Конец эпохи доминирования Том 3 глава 5: Эти номера

Конец эпохи доминирования Том 3: Скованное льдом благородство и величие

Автор оригинального китайского текста: 御我 (Yu Wo)


Глава №5: Эти номера – перевод EliSan; редактура Akili

– В-вы что, с ума посходили, что ли? О чём вы вообще говорите?

Окружающая ситуация настолько выбила Черныша из колеи, что у него никак не получалось унять стук своих зубов, а на Сяотиана он пялился с таким испуганным видом, словно смотрел на иного.

Видя перед собой это крайне раздражающее выражение лица, я выпалила ледяным тоном:

– Весь мир и так уже сошёл с ума, так что от ещё одной парочки свихнувшихся людей ситуация особо не изменится. Топай давай. Тебе вообще следовало бы обрадоваться, ведь теперь я не просто помогу вам, а разделаюсь непосредственно с боссом взбунтовавшихся подопытных. Вам же останется лишь разобраться с его подчинёнными. Да вы просто везунчики!

Однако Черныш, по ходу, не чувствовал себя таким уж везунчиком. Хотя, возможно, он даже прав. Быть может, все эти ребята связаны каким-нибудь дальним родством с семейством Цзянг, раз уж они умудрились на столь раннем этапе апокалипсиса наткнуться на будущего элитного воина иных.

Идя по лаборатории, я одновременно наносила слои спрессованного льда на кинжал. Разумеется, толщина получилась незначительная, но недостаток прочности льда с лихвой компенсировался качеством самого кинжала. Подаренные Джин Фенг ножи не шли ни в какое сравнение с теми, что мы откопали в магазине. Насколько я могла судить, они были сделаны из весьма прочной стали, хотя, с другой стороны, кинжалу и необязательно быть идеально прочным, ведь мой стиль боя прежде всего основывается на атаке слабых мест врагов, а не пробивании брони.

Цзянг Сяотиан тем временем принялся на ходу осматривать все имеющиеся в комнате мониторы над цилиндрами.

– Ну-ка посмотрим, какие из его последователей также родом из этого места… О, это же Асура, приближённый генерал Тринадцатого. Выходит, он был подчинённым Тринадцатого с самого начала. Хм! В этот раз я заставлю Тринадцатого на собственной шкуре испытать какого это, когда одного из твоих людей превращают в питомца!

Даге, у меня нет ни малейшего желания заводить питомца-иного. Даже если схватишь его, на меня в этом деле не рассчитывай!

К счастью, на оставшемся отрезке пути до конца ведущего через лабораторию длинного коридора Цзянг Сяотиан больше не произнёс ни одного имени.

– Получается, только Асура? – Сяотиан задумался ненадолго, после чего внезапно выпалил. – Чёрт, тот плачь младенца, что мы слышали в самом начале, скорей всего исходил от Мамаши1. Иные и в самом деле захватили полный контроль над исследовательским центром, а теперь заманивают людей внутрь, чтобы убить.

– А какие у этих трёх иных отличительные черты? – спокойно поинтересовалась я, за что заработала похвальный взгляд со стороны Цзянг Сяотиана. Распираемая от уверенности в себе, я горделиво выпятила вперёд грудь до такой степени, что та стала напоминать бюст первого размера.

– Асура – просто военный генерал. Он сражается двумя клинками и обладает способностью выращивать новые клинки из любой части своего тела.

Хэй, ну и в каком месте это «просто генерал»? То, что ты описал, больше похоже на самого настоящего дикобраза!

– Тринадцатый тоже боец. По слухам, он не пользуется каким-либо оружием, предпочитая сражаться лишь своими когтями и хвостом. Также он способен использовать адское пламя2 и владеет какого-то рода психической способностью, но подробностей не знаю, так как сам с ним ни разу не пересекался.

Что и следовало ожидать от элиты… Его способность настолько разносторонняя, что это пугает. Ты точно уверен, что он не читерит?

– Ну а что касается Мамаши… – Цзянг Сяотиан нахмурился, – признаться, о её способности мне вообще слышать не доводилось. Знаю лишь о том, что как-то раз её сильно переклинило, и она, не различая врагов от союзников, выкосила целый город… Шую.

– Хм? – я внимательно слушала рассказ Сяотиана, посему этот внезапный оклик немного выбил меня из колеи.

– Схвати-ка парня, что прячется вон за тем столом, – равнодушно приказал он, ткнув пальцем в один из крупных лабораторных столов. На нём лежала целая куча мёртвых тел, а вокруг было разбросано множество фрагментов тел и обглоданных костей. Похоже, иные успели переквалифицировали этот лабораторный стол в обеденный.

Что ж, раз Цзянг Сяотиан сказал, что там кто-то есть, значит там точно кто-то есть! Однако не успела я сделать и шагу в сторону стола, как человек уже сам подскочил на ноги. Им оказался перепачканный с ног до головы в крови и ошмётках мужчина. Тем не менее, его движения были быстрыми и точными, так что сам он ранен, похоже, не был. Как видимо, вся кровь на его теле принадлежала другим людям.

– К-как вы узнали о 013 и 042? – тут же поинтересовался он, держа руки над головой. – И ещё эта Мамаша… быть может 005? Этот экземпляр на деле состоит из двух тел! Когда женщина на седьмом месяце беременности скончалась, и она сама, и её ребёнок оба перевоплотились. Они как сиамские близнецы! Крайне любопытный экземпляр!

Чёрт, да ты их даже по номерам всех помнишь!

Вероятно, заметив моё перекосившееся выражение лица, мужчина без лишних слов принялся объяснять:

– 005 и 042 – уникальные образцы и являются основными объектами наших исследований, так что все здешние учёные знают о них.

– Хочешь сказать, 013 к их числу не относится? – удивилась я. Это странно. В конце концов, Тринадцатый из них наиболее опасный.

– В нём нет ничего особенного, – продолжил свои объяснения мужчина. – По крайней мере, до этого инцидента он всегда вёл себя крайне спокойно, да и единственное, что он получил в ходе эволюции – это усиление физических возможностей тела путём обрастания некоторых частей его тела и хвоста твёрдой чешуёй. Подобных ему экземпляров в лаборатории полно. Что же касается упомянутых вами адского пламени и психических способностей, у него их нет, – тут он резко притих, после чего с усмешкой добавил, – ну, по крайней мере, перед нами он их не проявлял.

Так как мы трое продолжили молча таращиться на него, у мужчины не оставалось выбора кроме как неловко представиться:

– Меня зовут Ву Яоджин. В-вы же подмога, что была отправлена спасти меня, так ведь?

– Хочешь сказать, ты и есть тот самый профессор Ву? – скептически окинув взглядом мужчину, пробормотал Черныш, ни капельки не скрывая своего отвращения к упомянутой персоне. – Сверху нам приказали во что бы то ни стало спасти профессора Ву, однако ты для профессора выглядишь уж слишком молодо. Ты правда он?

Боже, да на подобно поставленный вопрос любой ответит, что он тот самый профессор Ву!

– Это мой ге, но он, вероятно, был первым, кого растерзал 013. Он всегда настаивал, что что-то в этом экземпляре было нечисто, однако никто к его словам не прислушивался. Поэтому ге переместил 013 в свою личную лабораторию. Вы, скорей всего, прошли мимо неё на своём пути сюда… та, что напичкана самой передовой аппаратурой, – сообщил Ву Яоджин, после чего подавленно поинтересовался. – Вы случайно не видели моего ге? Хоть его лаборатория и недалеко, я всё не мог собраться с духом вылезти и приблизиться к ней.

Ладно, признаю, я оскорбляю чистосердечных людей тем, что проецирую на них своё собственное однобокое суждение. Я приложила руку ко лбу, гадая то ли это я уже составила у себя в голове самый худший из возможных образов учёных, то ли это они настолько наисследовались, что напрочь лишились способности видеть мир рационально?

Изначально я думала, что все учёные этого исследовательского центра – сплошь жестокие и хладнокровные люди, однако теперь вместо этого они мне кажутся немного глупенькими! Интересно, это он от страха лишился ясности ума или же у парня его изначально не было?

– В той лаборатории мы обнаружили лишь человеческие ошмётки, – равнодушно заявил Черныш. Было очевидно, что он не испытывает и толики сочувствия по отношению к профессору этой лаборатории.

Лицо Ву Яоджина тот час посерело, и когда в моём сердце уже было мелькнула толика сочувствия к парню, он внезапно горько вздохнул.

– Ге был во главе стольких исследований, что должны были вот-вот дать плоды. Поверить не могу, что все данные вот так вот в одночасье исчезли.

Должно бы у этих учёных понятие семьи напрочь атрофировалось…

– Я опять что-то не то сказал? – заметя наши перекосившиеся выражения лиц, спросил Ву Яоджин. – Простите, если так. Понимаете, у меня синдром Аспергера, так что моё восприятие мира немного отличается от обычных людей. Прошу, поймите.

Какой-какой синдром? Моё лицо слегка дёрнулось. Я ни хрена не поняла…

Тем временем Цзянг Сяотиан, потеряв, как видимо, терпение перешёл сразу к делу:

– Что именно здесь произошло?

Однако Ву Яоджин в ответ лишь помотал головой.

– Я тоже этого не знаю. Внезапно откуда ни возьмись раздался звериный рёв, затем почти сразу завыла сирена, ну а потом ни с того ни с сего весь свет вырубился. Через несколько минут освещение правда восстановилось, но к тому времени тут уже был полный хаос. Заметив, что в лаборатории творится неладное, я тут же нырнул под стол, не смея больше даже носа оттуда высунуть. Чуть позднее моего ассистента разорвали и бросили его останки рядом со столом, так что я покрыл себя его кровью и плотью, после чего лёг на полу без движения. Я даже зажал скальпель в ладони думая, что в случае если один из подопытных меня всё же обнаружит, я смогу сразу же вонзить его ему в сердце, – на этой ноте молодой человек неловко усмехнулся. – Это всё, что я знаю. Я понятия не имею, что именно произошло, а о причастности 005, 013 и 042 к этим событиям я узнал, лишь подслушав ваш разговор. Хотя, если честно, мне кажется, что вы и сами понимаете ситуацию превратно. 013 вовсе не такой страшный, как вы говорите… Если бы вы хоть раз его видели, вы бы поняли, о чём я. 013 очень тихий, совсем не такой, как остальные подопытные.

– Скорей всего, он вёл себя так, чтобы ослабить вашу бдительность, – выпалил Цзянг Сяотиан. – Все новорождённые иные без исключения ведут себя, как дети. Они активные и импульсивные. Тихое поведение уже само по себе аномально. Уже лишь по этому вам следовало бы понять, что что-то с ним не чисто.

Усиленные физические способности, адское пламя и психические способности. Уже с самого начала апокалипсиса он владеет высоким интеллектом, а уже к середине успеет зачистить целый континент и обосноваться в одном из крупнейших мегаполисов, окончательно превратив его в город иных. На поздних же этапах апокалипсиса он станет считаться одним из элит. Звучит так, словно именно Тринадцатый является главным героем истории! Неужели такие мелкие сошки, как мы, действительно собираемся бросить ему вызов?!

– Иные? – озадаченно переспросил Ву Яоджин.

Хоть это и не я допустила оговорку, сам Сяотиан, похоже, не имел ни малейшего желания отвечать учёному, так что пришлось объяснять самой.

– Так мы называем тех монстров.

Ву Яоджин спокойно кивнул в знак понимания, после чего печально поинтересовался:

– Можете проводить меня в лабораторию моего ге? Я знаю его пароль, так что если компьютеры там всё ещё работают смогу достать всю имеющуюся информацию о 005, 013 и 042. Эти трое действительно крайне любопытные экземпляры. Будет очень обидно утратить эти данные.

Цзянг Сяотиан угрожающе сощурил глаза. Сейчас даже я не могла с уверенностью сказать, хочет ли он вернуться в ту лабораторию за информацией, или же разорвать ублюдка, что создал таких опасных типов как Тринадцатый, и швырнуть его останки на съедение другим иным.

В результате он через силу выдавил из себя всего одно слово:

– Идём.

Изначально я хотела было возразить, что, мол, дальнейшее промедление подставит под угрозу жизни солдат, но, поразмыслив над этим ещё немного, осознала, что если не разберёмся с пронумерованными иными, жизни абсолютно всех людей окажутся под угрозой. Так что будет лучше разузнать о способностях этих трёх иных заранее, чтобы потом было проще с ними сражаться.

Мы вернулись в ту просторную лабораторию. Ву Яождин огляделся по сторонам, но никаких следов своего брата так и не увидел… ну или, вернее, не смог опознать, какая из кучек плоти является его братом. Увидав лежащие вокруг останки, его лицо побледнело и болезненно исказилось, так что, похоже, какие-то братские чувства в нём всё же сохранились. Как видимо, этот его синдром всё же не сделал его абсолютно бесчувственным.

– Доставай информацию! Сейчас же! – рявкнул Цзянг Сяотиан. Как и Черныш, он явно не питал к молодому человеку тёплых чувств. И малыш, и взрослый вояка оба таращились на паренька такими яростными взглядами, что казалось чудом уже то, что они всё ещё не угрожают ему оружием.

Однако Ву Яоджин в ответ на слова Цзянг Сяотиана лишь с любопытством уставился на малыша.

– Так раскрывшемся в тебе потенциалом является интеллект?

Раскрывшемся потенциалом? Я застыла. Это он о способностях?

– Именно, а твой какой? – с угрожающим прищуром поинтересовался Сяотианг.

Ву Яоджин улыбнулся и махнул рукой. В тот же миг весь покрывающий рабочий стол мелкий мусор в одночасье смело, хоть он к нему и не прикасался.

– Это всё, что я могу, – сообщил он, опуская руку. – На данный момент я могу переместить предмет весом максимум в один килограмм, и то лишь при условии, что я полностью сосредоточусь на процессе. Ну а после подобного перемещения я чувствую просто ужасную усталость, словно пробежал марафон длиной в пять километров. Мои силы даже рядом не стоят с удивительными навыками подопытных.

Поколебавшись немного, я всё же решила не спрашивать, знает ли он о кристаллах эволюции. Тот факт, что мы отыскали его именно здесь, немного настораживал меня, да и на обстановку он в целом реагировал слишком спокойно. Нужно ещё немного за ним понаблюдать.

Ву Яоджин подошёл к компьютеру и вскоре действительно сумел получить доступ к файлам, благодаря чему уже через несколько секунд информация об интересующих нас иных уже красовалась на мониторах.

Иной под номером 005, которого Цзянг Сяотиан назвал «Мамашей», выглядел просто ужасно. Даже имея у себя за плечами почти десять лет жизни в апокалипсисе, у меня всё равно мурашки по спине пробежали от её вида.

Она словно являлась ходячим воплощением горьких слёз и печали; уголки её глаз и губ были гипертрофированно опущены вниз, словно наглядно иллюстрируя отчаянье матери в момент, когда она теряет своего ребёнка. Вот только в её случае этот момент запечатлелся у неё на лице навсегда.

Её живот был пугающе раздут до такой степени, что собственные конечности Мамаши в сравнении выглядели щупленькими тростиночками. Если бы меня попросили описать её вид, то я бы, скорей всего, сравнила бы её облик с фрикаделькой, в которую воткнули четыре зубочистки. Однако больше всего меня пугал зигзагообразный, словно зубья пилы, разрез, что тянулся поперёк этой самой фрикадельки. Выглядело так, словно этот разрез мог распахиваться. Рядом на экране был даже расположен рентгеновский снимок, на котором было отчётливо видно, что внутри живота Мамаши находится непонятный сгусток детских ручек и ножек, но так как щель до этого момента ни разу в действительности не распахивалась, никто точно не знает, как они двигаются.

042, он же Асура, на первый взгляд показался мне обычным худощавым мужчиной, однако одного лишь мимолётного взгляда на характеристики хватило, чтобы изменить своё мнение. Как оказалось, на деле его рост составлял 2.9 метра. Он вовсе не худощавый; напротив, всё его тело покрыто развитыми мышцами, просто аномально высокий рост делает его внешне похожим на вытянутого бумажного человечка. Но всё это лишь видимостью!

013, Тринадцатый, по сравнению с предыдущими двумя выглядел абсолютно обычным. Внешне он выглядел как ничем не примечательный спокойный тридцатилетний мужчина. Однако его лицо было нетипично бледного для человека оттенка, а между бровей залегла складка, что придавала его лицу уставший вид… если подытожить, он похож на типичного перетрудившегося сверх меры офисного работника. Исключение составляют разве что кончики пальцев, что заканчиваются острыми словно бритва когтями. Также у него имеется хвост, и некоторые участки тела у него защищены чешуёй. Не удивительно, что сотрудники лаборатории не сочли нужным акцентировать на нём внимание.

Так вот как выглядит парень, что выкосит всю Азию… Ой, вернее, в этом мире всю Мессию. Хотите сказать, что вот этот вот перетрудившийся сверх меры офисный работник устроит настоящую резню в Мессии и станет известен как самый ярый ненавистник людей среди всех элит?

Нет, я, конечно, знаю, что не стоит судить книжку по её обложке, но это уже немного чересчур, не находите?

Тем не менее, в целом предоставленная в этих документах информация была для нас абсолютно бесполезна.

– Выведи на экран данные об их способностях, – нахмурившись, приказала я. – В частности об их боевых навыках.

Но ответ Ву Яоджина меня откровенно разочаровал:

– На Асуру у нас есть лишь такая информация. Что же касается умения, то всё именно так, как и сказал этот ребёнок ранее. Он умеет выращивать шипы из любой части тела, что, как полагаю, и являются теми самыми «мечами», о которых вы говорили. Что же касается Мамаши, то у неё, увы, интеллект младенца, и человеческую речь она не понимает, да и капризничает частенько. В общем, заставить её выполнять приказы попросту не представляется возможным, не говоря уже о чём-то столь сложном как «бой». Ну а Тринадцатый и вовсе не должен был быть в нашем исследовательском центре. Его перевезли сюда лишь потому, что город, в котором находится один из наших других исследовательских центров, пал, и тамошнюю лабораторию было решено забросить.

– Как вы его перевозили? – удивлённо поинтересовалась я. Подобная операция казалась мне совершенно немыслимой. На то, чтобы перевезти оборудование из одной лаборатории в другую, должна была уйти масса усилий, не говоря уже о том, что с таким объёмом тяжёлого груза незаметно прошмыгнуть мимо иных просто невозможно. Сколько же людей они, должно быть, мобилизовали, чтобы успешно провернуть такую операцию?

И тут я внезапно вспомнила слова вояк о том, что, чтобы в ходе вылазок в город отогнать иных подальше, требовалось лишь выехать на предоставленной лабораторией машине, и поспешила уточнить свой вопрос:

– Как вы вынудили иных не приближаться к вам?

– С помощью Мамаши. Большинство подопытных отказываются находиться с ней рядом, и даже оставленный ею запах имеет подобный эффект, хоть и краткосрочный. Прежде чем отправить армейских за ворота в город, мы всегда заставляем Мамашу просидеть на автомобиле полные сутки и лишь после этого передаём машину в руки военных.

– Когда вы начали эти исследования? – ледяным тоном спросил Цзянг Сяотиан.

– Разумеется, после 21-ого июня, – удивлённо отозвался Ву Яоджин. – Где бы мы раздобыли подобных подопытных раньше?

– Хочешь сказать, что раньше в этих цилиндрах бабушки овощи на зиму мариновали? – фыркнула в ответ я.

– Изначально здесь проводили эксперименты на людях, но они… – Ву Яоджин резко притих, после чего смущённо продолжил. – В общем, тут проводились нелегальные эксперименты по клонированию человека, но, увы, безрезультатные. Ну а потом пришёл чёрный туман, и мы лишились немалого количества исследовательских центров. У руководства ушло несколько месяцев на то, чтобы спасти всё, что ещё можно было спасти, и снова наладить процесс, так что сами исследования были возобновлены совсем недавно. Также целью наших исследований теперь является не клонирование, а эксперименты с различными мутациями. К слову, многие из наших нынешних подопытных в прошлом были сотрудниками нашего же исследовательского центра.

– Враньё, – тут же выпалила я. – Многие беженцы из тех, что были пущены на территорию военной базы, бесследно исчезли… разве это не ваших рук дело? Кто ещё это мог бы быть?

– Правда? – нахмурился Ву Яоджин. – Впервые об этом слышу.

– Нет, ты знаешь об этом, – жёстко выпалил Цзянг Сяотиан. – В жизни не поверю, что твоему светлому учёному уму никогда не приходил в голову вопрос, откуда берётся еда для всего этого вашего безумного количества подопытных!

Стоило мне услышать эти слова, как моё сознание тут же отключилось. Лишь теперь я наконец-то поняла, что людей снаружи они отлавливали не для того, чтобы сделать из них подопытных, а в качестве еды!

Иные эволюционируют, поедая плоть, что не подверглась мутациям. И чтобы способствовать этой эволюции, учённым необходимо было обеспечить иных подобной едой. И вместо того чтобы собирать растения да отыскивать уцелевших животных, куда удобнее и проще для них было воспользоваться «людьми», что столь удачно столпились прямо под дверью лаборатории.

И на этот раз Ву Яоджин предпочёл промолчать, не подтвердив предположение Сяотиана, но и не опровергнув его.

В тот же миг, не в силах больше терпеть, Черныш рванул вперёд и, схватив Ву Яоджина за шкирку, взревел:

– Столько народу уже полегло, а вы, ублюдки, продолжаете скармливать людей монстрам!? Вы больные, что ли!?

– Если мы не будем этого делать, как мы сможешь лучше понять этих подопытных? – вздохнув, спокойно отозвался Ву Яоджин. – Разве ж тебе самому не хочется знать, почему люди вообще вдруг стали превращаться в монстров? Или возможно ли пробудить в обратившихся былые человеческие воспоминания? Найдя ответы на эти вопросы, разве мы не сможем тогда решить основную проблему этого апокалипсиса?

Услышав слова учённого, Черныш тот час же застыл. Да и я была удивлена не меньше. По-вашему, мы и в самом деле можем вернуть человеческое самосознание тем пожирающим человеческую плоть тварям?

– И знаете, мы уже достигли в этой связи определённых результатов! У многих подопытных был отмечен значительный рост интеллекта, а к некоторым уже даже вернулись отрывки их человеческих воспоминаний. Если мы продолжим исследование, вполне вероятно, к ним постепенно вернётся и разум!

Черныш, тяжело и глубоко дыша, много раз открывал и закрывал свой рот, но так и не нашёлся что сказать. И я прекрасно понимала его чувства… С эмоциональной точки зрения, скармливать людей иным было очень жестоко и аморально, но с рациональной стороны мы прекрасно понимали, что простыми гуманными способами решить подобный кризис вряд ли удастся.

– Они уже не те, кем были раньше!!! – ни с того ни с сего, словно с цепи сорвавшись, закричал Цзянг Сяотиан. – Абсолютно точно, нет!!! Воспоминания, о которых ты говоришь, всего лишь остаточные образы, что уцелели в их мозгу. Да, некоторые иные в итоге вспомнят отрывки из своих прежних жизней, но прежними людьми им уже никогда не стать! Люди обращаются в иных лишь после смерти, а раз они мертвы, как они вообще могут быть одними и теми же людьми?!

– Если они обладают одинаковыми воспоминаниями, то с чего бы им не быть теми же людьми? – непонимающе парировал учёный. – Эго человека формирует его жизненный опыт, иными словами память о прожитых им годах.

Этот парень и в самом деле, должно быть, болен этим его хреновым синдромом. Как бы иначе он смог продолжать спокойно вести рациональную беседу будучи всё ещё подвешенным за грудки?

Что-то с этим парнем было явно не так, но то же можно было сказать и о Цзянг Сяотиане. Он был слишком уж на взводе… Было больно даже просто смотреть на его перекошенное в едва сдерживаемой ярости детское личико и маленькие кулачки, что он сжал настолько крепко, что аж костяшки пальцев побелели. Казалось, что если Ву Яоджин и дальше продолжит настаивать на том, что иных возможно превратить обратно в людей, Сяотиан собственными руками превратит его самого в иного чтобы проверить, сможет ли тот вновь стать обратно человеком.

– Похоже, что пробудившийся в тебе потенциал всё же не интеллект, а нечто другое, – внезапно произнёс Ву Яоджин, с интересом уставившись на Цзянг Сяотиана. Он совершенно не замечал общего напряжения и, как всегда, обращал внимание на неправильные вещи.

Я спешно приобняла Цзянг Сяотиана. Всё его тело было напряжено, словно камень.

– Так, завязывайте с болтовнёй! Ты раздобыл необходимую информацию или нет? – резко выпалила я. – Черныш, поставь его обратно на землю. Мы спешим. Задерживаясь здесь, мы лишь помогаем большему числу твоих товарищей упаковаться в мешки для тел.

Черныш тут же выпустил учёного из своей хватки.

Ву Яоджин же, облегчённо выдохнув, тут же совершил несколько дополнительных манипуляций с компьютером и вытащил флэшку.

– Готово.

– Тогда идём дальше.

Подхватив Цзянг Сяотиана на руки, я тут же вышла из лаборатории. В этот раз я шла куда быстрее, абсолютно не заботясь о том, поспевают за мной двое других, или же нет. Всё верно, я хотела немного оторваться от них.

– Даге, не верь ты ему, – едва слышно прошептала я. – То, что к иным может вновь вернуться человеческий разум, – это полная хрень!

После этих слов, маленькое тельце у меня на руках заметно расслабилось.

– Однако то, что некоторые иные действительно помнят обрывки из своих человеческих жизней, – всё же правда, – с недовольным видом нехотя признал Сяотиан.

– Ну и что? Они всего лишь используют человеческий мозг и тело, словно воришки, что проникли в чужой дом. То, что они способны описать внутренний интерьер, ещё не значит, что они хозяева этого дома!

И тут я резко притихла.

Верно, даже если ко мне в итоге вернутся все воспоминания Цзянг Шую, разве ж это сделает меня самим Цзянг Шую?

Нет, нельзя об этом сейчас думать! Но…

– Шую? – окликнул меня Сяотиан, озадаченно подняв голову. – Что-то не так?

Я опустила на него взгляд и с натянутой улыбкой объяснила:

– Да так, ничего особенного. Просто ты же в курсе моей ситуации. Я потерял память и прожил десять лет в апокалипсисе в качестве другого человека, так что иногда это меня немного путает.

Цзянг Сяотиан молча уставился на меня. От этого его пристального взгляда мне стало немного не по себе. Не он ли частенько повторял, что я веду себя не как Шую?..

Однако в итоге он лишь ободряюще похлопал меня по плечу.

– Не парься ты так по этому поводу. Сейчас куда важнее раз и навсегда разделаться с Тринадцатым. Ну а пока опусти меня, а то с занятыми руками ты можешь не успеть вовремя отреагировать, случись что внезапное.

– Ладно, – отозвалась я и тут же опустила его на землю.

Одновременно с этим двое остальных наконец-то догнали нас, тяжело дыша и хрипя от быстрого бега.

– Ты что, хотел бросить нас там? – раздражённо поинтересовался Черныш.

– Если бы я хотел вас бросить, у вас бы не было сейчас возможно стоять тут и разговаривать со мной.

Черныш слегка нахмурился, явно задетый моими словами.

Таким образом, оставаясь в дурном расположении духа, мы проделали дальнейший путь в гробовом молчании. И чем ближе мы подходили к центральной комнате управления, тем больше находили трупов.

И теперь, помимо наёмников из частной армии исследовательского центра, Черныш с горечью узнавал в некоторых останках своих. Пусть их тела и были разорваны и понадкусаны, он был в состоянии опознать их по одной лишь униформе и обмундированию. Его глаза покраснели, и более его уже не заботило, были ли мы с Цзянг Сяотианом сумасшедшими или нет, ибо и сам он уже был на полпути там.

– А! – внезапно воскликнул он и, едва сдерживая слёзы, пробормотал. – Толстячок, почему даже ты…

Я посмотрела в ту же сторону, что и он. У самой стены, облокотившись на неё, лежал труп мужчины – того самого пухлого улыбчивого вояки, что просил меня звать его Толстячком-ге – вот только тело его теперь было обглодано до костей, так что толстым он уже совсем не казался. Тем не менее, по какой-то причине половина его лица осталась невредима, из-за чего опознать его было несложно.

Глядя на останки своего товарища, Черныш более не смог сдерживаться и расплакался. Однако в голос реветь он себе не позволил, лишь пару раз сдавленно всхлипнул. Тем не менее, это не делало зрелище менее трагичным. Я не знала, как мне быть. Следует ли мне сказать ему что-нибудь сочувственное?

И стоило мне об этом подумать, как рядом раздался детский голосом Цзянг Сяотиана:

– Живее. Впереди всё ещё много твоих братьев, которые ждут спасения. Лейтенант, А-Нуо, Старик Гуо, А-Ксинг – все они ждут нас. Нет у нас времени слёзы лить.

Черныш тут же протёр рукавом лицо. Слёзы тот час же испарились, однако глаза стали даже краснее, чем прежде.

– Ты прав. Идёмте дальше.

Вместо того, чтобы соболезновать ему, почему бы не указать парню на куда более важную цель впереди? Я с восхищением покосилась на Цзянг Сяотиана. Что и следовало ожидать от босса отряда наёмников. Мне предстояло ещё многому у него научиться, но я не слишком-то волновалась по этому поводу. С двумя-то Даге, разве у меня ещё не представится масса возможностей для этого?

Память Черныша оказалась весьма впечатляющей. Всего одного недавнего взгляда на карту ему хватило, чтобы безошибочно провести нас через весь исследовательский центр до центральной комнаты управления. Более того, он даже ни разу не притормозил, чтобы определить правильное направление. Без сомнения, он был весьма талантливым, но, к несчастью, он, похоже, был твёрдо настроен следовать лишь за своим Лейтенантом. Забрать его с собой будет сложновато… Так, когда я успела превратиться в дяденьку-извращенца, что строит зловещие планы по похищению людей?

Помотав головой, чтобы избавиться от ненужных мыслей, я сосредоточилась и продолжила создавать всё новые слои льда на ноже, не забывая при этом приглядывать и за окружающей обстановкой тоже. Достигнув второго ранга, я не почувствовала в себе существенных изменений, однако создавать кристаллы льда всё же стало значительно проще. Да и тело в целом ощущалось более лёгкими и крепким.

Насколько я помню, когда будучи Гуан Веюн я достигла второго ранга, я не испытала никакой особой радости или же восторга по этому поводу. В то время понятие «ранг» ещё не было чётко определено, так что с моей точки зрения это были лишь незначительные улучшения моего физического тела и зрения, и не более того. Тем не менее, я была очень благодарна этим улучшениям, ведь благодаря им я обрела возможность как замечать иных с большего расстояния, чем прежде, так и быстрее от них улепётывать.

А ведь если подумать, этот трусливый образ жизни, в котором я становилась сильнее лишь для того, чтобы быстрее убегать от врагов… всё это было моим «настоящим» всего пять месяцев назад. Полагаю, я успела немало измениться за это время, не так ли?

И действительно, я сильно изменилась. За этот короткий промежуток времени из добычи я полностью перевоплотилась в охотника. Подобные радикальные изменения – нормальны ли они? Это смерть изменила мой образ мышления или же на меня влияет эхо личности Цзянг Шую?

Чем больше эпизодов из прошлого этого юноши я вспоминаю, чем больше запутываюсь в том, кто я. Да, я по-прежнему больше всего на свете надеюсь на то, что являюсь Цзянг Шую, однако из-за этого возвращения к самому началу апокалипсиса я стала вспоминать многие эпизоды из моей прежней жизни, и, благодаря этому, лишь теперь смогла осознать, что вечно убегающая от врагов Гуан Веюн, которую я всегда считала слабачкой, на самом деле сделала и добилась весьма многого. Ей доверяли и на неё полагались многие люди… даже этот её бестолковый парень и его любовницы не были исключением. Доверие всех этих людей чего-то да стоило!

– Шую, твой нож скоро превратится в палку если не начнёшь спрессовывать кристаллы льда в бриллиантовый лёд.

Оставив свои думы и вернувшись в реальность, я приметила, что Цзянг Сяотиан, нахмурив брови, пристально уставился на мою руку. Следуя его примеру, я также опустила голову и взглянула на руку… Ого, сравнив моё творение всего лишь с «палкой», он явно проявил тактичность. Это куда больше похоже на примороженную к моей руке глыбу льда… Стоп, он только что сказал «бриллиантовый лёд»?

Так спрессованный лёд действительно называется бриллиантовым льдом? Ну ладно, даже Ксиа Зенгу порой бывает на удивление проницателен. Хотя, возможно, это я просто не понимаю мужскую логику? Я думала, только девушкам нравятся бриллианты, но, как видимо, мужчины в этом плане от нас мало отличаются!

Продолжая спрессовывать кристаллы льда и попутно смахивая лишние остатки, я выслушивала лекцию Цзянг Сяотиана на тему «как правильно создать себе оружие».

– Ты недостаточно сильно спрессовываешь лёд. После всего одного уплотнения лёд все ещё слишком хрупок для боя. Нужно сдавить кристаллическую решётку раза в три сильнее, а лучше в пять.

Услышав его слова, я едва не расплакалась. Похоже, мне действительно придётся работать над созданием оружия порядка десяти лет. Даге, сколько у тебя ушло времени на создание твоего ледяного меча? Должно быть, когда я застала тебя за сражением с этим клинком в руках, ты лишь недавно закончил его создание, так ведь? Верно же, да?

– В будущем же тебе непременно нужно будет сделать себе священное оружие, что будет целиком и полностью создано из чистейшего бриллиантового льда. Простого накладывания слоёв на уже существующее оружие недостаточно. С хрупкой основой и оружие получится хрупким.

Ну, об этом я уже в курсе. Разве моё предыдущее копьё не сломалось всего после одного боя с птичкой?

– Я знаю, – слегка понуро пробормотала я. – Я уже пытался раньше сделать себе копьё и кинжал, и даже создал себе подобное примитивное оружие изо льда использовав ручку швабры и нож в качестве основ. Изначально я полагал, что их мне с лихвой хватит минимум на год, а то и два, а я тем временем не торопясь подготовлю себе новое более качественное оружие на смену, но, к сожалению, оба моих творения сломались в бою с цветущим падальщиком.

– Копьё и кинжал? – повторил Сяотиан и одобрительно кивнул. – Неплохой выбор. Ты быстрый и ловкий. Подобное оружие тебе подходит.

– Эм… – внезапно подал голос Черныш с явной неуверенностью в голосе. – Эти ваши… способности, так? Вы же так называете вашу силу?

– Ага. К слову, а у тебя какая способность? – поинтересовалась я, решив, что узнать об этом заранее будет не лишним. Пусть он и не ел кристаллы эволюции и не тренировал свою способность, из-за чего она, вероятнее всего, бесполезна для боя, нельзя отрицать возможности того, что он может обладать какой-то уникальной способностью.

Черныш притих, задумавшись, но после недолгого колебания всё же ответил:

– Когда я сосредотачиваюсь, могу видеть некоторые предметы насквозь. Вернее, не столько «видеть», сколько чувствовать положение вещей за какой-то определённой преградой. Этот навык весьма полезен. Помогает не заблудиться в незнакомой обстановке и для починки техники тоже весьма удобна. Благодаря ей я могу даже без диагностики с лёгкостью определить причину поломки и точечно её устранить. Проблема лишь в том, что я не могу использовать этот навык долго. Обычно меня хватает максимум секунд на десять, не больше.

Однозначно забираю его с собой!

От услышанного у меня резко поднялось настроение. Не удивительно, что он сумел так быстро починить компьютер в лифтовом холе и так хорошо ориентируется в незнаком ему пространстве сейчас. Будь его способность хорошо прокачена, он, скорей всего, даже всю эту лабораторию целиком смог бы охватить. Ну а если к его способности прибавить ещё способность тёти ощущать живые объекты… чёрт, да в таком случае даже штурм сверх защищённых зданий станет для нас обычной пешей прогулкой. Мы сможем беспрепятственно войти внутрь, и так же беспрепятственно выйти. Нам даже сражаться не придётся!

Цзянг Сяотиан тоже оценивающе оглядел Черныша с ног до головы, отчего того сразу же заметно передёрнуло.

– О, я понял! – внезапно воскликнул Ву Яоджин. – Этот ребёнок знает о том, что произойдёт в будущем, верно? Выходит, существуют даже такие любопытные способности? Определённо, она куда более полезная, чем моя.

Упс, неужто мы слишком много разболтали? Всё это время мы, не таясь, открыто беседовали друг с другом в присутствии остальных двух. Я ведь даже о кристаллах эволюции им рассказывать не планировала, а теперь они и о моём оружии знают.

Я осторожно покосилась на Цзянг Сяотиана, но его, похоже, эта ситуация нисколечко не волновала. Что и следовало ожидать от Ледяного Императора, ему абсолютно всё равно на то, что могут ненароком услышать подобные мелкие сошки. И стоило мне об этом подумать, как Цзянг Сяотиан метнул в Ву Яоджина ещё более холодный взгляд, чем прежде. Он явно не намеревался ему отвечать.

О, поняла! Его не волнует, услышат они или нет его слова потому, что одного из них он в любом случае собирается забрать с собой, а второго планирует в скором времени убить, так ведь? Отлично! Я обеими руками «за»!

Тем не менее, самого Ву Яоджина источаемый Сяотианом холод ничуть не задевал. Вместо этого он продолжал с интересом наблюдать за малышом, словно тот был превосходным экземпляром для исследования.

И этот его взгляд крайне действовал мне на нервы. Таких вот персон, что людей за людей не считают, нужно убивать сразу, не задумываясь. Я уже молчу о том, что эти ребята своими экспериментами породили одного из элит иных, который в итоге унесёт жизни сотен тысяч людей. Да за такое преступление перед всем человечеством их тысячу раз убить будет мало!

Положив руку на голову Цзянг Сяотиана, я легонько погладила его по макушке, тем самым напоминая, чтобы до поры до времени держал свою жажду крови под контролем! Даге, ты слишком привык демонстрировать всем свою удаль. В прошлом, любой навлекший на себя гнев Ледяного Императора человек, вероятно, сам с готовностью перерезал себе глотку. Ну а если отказывался сделать это сам, находилась целая толпа других людей, что, спотыкаясь друг об друга, спешили убить его, так что самому Ледяному Императору, уверена, почти никогда не приходилось брать подобные дела в свои собственные руки. Потому-то и нужды скрывать свои эмоции и намеренья у него не было.

– Угх…

Внезапно услышали мы чей-то сдавленный голос из угла комнаты. Я тот час же, готовясь встретить врага, резко подняла пистолет на изготовку и покрепче перехватила кинжал в руках, однако стоявший до этого подле меня Черныш, вместо подготовки к бою, рванул вперёд и выудил из кучи окровавленных человеческих останков… вполне себе целого человека!

– А-Ксинг! – окликнул Черныш. – Ну же, очнись, А-Ксинг!

Приглядевшись, я действительно опознала в этом с головы до ног окровавленном парне Чен Янксинга. Спешно отложив в сторону оружие, я приблизилась, чтобы осмотреть его раны и тут же невольно изумилась. К моему удивлению, на его теле не было видно совершенно никаких шибко серьёзных увечий. Разумеется, синяков и царапин в подобных обстоятельствах было не избежать. Не исключено, что у него даже имелось где-нибудь пару трещин в костях, но даже так ему определённо повезло куда больше, чем той несчастной кучке человеческих останков, под которой он до недавнего времени был погребён. Аж завидно!

Весь в крови и кусочках плоти, А-Ксинг лежал у самой стены. Скорей всего, он потерял сознание от удара об стену после того, как нечто отшвырнуло его в сторону, и в итоге его тело оказалось закамуфлировано кровью его собственных товарищей, что продолжили сражение с тем неведомым врагом. По сути, он выжил тем же способом, что и Ву Яоджин. Разница лишь в том, что один из них осознано воспользовался этим методом выживания, в то время как второй был, можно сказать, благословлён свыше.

Медленно приходя в себя, Чен Янксинг приподнял свою голову, и когда я уже было хотела спросить у него о его самочувствии, в глазах парня внезапно мелькнул какой-то дикий блеск. В следующую же секунду, воздух сотряс нечеловеческий рёв, словно последний яростный крик загнанного зверя…

– РА-А-А-А-А-А––

Резко подняв свой пистолет, он направил его чёрное дуло прямо мне в лоб.

Сноски

1. Мамаша : в оригинале её имя состоит из двух слов «мать/материнство» и «малыш/младенец», однако мне не удалось придумать удобоваримый аналог на русском языке, чтобы ещё и в женском роде был

2. Адское пламя : под этим словом подразумевается не чёрное пламя, а посмертные огоньки (те, что частенько рисуют вокруг привидений в манге). Иными словами, способность Тринадцатого, по всей видимости, связана непосредственно с душой. Однако как его способность будет обыграна на деле не знаю, так что пока оставлю прямой перевод

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *