглядел как перетрудившийся сверх меры офисный работник. Откровенно говоря, ни один из них сейчас не выглядел устрашающе; даже те большие пауки ранее смотрелись повнушительнее.

Хвостатый иной перед нами выглядел даже более неоднозначно, чем на фотографии в документах. Ребят, вы серьёзно говорите мне, что вот это и есть элитный иной, что выкосил целый континент? Вы ведь шутите, правда?

– Так за этими событиями и впрямь стоит Тринадцатый? – удивлённо пробормотал Ву Яоджин, словно всё ещё силясь в это поверить, и в этот раз я была с ним полностью солидарна. Уж больно обманчив был его внешний вид.

– Ты… – произнёс Тринадцатый с явным замешательством разглядывая лёд вокруг. Всё это время он даже не пытался нас атаковать. Закончив осматривать обледеневшие стены, он перевёл взгляд на меня и наконец поинтересовался. – Они? Мы?

Уровень его интеллекта был настолько высок, что даже позволял ему говорить; что тут скажешь, настоящий уникум. Сила моей способности контролировать лёд, как видимо, немного запутала его, не дав с ходу определить враг я или же товарищ, но в данных обстоятельствах, думаю, даже сознательные люди не смогли бы с уверенностью определить, кем именно я являюсь. В конце концов, прямо перед нами стоит живой пример говорящего иного, так что с точки зрения обычного человека я тоже вполне могу быть одним из монстров. Люди пока мало что понимают в способностях.

Притвориться одним из иных и атаковать, как только они ослабят бдительность, было бы просто идеально. К несчастью, рядом со мной находятся Чен Янксинг и Ву Яоджин. На судьбу последнего мне было глубоко начхать, но вот первого я была настроена спасти самым что ни на есть решительным образом!

Всего один поворот головы стоил мне жизни Черныша. Разве ж я могу себе позволить потерять ещё и А-Ксинга? Я уже не та привыкшая к смертям окружающих Гуан Веюн. Как Цзянг Шую, я не желаю свыкаться с потерями близких мне людей!

– Немедленно убери свои ноги с Черныша! – рявкнула я. – Иначе я сейчас же отправлю тебя повидаться с твоими дружками-паучками!

Чен Янксин к этому моменту тоже поднялся. Былое безумие прошло, оставив лишь бурлящую в груди неутолимую ярость.

Услышав мою реплику, выражение лица Тринадцатого помрачнело.

– Ты «они», – равнодушно заключил он.

И стоило ему это произнести, как два иных, что внешне напоминали бронированных медведей, разинули свои пасти, но вместо звериного рыка из их глоток вырвался совсем иной звук. Больше всего он наминал писклявый звук шарика, из которого просачивается воздух, только в несколько раз более громкий, что аж ушам больно стало.

– Осторожно, у этих двух экземпляров очень толстая шкура, – прошептал из-за спины Ву Яоджин. – Даже глаза у них крепкие. У этого вида есть прозрачная мигательная перепонка, что значит их глаза всегда защищены. Пусть эти перепонки и не такие крепкие, как внешние веки, но одну-две пули выдержать смогут без проблем.

Чего? Одну-две пули? Нафига вы вообще создали нечто столь опасное? Но пусть эти два иных и выглядели внешне как пара медведей гризли, при ближайшем рассмотрении становилось видно, что пропорции тела у них всё же человеческие. Их задние лапы были куда длиннее, чем у обычных медведей, да и большую часть времени они проводили стоя вертикально, а не на четвереньках. Потому рискну предположить, что они оба перевоплотились в иных из трупов людей, а не зверей. Если их тела полностью защищены вплоть до глазниц, как же тогда мне с ними сражаться?!

За ту небольшую передышку, что возникла с момента появления Тринадцатого на поле боя, я успела тайком облачить своё импровизированное копьё лишь двумя тонкими слоями бриллиантового льда, так что проломить их защиту банальной грубой силой не получится. Если продолжим болтать и тянуть время, я, конечно, успею наложить на копьё ещё с несколько слоёв, но молча глядеть на то, как Тринадцатый топчет тело Черныша, просто невыносимо!

Убери с него свои грязные ноги, сукин ты сын! Иначе я их обе… нет, я отрежу все три твои нижние конечности, включая хвост!

Внезапно я ощутила возле себя новый мощный всплеск энергии, и тут же с тревогой заозиралась по сторонам, опасаясь, что в этот раз неосознанно потеряла теперь ещё и А-Ксинга. Но, к счастью, Чен Янксинг по-прежнему стоял подле меня… вот только из-за всплеска энергии его губы заметно посинели от холода.

– Отойди назад. Не позволяй себе окоченеть настолько, чтобы лишиться возможности стрелять.

Сперва Чен Янксинг недовольно нахмурился, но услышав слова «лишиться возможности стрелять» послушно отступил за мою спину и занял позицию возле Ву Яоджина. Этот засранец, к слову, уже давно успел ретироваться на добрый десяток шагов назад.

Разобравшись с Чен Янксингом, я бросила взгляд на Цзянг Сяотиана и тихо, но строго прошептала:

– Не смей активировать свою способность!

Вокруг Сяотиана так и кружили маленькие льдинки, в то время как его тело источало чуть ли не такое же ужасающее количество энергии льда, что и я сама. Именно эта энергия и вынудила Чен Янксинга посинеть ох холода.

– Я его убью!

Неудивительно, что Цзянг Сяотиан ни разу не задавался вопросом, сможет ли его младший брат справиться с Тринадцатым и не окажется ли эта конфронтация слишком опасной для меня. С самого начала он собирался разделаться с ним лично, мстя тем самым за убийство Сяо Ша того мира. Было очевидно, что Ледяного Императора совершено не заботит состояние собственного тела.

Заметив это, я глубоко вдохнула и решительно выпалила:

– Позволь мне это сделать.

Сноски

1. EQ : с англ. «эмоциональный коэффициент», числовое отображение способности человека выдерживать эмоциональные нагрузки. Если говорить простым языком, то человек с низким EQ легко впадает в панику и «теряет себя», в то время как человек с высоким EQ сохраняет ясность ума даже в экстремальных ситуациях

Конец эпохи доминирования Том 3 глава 5: Эти номера

Конец эпохи доминирования Том 3: Скованное льдом благородство и величие

Автор оригинального китайского текста: 御我 (Yu Wo)


Глава №5: Эти номера – перевод EliSan; редактура Akili

– В-вы что, с ума посходили, что ли? О чём вы вообще говорите?

Окружающая ситуация настолько выбила Черныша из колеи, что у него никак не получалось унять стук своих зубов, а на Сяотиана он пялился с таким испуганным видом, словно смотрел на иного.

Видя перед собой это крайне раздражающее выражение лица, я выпалила ледяным тоном:

– Весь мир и так уже сошёл с ума, так что от ещё одной парочки свихнувшихся людей ситуация особо не изменится. Топай давай. Тебе вообще следовало бы обрадоваться, ведь теперь я не просто помогу вам, а разделаюсь непосредственно с боссом взбунтовавшихся подопытных. Вам же останется лишь разобраться с его подчинёнными. Да вы просто везунчики!

Однако Черныш, по ходу, не чувствовал себя таким уж везунчиком. Хотя, возможно, он даже прав. Быть может, все эти ребята связаны каким-нибудь дальним родством с семейством Цзянг, раз уж они умудрились на столь раннем этапе апокалипсиса наткнуться на будущего элитного воина иных.

Идя по лаборатории, я одновременно наносила слои спрессованного льда на кинжал. Разумеется, толщина получилась незначительная, но недостаток прочности льда с лихвой компенсировался качеством самого кинжала. Подаренные Джин Фенг ножи не шли ни в какое сравнение с теми, что мы откопали в магазине. Насколько я могла судить, они были сделаны из весьма прочной стали, хотя, с другой стороны, кинжалу и необязательно быть идеально прочным, ведь мой стиль боя прежде всего основывается на атаке слабых мест врагов, а не пробивании брони.

Цзянг Сяотиан тем временем принялся на ходу осматривать все имеющиеся в комнате мониторы над цилиндрами.

– Ну-ка посмотрим, какие из его последователей также родом из этого места… О, это же Асура, приближённый генерал Тринадцатого. Выходит, он был подчинённым Тринадцатого с самого начала. Хм! В этот раз я заставлю Тринадцатого на собственной шкуре испытать какого это, когда одного из твоих людей превращают в питомца!

Даге, у меня нет ни малейшего желания заводить питомца-иного. Даже если схватишь его, на меня в этом деле не рассчитывай!

К счастью, на оставшемся отрезке пути до конца ведущего через лабораторию длинного коридора Цзянг Сяотиан больше не произнёс ни одного имени.

– Получается, только Асура? – Сяотиан задумался ненадолго, после чего внезапно выпалил. – Чёрт, тот плачь младенца, что мы слышали в самом начале, скорей всего исходил от Мамаши1. Иные и в самом деле захватили полный контроль над исследовательским центром, а теперь заманивают людей внутрь, чтобы убить.

– А какие у этих трёх иных отличительные черты? – спокойно поинтересовалась я, за что заработала похвальный взгляд со стороны Цзянг Сяотиана. Распираемая от уверенности в себе, я горделиво выпятила вперёд грудь до такой степени, что та стала напоминать бюст первого размера.

– Асура – просто военный генерал. Он сражается двумя клинками и обладает способностью выращивать новые клинки из любой части своего тела.

Хэй, ну и в каком месте это «просто генерал»? То, что ты описал, больше похоже на самого настоящего дикобраза!

– Тринадцатый тоже боец. По слухам, он не пользуется каким-либо оружием, предпочитая сражаться лишь своими когтями и хвостом. Также он способен использовать адское пламя2 и владеет какого-то рода психической способностью, но подробностей не знаю, так как сам с ним ни разу не пересекался.

Что и следовало ожидать от элиты… Его способность настолько разносторонняя, что это пугает. Ты точно уверен, что он не читерит?

– Ну а что касается Мамаши… – Цзянг Сяотиан нахмурился, – признаться, о её способности мне вообще слышать не доводилось. Знаю лишь о том, что как-то раз её сильно переклинило, и она, не различая врагов от союзников, выкосила целый город… Шую.

– Хм? – я внимательно слушала рассказ Сяотиана, посему этот внезапный оклик немного выбил меня из колеи.

– Схвати-ка парня, что прячется вон за тем столом, – равнодушно приказал он, ткнув пальцем в один из крупных лабораторных столов. На нём лежала целая куча мёртвых тел, а вокруг было разбросано множество фрагментов тел и обглоданных костей. Похоже, иные успели переквалифицировали этот лабораторный стол в обеденный.

Что ж, раз Цзянг Сяотиан сказал, что там кто-то есть, значит там точно кто-то есть! Однако не успела я сделать и шагу в сторону стола, как человек уже сам подскочил на ноги. Им оказался перепачканный с ног до головы в крови и ошмётках мужчина. Тем не менее, его движения были быстрыми и точными, так что сам он ранен, похоже, не был. Как видимо, вся кровь на его теле принадлежала другим людям.

– К-как вы узнали о 013 и 042? – тут же поинтересовался он, держа руки над головой. – И ещё эта Мамаша… быть может 005? Этот экземпляр на деле состоит из двух тел! Когда женщина на седьмом месяце беременности скончалась, и она сама, и её ребёнок оба перевоплотились. Они как сиамские близнецы! Крайне любопытный экземпляр!

Чёрт, да ты их даже по номерам всех помнишь!

Вероятно, заметив моё перекосившееся выражение лица, мужчина без лишних слов принялся объяснять:

– 005 и 042 – уникальные образцы и являются основными объектами наших исследований, так что все здешние учёные знают о них.

– Хочешь сказать, 013 к их числу не относится? – удивилась я. Это странно. В конце концов, Тринадцатый из них наиболее опасный.

– В нём нет ничего особенного, – продолжил свои объяснения мужчина. – По крайней мере, до этого инцидента он всегда вёл себя крайне спокойно, да и единственное, что он получил в ходе эволюции – это усиление физических возможностей тела путём обрастания некоторых частей его тела и хвоста твёрдой чешуёй. Подобных ему экземпляров в лаборатории полно. Что же касается упомянутых вами адского пламени и психических способностей, у него их нет, – тут он резко притих, после чего с усмешкой добавил, – ну, по крайней мере, перед нами он их не проявлял.

Так как мы трое продолжили молча таращиться на него, у мужчины не оставалось выбора кроме как неловко представиться:

– Меня зовут Ву Яоджин. В-вы же подмога, что была отправлена спасти меня, так ведь?

– Хочешь сказать, ты и есть тот самый профессор Ву? – скептически окинув взглядом мужчину, пробормотал Черныш, ни капельки не скрывая своего отвращения к упомянутой персоне. – Сверху нам приказали во что бы то ни стало спасти профессора Ву, однако ты для профессора выглядишь уж слишком молодо. Ты правда он?

Боже, да на подобно поставленный вопрос любой ответит, что он тот самый профессор Ву!

– Это мой ге, но он, вероятно, был первым, кого растерзал 013. Он всегда настаивал, что что-то в этом экземпляре было нечисто, однако никто к его словам не прислушивался. Поэтому ге переместил 013 в свою личную лабораторию. Вы, скорей всего, прошли мимо неё на своём пути сюда… та, что напичкана самой передовой аппаратурой, – сообщил Ву Яоджин, после чего подавленно поинтересовался. – Вы случайно не видели моего ге? Хоть его лаборатория и недалеко, я всё не мог собраться с духом вылезти и приблизиться к ней.

Ладно, признаю, я оскорбляю чистосердечных людей тем, что проецирую на них своё собственное однобокое суждение. Я приложила руку ко лбу, гадая то ли это я уже составила у себя в голове самый худший из возможных образов учёных, то ли это они настолько наисследовались, что напрочь лишились способности видеть мир рационально?

Изначально я думала, что все учёные этого исследовательского центра – сплошь жестокие и хладнокровные люди, однако теперь вместо этого они мне кажутся немного глупенькими! Интересно, это он от страха лишился ясности ума или же у парня его изначально не было?

– В той лаборатории мы обнаружили лишь человеческие ошмётки, – равнодушно заявил Черныш. Было очевидно, что он не испытывает и толики сочувствия по отношению к профессору этой лаборатории.

Лицо Ву Яоджина тот час посерело, и когда в моём сердце уже было мелькнула толика сочувствия к парню, он внезапно горько вздохнул.

– Ге был во главе стольких исследований, что должны были вот-вот дать плоды. Поверить не могу, что все данные вот так вот в одночасье исчезли.

Должно бы у этих учёных понятие семьи напрочь атрофировалось…

– Я опять что-то не то сказал? – заметя наши перекосившиеся выражения лиц, спросил Ву Яоджин. – Простите, если так. Понимаете, у меня синдром Аспергера, так что моё восприятие мира немного отличается от обычных людей. Прошу, поймите.

Какой-какой синдром? Моё лицо слегка дёрнулось. Я ни хрена не поняла…

Тем временем Цзянг Сяотиан, потеряв, как видимо, терпение перешёл сразу к делу:

– Что именно здесь произошло?

Однако Ву Яоджин в ответ лишь помотал головой.

– Я тоже этого не знаю. Внезапно откуда ни возьмись раздался звериный рёв, затем почти сразу завыла сирена, ну а потом ни с того ни с сего весь свет вырубился. Через несколько минут освещение правда восстановилось, но к тому времени тут уже был полный хаос. Заметив, что в лаборатории творится неладное, я тут же нырнул под стол, не смея больше даже носа оттуда высунуть. Чуть позднее моего ассистента разорвали и бросили его останки рядом со столом, так что я покрыл себя его кровью и плотью, после чего лёг на полу без движения. Я даже зажал скальпель в ладони думая, что в случае если один из подопытных меня всё же обнаружит, я смогу сразу же вонзить его ему в сердце, – на этой ноте молодой человек неловко усмехнулся. – Это всё, что я знаю. Я понятия не имею, что именно произошло, а о причастности 005, 013 и 042 к этим событиям я узнал, лишь подслушав ваш разговор. Хотя, если честно, мне кажется, что вы и сами понимаете ситуацию превратно. 013 вовсе не такой страшный, как вы говорите… Если бы вы хоть раз его видели, вы бы поняли, о чём я. 013 очень тихий, совсем не такой, как остальные подопытные.

– Скорей всего, он вёл себя так, чтобы ослабить вашу бдительность, – выпалил Цзянг Сяотиан. – Все новорождённые иные без исключения ведут себя, как дети. Они активные и импульсивные. Тихое поведение уже само по себе аномально. Уже лишь по этому вам следовало бы понять, что что-то с ним не чисто.

Усиленные физические способности, адское пламя и психические способности. Уже с самого начала апокалипсиса он владеет высоким интеллектом, а уже к середине успеет зачистить целый континент и обосноваться в одном из крупнейших мегаполисов, окончательно превратив его в город иных. На поздних же этапах апокалипсиса он станет считаться одним из элит. Звучит так, словно именно Тринадцатый является главным героем истории! Неужели такие мелкие сошки, как мы, действительно собираемся бросить ему вызов?!

– Иные? – озадаченно переспросил Ву Яоджин.

Хоть это и не я допустила оговорку, сам Сяотиан, похоже, не имел ни малейшего желания отвечать учёному, так что пришлось объяснять самой.

– Так мы называем тех монстров.

Ву Яоджин спокойно кивнул в знак понимания, после чего печально поинтересовался:

– Можете проводить меня в лабораторию моего ге? Я знаю его пароль, так что если компьютеры там всё ещё работают смогу достать всю имеющуюся информацию о 005, 013 и 042. Эти трое действительно крайне любопытные экземпляры. Будет очень обидно утратить эти данные.

Цзянг Сяотиан угрожающе сощурил глаза. Сейчас даже я не могла с уверенностью сказать, хочет ли он вернуться в ту лабораторию за информацией, или же разорвать ублюдка, что создал таких опасных типов как Тринадцатый, и швырнуть его останки на съедение другим иным.

В результате он через силу выдавил из себя всего одно слово:

– Идём.

Изначально я хотела было возразить, что, мол, дальнейшее промедление подставит под угрозу жизни солдат, но, поразмыслив над этим ещё немного, осознала, что если не разберёмся с пронумерованными иными, жизни абсолютно всех людей окажутся под угрозой. Так что будет лучше разузнать о способностях этих трёх иных заранее, чтобы потом было проще с ними сражаться.

Мы вернулись в ту просторную лабораторию. Ву Яождин огляделся по сторонам, но никаких следов своего брата так и не увидел… ну или, вернее, не смог опознать, какая из кучек плоти является его братом. Увидав лежащие вокруг останки, его лицо побледнело и болезненно исказилось, так что, похоже, какие-то братские чувства в нём всё же сохранились. Как видимо, этот его синдром всё же не сделал его абсолютно бесчувственным.

– Доставай информацию! Сейчас же! – рявкнул Цзянг Сяотиан. Как и Черныш, он явно не питал к молодому человеку тёплых чувств. И малыш, и взрослый вояка оба таращились на паренька такими яростными взглядами, что казалось чудом уже то, что они всё ещё не угрожают ему оружием.

Однако Ву Яоджин в ответ на слова Цзянг Сяотиана лишь с любопытством уставился на малыша.

– Так раскрывшемся в тебе потенциалом является интеллект?

Раскрывшемся потенциалом? Я застыла. Это он о способностях?

– Именно, а твой какой? – с угрожающим прищуром поинтересовался Сяотианг.

Ву Яоджин улыбнулся и махнул рукой. В тот же миг весь покрывающий рабочий стол мелкий мусор в одночасье смело, хоть он к нему и не прикасался.

– Это всё, что я могу, – сообщил он, опуская руку. – На данный момент я могу переместить предмет весом максимум в один килограмм, и то лишь при условии, что я полностью сосредоточусь на процессе. Ну а после подобного перемещения я чувствую просто ужасную усталость, словно пробежал марафон длиной в пять километров. Мои силы даже рядом не стоят с удивительными навыками подопытных.

Поколебавшись немного, я всё же решила не спрашивать, знает ли он о кристаллах эволюции. Тот факт, что мы отыскали его именно здесь, немного настораживал меня, да и на обстановку он в целом реагировал слишком спокойно. Нужно ещё немного за ним понаблюдать.

Ву Яоджин подошёл к компьютеру и вскоре действительно сумел получить доступ к файлам, благодаря чему уже через несколько секунд информация об интересующих нас иных уже красовалась на мониторах.

Иной под номером 005, которого Цзянг Сяотиан назвал «Мамашей», выглядел просто ужасно. Даже имея у себя за плечами почти десять лет жизни в апокалипсисе, у меня всё равно мурашки по спине пробежали от её вида.

Она словно являлась ходячим воплощением горьких слёз и печали; уголки её глаз и губ были гипертрофированно опущены вниз, словно наглядно иллюстрируя отчаянье матери в момент, когда она теряет своего ребёнка. Вот только в её случае этот момент запечатлелся у неё на лице навсегда.

Её живот был пугающе раздут до такой степени, что собственные конечности Мамаши в сравнении выглядели щупленькими тростиночками. Если бы меня попросили описать её вид, то я бы, скорей всего, сравнила бы её облик с фрикаделькой, в которую воткнули четыре зубочистки. Однако больше всего меня пугал зигзагообразный, словно зубья пилы, разрез, что тянулся поперёк этой самой фрикадельки. Выглядело так, словно этот разрез мог распахиваться. Рядом на экране был даже расположен рентгеновский снимок, на котором было отчётливо видно, что внутри живота Мамаши находится непонятный сгусток детских ручек и ножек, но так как щель до этого момента ни разу в действительности не распахивалась, никто точно не знает, как они двигаются.

042, он же Асура, на первый взгляд показался мне обычным худощавым мужчиной, однако одного лишь мимолётного взгляда на характеристики хватило, чтобы изменить своё мнение. Как оказалось, на деле его рост составлял 2.9 метра. Он вовсе не худощавый; напротив, всё его тело покрыто развитыми мышцами, просто аномально высокий рост делает его внешне похожим на вытянутого бумажного человечка. Но всё это лишь видимостью!

013, Тринадцатый, по сравнению с предыдущими двумя выглядел абсолютно обычным. Внешне он выглядел как ничем не примечательный спокойный тридцатилетний мужчина. Однако его лицо было нетипично бледного для человека оттенка, а между бровей залегла складка, что придавала его лицу уставший вид… если подытожить, он похож на типичного перетрудившегося сверх меры офисного работника. Исключение составляют разве что кончики пальцев, что заканчиваются острыми словно бритва когтями. Также у него имеется хвост, и некоторые участки тела у него защищены чешуёй. Не удивительно, что сотрудники лаборатории не сочли нужным акцентировать на нём внимание.

Так вот как выглядит парень, что выкосит всю Азию… Ой, вернее, в этом мире всю Мессию. Хотите сказать, что вот этот вот перетрудившийся сверх меры офисный работник устроит настоящую резню в Мессии и станет известен как самый ярый ненавистник людей среди всех элит?

Нет, я, конечно, знаю, что не стоит судить книжку по её обложке, но это уже немного чересчур, не находите?

Тем не менее, в целом предоставленная в этих документах информация была для нас абсолютно бесполезна.

– Выведи на экран данные об их способностях, – нахмурившись, приказала я. – В частности об их боевых навыках.

Но ответ Ву Яоджина меня откровенно разочаровал:

– На Асуру у нас есть лишь такая информация. Что же касается умения, то всё именно так, как и сказал этот ребёнок ранее. Он умеет выращивать шипы из любой части тела, что, как полагаю, и являются теми самыми «мечами», о которых вы говорили. Что же касается Мамаши, то у неё, увы, интеллект младенца, и человеческую речь она не понимает, да и капризничает частенько. В общем, заставить её выполнять приказы попросту не представляется возможным, не говоря уже о чём-то столь сложном как «бой». Ну а Тринадцатый и вовсе не должен был быть в нашем исследовательском центре. Его перевезли сюда лишь потому, что город, в котором находится один из наших других исследовательских центров, пал, и тамошнюю лабораторию было решено забросить.

– Как вы его перевозили? – удивлённо поинтересовалась я. Подобная операция казалась мне совершенно немыслимой. На то, чтобы перевезти оборудование из одной лаборатории в другую, должна была уйти масса усилий, не говоря уже о том, что с таким объёмом тяжёлого груза незаметно прошмыгнуть мимо иных просто невозможно. Сколько же людей они, должно быть, мобилизовали, чтобы успешно провернуть такую операцию?

И тут я внезапно вспомнила слова вояк о том, что, чтобы в ходе вылазок в город отогнать иных подальше, требовалось лишь выехать на предоставленной лабораторией машине, и поспешила уточнить свой вопрос:

– Как вы вынудили иных не приближаться к вам?

– С помощью Мамаши. Большинство подопытных отказываются находиться с ней рядом, и даже оставленный ею запах имеет подобный эффект, хоть и краткосрочный. Прежде чем отправить армейских за ворота в город, мы всегда заставляем Мамашу просидеть на автомобиле полные сутки и лишь после этого передаём машину в руки военных.

– Когда вы начали эти исследования? – ледяным тоном спросил Цзянг Сяотиан.

– Разумеется, после 21-ого июня, – удивлённо отозвался Ву Яоджин. – Где бы мы раздобыли подобных подопытных раньше?

– Хочешь сказать, что раньше в этих цилиндрах бабушки овощи на зиму мариновали? – фыркнула в ответ я.

– Изначально здесь проводили эксперименты на людях, но они… – Ву Яоджин резко притих, после чего смущённо продолжил. – В общем, тут проводились нелегальные эксперименты по клонированию человека, но, увы, безрезультатные. Ну а потом пришёл чёрный туман, и мы лишились немалого количества исследовательских центров. У руководства ушло несколько месяцев на то, чтобы спасти всё, что ещё можно было спасти, и снова наладить процесс, так что сами исследования были возобновлены совсем недавно. Также целью наших исследований теперь является не клонирование, а эксперименты с различными мутациями. К слову, многие из наших нынешних подопытных в прошлом были сотрудниками нашего же исследовательского центра.

– Враньё, – тут же выпалила я. – Многие беженцы из тех, что были пущены на территорию военной базы, бесследно исчезли… разве это не ваших рук дело? Кто ещё это мог бы быть?

– Правда? – нахмурился Ву Яоджин. – Впервые об этом слышу.

– Нет, ты знаешь об этом, – жёстко выпалил Цзянг Сяотиан. – В жизни не поверю, что твоему светлому учёному уму никогда не приходил в голову вопрос, откуда берётся еда для всего этого вашего безумного количества подопытных!

Стоило мне услышать эти слова, как моё сознание тут же отключилось. Лишь теперь я наконец-то поняла, что людей снаружи они отлавливали не для того, чтобы сделать из них подопытных, а в качестве еды!

Иные эволюционируют, поедая плоть, что не подверглась мутациям. И чтобы способствовать этой эволюции, учённым необходимо было обеспечить иных подобной едой. И вместо того чтобы собирать растения да отыскивать уцелевших животных, куда удобнее и проще для них было воспользоваться «людьми», что столь удачно столпились прямо под дверью лаборатории.

И на этот раз Ву Яоджин предпочёл промолчать, не подтвердив предположение Сяотиана, но и не опровергнув его.

В тот же миг, не в силах больше терпеть, Черныш рванул вперёд и, схватив Ву Яоджина за шкирку, взревел:

– Столько народу уже полегло, а вы, ублюдки, продолжаете скармливать людей монстрам!? Вы больные, что ли!?

– Если мы не будем этого делать, как мы сможешь лучше понять этих подопытных? – вздохнув, спокойно отозвался Ву Яоджин. – Разве ж тебе самому не хочется знать, почему люди вообще вдруг стали превращаться в монстров? Или возможно ли пробудить в обратившихся былые человеческие воспоминания? Найдя ответы на эти вопросы, разве мы не сможем тогда решить основную проблему этого апокалипсиса?

Услышав слова учённого, Черныш тот час же застыл. Да и я была удивлена не меньше. По-вашему, мы и в самом деле можем вернуть человеческое самосознание тем пожирающим человеческую плоть тварям?

– И знаете, мы уже достигли в этой связи определённых результатов! У многих подопытных был отмечен значительный рост интеллекта, а к некоторым уже даже вернулись отрывки их человеческих воспоминаний. Если мы продолжим исследование, вполне вероятно, к ним постепенно вернётся и разум!

Черныш, тяжело и глубоко дыша, много раз открывал и закрывал свой рот, но так и не нашёлся что сказать. И я прекрасно понимала его чувства… С эмоциональной точки зрения, скармливать людей иным было очень жестоко и аморально, но с рациональной стороны мы прекрасно понимали, что простыми гуманными способами решить подобный кризис вряд ли удастся.

– Они уже не те, кем были раньше!!! – ни с того ни с сего, словно с цепи сорвавшись, закричал Цзянг Сяотиан. – Абсолютно точно, нет!!! Воспоминания, о которых ты говоришь, всего лишь остаточные образы, что уцелели в их мозгу. Да, некоторые иные в итоге вспомнят отрывки из своих прежних жизней, но прежними людьми им уже никогда не стать! Люди обращаются в иных лишь после смерти, а раз они мертвы, как они вообще могут быть одними и теми же людьми?!

– Если они обладают одинаковыми воспоминаниями, то с чего бы им не быть теми же людьми? – непонимающе парировал учёный. – Эго человека формирует его жизненный опыт, иными словами память о прожитых им годах.

Этот парень и в самом деле, должно быть, болен этим его хреновым синдромом. Как бы иначе он смог продолжать спокойно вести рациональную беседу будучи всё ещё подвешенным за грудки?

Что-то с этим парнем было явно не так, но то же можно было сказать и о Цзянг Сяотиане. Он был слишком уж на взводе… Было больно даже просто смотреть на его перекошенное в едва сдерживаемой ярости детское личико и маленькие кулачки, что он сжал настолько крепко, что аж костяшки пальцев побелели. Казалось, что если Ву Яоджин и дальше продолжит настаивать на том, что иных возможно превратить обратно в людей, Сяотиан собственными руками превратит его самого в иного чтобы проверить, сможет ли тот вновь стать обратно человеком.

– Похоже, что пробудившийся в тебе потенциал всё же не интеллект, а нечто другое, – внезапно произнёс Ву Яоджин, с интересом уставившись на Цзянг Сяотиана. Он совершенно не замечал общего напряжения и, как всегда, обращал внимание на неправильные вещи.

Я спешно приобняла Цзянг Сяотиана. Всё его тело было напряжено, словно камень.

– Так, завязывайте с болтовнёй! Ты раздобыл необходимую информацию или нет? – резко выпалила я. – Черныш, поставь его обратно на землю. Мы спешим. Задерживаясь здесь, мы лишь помогаем большему числу твоих товарищей упаковаться в мешки для тел.

Черныш тут же выпустил учёного из своей хватки.

Ву Яоджин же, облегчённо выдохнув, тут же совершил несколько дополнительных манипуляций с компьютером и вытащил флэшку.

– Готово.

– Тогда идём дальше.

Подхватив Цзянг Сяотиана на руки, я тут же вышла из лаборатории. В этот раз я шла куда быстрее, абсолютно не заботясь о том, поспевают за мной двое других, или же нет. Всё верно, я хотела немного оторваться от них.

– Даге, не верь ты ему, – едва слышно прошептала я. – То, что к иным может вновь вернуться человеческий разум, – это полная хрень!

После этих слов, маленькое тельце у меня на руках заметно расслабилось.

– Однако то, что некоторые иные действительно помнят обрывки из своих человеческих жизней, – всё же правда, – с недовольным видом нехотя признал Сяотиан.

– Ну и что? Они всего лишь используют человеческий мозг и тело, словно воришки, что проникли в чужой дом. То, что они способны описать внутренний интерьер, ещё не значит, что они хозяева этого дома!

И тут я резко притихла.

Верно, даже если ко мне в итоге вернутся все воспоминания Цзянг Шую, разве ж это сделает меня самим Цзянг Шую?

Нет, нельзя об этом сейчас думать! Но…

– Шую? – окликнул меня Сяотиан, озадаченно подняв голову. – Что-то не так?

Я опустила на него взгляд и с натянутой улыбкой объяснила:

– Да так, ничего особенного. Просто ты же в курсе моей ситуации. Я потерял память и прожил десять лет в апокалипсисе в качестве другого человека, так что иногда это меня немного путает.

Цзянг Сяотиан молча уставился на меня. От этого его пристального взгляда мне стало немного не по себе. Не он ли частенько повторял, что я веду себя не как Шую?..

Однако в итоге он лишь ободряюще похлопал меня по плечу.

– Не парься ты так по этому поводу. Сейчас куда важнее раз и навсегда разделаться с Тринадцатым. Ну а пока опусти меня, а то с занятыми руками ты можешь не успеть вовремя отреагировать, случись что внезапное.

– Ладно, – отозвалась я и тут же опустила его на землю.

Одновременно с этим двое остальных наконец-то догнали нас, тяжело дыша и хрипя от быстрого бега.

– Ты что, хотел бросить нас там? – раздражённо поинтересовался Черныш.

– Если бы я хотел вас бросить, у вас бы не было сейчас возможно стоять тут и разговаривать со мной.

Черныш слегка нахмурился, явно задетый моими словами.

Таким образом, оставаясь в дурном расположении духа, мы проделали дальнейший путь в гробовом молчании. И чем ближе мы подходили к центральной комнате управления, тем больше находили трупов.

И теперь, помимо наёмников из частной армии исследовательского центра, Черныш с горечью узнавал в некоторых останках своих. Пусть их тела и были разорваны и понадкусаны, он был в состоянии опознать их по одной лишь униформе и обмундированию. Его глаза покраснели, и более его уже не заботило, были ли мы с Цзянг Сяотианом сумасшедшими или нет, ибо и сам он уже был на полпути там.

– А! – внезапно воскликнул он и, едва сдерживая слёзы, пробормотал. – Толстячок, почему даже ты…

Я посмотрела в ту же сторону, что и он. У самой стены, облокотившись на неё, лежал труп мужчины – того самого пухлого улыбчивого вояки, что просил меня звать его Толстячком-ге – вот только тело его теперь было обглодано до костей, так что толстым он уже совсем не казался. Тем не менее, по какой-то причине половина его лица осталась невредима, из-за чего опознать его было несложно.

Глядя на останки своего товарища, Черныш более не смог сдерживаться и расплакался. Однако в голос реветь он себе не позволил, лишь пару раз сдавленно всхлипнул. Тем не менее, это не делало зрелище менее трагичным. Я не знала, как мне быть. Следует ли мне сказать ему что-нибудь сочувственное?

И стоило мне об этом подумать, как рядом раздался детский голосом Цзянг Сяотиана:

– Живее. Впереди всё ещё много твоих братьев, которые ждут спасения. Лейтенант, А-Нуо, Старик Гуо, А-Ксинг – все они ждут нас. Нет у нас времени слёзы лить.

Черныш тут же протёр рукавом лицо. Слёзы тот час же испарились, однако глаза стали даже краснее, чем прежде.

– Ты прав. Идёмте дальше.

Вместо того, чтобы соболезновать ему, почему бы не указать парню на куда более важную цель впереди? Я с восхищением покосилась на Цзянг Сяотиана. Что и следовало ожидать от босса отряда наёмников. Мне предстояло ещё многому у него научиться, но я не слишком-то волновалась по этому поводу. С двумя-то Даге, разве у меня ещё не представится масса возможностей для этого?

Память Черныша оказалась весьма впечатляющей. Всего одного недавнего взгляда на карту ему хватило, чтобы безошибочно провести нас через весь исследовательский центр до центральной комнаты управления. Более того, он даже ни разу не притормозил, чтобы определить правильное направление. Без сомнения, он был весьма талантливым, но, к несчастью, он, похоже, был твёрдо настроен следовать лишь за своим Лейтенантом. Забрать его с собой будет сложновато… Так, когда я успела превратиться в дяденьку-извращенца, что строит зловещие планы по похищению людей?

Помотав головой, чтобы избавиться от ненужных мыслей, я сосредоточилась и продолжила создавать всё новые слои льда на ноже, не забывая при этом приглядывать и за окружающей обстановкой тоже. Достигнув второго ранга, я не почувствовала в себе существенных изменений, однако создавать кристаллы льда всё же стало значительно проще. Да и тело в целом ощущалось более лёгкими и крепким.

Насколько я помню, когда будучи Гуан Веюн я достигла второго ранга, я не испытала никакой особой радости или же восторга по этому поводу. В то время понятие «ранг» ещё не было чётко определено, так что с моей точки зрения это были лишь незначительные улучшения моего физического тела и зрения, и не более того. Тем не менее, я была очень благодарна этим улучшениям, ведь благодаря им я обрела возможность как замечать иных с большего расстояния, чем прежде, так и быстрее от них улепётывать.

А ведь если подумать, этот трусливый образ жизни, в котором я становилась сильнее лишь для того, чтобы быстрее убегать от врагов… всё это было моим «настоящим» всего пять месяцев назад. Полагаю, я успела немало измениться за это время, не так ли?

И действительно, я сильно изменилась. За этот короткий промежуток времени из добычи я полностью перевоплотилась в охотника. Подобные радикальные изменения – нормальны ли они? Это смерть изменила мой образ мышления или же на меня влияет эхо личности Цзянг Шую?

Чем больше эпизодов из прошлого этого юноши я вспоминаю, чем больше запутываюсь в том, кто я. Да, я по-прежнему больше всего на свете надеюсь на то, что являюсь Цзянг Шую, однако из-за этого возвращения к самому началу апокалипсиса я стала вспоминать многие эпизоды из моей прежней жизни, и, благодаря этому, лишь теперь смогла осознать, что вечно убегающая от врагов Гуан Веюн, которую я всегда считала слабачкой, на самом деле сделала и добилась весьма многого. Ей доверяли и на неё полагались многие люди… даже этот её бестолковый парень и его любовницы не были исключением. Доверие всех этих людей чего-то да стоило!

– Шую, твой нож скоро превратится в палку если не начнёшь спрессовывать кристаллы льда в бриллиантовый лёд.

Оставив свои думы и вернувшись в реальность, я приметила, что Цзянг Сяотиан, нахмурив брови, пристально уставился на мою руку. Следуя его примеру, я также опустила голову и взглянула на руку… Ого, сравнив моё творение всего лишь с «палкой», он явно проявил тактичность. Это куда больше похоже на примороженную к моей руке глыбу льда… Стоп, он только что сказал «бриллиантовый лёд»?

Так спрессованный лёд действительно называется бриллиантовым льдом? Ну ладно, даже Ксиа Зенгу порой бывает на удивление проницателен. Хотя, возможно, это я просто не понимаю мужскую логику? Я думала, только девушкам нравятся бриллианты, но, как видимо, мужчины в этом плане от нас мало отличаются!

Продолжая спрессовывать кристаллы льда и попутно смахивая лишние остатки, я выслушивала лекцию Цзянг Сяотиана на тему «как правильно создать себе оружие».

– Ты недостаточно сильно спрессовываешь лёд. После всего одного уплотнения лёд все ещё слишком хрупок для боя. Нужно сдавить кристаллическую решётку раза в три сильнее, а лучше в пять.

Услышав его слова, я едва не расплакалась. Похоже, мне действительно придётся работать над созданием оружия порядка десяти лет. Даге, сколько у тебя ушло времени на создание твоего ледяного меча? Должно быть, когда я застала тебя за сражением с этим клинком в руках, ты лишь недавно закончил его создание, так ведь? Верно же, да?

– В будущем же тебе непременно нужно будет сделать себе священное оружие, что будет целиком и полностью создано из чистейшего бриллиантового льда. Простого накладывания слоёв на уже существующее оружие недостаточно. С хрупкой основой и оружие получится хрупким.

Ну, об этом я уже в курсе. Разве моё предыдущее копьё не сломалось всего после одного боя с птичкой?

– Я знаю, – слегка понуро пробормотала я. – Я уже пытался раньше сделать себе копьё и кинжал, и даже создал себе подобное примитивное оружие изо льда использовав ручку швабры и нож в качестве основ. Изначально я полагал, что их мне с лихвой хватит минимум на год, а то и два, а я тем временем не торопясь подготовлю себе новое более качественное оружие на смену, но, к сожалению, оба моих творения сломались в бою с цветущим падальщиком.

– Копьё и кинжал? – повторил Сяотиан и одобрительно кивнул. – Неплохой выбор. Ты быстрый и ловкий. Подобное оружие тебе подходит.

– Эм… – внезапно подал голос Черныш с явной неуверенностью в голосе. – Эти ваши… способности, так? Вы же так называете вашу силу?

– Ага. К слову, а у тебя какая способность? – поинтересовалась я, решив, что узнать об этом заранее будет не лишним. Пусть он и не ел кристаллы эволюции и не тренировал свою способность, из-за чего она, вероятнее всего, бесполезна для боя, нельзя отрицать возможности того, что он может обладать какой-то уникальной способностью.

Черныш притих, задумавшись, но после недолгого колебания всё же ответил:

– Когда я сосредотачиваюсь, могу видеть некоторые предметы насквозь. Вернее, не столько «видеть», сколько чувствовать положение вещей за какой-то определённой преградой. Этот навык весьма полезен. Помогает не заблудиться в незнакомой обстановке и для починки техники тоже весьма удобна. Благодаря ей я могу даже без диагностики с лёгкостью определить причину поломки и точечно её устранить. Проблема лишь в том, что я не могу использовать этот навык долго. Обычно меня хватает максимум секунд на десять, не больше.

Однозначно забираю его с собой!

От услышанного у меня резко поднялось настроение. Не удивительно, что он сумел так быстро починить компьютер в лифтовом холе и так хорошо ориентируется в незнаком ему пространстве сейчас. Будь его способность хорошо прокачена, он, скорей всего, даже всю эту лабораторию целиком смог бы охватить. Ну а если к его способности прибавить ещё способность тёти ощущать живые объекты… чёрт, да в таком случае даже штурм сверх защищённых зданий станет для нас обычной пешей прогулкой. Мы сможем беспрепятственно войти внутрь, и так же беспрепятственно выйти. Нам даже сражаться не придётся!

Цзянг Сяотиан тоже оценивающе оглядел Черныша с ног до головы, отчего того сразу же заметно передёрнуло.

– О, я понял! – внезапно воскликнул Ву Яоджин. – Этот ребёнок знает о том, что произойдёт в будущем, верно? Выходит, существуют даже такие любопытные способности? Определённо, она куда более полезная, чем моя.

Упс, неужто мы слишком много разболтали? Всё это время мы, не таясь, открыто беседовали друг с другом в присутствии остальных двух. Я ведь даже о кристаллах эволюции им рассказывать не планировала, а теперь они и о моём оружии знают.

Я осторожно покосилась на Цзянг Сяотиана, но его, похоже, эта ситуация нисколечко не волновала. Что и следовало ожидать от Ледяного Императора, ему абсолютно всё равно на то, что могут ненароком услышать подобные мелкие сошки. И стоило мне об этом подумать, как Цзянг Сяотиан метнул в Ву Яоджина ещё более холодный взгляд, чем прежде. Он явно не намеревался ему отвечать.

О, поняла! Его не волнует, услышат они или нет его слова потому, что одного из них он в любом случае собирается забрать с собой, а второго планирует в скором времени убить, так ведь? Отлично! Я обеими руками «за»!

Тем не менее, самого Ву Яоджина источаемый Сяотианом холод ничуть не задевал. Вместо этого он продолжал с интересом наблюдать за малышом, словно тот был превосходным экземпляром для исследования.

И этот его взгляд крайне действовал мне на нервы. Таких вот персон, что людей за людей не считают, нужно убивать сразу, не задумываясь. Я уже молчу о том, что эти ребята своими экспериментами породили одного из элит иных, который в итоге унесёт жизни сотен тысяч людей. Да за такое преступление перед всем человечеством их тысячу раз убить будет мало!

Положив руку на голову Цзянг Сяотиана, я легонько погладила его по макушке, тем самым напоминая, чтобы до поры до времени держал свою жажду крови под контролем! Даге, ты слишком привык демонстрировать всем свою удаль. В прошлом, любой навлекший на себя гнев Ледяного Императора человек, вероятно, сам с готовностью перерезал себе глотку. Ну а если отказывался сделать это сам, находилась целая толпа других людей, что, спотыкаясь друг об друга, спешили убить его, так что самому Ледяному Императору, уверена, почти никогда не приходилось брать подобные дела в свои собственные руки. Потому-то и нужды скрывать свои эмоции и намеренья у него не было.

– Угх…

Внезапно услышали мы чей-то сдавленный голос из угла комнаты. Я тот час же, готовясь встретить врага, резко подняла пистолет на изготовку и покрепче перехватила кинжал в руках, однако стоявший до этого подле меня Черныш, вместо подготовки к бою, рванул вперёд и выудил из кучи окровавленных человеческих останков… вполне себе целого человека!

– А-Ксинг! – окликнул Черныш. – Ну же, очнись, А-Ксинг!

Приглядевшись, я действительно опознала в этом с головы до ног окровавленном парне Чен Янксинга. Спешно отложив в сторону оружие, я приблизилась, чтобы осмотреть его раны и тут же невольно изумилась. К моему удивлению, на его теле не было видно совершенно никаких шибко серьёзных увечий. Разумеется, синяков и царапин в подобных обстоятельствах было не избежать. Не исключено, что у него даже имелось где-нибудь пару трещин в костях, но даже так ему определённо повезло куда больше, чем той несчастной кучке человеческих останков, под которой он до недавнего времени был погребён. Аж завидно!

Весь в крови и кусочках плоти, А-Ксинг лежал у самой стены. Скорей всего, он потерял сознание от удара об стену после того, как нечто отшвырнуло его в сторону, и в итоге его тело оказалось закамуфлировано кровью его собственных товарищей, что продолжили сражение с тем неведомым врагом. По сути, он выжил тем же способом, что и Ву Яоджин. Разница лишь в том, что один из них осознано воспользовался этим методом выживания, в то время как второй был, можно сказать, благословлён свыше.

Медленно приходя в себя, Чен Янксинг приподнял свою голову, и когда я уже было хотела спросить у него о его самочувствии, в глазах парня внезапно мелькнул какой-то дикий блеск. В следующую же секунду, воздух сотряс нечеловеческий рёв, словно последний яростный крик загнанного зверя…

– РА-А-А-А-А-А––

Резко подняв свой пистолет, он направил его чёрное дуло прямо мне в лоб.

Сноски

1. Мамаша : в оригинале её имя состоит из двух слов «мать/материнство» и «малыш/младенец», однако мне не удалось придумать удобоваримый аналог на русском языке, чтобы ещё и в женском роде был

2. Адское пламя : под этим словом подразумевается не чёрное пламя, а посмертные огоньки (те, что частенько рисуют вокруг привидений в манге). Иными словами, способность Тринадцатого, по всей видимости, связана непосредственно с душой. Однако как его способность будет обыграна на деле не знаю, так что пока оставлю прямой перевод

Конец эпохи доминирования Том 3 глава 4: Лаборатория

Конец эпохи доминирования Том 3: Скованное льдом благородство и величие

Автор оригинального китайского текста: 御我 (Yu Wo)


Глава №4: Лаборатория – перевод EliSan; редактура Akili

Пока створки лифта расходились в стороны, со стороны послышался едва уловимый звук сжимаемого покрепче оружия. В открывшемся нашему взору холле было темно, верхнее освещение изредка мерцало то тут, то там. Тем не менее, это помещение выглядело куда менее разгромленным, чем холл на верхнем этаже, откуда приехали мы. Похоже, тот взрыв, который мы услышали не так давно, прогремел не здесь, а где-то дальше. В этом плане нам, можно сказать, даже повезло, ведь в ином случае лифт бы непременно пострадал и более не смог бы функционировать.

Разделившись на две группы, разведчики быстро прочесали всю комнату. Убедившись, что никакой опасности нет, они подали сигнал «чисто», и лишь тогда основная группа, покинув лифт, последовала за ними.

Сама я находилась в самом центре основной группы. Оглядевшись по сторонам, я обнаружила себя просто в нереально огромном холле, что не может не настораживать. Ведь если даже простой холл имеет столь несусветно гигантский размер, тот какого же размера должна быть сама лаборатория? Это не только значит, что нам придётся приложить куда больше усилий для поиска выживших, но и то, что самих подопытных тут, вероятно, куда больше, чем я изначально предполагала.

Тщательно осмотрев холл без каких-либо происшествий, вояки принялись распределять между собой обязанности. Некоторые встали на стрёме у проходов в другие помещения, в то время как другие отправились искать основной рубильник. Чернышу же поручили взглянуть на компьютеры и по возможности извлечь из них какую-нибудь полезную для нас информацию.

– Ну? Сможешь раскопать карту этого места? – нетерпеливо поинтересовался младший лейтенант.

– Ещё минуту. На это нужно время, – не отрывая пристального взгляда от экрана, отозвался Черныш. К слову, монитор этот был размером с большой телевизор.

Стоя рядом, я с интересом наблюдала за его действиями. Честно признаться, не ожидала, что эту обязанность доверят именно Чернышу.

– Чёрт, – яростно выпалил младший лейтенант, – ну почему здесь так тихо!? Как нам спасать их, если мы даже не знаем, в каком направлении двигаться?

– Тише ты! – шикнула на него я, на что младший лейтенант ответил раздражённым взглядом. – У подобной тишины может быть лишь два объяснения, и одно из них, что все уже мертвы, – лица вояк резко помрачнели. – Второе же возможное объяснение заключается в том, что нечто вынуждает их хранить молчание, – я окинула вояк холодным взглядом. – Есть ли среди вас желающие приманить сюда это «нечто»? Кто-нибудь из нас может сравниться по силе с А-Ксингом и прочими ребятами из спасательного отряда?

Младший лейтенант тут же побледнел и спешно замотал головой.

– Нет. Лейтенант забрал с собой самых сильных из нас.

Иными словами, вы, ребята, оставшиеся позади слабачки? Будущие перспективы нашей вылазки теперь представились мне в куда менее радужном свете.

– Если даже лейтенант и остальные не смогли справиться, т-то что же мы сможем с этим сделать, – нервозно пробормотал один из солдат.

Чёрт, ещё не хватало, чтобы они дёру от страха дали.

– Многие подопытные уже успели выбраться наружу, так что обстановка внутри уже, вероятно, не столь опасна, как раньше, – нарочито спокойным голосом заявила я. – Вполне вероятно, что у ваших товарищей слишком много раненных, чтобы покинуть это место собственными силами. В любом случае, в каком бы положении они ни были, нам для безопасности следует вести себя как можно тише!

Младший лейтенант согласно кивнул. Уж не знаю действительно ли он купился на мои слова или же просто не пожелал со мной припираться, будучи всё ещё в обиде за то, что одёрнула его ранее. Впрочем, это сейчас и не самое главное. Всё пучком до тех пор, пока он прислушивается к моим советам.

Цзянг Сяотиан же на протяжении всего этого диалога преспокойненько попивал своё ультрапастеризованное молоко. От одной лишь мысли, что это Ледяной Император – один из тех самых восхваляемых двенадцати мировых элит – моё лицо невольно дёрнулось. Даге, прошу, перестань уже испытывать мои актёрские способности на прочность. Ты же понимаешь, как непросто сохранять видимость уверенного в себе главного ге… Хотя, возможно, он действительно этого не понимает. Подавляющая аура истинного лидера была дарована моему Даге ещё при рождении, однако за то время, что мы провели вместе, я успела заметить, что, несмотря на весь свой врождённый потенциал, он частенько совершает глупые ошибки и ведёт себя как идиот. Это, к слову, вполне объясняет, как он умудрился собрать вокруг себя целый отряд в равной степени талантливых и чудаковатых наёмников.

В этот момент я почувствовала, как мой внутренний ментальный образ «Ледяного Императора» раскололся на части. Правильно люди говорят, что расстояние порождает красоту. Сейчас, когда я без особых проблем могу использовать Ледяного Императора как персональную подушку-обнимашку, я не могу думать о нём никак иначе, кроме как о невероятно миленьком малыше.

– Есть! – внезапно воскликнул Черныш. – Я нашёл карту!

– …

Мне оставалось лишь беспомощно шмякнуть себя ладонью по лбу.

Несколько вояк тут же подскочили к Чернышу и спешно заткнули ему рот. Тот же, явно не понимая, в чём проблема, попытался было вырваться, но не смог. Дёрнувшись ещё пару раз, он окинул всех присутствующих вопросительным взглядом.

Я же тем временем, уставившись на экран компьютера, невольно нахмурилась, ибо моё дурное предчувствие, к сожалению, подтвердилось. Это место просто огромно! За прошедшие с начала апокалипсиса четыре месяца построить подобное было бы просто нереально. Похоже, это место являлось тайной исследовательской лабораторией ещё до прихода апокалипсиса.

Цзянг Сяотиан нетерпеливо дёрнул меня за штанину, и я спешно подхватила его на руки, давая возможность получше рассмотреть план лаборатории. Быстро окинув карту взглядом, он, недолго думая, ткнул пальцем в определённую точку на мониторе, и я тут же понимающе кивнула.

– Я пойду разведаю ведущий к лаборатории коридор.

– Все здешние монстры, скорей всего, явились как раз из лаборатории. Лейтенант и остальные просто не могут быть там, – запротестовал младший лейтенант.

– Есть там кто или нет, не важно. Лишь посетив лабораторию, мы сможем выяснить, откуда взялись столь аномальные монстры. До того, как попасть сюда, я немало монстров перебил, но ни один из них не был столь же умён, как монстры из этой лаборатории, – я обернулась и с замешательством поинтересовалась у вояк. – Вы же тоже совершали вылазки в город за припасами. Неужели не заметили, что эти монстры полностью отличаются от тех, что снаружи?

Ответом мне была гробовая тишина.

Лишь через несколько секунд младший лейтенант неловко заговорил:

– Сотрудники этого исследовательского центра дали нам особую машину. Не знаю, что именно находится внутри, но почти все монстры предпочитают держаться в стороне от нее. В ходе наших вылазок в город твари на нас редко нападают, да и те не более чем мелкие сошки. Быстренько разделавшись с ними с помощью оружия с глушителями, мы загружаем припасы в машину и возвращаемся назад на базу. По этой причине мы, можно сказать, никогда и не сталкивались с монстрами всерьёз.

Не мудрено. Имея в своём распоряжении нечто подобное, становится понятно, почему эта база смогла столь долгое время прожить в мире и благополучии, несмотря на огромное скопление людей внутри. Однако ИЦМО обладает чем-то столь удивительным? Никогда о подобном не слышала. Опустив взгляд, я покосилась на Цзянг Сяотиана. Он стоял нахмуренным, но не произнёс ни слова. Тем не менее сказать, находился ли он до этой поры, как и я, в неведенье об этом изобретении или же знал, но просто не желал обсуждать этот вопрос в присутствии посторонних людей, я не могла.

– С начала апокалипсиса прошло всего-то четыре месяца, – принялась в притворной задумчивости бормотать себе под нос я. – За такое короткое время невозможно построить столь огромный исследовательский центр для исследования этих монстров. Но если так, что же в таком случае они исследовали тут раньше? Мало того, что лаборатория расположена столь глубоко под землёй, так ещё и план помещений совсем не похож на таковой в центре по разработке какого-либо оружия.

От этих слов лица стоящих вокруг военных резко изменились, дав просочиться тлеющему в их сердцах подозрению.

– Только не говорите мне… что тот чёрный туман тоже дело рук ИЦМО? – едва слышно пробормотал кто-то из толпы.

Братишка, да у тебя просто шикарная дедукция. Должно быть, А-Ксинг руку приложил! Мысленно поставив ему «лайк», я, тем не менее, не произнесла и слова в ответ, оставив всё на их собственное воображение. Извратить образ ИЦМО, превратив его в подобие финального босса, для меня крайне выгодно, так как в таком случае мне, возможно, и не придётся уничтожать эту организацию лично.

– Я собираюсь осмотреть то место. Пойдёте вы со мной или же нет, меня не колышет.

Дорогу до лаборатории я уже запомнила. Чтобы добраться туда, придётся миновать большую часть исследовательского центра. Если по пути я случайно наткнусь на Чен Янксинга или же ещё кого-нибудь из его группы, я сделаю всё, что в моих силах, чтобы их спасти. Если же нет… то они уже всё равно мертвы. В конце концов, из этого центра ведёт лишь один выход, и он позади нас. Если подопытные вынудили их отступить в противоположном направлении, то они сейчас реально в заднице находятся… во всех смыслах.

– У тебя и в самом деле ни следа дисциплины, – раздражённо выпалил младший лейтенант. – В групповых миссиях самое главное следовать приказам. Ты не можешь свободно ходить, куда тебе вздумается!

– Я никогда не был одним из вас, так с какого перепугу я должен следовать вашим приказам? – ледяным тоном поинтересовалась я. – Я выбрался из города собственными силами и собственными же силами выживал всё это время с ребёнком на руках. Хм! Чем довериться вам, я уж лучше доверюсь самому себе!

Выпалив эти слова, я тут же развернулась. Я не собиралась больше тратить тут время, споря с ними. Будет лучше как можно скорее разнюхать секреты ИЦМО и тут же слинять отсюда!

Исследовательский центр подобного размаха был ввергнут в плачевное состояние их же собственными подопытными? Те подопытные, что я встретила у входа, даже принимая в расчёт их небывалую сообразительность, навряд ли смогли бы подобное провернуть. Значит, среди них есть некто ещё более опасный, и я без понятия, сбежал ли он уже из башни или же по-прежнему находится внутри. Как бы там ни было, будет лучше не задерживаться здесь надолго.

Взяв в правую руку пистолет, я создала ледяной кинжал в левой, после чего обернулась и взглянула на Цзянг Сяотиана. Всё это время он молча следовал за мной прямо по пятам. Да уж, разница в выучке и стойкости духа между Сяотианом и этими ребятами столь велика, что между ними можно было бы вместить аж целых восемь мегаполисов!

Пора выдвигаться…

– Постой!

Я сделала глубокий вдох в попытке упокоить себя. Эти вояки – оставленные позади слабачки, так что не стоит мне ожидать от них слишком многого. Я развернулась и произнесла ровным голосом без единой эмоции:

– Даю вам десять секунд на решение. Отсчет пошёл. Десять, девять…

Лицо младшего лейтенанта окаменело.

– …шесть, пять…

– Идём! Мы идём с тобой! – спешно воскликнул Черныш.

Я же в ответ лишь равнодушно пожала плечами и ткнула пистолетом в сторону коридора.

– В таком случае ведите.

Чернышу оставалось лишь скрипя зубами пробормотать:

– Обязательно вот так вот в лоб выпихивать нас вперёд, принуждая расчищать для тебя путь?

Однако вместо ответа я задала встретный вопрос:

– Знаешь, сколько мне лет?

Черныш задумчиво уставился на моё лицо.

– Двадцать три? Четыре?

Услышав подобное предположение, я едва сдержалась, чтобы не фыркнуть. Похоже ты неплохо владеешь самообманом, если серьёзно думаешь, что подобному лицу как у Цзянг Шую может быть больше двадцати!

– Восемнадцать.

В тот же миг комната погрузилась в гробовую тишину. Ни один солдат более не высказал ни единого слова возражения, послушно выстроившись в боевое построение. И в тот момент, когда младший лейтенант уже собирался было отдать приказ выдвигаться, из недр исследовательского центра внезапно донёсся отдалённый выстрел.

Чёрт, планы как всегда не поспевают за развитием событий! Мне оставалось лишь выкрикнуть:

– Вперёд! Идём туда! Быстрее! – строй резко перешёл на бег, так что мне пришлось поспешно предупредить. – Не забывайте следить за окружающей обстановкой. Здесь очень темно. Разведчики, по одиночке не ходить. Минимум группами по четыре человека. Если людей не хватает, пусть кто-нибудь из основной группы займёт место недостающих! Запомните лица тех, кто стоит по обе стороны от вас, и не теряйте их из виду.

В результате этой череды команд скорость нашего продвижения резко сократилась, но с этим было уже ничего не поделать. Освещение во внутренних помещениях исследовательского центра было повреждено даже больше, чем в холле лифта, отчего тьма вокруг стала лишь ещё более непроглядной. Круги света, которые порождают наши фонарики, попросту слишком малы, чтобы суметь прогнать прочь эту давящую мглу. Если хоть один человек оступится, что ж, не только он, вся команда может заплатить за эту единую оплошность жестокую цену. В конце концов, это место смогло пленить даже элитный отряд, что уж говорить о нашей группе оставленных позади слабачков!

Следуя за солдатами, я в какой-то момент оглянулась через плечо, чтобы проверить, как там справляется Цзянг Сяотиан. Лишь увидев, что, невзирая на груз, он без проблем поспевает за остальными, я смогла облегчённо выдохнуть. Тем не менее выражения лица у него было немного странное. Он таращился на меня таким ошарашенным видом, словно не узнавал меня, что немного настораживало.

У «Цзянг Шую», разумеется, не было опыта командования группами людей, а вот у Гуан Веюн такого опыта было предостаточно. В первые годы апокалипсиса я выступала в роли лидера, пожалуй, даже чаще, чем сам Ксиа Зенгу. Этот безмозглый придурок частенько получал серьёзные раны прямо в ходе миссий и из-за этого лишался способности организовать слаженный отход.

Так как именно я носила статус его девушки, то и забота о моём раненом парне также ложилась именно на мои плечи. Ну а обременённая подобной ношей, у меня оставался лишь один верный способ помочь своим товарищам, а именно раздача им нужных указаний в нужные моменты. В результате этого через какое-то время наши товарищи настолько привыкли к смене лидера прямо посреди боя, что в ходе обсуждений стратегий даже стали сразу поддерживать предложенные мною планы действий, отвергая суицидальные затеи Ксиа Зенгу.

Теперь, когда я об этом думаю, возможно, именно то, что я столь часто спасала его задницу, а также мой накопленный опыт по части лидерства долгое время не давали Ксиа Зенгу возможности поднять на меня руку и убить. Сделав это, он тут же ополчил бы против себя всех наших боевых товарищей… а также до чёртиков бы напугал всех своих тогдашних любовниц.

Тогда на моей стороне стояли очень многие, начиная от боевых товарищей, заканчивая девушками, которых он поимел и бросил. Если бы только я тогда не потеряла веру в себя, раз за разом испытывая предательство своего парня; если бы только я не забросила тренировки в виду бесполезности своей способности и продолжила развивать свой боевой потенциал; если бы только в тот роковой день я обладала силой дать ему отпор, возможно, убитой оказалась бы не я, а Ксиа Зенгу. Какая жалость!

Уж в этой-то жизни я точно не сделаю ничего, о чём потом буду жалеть! В лепёшку расшибусь, но накоплю денег на дом… Ой, в смысле, стану достаточно сильной, чтобы защитить свою семью, и заведу детей!

В этот момент Цзянг Сяотиан внезапно потянул меня за штанину. Когда же я оглянулась назад и взглянула на настороженно насупившегося Сяотиана, тот выпалил лишь одно слово:

– Прислушайся.

Я тут же замерла и навострила уши. Лишь тогда я смогла расслышать едва уловимый звук, что постепенно становился всё громче и громче. Остальные в группе также уже обратили на него своё внимание.

– Это что, кошачье мяуканье? – обескуражено выпалил один из солдат. Тем не менее, ни один из них не выказал и толики страха.

– Нет, это плач младенца, – спокойно поправила я. – Скорей всего, это наживка. Просто игнорируйте его. Продолжим движение.

– Так эти уроды даже на младенцах эксперименты ставили? – рыкнул ещё один солдат.

Этим солдатом оказалась женщина, но телосложение у неё было даже более накаченное, чем у нашей крепышки Юнкиан. Честно признаться, до того момента, как она заговорила, я вообще не замечала, что среди нас есть одна представительница слабого пола.

– Идём вперёд не останавливаемся! – вновь поторопила их я.

Женщина после моих слов недовольно нахмурилась, явно не желая никуда уходить. Младший лейтенант также нахмурился.

– Как солдаты мы обязаны защищать гражданских.

О, как мило! Это, безусловно, очень благая обязанность. Вот только в таком случае скажи мне, почему в скором времени военные превратятся в подобие раковой опухоли среди людей, которых вроде как обязаны защищать? Это вы так от апокалипсиса обезумеете или же всему виной какие-то закулисные делишки, о которых простые смертные, вроде Гуан Веюн, знать просто не могли?

Но всё это произойдёт немного позже. Пока что эти вояки действительно полны энтузиазма выполнять свои обязанности, вот даже гражданских защищать рвутся. Таких в будущем останется ой как немного.

Я сделала глубокий вдох и предложила:

– Давайте сперва всё же А-Ксинга и остальных отыщем. Чем нас больше, тем мы сильнее. К тому же, они куда лучше нас понимают, чему мы сейчас пытаемся противостоять. Будь то отступление или же спасение людей, нам понадобится помощь ваших товарищей из элитного отряда.

Услышав моё пояснение, все немного успокоились и, продолжая слушать отдалённый детский плач, продолжили двигаться вперёд. Тем не менее, с каждым новым шагом лица солдат всё больше и больше мрачнели. А всё потому, что плач младенца не стихал по мере отдаления, а наоборот становился всё громче и отчётливее, пока не начало казаться, словно он плачет прямо возле твоего собственного уха. От этого звонкого пробирающего аж то самых костей звука у меня невольно холодок по спине побежал.

Пусть я и не понимаю, что тут происходит, но одно я могу сказать с уверенностью уже сейчас: никто из вояк более не решится даже заикнуться о том, чтобы идти и спасать плачущих младенцев.

Остановившись, я настороженно огляделась по сторонам. И в этот самый момент среди громких трелей этого жутковатого детского плача я успела расслышать мимолётный вскрик. В том, что это был именно вскрик, я абсолютно уверена, но вокруг было слишком темно, да и с солдатами я знакома не слишком уж хорошо, так что сказать наверняка, кто именно кричал, я не могла. В результате мне оставалось лишь спешно выкрикнуть:

– Срочно проверьте своих соседей! Все ли на месте?

Все тут же заозирались по сторонам, проверяя стоящий вокруг товарищей, после чего находящийся в самом конце строя солдат ахнул.

– Парень справа от меня пропал! О-он же был тут всего мгновение назад!

Резко выхватив фонарик из рук ближайшего вояки, я осветила сперва левую стену, затем правую. Ни с той ни с другой стороны я не обнаружила открытых дверей или же зияющих проходов, так что машинально перевела луч света на потолок. В тот же миг без предупреждения передо мной возникла огромная чёрная тень.

Не став даже разбираться, кому принадлежит эта тень, все солдаты с яростными воплями открыли огонь.

– Шую, кровь! – спешно воскликнул Цзянг Сяотиан.

Я тут же выставила вперёд руку, создавая над собой широкий барьер из прозрачного льда, и одновременно с тем выкрикнула:

– Все, к стене!

В тот же миг с потолка на нас хлынула кровь. Большая её часть попала на созданный мною барьер и тут же принялась с шипением его разъедать. Я спешно последовала собственному же приказу и прижалась спиной к стене, после чего швырнула ледяной барьер в сторону. Смесь крови и талой воды обрушилась на пол и продолжила разъедать всё вокруг.

Слава богу, что Цзянг Сяотиан успел вовремя нас предупредить, иначе этот кровавый дождь махом скосил бы минимум треть всей нашей группы.

В этот момент нечто тёмное бухнулось с потолка на пол, и если бы не тот факт, что в кругу света фонариков обнаружилась фигура солдата, все, небось, опять принялись бы как очумелые палить из своих пушек.

Я снова направила луч света на потолок; чёрная тень исчезла. Того предыдущего залпа огня оказалось недостаточно, чтобы убить её, но, думаю, нам даже повезло, что она сбежала. С тварями, чья кровь способна причинить вред людям, очень непросто сражаться. Нужно крайне аккуратно наносить удары, иначе сами можем пострадать. Учитывая плохую слаженность нашей группы, будет лучше не связываться с подобным противником.

Присев на корточки, я перевернула солдата на спину. Правая половина лица у него отсутствовала напрочь, да и остальная верхняя половина тела была сильно разъедена. Кое-где даже оголились кости и какие-то красновато-белые органы под ними. И что ещё хуже, процесс не останавливался. Его тело продолжало расщепляться, отчего его конечности невольно подёргивались.

Оценив тяжесть его ран, я быстро создала ледяной кинжал и решительно всадила его ему в голову.

Когда же я вновь выпрямилась и оглянулась на остальных, я незамедлительно наткнулась взглядом на шокированное лицо младшего лейтенанта.

– Ты… ты убил одного из наших парней! – взревел младший лейтенант и, подбежав, схватил меня за воротник. – Всего лишь из-за того, что он получил ранение? Мы же могли отнести его к врачам. Для этого нам потребовалось бы всего лишь подняться вверх на лифте!

Схватив его кисти, я высвободила небольшое количество энергии льда, вынудив его немедленно отдёрнуть руки назад. Тем не менее, он продолжил буравить меня яростным взглядом.

– Да какие тут нахрен врачи! – рыкнула я. – Серьёзно думаешь, что с такими ранениями его можно было спасти?! Взгляни на него! Повнимательнее присмотрись к его лицу и шее! И про пулевые ранения на его теле не забудь! А теперь ещё раз скажи, кто был тем, кто, мать вашу, убил его?!

Младший лейтенант невольно вздрогнул и молча опустил взгляд на тело павшего товарища.

Лицо солдата было проедено вплоть до черепа, а на шее зияла дыра, через которую было отчётливо видна трахея. Тело же его было сплошь испещрено дырками от пулевых ранений; очевидно, результат той безразборной пальбы минуту назад. С такими серьёзными увечьями ему оставалось жить не более нескольких минут, так что куда милосердней было поскорей упокоить его, чем вынудить пережить ещё несколько мучительных минут, в ходе которых он жаждал бы лишь одного: смерти.

Я ещё раз окинула вояк грозным взглядом.

– Если кто-либо из вас ещё хоть раз проявит подобную тупость, я брошу вас и пойду дальше сам. Я не желаю в подобном месте ещё и опасаться схлопотать от союзника пулю в спину!

Когда солдаты увидели, какая горькая участь постигла их товарища, все тут же стыдливо потупили взгляды. Я же, увидев эту их реакцию, смогла, наконец, облегчённо выдохнуть. Если уж начистоту, то, принимая во внимание отсутствие у них боевого опыта с иными, полностью исключить подобные случайные смерти ввиду ошибки было априори невозможно. Тем не менее, у меня нет иного выбора, кроме как хорошенько отчитать их за этот случай, иначе в следующий раз я, чего доброго, действительно могу умереть от их рук. В конце концов, я ещё не успела натренировать свою способность настолько, чтобы стать невосприимчивой против огнестрельного оружия и ножей!

В этот момент из глубин исследовательского центра вновь раздались несколько выстрелов, за которыми снова последовала тишина. Я нахмурилась. Что-то в этой ситуации явно было не чисто. Неважно, будь то обычный иной или же здешний подопытный, такого соперника просто невозможно одолеть всего несколькими выстрелами. Даже наоборот, это лишь усугубит ситуацию, так как пальба, несомненно, привлечёт внимание ещё большего числа иных.

– Сяо Ю, надо поспешить! – взволнованно выпалил Черныш. – Лейтенант и остальные могут быть в серьёзной опасности!

Однако я осталась стоять на прежнем месте.

– Это, скорей всего, ловушка. Сами подумайте, минуту назад вы столько пуль выпустили в того монстра на потолке, но всё равно не сумели его добить. Так чем могут помочь всего несколько одиночных выстрелов? В голову приходит лишь одно объяснение: чтобы заманить нас туда.

Услышав моё предположение, лицо младшего лейтенанта заметно помрачнело.

– Ну и что нам тогда делать?

А мне-то почём знать?! Гуан Веюн в прошлом руководила лишь рейдами на различные продуктовые магазина да склады. В подобных ультра защищенных местах, как это, ей бывать не доводилось. Это ведь ни много ни мало секретная лаборатория с огромным количеством подопытных иных внутри. Если бы подобное произошло в прошлой жизни, я бы скорее себе сразу пулю в лоб пустила, чем согласилась добровольно спуститься в такое зловещее место. Смерть тут может поджидать буквально за каждым поворотом.

Я опустила взгляд на Цзянг Сяотиана. Из всех здесь присутствующих Ледяной Император определённо обладает наибольшим опытом проникновения в подобного рода защищённые места.

Заметив мой вопросительный взгляд, Цзянг Сяотина усмехнулся.

– А я-то хотел посмотреть, насколько ещё тебя хватит. Что, уже сдаёшься?

– Ну, знаешь ли, я всё ещё новичок в этих делах, – с готовностью признала я. Я не видела ничего постыдного в том, чтобы попросить Ледяного Императора о помощи. В прошлой жизни я не то что о помощи попросить, даже приблизиться к нему не имела возможности. Мне повезло лишь раз узреть его фигуру издалека, так что теперь, когда сия персона во всей своей красе стоит у меня прямо перед носом, грех будет не воспользоваться таким шансом получить наставления.

– Судя по тому, что я видел, внутренняя компьютерная сеть всё ещё худо-бедно работает. Пошли большую часть отряда вперёд разведать обстановку, мы же в это время проберёмся в центральную комнату управления. Там мы, вероятно, сможем взять под контроль большую часть системы безопасности лаборатории, – выпалил Цзянг Сяотиан, после чего ткнул пальцем в Черныша. – Этого парня возьми с собой. Он, похоже, разбирается в электронике, вот пусть и поможет тебе починить неполадки в системе.

Все вояки вылупились на Сяотиана с таким видом, будто привидение увидели. Я же к этому моменту уже попросту устала выдумывать всевозможные оправдания его нетипичного поведения, так что просто повернулась к солдатам и равнодушно произнесла:

– Ну, вы сами всё слышали. Мой Сяотиан плохого не посоветует. Вы, ребята, продолжайте двигаться вперёд, но не слишком быстро, а то я могу не успеть передать вам информацию, если что-то найдём, – я перевела взгляд на Черныша. – Идём.

– П-погоди-ка минутку, – едва отойдя от шока, воскликнул младший лейтенант, – как ты можешь просто вот так взять и уйти? А что если впереди нас действительно поджидает какая-то опа-…

– Даже если впереди и поджидает нечто опасное, вы что же так и хотите всю дорогу за моей спиной прятаться? – я бросила на вояк раздражённый взгляд. – Какого чёрта?! Хотите сказать, что тридцать солдат не смогут справиться без ребёнка, студента и одного солдата? Да возьмите же вы наконец себя в руки и успокойтесь! На этом этапе ни один иной не сможет просто проигнорировать выстрелы из сразу тридцати автоматов. Для победы вам достаточно будет сделать лишь одно: размозжить им башку с большого расстояния. Вот и всё, что от вас требуется!

Выпалив эту тираду, я тут же резко развернулась и молча потопала прочь. Даже если Черныш не пойдёт за мной, мне всё равно. Кого могу, я спасу, ну а тех, кого не в состоянии, просто брошу позади без зазрения совести!

– И-иной? – озадаченно пробормотал мне в след младший лейтенант, и лишь тогда я осознала, что случайно проговорилась. Впрочем, ладно, не беда даже если они и узнали это название раньше времени. Вскоре этот термин всё равно станет общепринятым.

Через несколько секунд Черныш всё же нагнал меня.

– Слушай, Сяо Ю, ты правда сможешь довести меня в центр управления в одиночку? – зашептал он. – Уверен, лейтенант, когда спустился сюда, тоже первым делом отправил своих IT специалистов в центр управления, и, разумеется, отправил с ними несколько действительно сильных ребят, чтобы не позволить этим специалистам ненароком умереть.

После этих слов, он бросил нервозный взгляд в сторону Цзянг Сяотиана.

– Хо-о-о? А вот младший лейтенант явно хочет, чтобы я продолжил охранять тридцать солдат, – раздражённо бросила я. – Что думаешь по этому поводу?

Черныш обернулся на группу своих товарищей позади и с ноткой стыда в голосе произнёс:

– Ну да, ты прав, мы сейчас явно не в лучшем виде предстаём. Из-за недавней атаки все жутко напуганы, а из-за отсутствия толкового лидера мы не знаем даже, что делать. Если бы с нами сейчас был лейтенант или А-Нуо, да даже А-Ксинг бы сгодился, мы бы не выглядели такими раздолбаями. Правду говорю! Этот младший лейтенант на самом деле просто зелёный шкет, что лишь недавно вышел из военной академии. Его голова всё ещё забита банальными тактиками из учебников, так что в реальном сражении он просто безнадёжен.

Я скептически покосилась на Черныша.

– Вы даже за А-Ксингом готовы в бой идти? Ну и низкие же у вас стандарты.

– … – Черныш тут же поспешил объясниться. – Не пойми неправильно. Знаю, на первый взгляд он действительно может показаться тем ещё простачком, но пусть его характер не вводит тебя в заблуждение. На самом деле он очень силён, когда серьёзен. Видел когда-нибудь, как стреляет полуавтоматический пулемёт? Так вот, он может каждой отдельно выпущенной пулей снести по башке. Без шуток!

Ну вот, теперь мне вновь захотелось забрать его с собой… Возможно, из А-Ксинга получится вполне себе неплохой сувенир? Когда придёт время уходить, обязательно попробую его переманить.

– Центр управления находится в том направлении, – выпалил Черныш, ткнув пальцем в один из коридоров, после чего смущенно пробормотал. – Если честно, я сразу же запомнил его местоположение, как только раскопал план здешних помещений. Мне следовало бы сразу предложить пойти туда, но я промолчал, так как слишком привык следовать приказам лейтенанта.

Я снова покосилась на Черныша. А этот парень тоже неплох. Что же делать? Меня теперь прямо подмывает забрать их всех с собой. Нормально ли, что я столь радостно выбираю подходящих кандидатур из подчинённых этого лейтенанта?

– Шую, – внезапно заговорил Цзянг Сяотиан, – как доберёмся до центра управления, нужно будет сразу отыскать другой путь отхода. Судя по обстановке, подопытные специально оставили лифт в рабочем состоянии, чтобы заманить людей на их территорию.

Я опустила взгляд на Цзянг Сяотиана. Те выстрелы действительно были очень подозрительными, словно их сделали лишь чтобы привлечь наше внимание. Тем не менее, мне всё ещё сложно было в это поверить. С кем же мы сейчас всё-таки сражаемся, с людьми или же с иными? Люди не могут быть столь сильны на этом этапе апокалипсиса, а иные в свою очередь не могут быть столь сообразительны.

– Те подопытные, что уже сбежали из башни, недостаточно сильны и умны, чтобы привести эту лабораторию в столь плачевное состояние, – продолжил он свой анализ. – Скорей всего, у них есть лидер, и он, вероятно, довольно силён. Ну а так как та первая элитная группа военных до сих пор не сумела пробить себе путь наружу, рискну предположить, что этот самый лидер всё ещё находится здесь.

– Хочешь сказать, у меня нет ни шанса на победу? – немного разочарованно пробормотала я. Неужели того, что я столь быстро поднялась до второго ранга, всё ещё недостаточно?

– Есть шанс на победу или нет, я не могу сказать с уверенностью, – заявил Цзянг Сяотиан, подняв на меня взгляд. – Понимаешь, на дворе лишь пятый месяц апокалипсиса. Каким бы сообразительным ни был их лидер, он не может быть достаточно силён, чтобы вот так перевернуть эту лабораторию с ног на голову в одиночку, что значит у него в подчинении определённо имеются как минимум несколько крайне сильных подопытных. Ты же, хоть сам и силён, имеешь в своём расположении лишь кучку непослушных, плохо организованных вояк, у которых даже опыта борьбы с иными нет. В общем, сам понимаешь, ситуация неоднозначная.

– Хей! – возмутился Черныш. – Почему это мы непослушные? Мы же последовали указаниям Сяо Ю. Я же сейчас с вами, разве нет?

Цзянг Сяотиан перевёл взгляд на вояку.

– Если я тебе сейчас скажу взять пистолет и возглавить атаку на группу иных, ты последуешь моему приказу?

Черныш с помрачневшим видом опустил взгляд на идущего рядом трёхлетнего малыша. Впрочем, винить его тут было не в чем. Любой взрослый человек чувствовал бы неуверенность если бы ему ни с того ни с сего сказали повиноваться приказам трёхлетнего ребёнка. А вот на более поздних стадиях апокалипсиса, лидер уже сможет иметь самую разную форму и внешность, и в этом уже не будет ничего странного.

Потеряв интерес к Чернышу, Цзянг Сяотиан снова повернулся ко мне.

– Доберись до центра управления и разыщи там этого лейтенанта или А-Нуо, о котором упоминалось ранее. Если сможешь убедить их следовать своим указаниям, они смогут стать весьма существенной помощью в грядущем сражении с подопытными. Если же определить их местоположение не удастся, тут же ищи другой выход из лаборатории и уходи отсюда немедленно. Черныш же вернётся к остальным и передаст им информацию о том, что и им тоже следует немедленно отступать.

– То есть, найти А-Ксинга по-твоему недостаточно? – уверена, уж его-то я точно смогла бы убедить слушаться моих приказов, чего, увы, не могу сказать об А-Нуо и лейтенанте. Едва ли они так просто согласятся вверить собственную жизнь и жизни всех своих товарищей в руки подростка, которого даже толком не знают.

– Лидерские качества парня, которого Черныш оценил как «да даже А-Ксинг бы сгодился», вероятно, находятся приблизительно на том же уровне, что и твои собственные, так что толку с него мало, даже если отыщем его.

Я мысленно пустила по нему сочувствующую слезу. Бедный А-Ксинг. Тебя так быстро записали в бесполезный балласт.

В этот момент я внезапно наступила на что-то мягкое. Это ощущение… Опустив свет от фонарика вниз, я подняла ногу, явив взору оторванную человеческую руку со всё ещё надетым на неё рукавом типичной зелённой военной раскраски. Пусть ткань и была пропитана кровью, это определенной была военная униформа.

Со стороны раздался резкий тревожный вдох, однако через пару секунд Черныш облегчённо выдохнул.

– Нет, это не один из наших.

– Не один из ваших? – удивлённо переспросила я. Вид оторванной руки тебя, что, настолько шокировал, что ты уже отказываешься признать её рукой своего товарища по оружию?

Однако Черныш лишь спокойно кивнул и указал пальцем на запястье.

– Да, этот парень был не из наших. Пусть униформа и похожа, но пуговицы на рукавах отличаются. Он не из регулярной армии. Скорей всего из какой-то частной.

– Вроде наёмников, так? – уточнил Цзянг Сяотиан, и задумался. – Вам позволяли охранять лишь периметр башни, но это отнюдь не значит, что внутренние помещения лаборатории оставались незащищёнными. А учитывая упомянутую в письме пропажу людей, ситуация ещё больше проясняется. В конце концов, сами учёные не стали бы заниматься чем-то столь грязным как похищение людей. Если этим занимались не регулярные войска, то остаётся лишь один вариант – бойцы из частной армии ИЦМО.

– Письме? – озадаченно уставился на Сяотиана Черныш. – Каком ещё письме?

А ведь он прав. В письме Даге действительно упоминалась загадочная пропажа беженцев с территории базы. Получается их всех превратили в подопытных? Тогда новость о Юн-юн меня сильно шокировала, так что мою голову полностью заполнила тревога за мою Сяо-мей, а информация о пропаже людей как-то сама собой ушла на второй план.

– Нам следует поспешить, Шую. И будь готов к сражению, – предупредил Сяотиан, нахмурившись. – Вполне возможно, что в центре управления небезопасно.

Я кивнула и покрепче сжала в руках своё оружие, а именно пистолет и ледяной кинжал. Тем не менее больше всего мне бы сейчас хотелось иметь в руках свой любимый шест, пусть даже и без наконечника. Возможно, беспокойство Сяотиана не так уж и беспочвенно. У меня даже нет толкового оружия в руках, так что я, вероятно, мыслила слишком уж оптимистично, полагая, что смогу совладать с целой толпой подопытных в одиночку.

Мы ускорили шаг. По дороге мы так и не встретили ничего подозрительного, и вскоре наши ноги принесли нас в большой просторный коридор со стеклянными стенами по обеим сторонам. Разумеется, большая часть этих стеклянных стен уже была разбита, из-за чего весь пол был усыпан огромным количеством осколков.

Центральная лаборатория. Именно сюда я планировала попасть с самого начала, но была вынуждена бросить эту затею после тех дурацких выстрелов. К счастью, как оказалось, кратчайший путь в центр управления лежит как раз через лабораторию, так что мне повезло.

Разумеется, времени задерживаться здесь у нас не было, но ступая по осколкам мы всё равно невольно замедлили свой шаг. А всё из-за невероятного зрелища, что открылось нашему взору. В кино мы множество раз видели различные лаборатории, где проводились эксперименты на людях, однако то чувство, когда вдруг сам оказываешься в подобного рода месте, невозможно сравнить ни с чем.

Самой невыносимой вещью здесь был даже не внешний вид лаборатории, а скорее запах. От этого устойчивого запаха антисептиков невольно хотелось оторвать собственный нос, но даже его было недостаточно, чтобы скрыть металлический аромат крови. Запах свежей крови смешался с вонью давно уже разлагающейся плоти, породив вместе просто непереносимый духан.

Затем звуки. Ступая по осколкам стекла и лужицам различных жидкостей, издаваемый при этом хруст разносился по всей лаборатории. Казалось, этим звуком мы вот-вот привлечём к себе внимание чего-то жуткого, но идти вперёд всё равно надо было.

Последним же, но не менее впечатляющим, был вид. Эта лаборатория была освещена куда лучше, чем все предыдущие помещения и коридоры, через которые мы прошли. Изначально здесь, должно быть, было также светло, как и днём на поверхности, однако из-за того, что половина ламп была разбита, а некоторые из уцелевших хаотично моргали, создавалось довольно жутковатое ощущение. Казалось, что в любой момент после очередного такого моргания на месте, где прежде ничего не было, внезапно может что-то да появиться.

Помимо этого, всё пространство внутри было завалено бессчетным количеством трупов, причём большая их часть имела вид разорванных и разбросанных по столам, полу и даже развешенных по различной аппаратуре фрагментов тел. Оторванные конечности, обглоданные скелеты и даже внутренние органы – здесь можно было увидеть всё что угодно. Стены же лаборатории были залиты огромным количеством крови, превратив изначально белоснежные поверхности в кровавое подобие граффити.

Увидев всё это, Черныш не смог сдержаться и спешно прикрыл ладонью рот. Более он не решался вымолвить и слова. Впрочем, оно и понятно. Для того чтобы что-либо сказать, ему, волей-неволей, пришлось бы вдохнуть здешний воздух поглубже, а сделав это, он наверняка тут же побежал бы искать какой-нибудь угол, чтобы хорошенько проблеваться.

Что же до меня, то Гуан Веюн прожила в апокалипсисе целых десять лет, так что никакой труп, в каком бы изуродованном виде он передо мной ни предстал, не сможет меня смутить. Тем не менее, плавающие в прозрачных стеклянных цилиндрах трупы являются редким исключением из правила.

Внутреннее пространство лаборатории было поделено на множество более маленьких прозрачных комнат для экспериментов, и в каждой из них находилось минимум с десяток больших стеклянных цилиндров, в каждом из которых находился труп… ну или нечто отдалённо смахивающее на труп. В каждое из таких тел было воткнуто огромное количество различных трубочек, однако, судя по тому, что ни одно из них так и не вылезло наружу, они все, скорей всего, были уже мертвы.

Находящиеся в цилиндрах трупы имели самые разные формы и размеры. Некоторые имели полностью прозрачную кожу и мышцы, благодаря чему можно было во всех деталях разглядеть их кровеносную систему и внутренние органы. Другой же труп с головы до пят выглядел как отвратительный комок щупальцев, значительно превзойдя по их числу любого уважающего себя осьминога или же медузу. Но самым омерзительным из всех был труп маленькой девочки. Её тело было полностью обнажено и имело правильные пропорции и красивые черты лица. К несчастью, этих самых лиц у неё было слишком много. В общей сложности на её теле я насчитала не менее тридцати лиц.

– М-мать вашу, да чем они тут занимались? – дрожащим голосом пробормотал Черныш.

Чем, спрашиваешь? Ровно тем, что ты видишь прямо у себя перед глазами.

Я опустила взгляд на Сяотиана.

– Даге, это всё иные?

Пусть все они и выглядели омерзительно, словно эволюционировали в хаотичном порядке, их внешний вид всё равно было реально сопоставить с известными мне по предыдущей жизни типами иных. К примеру, тот прозрачный тип в дальнейшем стал бы полностью прозрачным и даже научился бы изменять форму своего тела. Такие иные убивают своих жертв поглощая их, а затем медленно переваривая. Более того, подобный тип иного почти всеяден и не побрезгует сожрать даже покрышки у автомобилей.

Изначально люди немало побаивались этого типа иных, однако возможно из-за того, что и их мозги тоже стали прозрачными, любой интеллект, который у них только был до этого, испарился без следа. Ну а так как пищей для них служило фактически всё что угодно, голодная смерть им однозначно не грозила, так что и особо напрягаться ради поиска пропитания им не требовалось. Поэтому любой угодивший в него, будь то человек или же другой иной, вполне мог высвободиться лишь хорошенько посопротивлявшись.

Позднее некоторые особо заскучавшие индивиды даже стали воспринимать их как питомцев. Они ведь едят всё, что им не дай, так что даже для живущих в апокалипсисе людей уход за ними не составлял особого труда. Дошло то того, что им даже придумали ласковое название «стекляши».

– Мёртвые люди в любом случае становятся иными, – равнодушно выпалил Цзянг Сяотиан, – так какая разница, кем они изначально были?

И то верно. Если хотите заполучить в свои руки иного, всё, что для этого вам понадобится сделать, это убить человека.

– И чего они только пытались этим достичь? – я этого искренне не понимала. Разве вокруг и без того не предостаточно всяких странных иных? Какой смысл создавать ещё больше странных созданий?

– А вот меня больше интересует вопрос, создали они всех этих красавцев до или после 21-ого июня.

От этих слов у меня тут же холодок по спине пробежал. Подземная лаборатория – не то место, которое можно с лёгкостью построить по щучьему велению. Создать подобные условия работы после наступления апокалипсиса невозможно. Это значит, что сфера проводимых здесь исследований с самого начала имела подобную направленность. Означает ли это, что раньше в этих стеклянных цилиндрах учёные держали своих подопытных? А что же тогда начёт тех трубок? Они ведь явно не для изготовления светящихся браслетов тут находятся, не так ли?

– Ч-что ты такое говоришь? – слабым сбивчивым голосом переспросил Черныш. – Я ничего уже не понимаю. Нам то-точно нужно идти дальше в центр управления?

И когда я уже было собралась ответить «разумеется», Цзянг Сяотиан внезапно сорвался с места и, пробежав по осколкам, ворвался в одну из изолированных лабораторий, после чего застыл рядом с одним из находящихся внутри цилиндров. Вернее, он смотрел не столько на сам цилиндр, сколько на монитор над ним. Сам цилиндр был разбит. Чтобы ни было прежде внутри, оно сумело выбраться наружу.

– Что-то не так, Даге?

Проигнорировав застывшего от удивления на прежнем месте Черныша, я проследовала за Даге в обособленную лабораторию. Эта комната была сравнительно больше остальных, и аппаратура тут стояла на вид более сложная и дорогая. Должно быть, это главная лаборатория всего исследовательского центра.

Подойдя к Сяотиану, я уже было хотела повторить свой вопрос ещё раз, но лишь взглянув на его выражение лица едва не подавилась собственными же словами. Лицо этого милого ребёнка было буквально перекошено от гнева!

– Это он! – сквозь сжатые зубы прошипел Сяотиан. – Тринадцатый!

Я тут же оцепенела, моментально поняв, кого именно Цзянг Сяотиан имеет в виду. Обычно я плохо запоминаю имена, но это имя известно даже мне, так как оно долгие годы вселяло страх в сердца всех жителей Азии. Единственная элита иных на территории Азии, что носила не совсем типичное имя, – Тринадцатый.

Тринадцатый устроил в Азии настоящую резню и по какой-то причине его целью всегда были только люди. Зверей и растения он полностью игнорировал. Он убивал всех людей без разбору, стоило ему лишь увидеть их. Даже когда все его подчинённые были полностью сыты, они всё равно продолжали целенаправленно убивать людей. Тем не менее, никто не знал причину столь ярой ненависти Тринадцатого к людям… Хотя, думаю, теперь у меня появилось кое-какое предположение на этот счёт.

Если бы меня поймали и, поместив в цилиндр, сделали своим подопытным кроликом, я, вполне вероятно, тоже стала бы убивать всех людей без разбору, как только выбралась бы наружу.

Взгляд Цзянг Сяотиан был прикован к монитору, на котором была выведена информация о находившемся прежде внутри подопытном образце. В левом верхнем углу значился порядковый номер цилиндра, в именно 013. Выходит, имя Тринадцатого – это его номер как подопытного?

На экране монитора был изображён высокий иной, почти неотличимый по виду от обычного человека. Выглядел он как мужчина приблизительно тридцати лет, но с толстым чешуйчатым как у динозавра хвостом. Им он, скорей всего, может неплохо блокировать удары, да и в качестве оружия тоже сгодится.

В этот момент Цзянг Сяотиан резко схватил мою руку и выпалил:

– Идём, Шую! Мы должны его найти!

От этих слов у меня тут же кровь от лица отхлынула. Хей-хей-хей, Даге, это же тот самый парень, из-за которого в будущем люди начнут перескакивать цифру «тринадцать» во время счёта. Он пострашнее будет чем даже четвёрка смерти1 или 666 Сатаны, а ты хочешь, чтобы я пошёл его искать?

– Зачем?

Дай мне хотя бы какое-нибудь объяснение, чтобы я понимала, ради чего на смерть иду!

– Он убил моих ребят! – взревел Цзянг Сяотиан. – В ходе одной из вылазок Сяо Ша и его отряд случайно наткнулись на него. И все до последнего погибли! Более двадцати прекрасных людей были съедены подчистую! Оставшихся позади фрагментов тел не хватило даже на то, чтобы собрать из них один целый труп!

Я застыла. Сяо Ша погиб?

– Но, Даге, сейчас-то Сяо Ша всё ещё цел и здоров.

– Мой Сяо Ша уже мёртв!

Так он уже догадался, что это иной мир? Я притихла. Если для Цзянг Сяотиана Сяо Ша уже мёртв, то что насчёт Цзянг Шую? Нет, скорее, что насчёт всей семьи Цзянг?

Сам же Сяотиан в пылу гнева, похоже, даже не заметил собственную оговорку. Уставившись на меня пылающим взглядом, он заговорил:

– Шую, все двадцать с небольшим членов отряда были полностью съедены. Одного лишь Сяо Ша оставили целым. Тринадцатый превратил его в иного, а затем запер в клетке в качестве своего питомца. Понимаешь, он даже не подчинённым его своим сделал, а хреновым питомцем!

Теперь понятно, отчего Цзянг Сяотиан слетел с катушек, стоило ему только увидеть изображение Тринадцатого на мониторе. Даге ведь всегда крайне трепетно относился к членам своего выдающегося отряда, так что уже тот факт, что после увиденного он не ломанулся в стан врага словно суицидник в надежде расквитаться со злосчастным Тринадцатым, уже демонстрирует степень его рациональности и сдержанности.

– Ладно, убить Тринадцатого, я понял, – просто согласилась я. В конце концов, я ведь с самого начала планировала сразиться с этими подопытными и не сделала этого лишь потому, что Цзянг Сяотиан был против этой затеи. Ну а раз теперь он обеими руками «за», то тут и думать не о чем!

Более того, уж больно много азиатов пало от рук Тринадцатого в моём предыдущем мире. Если бы не он и его войско иных, то выживших людей в Азии было бы на добрую сотню тысяч больше. И это ещё по скромным подсчётам!

В том мире Тринадцатый стал основателем одного из крупнейших лагерей иных, и обрёл настолько огромную силу, что даже сам Ледяной Император, несмотря на всю его ненависть, не имел возможности как-либо отомстить ему за смерть Сяо Ша. Однако нынешний Тринадцатый ещё не является элитой. И раз нам представилась такая возможность, мы просто обязаны убить его здесь и сейчас!

Сноски

1. Четвёрка смерти : в китайском цифра «4» произносится также как и слово «смерть», поэтому она считается несчастливым числом

Конец эпохи доминирования Том 3 глава 3: ИЦМО

Конец эпохи доминирования Том 3: Скованное льдом благородство и величие

Автор оригинального китайского текста: 御我 (Yu Wo)


Глава №3: ИЦМО – перевод EliSan; редактура Akili

Шую, я до сил пор не знаю, где ты. Мы уже обыскали всё, что только могли, но даже никакой зацепки обнаружить не смогли…

Ну, разумеется. Было бы крайне странно, если бы вам с лёгкостью удалось обнаружить зацепку о местонахождении человека, которого ранее утащила птица в неизвестном направлении. Такой бедолага уже давно мог превратиться в кашицу, будучи расплющенный при падении с огромной высоты, или же мог быть съеден подчистую птахой… В таком случае вам удалось бы отыскать его, лишь спустившись за ним в загробный мир!

Надеюсь, тот факт, что смотровая башня превратилась в лагерь для беженцев, не создал для тебя слишком много проблем.

В этом месте явно творится нечто неладное. Каждый раз, когда внутрь базы впускают новую порцию беженцев, некоторое их число бесследно исчезает. Не знаю, кто именно за этим стоит, но они проворачивают всё очень чисто, так что и следа не остаётся. А учитывая то, что в жестоких реалиях нынешнего мира люди вообще стали куда меньше обращать внимания на трудности других людей, пропажа беженцев и впредь могла бы остаться никем незамеченной. Мы сами обратили на это внимание лишь благодаря тому, что тщательно собирали информацию обо всех находящихся на территории базы людях в надежде отыскать среди них тебя.

Будь осторожен. Постарайся покинуть базу как можно скорее и воссоединиться с нами. Мы продолжим двигаться на восток. Следующей нашей целью является городок под названием Старая Ностальгия, что недалеко от Лан. Там есть известная башня с часами, и, если только мы внезапно не найдём какие-то явные следы или же не встретим неожиданные трудности по пути, это место станет нашей базой для твоих поисков на довольно долгий срок. Мы планируем сменить свою тактику поиска и начать обследовать территорию радиус за радиусом, начиная с того города.

Шую, возвращайся скорее. В последнее время Шуюн стала изматывать себя тренировками своей способности, из-за чего уже не раз теряла сознание. Она винит себя за твоё похищение. Мол, будь она сильнее, тебе бы не пришлось подставляться под удар, чтобы защитить её. Она… в общем, просто возвращайся поскорее.

От твоего ге

Шутиана

– Юн-юн! Моя глупенькая мей-мей, а что если ты этими тренировками подорвёшь своё здоровье?!

Эта новость меня так взволновала, что сразу же захотелось вмазать кулаком по какой-нибудь стенке, чтобы хоть немного усмирить свои эмоции, однако рядом со мной как назло сейчас не было ни единой стены, так что вместо этого пришлось ограничиться дикой тряской верхушки башни. Была б моя воля, я бы сейчас всю башню разорвала к чертям собачьим.

– Лан? Что это за город? – нахмурившись, поинтересовался Цзянг Сяотиан.

Однако у меня в этот раз подобного вопроса не возникло. Город Лан – один из крупнейших мегаполисов Мессии, а вот о городке Старая Ностальгия мне пока слышать не доводилось. Впрочем, неважно. Я в любом случая узнаю его точное местоположение, стоит только карту открыть.

Пробежавшись ещё разок взглядом по накарябанным строкам, я нехотя выпустила сферу из хватки и приступила к спуску. И стоило мне лишь обернуться назад, чтобы оценить обстановку на земле, как выражение моего лица тут же вновь помрачнело.

С прошествием времени ситуация стала ухудшаться. С каждой минутой всё большему и большему числу подопытных удавалось прорваться через оцепление – признак того, что огневая мощь военных постепенно ослабевала. Некоторые из бежавших даже начали время от времени нападать на солдат со спины, из-за чего тем теперь приходилось следить не только за тем, что творится перед глазами, но и за тылом тоже. Стоит им потерять бдительность хоть на мгновение, как на них тут же набросятся сзади и убьют.

От подобного зрелища у меня невольно сжалось сердце. Чен Янксинг и Гуо Хонг сейчас тоже там? И те вояки, что подшучивали над Чен Янксингом вместе со мной: А-Нуо, Толстячок, Черныш, лейтенант… Тем не менее, принимая во внимание сложившуюся ситуацию, даже я не чувствую себя уверенной в том, что смогу им в чём-то помочь.

Пусть большая часть этих иных и выглядят странно, словно эволюционировали в рандомном порядке, все они обладают не дюжей силой и являются отнюдь не простыми оппонентами. Скорей всего, по боевому потенциалу ни один из них не уступит обычному иному первого ранга. И таких тут целое полчище. Более того, их число ничуть не уменьшается, так как из башни продолжают появляться все новые и новые подопытные. Неизвестно даже, сколько их там ещё внутри.

– Эти твари малясь слишком ОП1, – немного шокировано пробормотала я. – Интересно, внутри них есть кристаллы?

Тогда я смогла бы накормить ими Сяотиана. Меня тут же посетило жгучее желание отхватить себе парочку этих иных.

– Не смей даже думать о том, чтобы лезть в драку с этими подопытными, – зыркнув на меня, пригрозил Цзянг Сяотиан. – Даже если у них и есть кристаллы внутри, неизвестно ещё, что сотворила с ними ИЦМО. Разве ж ты осмелишься хотя бы в рот подобное взять?

…до апокалипсиса мы опасались обколотых химикатами продуктов, теперь же мы побаиваемся обколотых химикатами кристаллов эволюции. Ну, ладно, это действительно весьма обоснованное опасение. Первое является для человека медленной смертью, а вот о том, чем грозит человеку второе, даже предположить сложно. В худшем случае человек может умереть мгновенно, стоит лишь положить подобный кристалл на язык. Такие кристаллы не стоят того, чтобы рисковать из-за них жизнью.

– Шую, думаю, нам стоит уйти, – заявил Цзянг Сяотиан, нахмурившись. – Не стоит пытаться пробраться внутрь башни. Уж больно много там внизу этих подопытных. Ты никак не осилишь такую толпу в одиночку.

Я тоже так считала. Кивнув, я принялась медленно спускаться с башни.

Внезапно раздался новый оглушительный взрыв, отчего стальная башня вновь закачалась, вынудив меня снова спешно приморозиться к стене. Глянув вниз, я заметила, что теперь военные переключились на оружие с большей огневой мощью; в ход пошли даже ручные гранаты и РПГ. Боже, и почему они решили воспользоваться ими лишь сейчас? Зачем было так долго тянуть? Из-за этого промедления столько народу полегло впустую…

Но солдат, что стоял рядом с гранатомётом тут же надавил на дуло, заставив стрелявшего опустить оружие.

– Какого чёрта ты делаешь? Наши всё ещё внутри, как и те учёные. Если обрушишь ворота, они не смогут выйти!

– Я твою задницу спасаю! – взревел вояка с РПГ. – Только не говори, что думаешь, будто они всё ещё могут быть живы?!

– Да насрать мне, чью ты там задницу спасаешь! – заорал солдат в ответ. – Не смей больше палить! Лейтенант, А-Нуо, А-Ксинг, старик Гуо… все они всё ещё в башне!

Приглядевшись, я к собственному изумлению признала в кричащем солдате Черныша и поспешила спуститься пониже, чтобы суметь получше расслышать их перепалку.

– Мы не можем позволить этим тварям выбраться за пределы базы. Снаружи лишь беззащитные гражданские!

– Нам запретили использовать тяжёлое вооружение, – раздался чей-то ещё голос. – Сверху поступил приказ во чтобы то ни стало спасти некого профессора Ву, что находится внутри.

– Да пошёл к чёрту этот профессор! Это ведь он и его подчинённые наклепали нам на радость этих красавчиков. Всё ещё хочешь их спасать?

В этот момент раздалась новая серия взрывов, но уже изнутри башни. Лица всех вояк тут же помрачнели.

– Шую, поспеши, – напомнил мне Цзянг Сяотиан. – Если не успеем удрать отсюда, пока их оборона всё ещё держится, могут возникнуть проблемы.

– Даге, – произнесла я тихим ровным голосом, – скажи, если каждый раз при возникновении опасных ситуаций я буду убегать, рассудив, что эта угроза мне не по плечу, смогу ли я в итоге стать Ледяным Императором?

Цзянг Сяотиан тут же вздрогнул всем телом и притих.

Я же, скорчившись, продолжила:

– По правде, мне безумно хочется сбежать. Просто глядя на бушующий под нами ад, мне становится страшно. Я хочу лишь вернуться домой, убежав от всех опасностей. Чтобы защитить своих родных, от меня требуется лишь быть рядом со своей семьёй.

В прошлом мире Гуан Веюн сделала именно это. Можно даже сказать, что я умудрилась пережить целых десять лет в апокалипсисе именно благодаря этому, но в итоге я всё равно умерла. Разница лишь в том, что в прошлом мире моя жизнь или смерть ничего не меняла, ведь тогда я была всё равно что ходячий мертвец без будущего.

Но эта жизнь совсем другая. В этой жизни многое зависит от того, выживу я или нет! Если бы я была сильнее и не была повержена той стаей птиц, стала бы Шуюн винить себя за произошедшее и тренировать свою способность до потери пульса?

То, что та стычка закончилась лишь моим похищением, ещё приемлемый результат, ведь благодаря этому я хотя бы смогла защитить Шуюн. Но в следующий раз, если я паду, смогут ли остальные справиться с противником без меня?

По правде говоря, мне страшно. Страшно от одной лишь мысли, что меня могут разорвать на клочки, как тех вояк внизу. Это чертовски больно! По собственному опыту знаю, ведь в прошлой жизни я умерла именно так! Но что пугает меня даже больше этой жуткой боли, так это то, что я не смогу больше увидеться в Шуюн и Даге!

Однако больше всего на свете я боюсь, что однажды я могу не суметь защитить свою семью. Если разорванной на клочки вдруг окажусь не я, а Шуюн… моё сердце разрывается лишь от мысли об этом.

Я сделала глубокий вдох. Я поклялась, что больше не стану убегать и прятаться, и что непременно стану Ледяным Императором. Ни в коем случае я не должна забывать этой клятвы.

– Я не могу убежать.

После этих моих слов на лице Цзянг Сяотиана появилось довольно странное выражение лица. Если бы меня попросили его описать, то я, пожалуй, провела бы аналогию с мамой-птицей, что наблюдает за тем, как её собственный птенец покидает гнездо. Своего рода смесь тревоги и гордости… и всё это на лице трёхлетнего ребёнка. Пожалуйста, Даге, ты можешь вести себя как обычный нормальный трёхлетний малыш?

– В прошлом ты ничего не боялся. Теперь же ты боишься всего. И всё же, я бы с большей готовностью доверил свою спину именно нынешнему тебе.

Я тут же горделиво выпятила грудь колесом, чувствуя, что сердце буквально распирает от счастья. То, что сам Ледяной Император готов доверить мне свою спину, величайшая честь!

– Ну, по крайней мере, морально. На деле ты пока ещё не дотягиваешь по силе.

А без этого уточнения никак не мог обойтись?!

– Однако каким бы смелым ты ни был, даже тебе, Шую, не удастся одолеть всех этих подопытных. И это факт.

Наклонив голову на бок, я внимательно уставилась на солдат внизу, что без перерыва палили из своих автоматов и периодически подвергались атакам со спины. Выглядело всё так, словно они уже были в шаге от поражения.

– А что если я смогу убедить этих вояк сотрудничать со мной?

– Ну, огневая мощь-то у них имеется, но вот дух их уже фактически сломлен, – задумчиво пробормотал Цзянг Сяотиан. – Если никто не вернёт им стойкость духа, эти солдаты скоро просто разбегутся кто куда. Сейчас тебе следует не искать сотрудничества с ними, а шокировать их! Чтобы как можно быстрее вынудить их следовать твоим командам.

Я была просто ошарашена его словами, не зная, стоит ли мне плакать или же смеяться. Мне, восемнадцатилетнему подростку, ошарашить толпу профессиональных взрослых вояк. Миссия невыполнима.

– Дальше же всё будет зависеть от твоих действий, будь то укрепление обороны или же наступление на башню. Последнее, к слову, будет организовать значительно сложнее. Боевой дух этих солдат уже надломлен, так что они, скорей всего, не захотят входить внутрь. Тем не менее, каким бы ни был твой план, если не начнёшь действовать прямо сейчас, можешь забыть о помощи этим воякам.

Он прав. Прежде число убегающих в страхе дезертиров было невелико, однако теперь, когда битва значительно накалилась, многие обороняющиеся солдаты начали медленно отступать. Стоит подопытным ещё немного надавить на них, и весь строй мигом развалится, словно карточный домик.

И стоило мне подумать об этом, как из башни выбежал новый подопытный, чей рост был порядка трёх метров. Несмотря на то, что пропорции тела у него всё ещё были вполне себе человеческие, кожа и плоть приобрели каменистый сероватый цвет. Если бы он присел на корточки рядом с какой-нибудь дорогой, точно бы приняла его за обычный валун.

Глаза вояк при его появлении тут же округлились, однако меня подобным едва ли можно было удивить. В конце концов, уже в самый первый день апокалипсиса, когда я была ещё калекой, мне пришлось столкнуться с горой мышц у себя дома. Пусть этот подопытный и посильнее горы мышц будет, однако и я тоже уже далеко не тот калека, каким была раньше.

В этот момент серокожий подопытный внезапно издал оглушительный рёв. Благодаря этому, солдаты наконец-то вышли из своего ступора и вновь начали очумело палить из своих ружей. К несчастью, его кожа оказалась невероятно прочной. Настолько, что обычные пули не способны были причинить ему особого вреда.

И, что ещё хуже, остальные подопытные так же не стояли сложа руки; им даже хватило ума двинуться вперёд всем вместе под прикрытием Валуна. По этой причине солдаты более не могли стрелять лишь по Валуну; теперь они также были вынуждены уделять внимание и прочим подопытным, что в свою очередь лишь облегчило задачу Валуна. Воспользовавшись этим шансом, Валун рванул вперёд и, схватив по солдату в обе руки, выставил их перед собой, словно мясные щиты.

– Прекратить огонь! – в ужасе воскликнули вояки и были вынуждены направить свои дула на других подопытных, позволив тем самым Валуну окончательно вырваться из оцепления.

Как он может быть столь умён? Иные просто не могут пока быть столь сообразительны. Судя по размеру головы этого парня, он однозначно не относится к интеллектуальному типу иных. Что-то с этими подопытными явно не так. Цзянг Сяотиан прав, я определённо должна разузнать, чем они там занимаются внутри башни. Второго такого шанса у меня не будет.

И пока я раздумывала над тем, стоит ли мне позволить этому Валуну сбежать или же напасть на него с целью шокировать вояк, Валун сделал этот выбор за меня.

Вырвавшись из оцепления, он, тем не менее, не проявил ни малейшего намеренья куда-либо бежать. Вместо этого он наоборот принялся нападать на солдат сзади, разрушая тем самым их строй. Когда же вояки попытались спешно отступить, он последовал за ними по пятам. Ближайшие к нему солдаты тут же закричали и дали дёру, в то время как стоящие в отдалении всё ещё не решались стрелять по нему, так как боялись задеть своих.

Спешно сняв рюкзак, я опустила его вместе с Сяотианом на уступ башни, достала со дна две половинки своего копья и, недолго думая, спрыгнула вниз. Проскользив по земле несколько метров, я быстро догнала Валуна и метнула в него два ледяных лезвия. Брошенные снаряды в мгновение ока приморозили ноги громилы к земле, отчего тот, не ожидая подобной атаки, тут же свалился навзничь, породив лёгкую дрожь земли.

Оба ледяных лезвия скользнули по его спине, но не сумели даже оцарапать его. Однако я этого ожидала. Разъярённо взревев, Валун махнул рукой себе за спину, но я с лёгкостью уклонилась от удара, отпрыгнув в сторону. Не сумев поразить меня первой атакой, он, даже не удосужившись подняться на ноги, тут же рванул в мою сторону, как видимо, рассчитывая раздавить меня в своих объятиях.

Я вновь с лёгкостью уклонилась от его рук, скользнув на пару метров назад, в результате чего он снова упал на землю, но на этот раз не плашмя – успел подставить колено. Но даже так, этого с лихвой хватило для того, чтобы разъярить его пуще прежнего. Взревев, он поднял на меня гневный взгляд, но тут же удивлённо потупился, так как теперь в обеих руках у меня было по пистолету, и оба их дула были направлены прямо ему в зрачки.

Бах, бах, бах––

Но даже словив несколько последовательный пуль у него хватило живучести взвыть от боли. Зажав пострадавшие глазницы ладонями, он принялся вслепую бегать взад вперёд, вероятно понадеявшись на шанс, что я могу случайно попасть ему под ноги.

Я же тем временем преспокойненько скользила прямо у него перед носом, оценивая нанесённые его лицу повреждения. Глазницы Валуна теперь имели вид зияющих окровавленных дыр. От глазных яблок ничего не осталось. По логике вещей, прошедшие сквозь глазные яблоки пули должны были пронзить и его мозг тоже, но, похоже, он таки успел вовремя зажмуриться. Как видимо, даже веки у этого парня невероятно крепки.

В этот момент на меня со стороны неожиданно набросились несколько других подопытных. Резко развернувшись, я ткнула дулом одного из своих пистолетов прямо в лоб ближайшему иному и всего одим единственным выстрелом снесла ему пол головы.

У подаренного Джин Фенг оружия весьма впечатляющая огневая мощь.

И когда я уже было собралась разделаться с оставшимися двумя, их внезапно пронзил с десяток пуль, в мгновение ока превратив этих незадачливых иных в подобия пчелиных сот. Глянув в сторону, я заметила Черныша с автоматом в руках. От его дула все ещё исходила лёгкая струйка дыма, а во взгляде читалось полное замешательство, словно он не мог поверить собственным глазам.

В этот момент сзади раздались тяжёлые ритмичные шаги. Обернувшись, я заметила, что Валун припустил со всех ног прочь, как видимо рассчитывая сбежать с поля боя.

Заскользив следом, я привычным движением приморозила своё копьё к поясу, после чего одновременно создала в обеих руках тонкие ледяные лезвия и метнула ещё один заряд льда Валуну под ноги. Под весом его ступни лёд тут же раскололся, сумев лишь на долю секунды нарушить его баланс, однако этой мимолётной задержки мне было более чем достаточно. Оттолкнувшись от его голени, я запрыгнула Валуну на спину, перемахнула через его голову и приземлилась прямо перед ним.

Ледяные лезвия, что я прежде держала в руках, теперь торчали из его пустых глазниц.

Покачавшись с пару мгновений, Валун в итоге безвольно рухнул на землю. Приблизившись, я несколько раз пнула его, после чего, убедившись, что никакой реакции нет, подняла его голову и ещё пару раз прокрутила лезвия в его глазницах. Для верности. Лишь сделав это, я наконец-то смогла полностью расслабиться и бросила его голову обратно на землю. Все живые существа нынче стали куда живучее прежнего, так что я никак не могла расслабиться, пока не превращу мозг своего оппонента в кашицу.

Опустив взгляд на лежащее у моих ног тело Валуна, я невольно нахмурилась. Что-то в этом ином меня настораживало. Да, он был крепок, с этим не поспоришь, но в тоже время он был на редкость медлителен. Зная эту его слабость, разделаться с ним было совсем не сложно. Пусть он и представлял собой бо́льшую угрозу, чем иные первого ранга, его истинная сила даже рядом с ними не стояла. Складывается ощущение, словно он эволюционировал именно для того, чтобы служить щитом против пуль, пожертвовав всем ради этой единственной цели, что и привело к подобному плачевному результату, сделав его очень прочным, но в тоже время очень простым для прямого сражения оппонентом.

С такой однонаправленной эволюцией вообще легко ошибиться. Цзянг Сяоронг тому прекрасное доказательство. Кучу кристаллов угрохал на то, чтобы вырасти, а в итоге превратился из достающего до небес гигантского древа в крохотное деревце бонсай.

Однако сделал ли этот иной ошибку в своей эволюции сам, или же к этому приложило руку ИЦМО?

Впрочем ладно, я в любом случае узнаю все ответы, как только попаду внутрь башни.

Развернувшись, я заметила, что и вояки тоже почти закончили свою битву. Земля перед входом в башню была буквально завалена мёртвыми телами подопытных, однако, уверена, сбежать тоже удалось многим; иначе военным никак не удалось бы завершить бой столь быстро. Но особой беды я в этом не видела. Нынешний мир полон поедающих людей иных, так что кучка подопытных особо ничего не изменит. Иных и без того слишком много.

Подняв с земли штурмовую винтовку одного из павших солдат, я направилась к военным, отчего те тут же перепугались и направили дула своих оружий на меня.

– Черныш! – выкрикнула я, и все солдаты тут же повернули головы и уставились на Черныша. – А-Ксинг и остальные застряли внутри?

Черныш едва заметно кивнул, явно всё ещё не успев отойти от шока.

– Желаете их спасти? – с вызовом поинтересовалась я. Хотела бы я просто шокировать их, тем самым взяв их под свой контроль, но, к несчастью, для этой задачи я попросту слишком юна и привлекательна, да и объявилась невесть откуда. Поэтому, даже если продемонстрирую им свою силу, они едва ли согласятся слепо выполнять мои указания. По этой причине, чтобы заставить их поступить так, как я того желаю, мне остаётся лишь воспользоваться их рвением спасти своих братьев по оружию.

Если бы с башни спрыгнула не я, а Ледяной Император, уверена, у него бы не возникло с этим никаких проблем. Всё, что от него бы потребовалось, это махнуть рукой и призвать их к оружию, и все тут же с готовностью последовали бы за ним! Чёрт, я… я… могу лишь терпеливо ждать, пока сама не вырасту и не возмужаю. Что ещё мне остаётся?

Глаза Черныша тут же загорелись, что вкупе с его чёрным оттенком кожи выглядело так, словно в ночи зажглась пара ярких прожекторов.

– А то! Конечно, хотим!

На что я довольно кивнула.

– Все, кто желают войти со мной внутрь должны немедленно перевооружиться. Выдвигаемся через тридцать секунд. Дольше ждать мы не можем.

Не став дожидаться их ответа, я вновь устремилась вверх по отвесной стене башни к уступу, где я оставила Цзянг Сяотиана. Когда же я уже было собралась по привычки взвалить рюкзак себе на плечи, меня внезапно остановил Сяотиан.

– Я сам понесу рюкзак, – заявил он. – Тебе предстоит бой, так что будет лучше, если тебя не будет отягощать лишний груз.

– А ты сможешь? – удивлённо вылупилась я. Рюкзак был почти такого же роста, что и Сяотиан.

– Разумеется, – отозвался Цязнг Сяотиан, и покосился на меня каким-то странным взглядом. – Ты, надеюсь, не путаешь меня с обычным малышом, нет ведь?

– Ну, ты же сам сказал, что не можешь использовать свою способность, – смущённо почесав нос, пробормотала я.

– Верно, не могу, – усмехнулся Цязнг Сяотиан, – однако заморозить и разбить парочку сердец мне всё ещё по плечу.

Эх. Ясненько. Вот она, разница в наших способностях. Для Ледяного Императора насмерть заморозить несколько человек настолько просто, что это даже не котируется как «использование его способностей». Вероятно, для него это так же просто, как и чихнуть.

Подняв на руки малыша, я вновь спрыгнула на землю. Солдаты, как и было велено, уже были собраны и готовы выдвигаться. Всего их было человек тридцать. Не так уж много, но их малое число с лихвой компенсировалось качеством бойцов. Вероятно, благодаря их военной выучке и относительно спокойной жизни на базе с самого начала апокалипсиса, они ещё не успели скатиться до жестоких мародёров.

Пусть многие подопытные и сумели сбежать, уверена, там внутри их также осталось немало. Помощь опытных военных мне точно не помешает. Возможно, кто-то из них даже знаком с планом внутренних помещений.

В этот момент ко мне подошёл Черныш и, сделав глубокий вдох, выпалил:

– Мы пойдём первыми. Остальные же останутся проверить положение гражданских за пределами базы.

– Понял. Тогда вперёд, – кивнув, согласилась я.

После чего между нами повисла пауза. Я уставилась на них, а они в свою очередь молча уставились на меня.

– Ведите! – закатив глаза, велела я. – Или же вы хотите, чтобы я и мой трёхлетний сын возглавили атаку?

– …

Вояки тут же покраснели и поспешно отвели глаза в сторону, после чего самый высокопоставленный среди них – младший лейтенант – принял на себя командование и отдал приказ построиться в несколько шеренг для входа в башню. Впереди шли разведчики, за ними двигалась основная группа, ну а замыкали процессию ещё несколько солдат, чьей обязанностью было приглядывать за тылом.

Глядя на то, как выдрессировано они себя ведут, я почувствовала себя чуть более уверенной в успехе нашей миссии. Пока их дух крепок, эти ребята смогут продемонстрировать весьма существенную боевую мощь. Их плохие результаты в недавнем сражении были связаны не с их недостаточной выучкой, а скорее с общей неразберихой и появлением Валуна, которому все их пули были попросту нипочём.

Все уставились на раскуроченные ворота смотровой башни. Выражения их лиц были мрачными, но вояки всё равно без колебания смело шагнули вперёд.

Чернышу поручили остаться подле меня, что шла в самом хвосте, и приглядывать за тылом, вероятно потому, что из всех здесь присутствующих он был единственным, кто был со мной так или иначе знаком. Покосившись на Цзянг Сяотиана, он невольно нахмурился. Ранее некоторые солдаты уже предложили мне оставить малыша снаружи, но я отказалась.

– Сяо Ю, может мне подыскать для тебя какую-нибудь пару обуви? – не смог сдержаться Черныш при взгляде на мои босые стопы. – Внутри однозначно будет немало обломков и осколков. Если войдёшь туда без обуви, мигом порежешь себе ноги, наступив на что-нибудь острое.

Я молча утолстила слой льда у себя на ступнях и продемонстрировала результат ему.

Вояки при виде слоя льда затаили дыхание.

– Сяо Ю, – запинаясь, выпалил Черныш, – к-как ты это сделал?

– Ничего особенного в этом нет. У всех людей нынче есть те или иные необычные способности.

– Но никто не может использовать их так, как ты, – пробормотал кто-то из толпы идущих впереди.

– А нас ты сможешь научить быть такими же сильными? – с явным энтузиазмом поинтересовался Черныш.

– Поговорим об этом позже. Сейчас нам стоит сосредоточиться на спасении ваших товарищей.

После чего я тут же слиняю, словно меня на базе и вовсе никогда не было.

Однако солдаты, услышав мои слова, буквально залучились надеждой и предвкушением, отчего у меня тут же холодный пот на лбу выступил. Эт-это… ладно, если они хорошо себя проявят в этой спасательной операции, я, так и быть, расскажу им о кристаллах эволюции.

В конце концов, ИЦМО уже давным-давно должны были узнать об их существовании. Ни за что не поверю, что они могли не додуматься вскрыть парочку иных, учитывая то нереальное количество подопытных, что до недавнего времени удерживались здесь.

Но, хоть они и знают об их существовании, сотрудники лаборатории предпочли не разглашать это открытие.

Если люди раньше узнают о полезных свойствах этих кристаллов, станет ли положение человечества лучше в будущем?

Через какое-то время мы добрались до лифта. Судя по размеру створок, что были настолько велики, что все тридцать с небольшим членов нашего спасательного отряда смогли бы войти внутрь лифта, стоя бок о бок, это был явно грузовой лифт.

– Ехать на лифте сейчас не самая удачная идея, – спокойно заметила я.

– Это да, но других способов спуститься вниз мы не знаем, – тихо прошептал Черныш. – Сами мы никогда в него даже не заходили. Учёные позволяли нам лишь сторожить периметр башни, да за порядком в лагере беженцев следить.

– Тогда как получилось, что А-Ксинг и остальные оказались внизу?

– Не так давно мы получили сигнал SOS из лаборатории, так что лейтенант взял с собой группу людей и спустился вниз. И через какое-то время оттуда внезапно хлынули эти монстры.

Выходит, мы имеем дело с тайной подземной лабораторией? Я прикрыла глаза и взмолилась, чтобы эта лаборатория оказалась не слишком уж большой, иначе те сбежавшие подопытные могут оказаться лишь вершиной айсберга.

Солдаты из группы разведки аккуратно приблизились к стене и ткнули на кнопку вызова лифта, а остальные военные тем временем приняли оборонительное построение. Створки лифта медленно разошлись, явив взору лишь несколько разорванных в клочья тел людей в белых лабораторных халатах.

Все облегчённо выдохнули.

Махнув рукой, младший лейтенант подал всем сигнал входить, однако когда очередь дошла до меня, он внезапно преградил мне путь.

– С какой целью ты туда едёшь? – с лёгким нажимом спросил он. – Желаешь заполучить исле––

– Ой, да ладно тебе, посмотри, в каком мире мы сейчас живём. Почему бы тебе не перестать ходить вокруг да около и прямо не высказать свои подозрения. Ты ведь, небось, думаешь, что я пришёл украсть результаты их исследований, так ведь? Так вот, знай же, я здесь лишь чтобы вернуть долг Чен Янксингу, – спокойно выпалила я. – Я никогда не оставляю свои долги неоплаченными.

Что, вместе с тем, не мешает мне регулярно лгать.

Младший лейтенант на секунду заколебался, после чего покосился на Цзянг Сяотинана и лишь тогда опустил свою руку, позволяя мне войти в лифт.

Кстати да, никто не стал бы тащить за собой ребёнка, если бы шёл красть данные из лаборатории. Цзянг Сяотиан оказался действительно удачным прикрытием!

Воспользовавшись идентификационной карточкой одного из учёных и его глазным яблоком, нам удалось успешно запустить лифт.

Я молча бросила взгляд на находящуюся сбоку от входа панель с кучей разных кнопочек. Как оказалась, все они были простыми муляжами. Для активации лифта достаточно было просто провести карточкой и поднести глазное яблоко к сканеру сетчатки глаза.

– А А-Ксинг оказывается везунчик, – раздался едва слышный смешок Черныша. – До недавнего времени мы прикалывались над ним, говоря, что он, мол, любит навешивать на себя лишние проблемы, но, как оказалось, в этот раз он умудрился помочь кому-то столь сильному, как ты. Серьёзно, Сяо Ю, кто ты такой? Эти твои движения просто бомба. Сильно сомневаюсь, что хоть кто-то из нашего отряда смог бы одолеть тебя в рукопашном бою.

– Моя семья из поколения в поколение практикует свой уникальный стиль единоборств, – продолжила плести я свою ложь, стараясь не обращать внимания на давящегося хохотом Сяотиана подле меня. Нацепив на лицо серьёзную мину, я решила перехватить инициативу в диалоге. – И вообще, это мне надо спрашивать, кто вы и чем тут занимаетесь! Зачем удерживаете здесь этих ин… монстров? Пусть эти твари в основном и были сосредоточены на побеге, жертв среди находящихся снаружи гражданских, уверен, всё равно немало.

– Да чтоб мы знали! – яростно выпалил Черныш и притих, покосившись на младшего лейтенанта. Лишь убедившись, что лидер его не останавливает, он решился продолжить. – Нам известо лишь то, что здесь находится подземная исследовательская лаборатория, в которой учённые анализируют этих монстров, пытаясь выявить их слабые места и узнать причину, почему они вообще вдруг обратились в чудовищ. Однако мы даже не подозревали, что монстров внизу настолько много. Мы думали, что их там всего несколько штук.

– Если бы мы знали об этом, думаешь, стали бы охранять эту выгребную яму? – в гневе прорычал один из вояк. – Давно бы уже забросили внутрь парочку гранат и уничтожили всех этих ублюдков!

– Разве вы не регулярная армия? – с подозрением переспросила я. – Если вы не наёмники, зачем тогда охраняете исследовательскую лабораторию?

– Разумеется, мы регулярная армия, – спокойно отозвался Черныш. – И раз уж верхи приписали нас охранять эту лабораторию, то, полагаю, она как-то связана с правительством. Как минимум, оно владеет её частью.

– Оу, – отозвалась я, краем глаза покосившись на Цзянг Сяотиана. Оказывается, в этом деле даже правительство замешано, Даге! Ты всё ещё хочешь, чтобы твой ди-ди стал врагом этого исследовательского центра?

Цзянг Сяотиан бросил на меня взгляд и бесстрашно выпалил:

– Огненный Король тоже является частью правительственных войск, однако я никогда его не боялся.

Все дружно опустили взгляды и удивлённо уставились на Цзянг Сяотиана. Что же касается меня, то с меня градом полился холодный пот. Ледяной Император воистину могуч. Его даже не волнует, что эти ребята тоже услышат его слова…

– Кто такой Огненный Король? – озадачено поинтересовался Черныш.

– «Могущественный Король Огня» или же просто «Огненный Король» для краткости – это название очень старого мультика. Мой Сяотиан его просто обожает!

Цзянг Сяотиан же, услышав мои слова, резко застыл, но, к счастью, не стал больше открывать рот, освободив меня от необходимости прикрывать очередную его гениальную оговорку.

Выражения солдат вокруг выглядели так, словно они не могли решить смеяться им над моим притянутым за уши оправданием или же плакать, но как только лифт дернулся и остановился, все тут же в миг вновь сосредоточились и насторожились. По сигналу младшего лейтенанта вояки сформировали оборонительный строй, направив дула своих оружий в сторону створок.

Я тоже, протолкнувшись мимо Цзянг Сяотиана, подняла оба своих пистолета и стала в один ряд с остальными военными.

А затем створки лифта медленно отворились.

Сноски

1. ОП : от англ. «Over Powered». Этой аббревиатурой характеризуют персонажей с излишней для своего вида силой

Конец эпохи доминирования Том 3 глава 2: Внезапное нападение

Конец эпохи доминирования Том 3: Скованное льдом благородство и величие

Автор оригинального китайского текста: 御我 (Yu Wo)


Глава №2: Внезапное нападение – перевод EliSan; редактура Akili

На протяжении всего дня Чен Янксинг более не заглядывал ко мне, и я была вовсе не против его отсутствия. Я уже проникла на территорию военной базы, так что его помощь мне более не требовалась. На кой чёрт он мне сдался? Поматросила и бросила… Хе-хе, похоже, я наконец-то сделала первый шаг к излечению моего комплекса матери Терезы!

Сидя перед входом в палатку, я, притворяясь такой же потерянной, как и все прочие окружающие меня люди, рассматривала вздымающуюся передо мной смотровую башню. Правда на деле я разглядывала не столько саму башню, сколько военных, что сторожат её. После недолгого наблюдения я обнаружила, что охрана вокруг основания башни куда строже, чем я изначально предполагала. Я бы даже сказала аномально строгая. На первый взгляд могло показаться, что тут всего на два-три отряда больше, чем в других местах, однако я сумела приметить как минимум с десяток потайных ниш в самых разных местах.

– Даге, охрана вокруг смотровой башни очень строгая. Ты уверен, что смог бы оставить там для меня сообщение? – встревожено поинтересовалась я.

Цзянг Сяотиан в ответ нахмурился, задумавшись, после чего ответил:

– Сяо Ша смог бы. Он очень хорош во всём, что касается тайной подковровой деятельности, так что даже в такой ситуации наверняка смог бы остаться незамеченным. Однако ты не Сяо Ша, так что здешнему «мне» в целях безопасности следовало бы выбрать какое-то другое менее защищённое место. Хм-м, трудно сказать.

– Ну, раз смог бы, значит всё в порядке, – удовлетворённо пробормотала я и кивнула головой. – Даге знает о моих навыках. Он однозначно оставил сообщение именно там.

Цзянг Сяотиан кивнул, однако тут же, нахмурив брови, подметил:

– Однако насчёт слишком уж строгой охраны вокруг башни ты абсолютно прав. Что-то здесь явно нечисто.

И я была с ним полностью согласна. Луо’ан никогда не был особо примечательным городом. В своей прошлой жизни, будучи Гуан Веюн, мне также доводилось бывать в подобном лагере беженцев схожих размеров, но дела там обстояли куда хуже, чем здесь. Уже одна лишь внутренняя борьба за ресурсы среди людей приводила к неимоверному числу жертв, однако в конечном итоге все результаты этой бойни неизбежно сводились на нет одной массовой атакой иных.

– Возможно, там находится кто-то очень важный? – предположила я.

Цзянг Сяотиан задумался, но затем внезапно подскочил, обошёл меня и вытащил что-то из рюкзака у меня за спиной. Затем он, недолго думая, сунул это «что-то» мне под одежду.

Опустив взгляд, я увидела прижатый к моей груди росточек. Всё его крохотное тельце сотрясала такая неумолимая дрожь, что, казалось, листочки на его голове вот-вот опадут. Одним словом, вид он имел довольно жалостливый…

– Толку от него сейчас, конечно, немного, но пару пуль на себя принять всё же сможет, – равнодушно выпалив эти жестокие слова, Сяотиан схватил Цзянг Сяоронга за веточку и прошипел ледяным голосом. – Оставайся здесь. Если попытаешься сбежать, я сделаю так, что ты пожалеешь, что вообще родился на свет!

Меня упорно не оставляет чувство, что Сяотиан специально издевается над Сяоронгом, но зачем? Это же просто маленькое деревце.

– Даге, ты же, вроде, упоминал, что растенеподобные иные пока не понимают человеческую речь?

– Верно, не понимают, – кивнув, ответил он, – однако у них хорошо развит инстинкт самосохранения, так что угрозы улавливают. Если я продолжу его пугать, а ты проявишь к нему теплоту и заботу, он со временем станет предан тебе.

То есть метод кнута и пряника? Боже, нынче мы даже на деревьях вынуждены применять всевозможные психологические ухищрения.

Я легонько погладила Цзянг Сяоронга. Дрожа как осиновый лист, он выглядел очень несчастным. Как же хорошо, что я отвечала за «пряник». Благодаря этому я могу быстренько приласкать его, тем самым притупив уже зародившее неприятное чувство вины перед несчастным росточком.

Уж не знаю, были ли тому причиной угрозы Даге или же мои поглаживания, но Цзянг Сяоронг послушно распластался у меня на груди и словно в объятии обвил своими тонкими веточками мою спину.

– А всё ли с Сяоронгом будет в порядке без земли? – забеспокоилась я.

– Для жизни ему не требуется много почвы. Просто создай у себя на груди небольшой слой льда и вморозь туда немного земли.

– …Эта конструкция немного на лифчик смахивает, нет?

Цзянг Шую может и выглядит привлекательно, однако, несомненно, является парнем. Если его грудь внезапно вырастет, не станет ли он трансвеститом?

– По мне так это скорее бронежилет. С чего ты вдруг о лифчике вспомнил? – закатил глаза Цзянг Сяотиан и нетерпеливо продолжил. – Пусть ты и потерял память, но о разных защитных средствах помнить всё же должен, верно? Если кто-то спросит тебя, просто скажи, что у тебя бронежилет под одеждой.

Поняла! Я создала тонкий слой льда у себя на груди. Изначально я немного волновалась, что могу ненароком и Цзянг Сяоронга подморозить, но в итоге он воспринял весь процесс очень спокойно, ничуть не сопротивляясь. Более того, после этого он даже дрожать перестал… Чёрт, да он вообще двигаться перестал!

– Даге?..

– Он просто впал в спячку. Расслабься.

– Оу…

Увидев мою реакцию, Цзянг Сяотиан вздохнул и беспомощно помотал головой.

– Разговаривая с тобой, у меня складывается чувство, что я не с Шую разговариваю, а скорее с Шуюн. Похоже, амнезия сильно повлияла на твой характер.

Слова Сяотиана невольно насторожили меня, и я неосознанно выпалила:

– Правда? А вот Даге и остальные меня напротив заверяли, что я почти не изменился…

Услышав мои слова, Цзянг Сяотиан призадумался.

– Тогда, возможно, дело в моих собственных воспоминаниях. В конце концов, я ведь тебя десять лет не видел, да и люди в апокалипсисе нередко очень сильно меняются. Но возможно и то, что остальные просто кривили душой, пытаясь тебя ободрить.

Даге, от твоих последних слов мне только хуже стало! Я взволнованно заёрзала. Неужели нет ни единого шанса, что я действительно могу оказаться изначальным Цзянг Шую?

– Не волнуйся. Характер людей склонен не только со временем меняться, но и в ответ на какие-то драматические события в их жизнях. Просто твой случай немного более уникальный, чем у других, – похлопал меня по плечу Сяотиан. – Взгляни хотя бы на меня. За эти десять лет проведённые в апокалипсисе я тоже немало изменился.

Я подняла взгляд на Цзянг Сяотиана и призадумалась. Действительно. Он и в самом деле немного другой. Здешний Даге открыто демонстрирует свою дерзость и самоуверенность, чтобы любой лишь единожды на него взглянув смог понять, что с этим человеком шутки плохи. А вот дерзость Цзянг Сяотиана в основном скрыта и демонстрируется им, лишь когда необходимо и где необходимо. Помимо этого, Сяотиан также кажется мне гораздо более серьёзным, чем Даге. И это впечатление не смог скрасить даже внешний облик трёхлетнего малыша.

Тем не менее, что бы ни случилось, Даге всегда останется Даге. А вот я, вполне возможно, и не являюсь Цзянг Шую… А-а, блин, ну вот опять мне в голову всякие левые мысли лезут! Я же уже решила, что буду Цзянг Шую, и точка!

– Шую, – внезапно окликнул меня Цзянг Сяотиан, похлопав по плечу.

Подняв голову, я заметила, что он пристально смотрит на ворота базы, так что я тоже, следуя его примеру, перевела взгляд в ту сторону. Ворота базы медленно отворялись, готовясь впустить внутрь шеренгу автомобилей. С обратной же стороны ворот выстроились солдаты с оружием наизготовку, пресекая тем самым любые попытки людей снаружи силой ворваться на территорию базы.

– Эти машины выглядят немного странно, – с лёгким подозрением подметила я. Помимо двух хамви, что возглавляли и замыкали строй, все прочие автомобили смахивали на коробки и были почти полностью окрашены в белый цвет. Прямо как шеренга скорых. Только не говорите мне, что военные используют скорые для перевозки ресурсов. Почему не обычные грузовики?!

– Неужели это они? – трёхлетний ребёнок рядом со мной напряжённо насупился и, словно не желая верить собственным глазам, пробормотал. – Так ИЦМО захватила контроль над военными уже на такой ранней стадии апокалипсиса?

Я удивлённо моргнула глазами. Даже мне в прошлом доводилось слышать упоминания об ИЦМО, однако для прежней меня эта аббревиатура была столь же непостижима, сколь и двенадцать элит. Своего рода легенда апокалипсиса, слухи и домыслы о которой можно было услышать повсюду.

ИЦМО – организация, что внезапно объявилась приблизительно на пятом году апокалипсиса, и, как и следует из названия, являлась исследовательским объединением. Расшифровывается эта аббревиатура как «Исследовательский Центр Молекулярной Органики». Однако, несмотря на то, что основным направлением деятельности этой организации является исследование, её боевой потенциал также не стоит недооценивать. По слухам мощь этой организации была просто невероятна, но что больше всего выделяло её на фоне всех прочих формирований, так это то, что она постоянно изобретала всякие сильные и крайне полезные вещи и приспособления. И пусть большинство из них и представляло собой разного рода оружие, часть являлась вполне себе повседневными примочками для жизни в апокалипсисе.

Большая часть изобретений ИЦМО были крайне удобными и полезными, и всё это людям приходилось покупать у них за кристаллы. Если бы подобная богатая организация не имела существенного боевого потенциала, её бы мигом захватило какое-нибудь другое объединение. Но ИЦМО не только отстояла свой суверенитет, но и сумела возвыситься над всеми, став одной из немногих крупных корпораций в апокалипсисе.

Однако на этом мои познания об этой организации заканчиваются. В те годы существовало огромное множество всевозможных объединений. Можно даже сказать, что весь мир превратился в скопление различных объединений, как маленьких, так и больших, и ИЦМО являлось лишь одним из них.

– Шую, запомни тот логотип, – выпалил Цзянг Сяотиан, ткнув пальцем на изображение трёх красных трапеций с перевёрнутым жёлтым треугольником в центре, которое украшало кузова всех трёх белых автомобилей. Очень простой, но в тоже время хорошо запоминающийся логотип. Помнится, за любой помеченный этим логотипом предмет людям в апокалипсисе приходилось выкладывать просто бешеное количество кристаллов эволюции.

– Если появится возможность, непременно уничтожь ИЦМО.

– …

Я удивлённо уставилась на Цзянг Сяотиана. Почему он вдруг ни с того ни с сего поручил своему ди-ди уничтожить целую организацию? Более того, организацию с довольно хорошей репутацией. Насколько мне известно, ИЦМО никогда и ни на кого не нападали первыми. До тех пор, пока вы сами не начнёте до них докапываться, они вполне себе безобидны и миролюбивы. К тому же, созданные ими мощное оружие и полезные изобретения стали просто незаменимы для выживания всего человечества!

– Подозреваешь их в чём-то? Тогда может мне стоить попробовать проникнуть внутрь смотровой башни и разузнать, чем они там занимаются?

Цзянг Сяотиан задумался на несколько секунд, однако затем всё же отрицательно помотал головой:

– Нет, отыщем послание на фасаде башни и сразу же уйдём.

Я вновь пристально уставилась на Цзянг Сяотиана. Было видно, что на самом деле ему безумно хочется пробраться внутрь башни и хорошенько там осмотреться и что сдерживает его лишь нежелание подвергать меня необоснованному риску. Однако самой настаивать на этой вылазке ради него у меня как-то язык не поворачивался, ведь я желала лишь узнать следующий ориентир, чтобы как можно скорее воссоединиться со своей семьёй.

Пусть кто-нибудь другой спасает мир. Мне же стоит сосредоточиться на излечении своего комплекса матери Терезы.

И пока мы сидели возле палатки в ожидании прихода нового дня, к нам внезапно прибежал Чен Янксинг и спешно сунул мне в руки две банки.

– Прости, но меня прямо сейчас отправляют на срочную миссию, так что я более не смогу за тобой приглядывать. Береги себя, – выпалил на одном дыхании он, и тут же развернулся, чтобы уйти.

– Погоди!

– Сяо Ю, мне правда нужно идти, – нетерпеливо бросил он через плечо.

Но я даже слушать его не стала. Поднявшись с места, я подошла к Чен Янксингу, рывком опустила его нижнюю челюсть, закинула ему в рот два кристалла эволюции, которые заранее держала в руке, после чего ударила его кулаком в живот, вынудив его рефлекторно сглотнуть.

Удивлённо выпучив глаза, Чен Янксинг несколько раз сильно кашлянул, но назад ничего так и не вышло.

– Какого чёрта! – взвизгнул он. – Ч-что ты только что вынудил меня проглотить?

– Конфетку, – без зазрения совести солгала я.

– Думаешь, я на это поведусь? – выпалил Чен Янксинг, бросив на меня грозный взгляд.

Изначально я действительно планировала рассказать ему о существовании кристаллов эволюции в благодарность за всю ту помощь, что он мне оказал, однако теперь я была слегка насторожена из-за не совсем понятной связи между ИЦМО и военными, так что будет лучше пока оставить свои секреты при себе. Более того, Цзянг Сяотиан желает уничтожить ИЦМО. Оплачивая долг, я не хочу ненароком сделать сильнее своих врагов, так что в качестве ответного жеста я могу предложить ему лишь несколько кристаллов эволюции для небольшого усиления его физического тела. Что же касается всего остального, то оставлю эту обязанность на тебя, о, хозяин тела.

– Сяо Ю, – слегка заикаясь, выпалил всё ещё не отошедший от шока Чен Янксинг, – ч-чего ты пытался добиться подобными дей-…

– Тебя товарищи уже зовут, – напомнила я, ткнув пальцем ему за спину.

Чен Янксинг тут же спешно обернулся, и незамедлительно встретился взглядами с остальными солдатами, что гневно таращились на него, побуждая быстрее возвращаться назад. Но прежде чем уйти, Чен Янксинг всё же пробормотал:

– Не уходи никуда. Как появится возможность, я непременно тебя навещу.

Цзянг Сяотиан вперился в удаляющуюся спину Чен Янксинга яростным взглядом, что буквально источал жажду крови, и прошипел сквозь зубы:

– Никакой щенячьей любви.

– Даге, может уже сменишь пластинку, а? Я уже порядком подустал от этой фразы.

Сяотиан призадумался, после чего выпалил:

– Поскорее заведи ребёнка.

…Даге, ты не находишь эти две фразы самую малость противоречивыми, нет? Я беспомощно опустила взгляд на Цзянг Сяотиана. С этим Даге из десятилетнего будущего столько проблем. Я уже реально соскучилась по здешнему Даге!

Тем временем Цзянг Сяотиан, похоже, тоже заметил противоречивость своих требований, так как с каменным лицом добавил:

– В ближайшие два года никакой щенячьей любви. Всё твоё внимание должно быть сосредоточено на тренировках. О собственных детях будешь думать лишь после того, как достигнешь определённой отметки.

Я с размаху шмякнула ладонью по лбу.

– Ну да, ну да. Тренировки, затем поиск жены и, наконец, дети. Я должен буду пережить все основные события жизни и всего за два года. Проще простого!

– Рад, что ты меня понял, – у Цзянг Сяотиана даже хватило наглости удовлетворённо кивнуть головой.

Я закатила глаза к небу и твёрдо решила, что, как только вернусь к остальным, сбагрю Сяотиана на попечение Шуюн. Уж от неё-то он точно не посмеет потребовать «поскорее завести детей»!

Глядя в небо, я уставилась на светящийся диск почти полной луны. Несмотря на то, что до полнолуния было ещё пару дней, холодный мягкий свет ночного светила уже был достаточно ярким. Поэтому эта ночь совершенно не подходила для тайных вылазок и восхождения на вершину башни, что немного меня раздражало.

Я сунула пачку хлебцев, что держала в руке, Цзянг Сяотиану. Несмотря на то, что их срок годности уже истёк, никаких следов порчи видно не было. На упаковке было чёрным по белому написано «без консервантов», но эта фраза, похоже, была добавлена чисто для вида. Впрочем, бояться нам всё равно нечего. Из всех возможных вариантов смерти в этом постапокалиптическом мире, смерть от отравления была наименее вероятной.

– Сегодняшняя ночь не годится для лазанья по стенам, – подметил Цзянг Сяотиан, хрустя хлебцем.

Я и сама это понимаю. Не нужно лишний раз озвучивать жестокую реальность. Даже госпожа луна радостно сияет в небе, словно насмехаясь над извечной дурной удачей семьи Цзянг.

– Я могу совершить диверсию и отвлечь их внимание на се-…

– Сиди и жуй свои хлебцы, – оборвав его на полуслове, рыкнула я. – Даже думать не смей ни о каких диверсиях.

Услышав мой тон, Цзянг Сяотиан обернулся и согласно угукнул мне в ответ. Я облегчённо вздохнула. К счастью, он, похоже, согласен следовать моему решению.

Дожевав пачку хлебцев, я улеглась на спину, решив вздремнуть до тех пор, пока не появится возможность начать восхождение, чтобы в ответственный момент быть максимально бодрой и бдительной.

– Даге, я собираюсь поспать. Хочешь лечь рядом?

– Нет. В последние дни я только и делал, что спал, так что совсем не сонный.

И когда я уже было собралась ответить «Ну тогда разбудишь меня попозже, ладно?», во мне внезапно пробудилось подозрение. Нет никакой гарантии, что этот Даге не решит совершить нечто глупое, вроде попытки проникнуть в смотровую башню в надежде разнюхать, чем там занимаются ИЦМО, пока я сплю!

Я тут же схватила ребёнка, забралась в палатку и растянулась на полу.

– Если не хочешь спать, то побудь моей подушкой.

– …я хочу поизучать карту.

– На это у тебя и завра будет полно времени. Ну всё, я сплю. Спокойной ночи.

Не дав Цзянг Сяотиану и шанса сбежать, я крепко обняла малыша и закрыла глаза. К счастью, он не стал сопротивляться и просто позволил мне использовать себя как подушку-обнимашку.

Но, знаете, обнимать ребёнка, оказывается, довольно приятно. Возможно, Цзянг Сяотиан не так уж и неправ, побуждая меня завести ребёнка как можно скорее. В прошлой жизни мне бы пришлось самой корячиться, давая жизнь новому малышу, а вот в этой жизни от меня теперь требуется лишь семя и, вуаля, малыш для обнимания готов. Это настолько простой путь к счастью, что я скорее сама себе наврежу, если откажусь заводить ребёнка…

– Эрге! Эрге!

Протерев спросонья глаза, я опустил взгляд и тут же увидел перед собой бледное от испуга лицо Юн-юн. В тот же миг всю мою сонливость словно ветром сдуло.

– Что случилось? – спросил я, подскочив на кровати. – Опять кошмар приснился?

Пару дней назад Юн-юн приснился какой-то очень страшный сон, который напугал её настолько, что теперь она напрочь отказывается спать в своей комнате. С тех пор она каждый день приходит ко мне и в обнимку с подушкой становится у моей кровати с таким несчастным видом, что я просто не могу ей отказать.

– Эр-эрге, я что-то слышу. Внизу. Какие-то ша-шаги! – запинаясь, пробормотала Юн-юн.

Я навострил уши и прислушался. И правда, снизу доносились едва различимые звуки шагов, однако помимо нас сегодня в доме никого быть не должно. Даже Лин-бо уехал на свадьбу своего сына и не вернётся ещё как минимум несколько дней.

Я приложил палец к губам, прося тем самым Юн-юн вести себя потише, и маленькая девочка тут же прикрыла рот ладошками.

Поднявшись, я вытащил из-под кровати бейсбольную биту.

– Юн-юн, спрячься в шкафу и ни в коем случае не вылезай оттуда, – прошептал я, после чего медленно отворил дверь. Преодолев коридор, я принялся аккуратно, тщательно осматриваясь по сторонам, спускаться вниз по лестнице.

Вскоре я приметил чей-то движущийся силуэт на кухне. Незваный гость был весьма высоким и имел плотное телосложение, что являлось плохой новостью для меня. Если не сумею сбить своего оппонента с ног первым же ударом, то вскоре сам же неизбежно окажусь на полу.

Внезапно, я услышал едва уловимый шорох у себя за спиной и резко обернулся, готовый пустить в ход мою биту, однако позади меня оказалась Шуюн. В руках она сжимала ножик для вскрытия писем, что подарил мне Даге на день рождения… а точнее, нож-бабочку, который я использовал как «нож для вскрытия писем».

Ну, ладно, признаю, данная ситуация как нельзя лучше подходит для того, чтобы наконец использовать этот нож по назначению. Выхватив нож из рук Юн-юн, я сунул его в карман и глазами подал ей знак, чтобы возвращалась в комнату, но девочка отказалась сдвинуться с места, хоть и была вся бледная от страха, словно мел.

Я нахмурился. Если продолжим прямо тут выяснять наши отношения, это лишь насторожит нашего незваного гостя, так что мне нехотя пришлось оставить наказание своей мей-мей на потом.

Подняв бейсбольную биту повыше, я медленно приблизился к двери кухни, прислонился спиной к стене и затаился. Нужно первым же ударом сломать ему ногу. Я ни в коем случае не могу позволить Шуюн пострадать!

Силуэт вышел из кухни, и я тут же что есть сил замахнулся на него битой, но реакция у моего оппонента оказалась куда более быстрой, чем я ожидал, и он успел уклониться от удара. Я тут же рванул вперёд, готовясь нанести следующий удар, но…

– Стой-стой, Шую, это я! Не бей меня!

…я резко затормозил, и силуэт, пользуясь задержкой, рванул к выключателю света. В следующий момент комната озарилась, явив моему взору никого иного как Даге.

Несколько секунд трио братьев и сестры так и стояли, молча таращась друг на друга, однако вскоре немую сцену нарушил сухой смешок со стороны Даге.

– Шую, а ты нехило так силы вложил в тот замах. Позднее Даге научит тебя парочке приёмов для самозащиты. Зная, что ты оберегаешь дом, мне более не придётся волноваться, как прежде.

Что позволит тебе возвращаться домой даже реже, чем сейчас. Так, что ли? Я приподнял бровь и уже приготовился было начать отчитывать его, как вдруг Шуюн внезапно осела на пол и тот час же разразилась безудержным рыданием. Мы с Даге тут же отбросили в сторону все наши разногласия и принялись совместными усилиями успокаивать нашу мей-мей.

Через какое-то время Юн-юн наконец-то выплакалась и тут же провалилась в сон лёжа у меня на коленках, так что у меня не осталось иного выбора, кроме как продолжить сидеть на диване, исполняя роль подушки своей мей-мей.

– Даге, почему ты так внезапно вернулся? – поинтересовался я шёпотом, так как опасался ненароком потревожить сон мей-мей.

Даге нежно погладил Юн-юн по спине и ответил:

– Мне Лин-бо позвонил. Сказал, что его сын женится, и что ему придётся уехать на несколько дней. Однако от мысли, что вы двое останетесь совсем одни в доме, мне стало не по себе, так что я приехал проверить, как вы тут справляетесь.

– Я уже в средней школе, – закатив глаза, напомнил я. – Я не настолько маленький, чтоб меня было боязно оставить дома одного на пару дней. К тому же, большую часть времени я в любом случае провожу в школе, а так как Шуюн после школы ещё и художественный кружок посещает, я каждый день дожидаюсь её у ворот, и лишь потом мы вместе возвращаемся домой к ужину. К тому моменту на часах уже обычно около восьми вечера. Ну а после домашка, душ и спать. Так что, если честно, от того есть Лин-бо дома или нет не велика разница.

– Восемь? Так поздно? – нахмурился Даге. – Почему тогда Лин-бо не забирает вас на машине?

– Вместо него нас подвозит один знакомый таксист. В прошлом, когда мы освобождались после школы значительно раньше, Лин-бо не имел возможности нас подбирать, так как был занят приготовлением ужина. Поэтому он всегда просил именно этого таксиста подвезти нас до дома.

Услышав моё объяснение, Даге нахмурился.

– Пожалуй, найму вам двоим личного водителя. Лин-бо уже не молод. В случае чего от него помощи будет мало.

Однако я после недолгого раздумья лишь помотал головой.

– Да не, не стоит, Даге. Мы всё равно не сможем понять, насколько этому человеку в действительности можем доверять. Вполне возможно, что с новым водителем мы будем даже в большей опасности, чем с нынешним таксистом. Да и ты же меня знаешь, Даге. Я вообще не особо-то жалую посторонних людей в доме.

Уже одного лишь Лин-бо более чем достаточно. Я нахмурился. Как только стану совершеннолетним, сразу же позволю Лин-бо уйти на пенсию. Думаю, мы с Шуюн вполне сможем сами осилить все домашние обязанности вроде уборки и готовки.

Услышав мой ответ, Даге внимательно заглянул мне в глаза, явно колеблясь, но всё же собрался с духом и спросил:

– Шую, ты злишься на меня? За то, что постоянно ношусь чёрте где, оставив вас двоих одних дома, или даже за сам факт, что избрал именно работу наёмника своей профессией…

– С чего мне на тебя злиться из-за этого? – озадаченно переспросил я, уставившись на Даге. – По мне так это даже хорошо, что ты наёмник. Просто не планируй слишком много миссий подряд, чтобы иметь возможность хотя бы изредка возвращаться домой. Пару дней назад, после того как Юн-юн увидела в новостях репортаж о том, как какой-то работяга на технологическом заводе в прямом смысле слова уработал себя до гроба, она с тревогой поинтересовалась у меня: «Даге тоже себя до смерти уработает?» – после чего её даже ночные кошмары мучить начали.

Даге после этих слов внимательно меня оглядел, и я позволил ему это, хоть и не знал, о чём он сейчас думает, после чего Даге тяжело вздохнул.

– Шую, с тобой я чувствую себя настолько спокойным за наш дом, что это даже немного напрягает.

– Я, конечно, знаю, что ты не особо образованный, Даге, но уж хотя бы по-китайски изволь научиться нормально изъясняться. Ты сам-то понял, что только что сказал?

Даге тут же разразился громким хохотом и грубо растрепал мне волосы.

– Что ж, – с помрачневшим видом заговорил я, – раз уж ты приехал и пробудешь с нами ещё пару дней, тебе следует сводить Юн-юн в детский парк развлечений, купить обувь и одежду в детском отделении торгового центра и… Ах, да! Помнится, она рассказывала, что её подруги ходили в тематический ресторан «Белоснежка». Звучит весьма любопытно, так что нам тоже стоит туда сходить.

– …Разве Юн-юн не нужно ходить в школу?

– Пару дней можно и прогулять.

– Думаешь, такой как я сможет вписаться в тематический ресторан по Белоснежке и при этом не выглядеть полным идиотом? – с болью подметил Даге.

– В этом-то и весь смысл. Запихнуть тебя в обстановку, в которой ты будешь выглядеть по-идиотски, – невинно заявил я, разглаживая свои растрепанные волосы.

– …И от кого ты только научился быть таким мстительным, Шую?

– Да вот как-то сам научился.

Лицо Даге тут же перекосилось, словно от сильной зубной боли, и благодаря этому мне в голову тут же пришла ещё одна немаловажная мысль.

– Кстати, Даге, раз уж ты здесь, не забудь сходить к стоматологу и проверить свои зубы.

От этих моих слов перекошенное лицо Даге перекосилось еще больше.

До чего же здорово видеть подобное мученическое выражение на твоём лице, хе-хе-хе. Нефиг было мне волосы трепать!

– Шую! Шую!

– Плакаться и возмущаться бесполезно, Даге. – усмехнулся я. – Сходить к стоматологу тебе всё равно придё––

Шмяк!

От внезапного звука мои глаза резко распахнулись, и в тот же миг моему взору предстал ребёнок, но не Юн-юн.

– Как ты можешь так крепко спать? – взревел Цзянг Сяотиан. – Я тебя всё зову-зову, но ты упорно отказываешься просыпаться. Только не говори мне, что все те упорные тренировки пошли коту под хвост?!

Я моргнул, сбитый с толку внезапной переменой обстановки. Этот малыш выглядит смутно знакомым…

Шмяк!

Внезапно на мой лоб обрушился удар, да такой сильный, что у меня едва слезы на глаза не выступили. А этот малыш весьма силён. Что и следовало ожидать от Ледяного Императора… Ледяного Императора?!

В тот же миг я резко подскочила, мигом выходя их своего ступора. Одновременно с этим в моё сознание, словно цунами, хлынул целый поток всевозможных различных звуков: крики, стрельба, топот бессчетного числа ног и целая куча других необъяснимых шумов. По ткани палатки то и дело проносились тени множества бегущих куда-то людей. Да как я вообще могла мирно дрыхнуть в подобной-то обстановке?!

Я в шоке уставилась на Цзянг Сяотиана. Он же, заметив, что я наконец-то очухалась, лишь кивнул и тут же выпалил:

– Что-то произошло на базе. Воспользуйся этим шансом, чтобы вскарабкаться на башню.

Он прав. Это для меня сейчас важнее всего. Недолго думая, я тут же схватила лежащий неподалёку рюкзак. Сяотиан же тем временем без лишних понуканий с готовностью сам залез мне на спину. В завершении своих приготовлений я прикоснулась к груди. Сяоронг тоже на месте. Вот и хорошо. В таком случае можно выдвигаться!

Резко расстегнув вход в палатку, я обнаружила, что прежде умиротворённая обстановка в лагере сменилась полнейшим хаосом из выстрелов, вздымающихся столпов пламени, криков, бегущих сломя голову гражданских и стреляющих во все стороны военных. Военная база превратилась в настоящее поле боя.

Я недоумённо вылупилась на это зрелище.

– Даге, как долго я спал?

– Три часа.

Всего за три часа это место превратилось из рая в сущий ад. Да это даже быстрее, чем экспресс. Что же именно здесь произошло?

– Но все эти беспорядки начались лишь минут десять назад, не больше, – сообщил Цзянг Сяотиан, высунувшись из-за моего плеча, и с ноткой тревоги в голосе продолжил. – Однако мне не удалось тебя сразу разбудить. Шую, с тобой всё в порядке?

– Да, я в норме. Просто мне снилось моё прошлое.

Сказав это, я нахмурилась. Некоторые бегущие и прыгающие вдали силуэты выглядели не совсем естественными. Они были слишком быстрыми, да и некоторые части их тел выглядели странно. Однако вычленить их в толпе людей было непросто, из-за полнейшей неразберихи и темноты.

– Шую, неужто ты всё вспомнил? – внезапно оживился Цзянг Сяотиан.

– Нет, не всё. Во сне мне явилась лишь крохотная часть моих прежних воспоминаний. Это со мной уже не первый раз происходит, и каждый раз при этом я сплю на редкость крепким сном.

Что, к слову, меня немало беспокоит. Это состояние для меня чертовки опасно, из-за чего я в равной степени желаю и опасаюсь увидеть очередной осколок памяти Шую. Я хочу вспомнить всё без остатка, но если засну слишком крепко в неподходящем месте, могу и вовсе никогда не проснуться.

– Хм-м. Впрочем, ладно. Вот воссоединимся со здешним мной, и сможешь спокойно спать, где, сколько и когда угодно.

Верно, поиски Даге – ключ ко всему, в том числе и к моим воспоминаниям!

Болтая с Сяотианом, я тем временем оглядывала окрестности в поисках путей наступления, однако смотровая башня со стороны выглядела совершенно неприступной. Почти все военные с базы собрались именно возле неё. Однако кое-что в их поведении выглядело весьма странным. Дула их автоматов были направлены в сторону именно башни, словно не стремясь её защитить, а наоборот пытаясь удержать внутри рвущееся наружу нечто.

Теперь даже у меня закрались некоторые подозрения. Изначально я приняла эту суматоху за нападение иных, но, похоже, на самом деле тут дела обстоят немного иначе. Судя по поведению военных, это скорее не нападение, а попытка побега.

– Какие именно воспоминания вернулись к тебе во сне? – поинтересовался Цзянг Сяотиан, вместе с тем указав мне пальцем направление, где оборона башни выглядела слабее всего.

Смотровая башня в основании имела квадратную форму, и большая часть солдат собралась возле главного входа в центре одного из фасадов. Сяотиан же указал мне на противоположную заднюю стену. Там людей было значительно меньше, да и даже если меня кто и заметит с земли, разве кому-то будет до меня хоть какое-то дело при подобных-то обстоятельствах?

Быстро создав ледяные лезвия у себя на ступнях, я стремительно заскользила к наименее освещённому участку задней стены.

– Как-то раз Лин-бо отпросился с работы на пару дней, чтобы присутствовать на свадьбе своего сына, из-за чего мы с Юн-юн должны были остаться дома одни. Однако ты, Даге, так разволновался по этому поводу, что решил сам к нам наведаться и приехал домой прямо посреди ночи. Вот только мы с Юн-юн не ожидали твоего возвращения и приняли тебя за вора, из-за чего ты едва не схлопотал от меня удар бейсбольной битой.

– Я такого не помню, – слегка озадаченным голосом пробормотал Цзянг Сяотиан. – К тому же, даже если Лин-бо был вынужден отлучиться ненадолго, у нас же ещё горничная имеется, разве нет?

Какая ещё горничная? Подумала я, стремительно проносясь мимо нескольких убегающих прочь солдат. Вид у них был до смерти перепуганный. Даже оружие в руках уже держать нормально не могли. В миг, когда их взгляд упал на меня, в их глазах на долю секунды мелькнуло удивление, однако уже в следующее мгновение они предпочли полностью меня проигнорировать, стремясь сбежать от опасности куда подальше.

Пфи! Эти бесхребетные сосунки даже солдатами зваться недостойны. Не то что те ребята, что столпились у входа в смотровую башню.

Достигнув задней стены, я растопила лезвия на своих ступнях и вместо них сформировала слой полурастаявшего льда. Способность льда примораживаться фактически к любой поверхности действительно полезна, особенно когда дело касается взбирания по отвесным поверхностям вроде заборов или же стен башен.

Когда я уже достигла приблизительно половины пути своего восхождения, у основания башни внезапно прогремел мощный взрыв. От сильной взрывной волны вся смотровая вышка аж ходуном заходила, так что мне пришлось в срочном порядке приморозить себя к поверхности стены, чтобы не свалиться вниз. Лишь после того, как дрожь прекратилась, я позволила себе взглянуть вниз.

Солдаты стреляли из своих автоматов без остановки, словно очумелые, а из искореженных взрывом ворот башни без остановки начал литься нескончаемый поток людей, которые тут же падали на землю, нафаршированные пулями военных… Хотя нет, стоп, это вовсе не люди!

Даже будучи подстреленными, бегущие из башни не падали на землю сразу. Лишь схлопотав с десяток или более выстрелов, они наконец-то теряли возможность двигаться вперёд. Люди ещё не успели настолько эволюционировать, чтобы суметь выдержать столько огнестрельных ран. Выходит, это иные?

– Это подопытные, – ледяным тоном пробормотал Цзянг Сяотиан. – Взгляни, почти все из них выглядят как обычные люди, а те части тел, что подверглись изменениям, выглядят несуразно. У некоторых даже видны следы гниения на теле. Они не обычные иные.

И то верно. Хоть и рождённые из мёртвых тел, иные всё же являются полноценными живыми существами. Среди них порой встречаются те, что избрали неправильную ветвь эволюции, но вот гнить из них никто не будет, покуда иной всё ещё жив. Они вам не ходячие мертвецы из фильмов про зомби.

Оценив ситуацию, я пришла к выводу, что инициатива в этом противостоянии всё ещё принадлежала военным с их огромной огневой мощью. Хоть время от времени некоторым беглецам и удавалось вырваться из оцепления сквозь крохотные щели в построении, все они без исключения были тяжело ранены, да и думали, похоже, лишь о побеге. Сильно сомневаюсь, что они станут задерживаться здесь ради бессмысленной резни, так что угрозы для беженцев пока что нет.

Придя к этому заключению, я со спокойной совестью приготовилась продолжить своё восхождение, но только я успела сделать первый шаг, как из-за спины до меня долетел неуверенный голос Цзянг Сяотиана.

– Шую, когда битва внизу немного поутихнет, попытайся найти способ пробраться в башню, ладно?

Я моргнула, сдерживая свой порыв обернуться и закатить глаза к небу.

– Зачем? Что ты рассчитываешь там узнать?

– Понимаешь, с начала апокалипсиса прошло всего четыре месяца. Какой бы могущественной организацией не была ИЦМО, за столь короткий срок она не должна была успеть создать настолько огромное количество достаточно сильных подопытных, чтобы даже контроль над ними потерять. Для этого у них уже должны были иметься кое-какие наработки…

– Хочешь сказать, они как-то связаны с апокалипсисом? – встрепенулась я.

– Вряд ли они виновны в самом факте прихода апокалипсиса, – нахмурившись, пробормотал Цзянг Сяотиан. – Чёрный туман каждый год окутывает всю нашу планету. Подобная огромная сила людям неподвластна. Однако какими-то сведеньями о грядущем апокалипсисе, как мне кажется, они всё же обладали заранее.

Так вот почему он хочет разузнать о них. Судя по тому, что им удалось взять под контроль целую военную базу, ИЦМО – отнюдь не простой противник. Если упустим эту редкую возможность и не воспользуемся их оплошностью, второго такого шанса может и вовек не представиться.

Вот только почему раскрытием всех этих тайн и спасением мира должен заниматься подросток вроде меня, которым движет всего одно желание: отыскать свою семью?!

Видя моё замешательство, Цзянг Сяотиан неловко заговорил:

– Если не хочешь, можешь не…

– Сперва найду послание Даге, – встряла я, – а уже потом попробуем найти способ проскользнуть внутрь башни.

В прошлом мире, Даге удалось стать Ледяным Императором. В этом же мире, хоть он и сменил свой род деятельности, став целителем, его по-прежнему недооценивать не стоит. Миг, когда ОПЦ гордо взойдёт на мировую арену, является лишь вопросом времени, а раз так, я не могу себе позволить упустить шанс расследовать ИЦМО и их тайные делишки.

Иными словами, у меня нет иного выбора, кроме как вступить в бой сейчас во имя собственного будущего. Внезапно мне подумалось, что это немного напоминает процесс откладывания денег на покупку дома в будущем.

В этот момент я наконец-то достигла вершины башни. И стоило мне всего лишь мельком окинуть взглядом лежащие рядом поверхности, как я тут же приметила цепочку слов, что украшала собой венчающую вершину башни сферу. Эта сфера, что была ростом с человека, была полностью испещрена письменами, что складывались в подобии письма. И уже одного лишь первого слова оказалось для меня более чем достаточно, чтобы понять, что я не ошиблась с местом.

Шую…